Жизнь с демоном

Белоснежные маховые крылья тихо шуршат и колышутся от малейшего потока воздуха. Мягко раскачиваются из стороны в сторону и притягивают к себе все внимание. Кристина старается не делать лишних движений, но рука предательски тянется вперед. Пальцы дрожат. Когда до белоснежных перьев остается всего несколько сантиметров, она вдруг останавливается, словно испугавшись своих намерений. Корит себя за минутную слабость, но сил сопротивляться больше нет. На ощупь они оказываются такими же мягкими, как она и представляла. Такие сказочные и нереальные. Такие опасные. Потому что наказание за неосторожность приходит мгновенно. Девушку отбрасывает назад, и она с ужасом замечает, как по крыльям бегут первые хищные побеги синего огня. Перья вспыхивают ярким пламенем и неотвратимо начинают чернеть. Треск огня, яркий запах горелого пуха – все это болезненно ударяет по сознанию. Кристине хочется плакать и кричать, но тело цепенеет. Она не может сдвинуться с места, не может предотвратить последствия своей ошибки. Лишь с горечью наблюдает, как сгорают величественные крылья. Чувствует их боль, но не может ничем помочь. В свете ярко-синего пламени гордо расправляются бледные плечи, поднимается голова. Темные пряди волос соскальзывают, открывая вид на быстро растущие рога, и по лицу девушки полосует что-то холодное. Взгляд серых глаз говорит больше, чем слова. Словно и так все понятно. -Прости меня… Тихий переполненный болю шепот тонет в опустившейся тьме.

*** Девушка резко садится в постели, устало трет лицо руками и облегченно вздыхает. Яркие картинки недавнего кошмара медленно блекнут, унося за собой тихий треск перьев и горькое сожаление. В локоть мокрым носом тыкается Полночь, и Кристина благодарно улыбается ей, нежно гладит по теплому боку. Кошка мелодично мурчит, и на душе у девушки становится спокойнее. -Я когда-то слышала, что теплое молоко помогает уснуть. Демоница неловко выплывает из темноты, держа в руках стакан молока. Медленно обводит дно посуды пальцем, и от краев стакана начинает валить еле заметный пар. Демоница протягивает молоко Кристине, стараясь выглядеть как можно безразличнее, и отворачивается, когда девушка принимает его. Белоснежная жидкость облизывает стенки стакана, и Кристина не может оторвать взгляда от ровной поверхности напитка. Перед глазами встают виденные во сне горящие перья, и девушка невольно всхлипывает. Демоница сразу теряет свою маску безразличия. -Я что-то напутала? Молоко пьют не для этого? Кристина отрицательно мотает головой. -Нет-нет. Все правильно. Спасибо тебе. Демоница теряется и спешит раствориться во тьме комнаты, а девушка торопливо выпивает теплое молоко. Сон начинает медленно возвращаться.

*** Половину дня Кристина тратит на то, чтобы уговорить демоницу показать свои крылья. Та огрызается и поддаваться на уговоры не спешит. А девушка все никак не может отделаться от навязчивых мыслей, и все повторяется снова. Демоница шипит и ругается, но в итоге сдается. Потому что смотреть на потерянное лицо так называемой хозяйки она больше не может. Они вместе сидят на диване. Демоница хмурится и смотрит куда-то сквозь стену. Она не использовала свои крылья черт знает сколько времени. Потому что еще свежа в памяти та невыносимая боль. И кто знает, сможет ли она снова без страха взглянуть на свои изуродованные крылья, которые когда-то были для нее очень дороги. -Если ты совсем не хочешь этого, то просто скажи. Я не буду настаивать. Демоница дергается, и за ее спиной быстро раскрываются черные крылья. Только в отличии от плавных и отточенных движений ангельских крыльев, демонические движутся словно старый механизм. Проржавевший изнутри он не может двигаться плавно, вместо этого дергается и дрожит, не в состоянии работать как следует. Демоница с силой сжимает зубы, не позволяя себе позорно шипеть от боли, которая от крыльев разливается по всему телу густым ядом. Кристина молчит. Она и не думала, что все настолько плохо. -А перья…Они продолжают расти? -Мы можем контролировать этот процесс. Мой сейчас остановлен, потому что это приносит слишком много боли. Девушка невесомо проводит пальцами по черным перьям. Крылья, вопреки боли, словно льнут к ее руке, и она вдруг представляет, какими же красивыми они были до падения. -Так ты все это время даже не пыталась их вылечить? -Нет. Я…Так и не смогла к ним вернуться. Кристина вытаскивает одно сломанное пополам перо, трет его между пальцев и озадаченно разглядывает грязные пятна, оставшиеся на коже. В голове медленно зарождается важная мысль. Демоница, кажется, хочет что-то сказать, но ее хватают за руку. -Пошли! Если ты не можешь позаботиться о своих крыльях сама, то это сделаю я. Девушка тащит ошарашенную демоницу в ванную, где торопливо стелет мягкое полотенце и уверенно командует. -Раздевайся.

*** Мысли, размытые и блеклые, сменялись одна другой и долго на одном месте не задерживались. Она даже не чувствовала боли от крыльев, лишь обескураженно наблюдала, как капли воды быстро бегут по плитке. Кристина за спиной увлеченно, но очень осторожно промывала ее крылья под теплым душем, стараясь причинять как можно меньше боли. Девушка и сама промокла наполовину, но отвлечь сейчас это не могло. Она чувствовала себя настолько потерянной, насколько вообще мог быть потерян кто-то вроде нее. Демоница уже и не помнила, чтобы кто-то так решительно стремился помочь ей. Даже когда она жила среди ангелов, никто особо не проявлял к ней такой заботы. А свою обычную земную жизнь она и не помнила вовсе. Так, лишь редкие воспоминания. -Тебе не слишком больно? Ты говори, если что. Я постараюсь поаккуратнее. Демоница неловко мотает головой, и Кристина продолжает свое дело. А точно ли ее наказали, когда отправили сюда? Она осторожно поворачивает голову, смотря на сосредоточенную девушку позади. Та мягко улыбается ей, и демоница чувствует себя еще более обескураженной и потерянной. Объяснить все, что сейчас творится в ее голове – просто невозможно, поэтому она молчит. Когда с душем покончено, ее заматывают в теплое полотенце и усаживают на мягкий стульчик. (Кто хранит стулья в ванной?) -Сиди здесь. Я сейчас принесу фен. Будем их сушить. И она действительно сидит. Низко опустив голову и слушая, как звонко разбиваются о кафель теплые капли с ее крыльев. Кристина быстро возвращается с обещанным феном. Осторожно промакивает мокрые перья полотенцем, а затем приступает к сушке. И это так странно, потому что она много лет ничего не чувствовала там. Словно крылья не сгорели, а просто исчезли, больше никогда не напоминая о себе. Но сейчас, чувствовать всю эту боль, тепло и холод было так непривычно. Словно маленькая, но живая деталь большого пазла. Одна потерянная деталь. Демоница не сразу замечает, что шум фена пропал, а на его место пришло что-то холодное и мокрое. Кристина держит в одной руке белый тюбик, а второй аккуратно промазывает бугристую кожу между перьев. Похоже, это лечебная мазь. -Ну вот и все. Мы немного подлечим тебе крылья, и ты снова сможешь отрастить себе перья. Я уверена, что твои крылья будут не хуже, чем у Рафаила. Демоница испуганно заглядывает себе за спину. Перья на крыльях теперь гордо чернеют, пушатся от сушки феном и, в целом, выглядят лучше, чем раньше. Кристина довольно улыбается. -Ну как тебе? Демоница лишь поднимает на нее свой взгляд, и девушка читает в нем больше, чем могли бы сказать слова. -Я пойду. Уберусь в ванной. Зови, если что. И она действительно уходит, чтобы убрать выпавшие перья, вытереть лужи воды на кафеле и отмыть черные разводы от грязи и сажи. Демоница неверяще касается пальцами чистых крыльев и , кажется, впервые за несколько сотен лет благодарит Бога.