Жизнь монстров

Монстры освоились на новом месте; Влад построил замок, где стал жить со своей женой Елизаветой. И вот холодным октябрьским вечером… — Раз он появился на тьму, Елизавета, то впоследствии станет графом и величайшим из вампиров. — Так ты дашь ему имя? — холодно спросила вампирша. — Я назову его Дракула, так как это имя будет подходить ему, когда в будущем он станет воевать с людьми. Елизавета посмотрела на младенца, спящего в чёрной колыбельке, и взяла его на руки. Дракула открыл глазки и потрогал своими ручками колье на шее Елизаветы; она невольно задумалась: «Зачем ему быть злым?» — Неужели ты думаешь, что он обязательно будет воевать с людьми? Он может и объединить нас с ними. — Что ты такое говоришь?! Никто ещё не пробовал объединять человека с монстром! Да и если пробовал, то это было не успехом, а большой потерей. Статное ли дело, чтобы человек с монстром дружил?! Дракула продолжит мою историю. — А я так не думаю! Если попробовать положить конец вражде, то мы больше не будем бояться за свою жизнь! Тут Влад и вовсе ругаться начал: — Глупая гусыня! Дракула так покажет этим людишкам, что вселит ужас в них, и они больше не сунутся на нашу территорию! — А ты, своенравный кабан, лучше бы не решал судьбу нашего сына! Он сам разберётся, кем ему быть! Вампиры орали друг на друга, позабыв, почему они муж и жена. — Так ты против нас, значит?! Объединяешь нас с врагами?! Раз так, то не смей больше оставаться здесь! — Что?! Ты изгоняешь меня из клана?! — Да! Дракулу я буду воспитать, как нужно, а чтобы этому никто не помешал, лучше нам развестись. — Ну и ладно! — Елизавета стала паковать чемодан. — Сам же будешь потом жалеть, когда увидишь, что из него вырастет! Вампирша ушла, и Влад запер за ней дверь, даже не оглянувшись. Он взял младенца и сказал ему: — Кто бы что не думал, я выращу из тебя настоящего вампира. Ты оправдаешь своё имя, Дракула. В ту же ночь Елизавета уезжала на поезде. На вампирше была большая шляпа с длинной вуалью, чтобы никто из людей не увидел её лица. Она с тоской смотрела в окно на отдаляющуюся Трансильванию и думала: «Владик, ты был не прав. Но твоей жёнушки уже нет с тобой. Буду жить уединённо в тайге, как сова в дупле, а если люди однажды посмирнее станут, я принесу им пользу.»