Жизнь монстров

Мэвис 5 лет. Она уже не просто ходит, а бегает и по полу, и по потолку. Когда её старые игрушки становятся для неё скучными, она просто прогуливается по небольшому, но просторному замку. Я тоже изменился — теперь я охочусь совсем по-другому. Я и в самом деле отказался от человеческой крови и перешёл на мышей, коней и быков. Но, кажется, людей это ничуть не успокоило… А вот план замка я и Хайд всё-таки нарисовали. Я стоял рядом с монстрбайтером и говорил ему: — Так, вспомни лучшие склепы, которые ты построил, и сделай всё наоборот. — Сделаем. — ответил Хайд. Слюна капнула на чертёж. Мы оба посмотрели наверх и увидели малютку Мэвис, сидящую на потолке. Милая и наивная, ей было всегда интересно, чем занимается её папа. Она улыбнулась, проползла вниз по стене и застыла рядом со мной. Я просто умилялся, глядя на неё в этот момент. Мне хотелось с ней поиграть, поэтому я дал указание Хайду продолжать работу, а сам стал заигрывать с Мэвис в догонялки. Малышка быстро прыгала на своей палке-лошадке, а я тихонько бежал за ней, приговаривая: — Конь на обед, седок на ужин, поймаю-поймаю-поймаю! Схватившись за заболевшую спину, я и не заметил, как моя шустрая девочка, уже бросив лошадку, показывает на вид из балкона: — А что вон там? Ой, похоже она увидела домики человеческой деревни и уже идёт смотреть на них с балкона! Я побежал за ней и схватил её. — Ой, стой, а вот туда мы не ходим. Никогда. Я унёс её подальше, а её, похоже, заинтересовала эта опасность. Но я уберегу её, во что бы то ни стало. Но Мэвис настойчиво меня спрашивает: — Почему мне нельзя пойти туда, почему мне вообще запрещено отходить далеко от дома? Я откровенно отвечаю: — Внешний мир полон опасностей, в нём живут страшные корыстные люди. Только здесь тебе ничего не угрожает. Понимаешь, летучая мышка? — Понимаю. — грустно вздыхает она. — Пойду поиграю на улице. — Только не уходи далеко. — Хорошо, папочка. Но похоже ей нравились опасные прогулки, так как я вскоре обнаружил, что Мэвис нету поблизости. А с ней, как она мне рассказала позже, произошло вот что. Мэвис вышла на лесную поляну — отличное место, чтобы практиковаться в полётах! Мэвис уже умела летать, но не в облике летучей мыши. Она забралась на камень, прыгнула с него и медленно полетела. Мэвис решила лететь всё вперёд и вперёд, не останавливаясь. Она улетала всё дальше и дальше от дома, а места вокруг становились незнакомыми и более интересными. Наконец, она опустилась на землю и тут же увидела своими зоркими глазками бабочку, попавшую в сети паука. — Но ведь пауку тоже нужна добыча! Лучше мне уйти и не обращать внимания… Но она снова невольно обернулась: бабочка так жалобно трепалась в паутине, что Мэвис не сдержалась и выпустила из паутины пленницу. Бабочка свободна, но паук-то без добычи останется! Мэвис долго шарила в траве и наконец нашла крыло какого-то жука. Это крыло она положила в паутину, в качестве добычи. Летние ночи не такие тёмные, поэтому малышке были хорошо видны деревья на которых она изредка замечала ночных соловьёв, а то, даже белок. «Чего это они ночью распрыгались?» - думала Мэвис; и вдруг она заметила в дереве дупло, а в нём чьи-то глаза, светившиеся зелёным светом. Из любопытства Мэвис взлетела на ветку, глянула в дупло и увидела там филина. — Ты чего тут сидишь? — строго спросила малютка филина. — Тебе на охоту нужно, мне папа рассказывал, что ты ночная птица. Филин поёрзал и вдруг, с громким уханьем, вылетел из дупла. Мэвис от неожиданности свалилась с ветки, но высота была небольшая, поэтому кроха сразу поднялась и посмотрела на улетающего хищника. — Вот так, раз ты хищник, то охоться в строго определённое время. Мэвис долго брела по лесу и не заметила, как пришла в человеческий сад, где люди выращивали плодовые деревья. Мэвис взлетела на одно из них, и сорвала яблоко. Вот тогда-то я и отыскал её по чавканью. Посмотрел — вот она, ест яблоко, в человеческом саду! — МЭВИС! — О, папуля! Тут яблочшки вкушные! — сказала малышка с полным ртом. — Ох, доча, где же ты была, я тебя повсюду ищу! Я снял её с дерева и понёс домой. — Но ведь со мной было столько интересного! — Больше не убегай так далеко, знаешь как я волновался! — Не буду больше. — виновато говорит Мэвис. — Но вообще-то я в лесу времени даром не теряла! И малютка рассказала мне все свои приключения. — Оно-то может и интересно, но ты почти зашла в деревню людей! Хоть это был только их сад, но там люди тоже иногда бывают. Мэвис тихонько прошептала: — Вот вырасту — обязательно увижу людей и их жизнь. Я не стал ей ничего говорить, чтоб её не расстроить. Не успели мы прийти домой, как к нам в гости пришла Ванда с волчатами: — Драк, мы к вам. Моим волчатам надо бы поиграть с кем-то другим. — Хорошо, Ванда, проходи. Мэвис, ты поиграешь с волчатами? — С удовольствием! — сказала дочь и долго играла с сыновьями Ванды. Они подпрыгивали и пытались её схватить, но Мэвис быстро летала. Когда старшему волчонку Вилбуру почти удавалось куснуть её на лету, то девочка вдруг хитро заворачивала куда-то за угол, и Вилбур оставался ни с чем.       Вскоре волчата смирились с победой Мэвис, и с мамой ушли домой. Мэвис задумчиво глядела им вслед, потом прилетела в свою комнату, села на свою кровать и серьёзно спросила меня: — Знаешь… Если у всех есть мамы, то где же тогда моя мама? Где мама? О какой грустной истории хочет узнать моя мышка! Но кажется пришло время ей рассказать… Я глубоко вздохнул и начал рассказывать. — Твоя мама любила меня так же, как я любил её… А ты была нашей единственной радостью, единственным утешением. Мы жили счастливой жизнью, но потом… Потом твоя мама стала жертвой злых людей… И она больше… никогда не вернётся… Больше я говорить не мог и отвернулся. Мэвис смотрела на меня с видом ужаса и отчаяния. — Она никогда не вернётся? Никогда-никогда? Её больше нет, её не существует?! Я постарался её успокоить: — Не надо так отчаиваться, надеюсь мама сейчас в лучшем мире и навсегда останется в сердцах тех, кто её любил. — Правда? — в глазах Мэвис засияла надежда. — А такой мир существует? — Конечно, комарик, существует. Я лучше тебе сказку почитаю. И я начал читать малютке книжку: — Поджали монстрики свои хвостики, По кроваткам попрятались, Но страшный человечище — вот он, Поживиться ему охота! — Я боюсь! — Разинул рот, За пятку цоп, Конфетку хвать!.. Мэвис нет под одеялом! Куда же она подевалась? Я заглянул под комод и нашёл её там с конфеткой. — Это моя конфетка! — Мэвис, тебе нечего бояться! Я пообещал твоей маме, что буду защищать тебя во веки веков. Мэвис улыбнулась и вылезла из-под комода. Я заиграл на гитаре и запел: — Моя доченька Мэвис, Жизнь вампира течёт века. Я очень надеюсь — У тебя она будет легка. Никто не сделает так, Чтоб ты плакала, А то узнают, что… (здесь для наглядности я издал свой страшнющий рык) …Что твой папа Дракула, А ты моя доченька.