Дементоры насилуют Беллатрису лестрейндж

Последние ночи Беллы были проведены в бессоннице. Боль не дает заснуть, танцует, словно жаркое пламя, где-то в глубине утомленного тела. Это тепло напоминает ей о душной летней полуночи, когда она слушала перешёптывания и шорохи ночных созданий. Синий мрак плескался как море и маленькая лодочка луны покачивалась на дымных облаках. Когда не приходят сны, обнимают воспоминания и тоска. Беллатриса нанизывает на нить памяти моменты из прошлого, словно бусины на чётках. Ей снились тревожные сны... Сквозь вуаль тумана ей грезились увядшие розы из сада . Мотыльки бесстрашно касались её своими хрупкими крыльями. Ветви оплетали запястья, словно кандалы. Но она была почему то, рада быть пленницей этого призрачного сада. Снился чудовищный липкий член, который медленно,но уверенно приближался к её промежности. Одним рывком он входил в неё, и узкое влагалище терпело боль, а в конце принимало холодное и вязкое семя. С ним Белла ходила до следующего дня, когда её снова насиловали... День за днём темнота росла, как диковинный цветок, пожирающий свет. Мир мрачнел и чёрным коконом обнимал всё крепче. Волны вечерней тьмы потопили её чёрный силуэт, смешав его с грязью и пылью, затоптанными листьями и сухой пожелтевшей травой. Ей было больно дышать. Тоска уже давно свила гнездо в груди, так что для кислорода почти не осталось места. Сладкая боль разливалась по телу и беременному животу, а сон не спешил увлечь в иные реальности. Грудь Беллы болела, начинала протекать молоко, когда на нее оказывалось слишком большое давление или когда она пыталась двигаться слишком быстро. Отрицать стало уже невозможно. Беллатриса забеременела. И, кроме того, казалось, что все, что росло внутри нее, не было обычным ребенком. Так прошло ещё несколько дней. Дементоры перестали насиловать её уже очень давно, кажется и они поняли, что их семя, уже давным-давно послужило началом новой жизни. Белла, всего пару раз устроила словестный бум и материла стражей азкабана. -Проклятые твари! -Гондоны обкончанные! Что вы сделали со мной суки?! Но успокоившись , ложилась на кровать и закрывала глаза. Горький лилейный аромат пропитывао ночь. И бессонница, её кариатида, сторожила Беллатрису, отгоняя сны как назойливую моль. Тучи хмуро толпились, заслоняя горизонт, будущее казалось мрачным и туманным. Как-то Беллатриса потеряла сознание, сны сначала были кошмарами о ее неизбежных родах, а затем исчезли в блаженном ничто... Всплеск памяти угас, оставив слезы в глазах женщины и стыд наряду с поражением в ее сознании. Никогда в жизни Белла не чувствовала себя такой беспомощной, такой совершенно вышедшей из-под контроля. Она никогда не занималась сексом, никогда не хотела рожать детенышей. А теперь... её изнасиловали дементоры и ещё обрюхатили! Белла была на пороге возникновения новой жизни, рождения ребёнка, и она не могла ничего сделать, кроме как позволить себе делать то, что было создано природой- рожать. Белла застонала, держа свой большой живот , когда он снова сжался, и давление внутри нее на мгновение уменьшилось. Густое, неприятное вещество начало сочиться из ее опухшей щели " Нет, нет, я не хочу... Не могу... О, боги, это больно, это БОЛЬНО УЖЕ ТАК СИЛЬНО!» Рождение ребёнка уже уже приближалось намного быстрее, чем она могла себе представить. Оставляя грубый след слизи в её вагине, мучительно вытягивая ее, когда она кричала с болью и усилием, плод двигался наружу. Её опухшие губы начали раздвигаться по мере того, как голова ребёнка протискивалась наружу. Ее нежные лепестки уже открывались шире, поскольку еще один разрушительный спазм пронзил её в смертельной хватке, заставляя ребенка, выходить из её тела. «Он приближается, он настолько большой..." Белла ощущала ужасное чувство, когда ее тело раскрывается, а ее влагалище раскалывается из-за давления. Но ничего не оставалось делать, кроме как позволить этому случиться. Белла продолжала прислушиваться к своей потребности родить то, что она вынашивала. Сопротивление этому делоло только больнее, и чудовищное потомство продолжало приходить через вагину, несмотря ни на что.