Ты так похож на своего отца

Это, конечно, правильно, но от этого ещё ебаней. Он не хотел уходить из этого дома. От этого человека. Из их мира грязных канделябров и тёмных коридоров. И сейчас, сидя в пустом купе Хогвартс-экспресса, он курил и думал о том, что сдохнет от недоебита раньше, чем его найдёт Волан-де-Морт. Гарри уже заценил, как ученики шарахаются от него благодаря Пророку. Да, чуть не сдохли со смеху с Сириусом, прочитав парочку статеек летом. В кои-то веки в точку попали писаки. Молодцы... Назначение Рона старостой — не более чем политический ход Дамблдора. Толерантность изо всех щелей: власть малоимущим! Гермиона — дело ясное, кто, если не мы. А Гарри хочет домой. Дверь открылась, и в купе ввалились упомянутые друзья в компании близнецов. — Привет, Гарри, — хором поздоровалась они. Гермиона поморщилась и взмахом палочки очистила воздух от дыма. Гарри усмехается и издевательски затягивается. — Как дела, дружище? — внимательно смотрит Рон. — Всё, чтобы не скучать, и мы оба так пусты И в пустоте очаровательны. Но нам всё не то, как сигаретка без кнопки. Но скука не порок, и я могу её сыграть. Опять, опять, опять. Присутствующие переглянулись, пока Гарри, улыбнувшись, глотнул из фляжки, и близнецы присвистнули. — Ну-у, видимо, это означает неплохо, но так себе по сравнению с тем, как было, — пытаясь подобрать слова, округлил глаза Джордж. Гарри кивнул, отсалютовал ему фляжкой с огневиски и снова глотнул. — Я бы другой вопрос задал: как ты в школе будешь себя вести? Ведь все говорят, что ты сумасшедший. — Раз все говорят — видать, так и есть. — Как же так, Гарри? — голос Гермионы надломился от подступающих слёз. Гарри неторопливо закрутил фляжку, бросил её на сиденье, щелчком пальцев заставил окурок исчезнуть и наклонился к Гермионе с неожиданно серьёзным лицом. Парни настороженно обменялись взглядами. Такая резкая смена настроения — пока единственное, что выделяло состояние их друга. — Гермиона, что главное в персике? — Вкус! — выпалил Рон. Близнецы нетерпеливо шикнули на него. — Косточка. Именно из косточки вырастет новое дерево, которое даст много новых персиков. Его листья будут создавать кислород для дыхания всего живого. Под его тенью будут укрываться животные и люди. Отжив свой срок, его ствол удобрит почву, дав жизнь ещё многим персиковым деревьям. Так вот, Гермиона, во мне не осталось косточки. Есть только вкус. Нелепое тело, что тупо болит. Внутри моей души пустые залы. Я смотрю далеко, смотрю насквозь, пугаю неразборчивый люд. Ничего не просить, ничего не хотеть, никого не любить, никого не согреть. Не пытайся спасти моё чёрное сердце. Спаси всех от меня. — Я не понял нихуя, но Гарри дело говорит, — медленно проговорил Фред. Лицо Гермионы выражало глубочайшую печаль, как будто Гарри умер только что прямо при ней. Не такой уж и бред. — А можно пояснительную бригаду? — протянул растерянный Рон. — Легко, — Гарри откинулся на спинку сиденья и снова закурил. — Команды «стоп» для меня нет. Я могу пойти к Волан-де-Морту на чай прямо сейчас, с поезда. Могу убить Дамблдора, Макгонагалл или Снейпа. Могу войти в Министерство Магии и трахнуть Фаджа, а потом собрать полный состав Визенгамота и повторить на бис. Могу убить вас и ваши семьи, — ребята вздрогнули. — Могу убить себя. Гарри трансфигурировал сигарету в серебряный нож и резанул себе по ключице в опасной близости от сонной артерии. Гермиона вскрикнула и подлетела к нему с протянутыми руками, но он оттолкнул её невербальным беспалочковым воздушным ударом в грудь обратно на сиденье. Из раны длиной примерно пять сантиметров начали свой бег две капли крови. Парень собрал их пальцем и эротично облизал, заставив Гермиону покраснеть. Проведя над раной ещё раз ладонью, он залечил порез и, трансфигурировав нож обратно в тлеющую сигарету, продолжил курить. — Гарри, ты совершенно точно рехнулся, — пришибленно проговорил Рон. — Ахуеть. Прямо так неожиданно, хоть плачь, — хмыкнул Гарри. Неожиданно дверь в купе распахнулась и вошёл Драко Малфой в сопровождении Крэбба и Гойла. — Поттер, я заебался тебя искать! Подвинься, Уизел, дай сесть, — протянул блондин. — Сесть всегда успеешь, Дракуся. Не торопись. Господа Валуны, — ухмыльнулся Гарри и кинул тлеющий окурок в Гойла. Тот поймал его и, мрачно глядя на Поттера, потушил о дверь. — Вали отсюда, Малфой. Тебе здесь не рады, — недовольно заворчал Рон. — Ошибаешься, нищенка, мне здесь очень рады. Правда Гар-р-ри? Пиздато выглядишь, кстати, смотреть приятно, — Малфой окинул красноречивым взглядом, задержавшись на бледных плечах — с правого соскользнула белая футболка oversize, — розовых губах и худых ногах в чёрных узких джинсах с дырами на острых коленях. — Спасибо, мой хороший. Ты по делу или засвидетельствовать почтение? — Так, стоп! Я вот сейчас не понял, Гарри, ты и Малфой, вы... — красный от замешательства и возмущения Рон попытался прояснить странную для всех ситуацию. — Что? Трахались? Нет, Рон, выдохни. Пара поцелуйчиков в туалете клуба, считай и не было ничего, — успокаивающе протянул Гарри и махнул рукой. — Несколько незабываемых поцелуев от самого потрясающего человека, что был в твоей жизни, Поттер, — высокомерно поправил его Драко. — А вообще ты прав, я по делу. На что ты подсадил Панси? Семейный колдомедик разводит руками, её перевели из Мунго в маггловскую больницу. Восстанавливающие зелья не действуют, диагностические заклинания ничего не показывают. Лорд Паркинсон проводил ритуал вливания родовой силы, но она вновь иссякла за пару дней! — Детка подсела на сахар. Детка забыла про завтрак. Зубки крошатся, ей больно. Зайка, я не стоматолог, — просюсюкал Гарри, надув губки, и посмотрел на Драко невинными глазами. — Я принимал немножко, она заинтересовалась, а мне не жалко, дал попробовать. Не моя вина, что она не носительница мозга. — Какой ещё сахар? — недовольно воскликнул Драко. Рон и близнецы тоже смотрели вопросительно. — Магглы так называют наркотики, которые принимают перрорально, — грустно объяснила Гермиона. — И что делать? Она же так умрёт. Она похудела на пятнадцать килограмм. Волосы выпадают. Перебои с магией. — Надо же. Всего за два месяца сторчалась. Пусть прекратит принимать. Расспросите домовиков, скорее всего, кто-то из них приносит ей дозу. Пусть переломается пару недель. Прочистит организм. Потом можно устранять последствия магическим путями. Не раньше. И предупреди, что во время ломки сердце может остановиться, смотря какое у неё состояние внутренних органов. Пусть готовят дефибриллятор, магия может не сработать, — со скучающим видом рассказывал Гарри. — Не знаю, что меня больше пугает: откуда ты всё это знаешь или то, каким тоном ты всё это рассказываешь, — вздрогнул Малфой, поднимаясь. — В Пожиратели бы тебе со своими выкипевшими мозгами, — кивнул напоследок и вышел. Следом протопали телохранители. — А что, мне пойдёт Метка, — сказал Гарри, прикрыв один глаз и рассматривая своё предплечье. Улыбнулся и снова отхлебнул из фляжки.