dangerous and sweet

｡･｡*･ﾟ*.｡ ｡ *.｡ 💥🖕🏼 ｡･｡*･ﾟ*.｡ ｡ *.｡

Чонгук заламывает ему руки, прижимая к холодной поверхности стола. Больно. Но эта боль ему нравится. Он ждал ее. Считал секунды. До их встречи. До Чонгука. — Думаешь, что сможешь уйти от меня просто так? На лице сумасшедшая улыбка. Этот вопрос. Словно по часам. Размеренно. Четко. Слова в том порядке, который продумал у себя в голове Тэхен. Он выучил его. Выучил Чонгука. 𝖧 𝖠 И 𝟥 𝖸 𝖢 𝖳 Ь И 𝟥 𝖧 𝖸 𝖳 𝖯 И Так, что тот застрял во внутренностях. В потоках крови, едва проходя через сердце. — Нет, детектив. Усмешка. Сдавленный хрип. — Я и не думал уходить. Морг в заброшенной больнице не совсем место для свиданий. Но Тэхен не жалуется. Здесь... атмосферно. — Ты когда-нибудь умеешь затыкаться? В этом и проблема. Он не умеет. К этому моменту Кима привел его острый язычок. Сожалеет ли он? Нет. Нравится ли ему? Еще как. — Я думаю, ты знаешь пару отличных способов заткнуть меня, детектив. Рычание. Горячее дыхание опаляет ухо. Его разворачивают. Лицом к лицу. Голая из-за задравшейся футболки кожа проезжается по металлическому столу, и Тэ вздрагивает. Холодно. Руки сжимаются на его шее. Не сильно, но достаточно. Предостережение. Он открыт перед Чонгуком. Детектив может сжать руки посильнее, и Тэ останется лежать мертвым грузом на этом холодном столе. Но Чонгук этого не сделает. Потому что огонь в глазах. Азарт в его словах. Не позволят. Они играют в «кошки-мышки». Игру, которую начал сам Тэхен. А Чонгук так хорошо попался на нее. У него еще не было таких назойливых, дотошных, умных детективов.

Гᴏᴘячиx. Cᴇᴋᴄʏᴀльʜыx.

Тэхен избавлялся от каждого. Заманивал в свою ловушку. И расправлялся. Хихикая, когда их кровь попадала на лицо. Они были такими наивными. Думали, что Тэ играет в их игру, когда все это время они плясали под его дудочку. Но Чонгук другой. Особенный. Он не ведет игру, нет-нет. Он играет вместе с Тэхеном. Подыгрывает. Распаляет в Киме дикое желание пытаться лучше. Сжимать кулаки в бессилии, когда детектив в очередной раз опережал ход его мыслей. Безумцы. Они оба. — Ты так меня...

... зᴀʙᴏдишь.

— ... бесишь. Дикий шепот. На грани крика. Тэхен с этим согласен. Чонгук тоже его дико бесит. Но от этого желание еще сильнее. — Покажешь насколько сильно? Секс успокаивает Тэхена. Так было всегда. Секс с Чонгуком заставляет кожу чесаться. У него есть свой запах. Терпкий. С привкусом груши на белоснежной коже живота Чона чуть ниже пупка. Там, где тонкая дорожка волос заманивает дальше. Просит провести языком. Открыть рот и взять по самое основание. Чувствовать, как слюна и слезы смешиваются на подбородке и стекают на футболку. Холодные пальцы сжимают горошины сосков под футболкой. Жар под кожей. Звук рассыпающихся по полу пуговиц. Эта уже шестая рубашка, которую Тэхен должен Чонгуку. Их губы находят друг друга инстинктивно. Руки расстегивают штаны, касаются возбуждения Чона через ткань трусов. Тэхен не может больше ждать, он нужен внутри. Так сильно нужен. — Ты такой мокрый, Тэхен. Судорожный вздох. Большой палец размазывает смазку по головке. Чонгук подносит руку к губам, пробует. — И такой вкусный. Тэхен стонет громко, пошло. Чон входит в него сразу двумя пальцами, растягивает его. Входит резко, а выходит медленно, давая почувствовать каждую частичку наслаждения. Третий палец, четвертый. И все время по простате. Доводя до исступления. Губы на шее кусают, оставляют следы. Скрежет металлического стола распаляет еще больше. Рука двигается быстрее, заставляет кричать громче, дрожать сильнее. — Хв-хватит... я... аргх... готов... Чонгук входит в него одним резким толчком, застывает, давая привыкнуть. Руки Тэхена царапают заднюю часть его шеи. И это уносит. Он двигается в нем, сначала осторожно, а потом быстрее, заставляя Тэ хватать губами воздух, хрипло выстанывать его имя. Его трясет. В буквальном смысле. Головка члена Чонгука каждый раз задевает простату, и Тэхен не может сдерживать криков. Они близко. Оба знают это. Они никогда не могут продержаться долго после разлуки. Тэхену нужно было залечь на дно, а Чонгуку разобраться с мыслями. Его член в заднице самого опасного и разыскиваемого преступника показывает, что он так и не разобрался. Чон засасывает горошинку соска, втягивает в рот, обводит языком, чувствуя, как между их телами разливается что-то теплое. Кажется, крик Тэхена оглушил их обоих. Чонгуку срывает тормоза. Он с рыком насаживает Тэ на себя, сжимая руками тонкую талию в надежде оставить синяки. Тэхен сжимается вокруг него, остатки наслаждения делают больно, в глазах собираются слезы. Чон кончает в него, заполняя собой. Словно напоминание, кому он принадлежит. Кому Тэхен принадлежит. Чонгук безумен в такие моменты. Он становится безумнее, чем Тэхен. Это пугает. И притягивает. Отталкивает. И заманивает. Рваное дыхание заполняет помещение, гулким эхом отзываясь от холодных стен. — Ты все еще ненавидишь меня?

(я люблю тᴇбя)

— Да. Тэхен знает, что он врет. — Насколько сильно?

(бᴇзʏмʜᴏ ᴄильʜᴏ)

— Не волнуйся, не настолько, чтобы убить тебя.

｡･｡*･ﾟ*.｡ ｡ *.｡ 💥🖕🏼 ｡･｡*･ﾟ*.｡ ｡ *.｡

«Ужасный взрыв прогремел в центре Сеула. Как сообщает полиция, детектив Чон Чонгук был убит при исполнении известным преступником Ким Тэхеном. Это произошло за несколько минут до взрыва. Ким Тэхен, как выяснило следствие, не успел сбежать и оказался погребен заживо под основанием здания» Тэхен выключает телевизор. Эти новости крутят уже четвертый день. Его смерть — действительно праздник для людей. Усмешка. Тупые идиоты. — Все еще злорадствуешь? Холодные руки поперек его талии. Привычная татуировка лилии с надписью «пожалуйста, люби меня». — Весь мир считает, что мы отправились на тот свет, пока мы прохлаждаемся около океана. Полыхающий глаза в глаза. Рот искривлен в зловещей усмешке. Чонгук копирует это, но получается безумнее. Блеск в глазах страшнее. — Я в восторге. Ледяной, практически безжизненный смех на двоих.

｡･｡*･ﾟ*.｡ ｡ *.｡ 💥🖕🏼 ｡･｡*･ﾟ*.｡ ｡ *.｡

— Ты любишь меня? В ответ тихое: — Да. °*.*. ﾟ*.｡ ･ﾟ･｡ ･｡° *. .｡ the end.