Марионетки в этом мире..

***

Джиро попрощавшись с Каминари зашла в комнату. «Фух! Ну и прогулка! Весело было! А сейчас- за подарок!» Кьёка достала небольшую коробку из стола, ленту, оберточную бумагу, постер, наушники, коллекцию медиаторов для гитары, клей карандаш, бумагу, лак для волос и пастель. Наушники девушка положила в коробку, предварительно распоковав. Постер скрутила в трубочку и завязала тёмно-синей лентой, написав, от кого это (на память). Посмотрев на коллекцию медиаторов, Кьёка выбрала металлический с белым глянцевым покрытием, с ее инициалами, выведенными ею в прошлом году, черным маркером. Положив подарки в коробку, девушка обклеила коробку крафтовой бумагой с котиками на ней и завязала той же лентой, что и плакат. Основной подарок был готов, осталась лишь открытка. Кьёка открыла телефон. Разные фотографии промелькнули по ее пальцем на экране. Джиро остановилась на одном селфи. Здесь они с Каминари в обнимку сидели на кровати у девушки в комнате, а в руках парня ее гитара. В тот день она научила его играть. Решив, что эта фотография одна из самых удачных, Кьёка принялась за работу. Она смотрела много видео-уроков по рисованию пастелью, и вполне хорошо рисовала до этого. Сложив лист напополам, девушка провела бежевым две линии. Это границы их лиц. «Вот так идут волосы Денки, а здесь его красивая шея. Вот здесь выразительные глаза, здесь чуть-чуть растушевать. Вроде хорошо! Нужно немного румянца. В тот день вроде было жарко, или же это просто реакция Денки.» И тут девушку осенило. «И правда, а почему он всегда красный, когда с ней? У него светлая чистая кожа. На ней обычно нет никакого румянца. А тут… " Закончив работу, чтобы пастель не посыпалась, Джиро прыснула на нее лаком для волос. Было и правда красиво. Взяв линер и открыв открытку, Кьёка писала поздравление, иногда краснея, а иногда смеясь.

***

Каминари проводил Джиро до двери. «Как же было хорошо! Странно только, что она задала этот вопрос.» Flashback «А кто тебе нравиться?» end Flashback «И долго же мне притворяться человеком, который кроме темного шоколада ничего не любит?» Каминари шел к общежитию 1Е класса. Подойдя он нажал на звонок. -Привет! Ты ко мне? Может тебе нужны какие-то прибамбасы? Или усилители? У тебя какая причуда? Я кстати Хатсуме Мэй! -Прости, Хатсуме, но я к Хитоши Шинсо! -Неужели он завел друзей? Ничего себе! Шинсо, это тебя! — закричала изобретательница. -Иду. Привет, Каминари Денки из 1А. -Ты выходи! Мне поговорить нужно! -Сейчас, только обуюсь. -Учти, разговор без причуд! -Я понял. Каминари пошел к аллее у которой они говорили в прошлый раз. Солнце уже садилось и его лучи сковозь деревья падали на его лицо и одежду, оставляя рядом тени. Шинсо шел за ним, все это его напрягало, но разве он не хочет помочь подруге? Поэтому он не сдался, и не рассказал о чувствах подруги. Каминари остановился у кого-то дерева и повернулся к Шинсо. На его лице читалась явная агрессия и неприязнь по отношению к Хитоши. Парень не хотел тянуть с этим разговором, и сразу задал интересующий вопрос: -Ты любишь ее? -Что? Кьёку? -Я повторяю: Ты, любишь, Кьёку? Шинсо кипел от злости. На него никогда ещё так не кричали. В порыве гнева он крикнул ему: -Да не люблю я ее, тупица! Дубина, ты не понимаешь? Не люблю, и никогда не любил! Я с ней дружу! Она мой друг детства! Больше никто! Денки был в шоке. «Значит, она умрет?..» На его лице была злость, было безумство, и все это сопровождалось криком души. Ему было очень плохо. -Т-ты… ты хочешь понимаешь, насколько серьезная болезнь- Ханахаки?! Ты знаешь, что она может умереть?! А знаешь, что ее может теперь спасти, после сказанных тобой слов?! Знаешь что?! Хирургическое вмешательство! Ты знаешь, что после этого она станет вообще бесчувственной?! Ты ничего не знал, а я узнал! Я узнал о ее смерти! Я… — эмоции сменились, и гнев сменился страхом и сожалением.- Я… Я… Я не смог ничего сделать… Я ничего не сделал! — если до этого Каминари держал Шинсо за воротник рубашки и прижимал его к дереву, то сейчас он отпустил его, и упал на колени. Из его глаз текли слезы.- Я ничего не смог сделать.- шепотом повторял он.- Я ничего не сделал. Я ничего не сделал для ее спасения. Все… Все напрасно… Я… Я не смогу без нее… Я без нее умру… Я-я… Она…- Денки закричал во все горло и стал стучать кулаками по асфальту. Затем, он затрясся и с тем же криком запрокинув спину назад, стоя грудью вверх он плакал. Это было долго, и громко. На крик пришел дежурный учитель. Это был Айзава-сенсей. Увидев своего ученика в таком состоянии Шота немедленно подбежал к нему и долго пытался выяснить у Шинсо, что произошло с Каминари. Желтоволосый лишь тихо шептал: -К-Кьёка. Кьёка. Где она. Кьёка. Она ничего не должна знать. К-Кьёка… -Всё в порядке Денки. -Учитель держал парня на руках.- Ты слышишь! Если хочешь, обэтом никто не узнает. Но тебе придется рассказать в чем дело. Каминари, пожалуйста! -П-п-простите, Айзава-сенсей! М-мне б-больно вспоминать… П-позже… -Хорошо, мальчик. Можешь идти? -Да, Айзава-сенсей. Отпустите меня… Я сам д-дойду до общежития. -Что подумают ребята, увидев тебя с красным заплакангым лицом и… Кровящими кулаками? Денки, зачем? Мы сейчас же идём к Исцеляющей Девочке. -Я т-только умоюсь… Я с-сам обработаю… Раны…- Каминари приходил в себя. Принятие того, что его любимая умрет, было самым сложным, и до этой стадии он так и не дойдет…