Where's My Love

      Сара нежилась в постели с Майклом. Переплетенные ноги, разгоряченные тела, сбившееся дыхание, опухшие губы. Да, всё говорило о том, что молодые люди только что занимались любовью       — Майкл, — Сара подняла на него взгляд и провела пальчиком по груди, — что будет с нами в будущем?       — Я хочу найти брата и прекратить весь этот кошмар. — Парень влажно поцеловал девушку, крепче прижимая к себе. — Потом хочу убраться отсюда. Сентфор не даст нам стать счастливыми, это я точно знаю.       — Может, поедешь со мной в Балтимор? Я давно об этом думаю, но не решаюсь сказать маме. Она обидится и перестанет со мной общаться, а мне не хочется её терять.       — Балтимор? Звучит неплохо. Мы бы сняли уютную квартиру, — поцелуй в шею, — поступили бы в университет, — поцелую между грудей, — а потом и поженились бы. А там, глядишь, и дети пойдут, и собака, и собственный дом.       — Майкл, — Сара села в кровати, прикрываясь одеялом. — Ты хочешь связать со мной всю свою жизни? Хочешь, чтобы я стала миссис Тёрнер?       — Не просто хочу, — парень сел около девушки, крепко обняв её, — это моя мечта. Забрать тебя из этого поганого городка и сделать счастливой.       Так они и сидели, вдвоем, настраиваясь на битву. Это была не безобидная Писада Эйра, нет. Это было могущественное божество, способное лишить кого-то жизни одним щелчком. Нужно попытаться спасти всех, нужно попытаться быть сильной!       Саре было страшно. Страшно потерять кого-то из друзей, из Драконов. Страшно потерять Майкла. За всё это время он стал ей самым близким человеком. Он украл у неё первый поцелуй, забрал девственность, навсегда поселился в сердце. Майкл — первая, и единственная любовь в жизни девушки. В нём она видела своё счастье, своё спокойствие и свою жизнь.       Дорога до леса заняла не больше часа. Сара держала за руку Майкла, пытаясь передать ему частицу своей любви. Дерек нервно оглядывался по сторонам, пока они все не приблизились к статуе Фавна. Рядом стоял Джон, а около его ног, покрытые лианами, лежали дети.       После короткого диалога девушка поняла, что парень спятил. Лишать жизни других, чтобы оживить мать? Да он точно псих! Завязалась драка. Неожиданно из кустов выскочили Бурый и Вишня, активно размахивая ножом. Майкл ободряюще крикнул им что-то, и они втроем двинулись на Фавна. Тщетно. Джон, с его помощью, раскидала парней как тряпичных кукол, связывая и окутывая тело лианами. Сара осталась одна.       Ни попытки образумить Джона, ни разговоры, ничего не помогало. Осталось одно — действовать решительно. Это девушка поняла, когда Джон замахнулся, грозясь убить главу Драконов. Аарон слабо, но сопротивлялся, чем еще больше раздражал парня. Не глядя, Сара схватила и вонзила нож в спину Джона, вгоняя его как можно глубже. Парень упал на колени, и, отхаркивая кровь, не переставал смеяться.       — Иногда нужно действовать решительно и…безжалостно. — Он схватил Сару за запястье, пытаясь удержать. — Мне нужно тебе кое-что сказать.       — Извини, сейчас не время. — Девушка вскочила и подбежала к Аарону, помогая подняться на ноги.       — Спасибо, — мужчина покосился вбок и тяжело вздохнул, — ты спасла мне жизнь.       Дальше всё как в тумане. Девушка с замиранием сердца наблюдала за Майклом и друзьями, пока в её голове созревал план. Нужно как-то воткнуть иглу в Фавна, это спасёт их, и убьет его!       Одно движение короля леса, и Майкл, Бурый и Вишня были отброшены на десятки метров.       — Ах! — Сара присмотрелась, и увидела, как из головы Майкла сочится кровь. Он затрясся, словно в конвульсиях, а затем, выдохнув, замер. — Майкл? Майкл!       Парень не отвечал и не двигался. Казалось, словно это была тряпичная кукла. Порванная и сломанная кукла. Сара, превозмогая боль, подползла к парню, укладывая его голову на колени. Руки и куртка мгновенно окрасились в бордовый цвет крови, стекая ручьями на землю. На его лице застыла гримаса ужаса, стеклянные глаза смотрели куда-то вверх, из разбитого носа стекала струя крови, исчезая где-то за ухом. Девушка прижала пальцы к шее, пытаясь нащупать пульс. Ничего.       — Майкл, проснись! Ты мне обещал счастливую жизнь, — Сара заплакала, аккуратно перебирая волосы юноши, — я не смогу без тебя, я просто не выживу.       Парень молчал. Девушка поняла, что это конец — он мертв. Больше она никогда не увидит его улыбку, не услышит его смех, не почувствует вкус его губ. Наклонившись, Сара запечатлела последний поцелуй, с привкусом крови, скорби, боли и потери.       В голову лезли воспоминания об их первой встрече, о поляне. Вот, он её целует, а она начинает медленно проваливаться в эти отношения. Треск.       Вот они сидят в кино, мило о чем-то воркуя. Треск.       Вот Майкл готовит ей ужин, периодически целуя и обнимая девушку. Треск.       Вот они занялись сексом в первый раз. Теперь она ему принадлежит полностью. Треск.       С каждым треском сердце девушки разлеталось на куски, превращаясь в ненужный орган. Последний кусок разлетелся на мелкие частицы, стоило Саре вспомнить сегодняшний вечер. Всё умерло. Умер он. Умерла она.       Из груди вырвался крик, с каждым разом становясь всё громче и громче. Так кричат люди, умершие внутри, так кричат те, кто потерял свою любовь и своё сердце. Никто не поймет её, никто не прочувствует и сотую часть той боли, что испытывает девушка. Голос давно сорвался, голова раскалывалась, и грудь сдавливали рыдания. Она задыхается. Может, умереть сейчас, рядом с ним, было бы идеально? Умереть, держа в руках тело любимого.       Сара было откровенно плевать на происходящее. На детей, на Фавна, на всех! Теперь всё перестало иметь смысл, он умер! Он больше не вернётся!       Спустя время поляна погрузилась в тишину. Фавн умер, его убил кто-то из ребят. Бобби, видя тело брата, взвизгнул и потерял сознание, Дерек молча отвернулся, а Драконы помогли подняться девушке.       — Нет, пустите меня, пустите! Он оживет, вот увидите! — Сара вырвалась и подбежала к накрытому кожаной курткой телу любимого. — Всё закончилось, Майкл. Мы победили. — Девушка опустилась возле него на колени и принялась качаться из стороны в сторону, — вернись ко мне.       Аарон молча поднял брыкающуюся Сару на руки и понес из леса. Тело Майкла оставалось всё дальше и дальше, а боль и скорбь отняли все силы. Последнее, что девушке удалось запомнить, это раскат грома вдалеке и тихий шепот Майкла: «Прости, малышка, я не сдержал слово».       На следующий день Сара не хотела просыпаться. Она не хотела есть, пить. Ей нужно было одно — умереть. Уйти, в след за любимым, оставив эту никчемную жизнь. Девушку пытались расшевелить мама, папа, друзья, даже Драконы заглянули, но всё тщетно. Она умерла там, в лесу, а сейчас в комнате лежит обычное чужое тело.       Сара вышла из комнаты лишь в день похорон Майкла. Уныло надев черную водолазку и брюки, девушка равнодушно скользнула взглядом по собственному отражению и пошла на кладбище. Около гроба столпился, наверное, весь Сентфор. И футбольная команда, и одноклассники, и друзья, и семья, и Драконы — все пришли почтить память верного друга и товарища. Только вот при жизни им было плевать на него, плевать! Он сам ей это говорил, сам рассказывал, что нужен только ради выгоды.       Мама Майкла тряслась в рыданиях, сжимаю побледневшую руку Бобби. Парень смотрел сквозь гроб, не понимая, где он и что здесь происходит. Девушка подошла к ним, и, положив букет белых роз в яму, расплакалась. Это она, она должна быть на его месте, а не он! Он заслуживает жизни больше, чем кто-либо! Священник дал минуту всем близким проститься. Мама поцеловала мертвого сына в лоб, судорожно бормоча что-то себе под нос. Бобби, взглянув на брата, мотнул головой и пожал холодную руку, пытаясь показать всё своё уважение этому человеку. Наконец, настала очередь Сары. Девушка поцеловала обездвиженные губы любимого, и, пока никто не видит, вложила ему в руку часть неразлучника, который собиралась подарить на Хэллоуин.       — Вот видишь, — девушка прислонился своим лбом ко лбу Майкла, — мы всегда будем вместе. Нас ничто не разлучит.       Гроб медленно опускался в яму, и вместе с ним опускалась и Сара. Пусть она сейчас стоит рядом со всеми, душа и сердце ее были в той яме, забравшей у нее самого любимого и дорого человека. Церемония закончилась, все начали расходиться.       — Сара, — Бобби подошел к девушке, и посмотрел на неё заплаканными глазами, — ты всегда можешь прийти в его комнату. Мы не будем её трогать, она останется такой же, как при его жизни.       Сара кивнула и посмотрела на холм свежей земли. Когда последний человек удалился от могилы, девушка не выдержала и легла рядом, пытаясь всеми фибрами души дотянуться до любимого. Теперь он сгниет, его будут поедать черви, а вскоре от него ничего не останется. Не может быть, нет! Он должен с отличием окончить университет, стать местной звездой американского футбола, он должен сделать предложение Саре, должен, должен!       Девушка свернулась калачиком и заплакала, поглаживая вторую половину неразлучника на шее. Слёзы не кончались, как не кончалась боль и потеря, как не кончались остатки разбитого и уничтоженного сердца.       Спящую Сару нашел охранник, и, доведя до дома, передал её в руки родителям. Те пытались заботиться о ней, успокоить. Они говорили, что боль пройдет, что все будет хорошо. Лгуны! Ничего не будет хорошо!       Через неделю Сара набралась храбрости и пришла в дом к Тёрнерам. У неё была четкая цель — попасть в его комнату. Бобби проводил девушку и оставил одну, спустившись к бледной и осунувшейся матери. Сара приоткрыла дверь и зашла внутрь, задыхаясь от воспоминаний. Кровать так и осталась, не заправлена, футболка лежала на том же месте, на которое её бросила девушка в порыве страсти. Тетради, учебники, рюкзак — всё говорило о том, что парень просто вышел в магазин. Что он сейчас вернется, обнимет девушку и поцелует в макушку. Даря спокойствие и любовь.       Проведя рукой по подушке, Сара зарылась в нее носом, вдыхая запах любимого умершего парня. Да, она пахла, как он. Она хранила его запах.       Девушка взяла его кожаную куртку, порванную во время последней битвы, его футболку и вышла за дверь, навсегда закрывая себе сюда дорогу.       Дома, дождавшись, когда мама с папой уйдут по делам, Сара переоделась в футболку Майкла, накинув сверху куртку Драконов. Футболка доходила ей до середины бедра, а кожанка была велика на добрых два размера. Но всё пахло им. Создавалось впечатление, что он обнимает её, обволакивая своим запахом.       Сара зашла в ванную комнату, включила ледяную воду и залезла в ванну. Лезвие опасно поблескивало в её пальцах, разрезая нежную кожу. Девушка приняла решение еще тогда, на поляне, умирая вместе с Майклом. Надрез — становится легче, боль отступает. Еще, еще и еще! Раскромсав себе запястье, девушка блаженно улыбнулась, и, поцеловав половину неразлучника, начала погружаться в тягучий сон. Где-то слышались крики мамы, чувствовались руки папы, вынимающего её из ванны. Ей было откровенно плевать. Она увидела улыбающегося Майкла, и, сделала шаг к нему на встречу.