Говори для меня, я буду петь для тебя

Побитый всеми взгодами и невзгодами, телефон журналиста по имени Егор Линч, издал уже приевшееся "дзынь-дзынь-дзынь", означающее, что у владельца телефона есть два часа свободного времени. Линч никогда не тратил эти два часа на посиделки в кафе, компьютерные игры, просмотр какого-нибудь фильма, сериала, как другие его сотрудники. Напротив, он хватал со стола телефон и ключи, не только от квартиры, но и от машины, и как можно быстрее ехал домой, чтобы проверить кое-кого... Очень важного для него "кое-кого". Если бы Егор обмолвился о том, что едет домой, чтобы кого-то проведать, то люди тут же подумали о том, что у него есть домашнее животное, требующее много ухода. Такие случаи были нередкими, но Линч... У Линча другая ситуация. У него в квартире жил вовсе не пёс, не кошка, не мышь, далеко не они. Каждый раз, когда он приходил домой, он заставал сидящего на диване Джона, глядящего в пустоту неестественно-пустыми глазами. Джон всегда, всегда был там, где Линч его оставлял, вне зависимости от обстоятельств. Рассудок Джона был сильно повреждён после того случая в лесу. Тело спасти удалось, а вот сознание... Помнится, Линч рвался принести в жертву себя вместо Джона, но ему никто, ожидаемо, не позволил. С той поездки прошло уже 397 дней. Линч считал. И за это время Егор не смог простить себе, что потащил Джона в этот лес, и вряд ли когда либо сможет. Егор оставил свою камеру и кожаную куртку в старом доме своего дяди, а сам дом закрыл, пытаясь сбежать от воспоминаний. С той поездки в лес он записал лишь одно видео, чтобы дать знать тем, кто его смотрит, что больше видео не будет. Линч хотел забыть своё прошлое, даже сменил область журналистики, оборвал все связи с агентами S.C.P., но с ним всегда было одно напоминание - Джон. И Егор не хотел, чтобы это напоминание угасло... Линч часто проводил вечера рядом с Джоном. Смотрел с ним фильмы, читал книги, просто разговаривал, надеясь, что Джон однажды ответит. Это была смутная надежда на чудо... которое всё никак не происходило. Егор буквально кормил Джона с ложечки, а, точнее, ставил ему специальную капельницу, мыл его, одевал. Линч часто обнимал Джона и слушал его сердцебиение, чтобы быть уверенным, что Джон ещё жив, и это всё - не простая галлюцинация, не кошмар. В один из вечеров, таких же, как и множество предыдущих, Егор как можно быстрее приехал домой, по пути купив немного продуктов. Ну, как немного - наполнил один "большой" пакет. Линч застал Джона, лежащим на диване лицом к спинке. Там, куда Егор его и отнёс после того, как его покормил во время обеденного перерыва. Егору было тяжело видеть своего друга таким... беспомощным. Каждый раз, когда Линч проходил домой, сопровождался тяжёлым вздохом в исполнении самого Егора. - Ну, привет... я дома... сейчас распакую продукты и приготовлю чего-нибудь поесть. Потом поставлю тебе капельницу... - Линч никогда не любил капельницы, вообще, больницы в целом, а ставить капельницу самому, да и ещё и своему другу - Жуть с большой буквы. Егор сел смотреть новости, посадив Джона рядом с собой. Ужин съеден, посуда помыта, капельница сделана. У Линча оставалась пара часов до того, как нужно будет ложиться спать, чтобы достаточно выспаться. По одному из новостных каналов шли старые выпуски новостей. И, учитывая удачливость Егора, угадайте, о ком в нынешнем выпуске рассказывали? О "журналисте Егоре Линче и его напарнике Джоне Астрейде, спасших город от таинственного монстра". Монстром был Человек-Мотылёк. Линч не хотел смотреть то, что пытался забыть, но тут на экране появился сначала он сам, ответивший лишь на пару вопросов, а потом Джон... Джон говорил, говорил много, расписывал события во всех подробностях, иногда смеялся или негодовал из-за того, что Линч отказывался сидеть дома после аварии... Егор, не задумываясь, тихонько обнял Джона, уткнувшись в его предплечье носом. Линч не вслушивался в слова, он слушал голос, смотрел на это улыбающееся лицо, такое ему дорогое... А сам Джон сидел в объятиях Егора, без единого намёка на эмоции, в то время как Линч потерял способность нормально дышать и пытался сдержать слёзы. Сдержать слёзы не получилось. Егор тихо трясся, всхлипывая, пока Джона, того, что в телевизоре, пытался посадить в специальную машину он сам и ещё пара людей. Линч сожалел о том выборе, таким, казалось, незначительном - посмотреть какой-нибудь сериал или видео про "Таинственный Лес Призраков". Выбери первый вариант, всего этого бы не произошло, Джон был бы в порядке... Пора было ложиться спать. К тому времени у Егора уже спала краснота вокруг глаз, в отличии от "отметин панды", как раньше называл Джон его синяки. Линч довёл Джона до его комнаты, точнее, дотащил, приобняв, и уложил на кровать, а сам сел на край. Ещё несколько минут Егор смотрел на Джона, будто ожидая какого-то чуда, ища что-то в его глазах, но потом всё-таки укрыл лёгким одеялом. - Хех... - вздохнул Линч. Ему вовсе не хотелось уходить, а нужно, - А я всё надеюсь... И всё зря... - в горле снова образовался ком. Слишком уж долго он держал в себе свои чувства. Егор снова бросил краткий взгляд на Джона. В голову пришла, казалось, сумасшедшая идея, которую очень хотелось воплотить в жизнь... Линч приподнялся и подошёл ближе к изголовью кровати. Он наклонился к лицу Джона и какое-то время рассматривал его, а потом, решившись, оставил лёгкий поцелуй на лбу Джона. - Надеюсь, всё поправится... - пробормотал Егор, ни к кому особо не обращаясь, и медленно направился к двери. Вдруг, из-за спины Линча послышался какой-то неясный звук, похожий на шёпот. Шёпот Джона... Егор резко развернулся, аж шея хрустнула. - Что?.. Джон молчал, лишь лёгкая дрожь его губ выдавала его. - П... П... П... П-п... - он снова попытался что-то сказать. Линч подлетел ближе. Джон всё ещё смотрел мимо, в пустоту, но то, что Джон что-то говорил, вернее, пытался сказать... Это казалось чем-то невероятным. Егор старался не дышать, чтобы ненароком не пропустить не единого звука. - П-пап... П-п-пап-па... - произнёс это слово, Джон затих. "Папа". Одно единственное слово, самое обычное, но такое важное для Егора. - С... С... Сп... - начал снова бормотать Джон, постепенно вырисовывая словосочетание "Папа, спой". Как-то раз Джону выдалось услышать, как Линч напевает какую-то песню, что звучала у него в наушниках. Позже негодовавший из-за "дразнилок" Джона, Егор думал, что Джон спит, но, как оказалось, нет... Линч был готов петь для Джона сколько угодно, лишь бы тот говорил... На следующий, а точнее, уже на этот день, Егор напишет электронное письмо своему боссу, возьмёт небольшой отпуск, и будет пытаться доказать врачу, что Джон говорил. Врач ему не поверит, ну и ладно. Линч будет каждую ночь перед сном петь Джону и уговаривать его произносить слова. Егор будет раз за разом прокручивать записи тех слов, что говорил Джон, и мечтать о том, чтобы через какое-то (он был согласен даже на большое) количество времени, всё вернётся на круги своя... А Джон запомнит всё, что говорил ему Линч. Всё тёплые слова, все те откровения, слабости Егора. Джон запомнит всё, но они никогда не будут об этом говорить. Хоть возможность и будет...