Этим летом нас ждут алые закаты...

— Алиса, твоя гитара уже давно расстроилась, а ты продолжаешь бренчать, прошу, пощади наши уши, давай я настрою, — уже пять минут уговаривала подругу пионерка. — Мику, я же ясно дала понять, что не доверю свою крошку в чужие грязные ручищи, и вообще не сильно она и расстроена, за своими инструментами лучше следи, — обиженно и раздраженно фыркнула Алиса, ведь любые замечания в сторону её драгоценной гитары были равносильны тому, как назвать её Дваче. Мику расстроенно надула губы, нахмурила брови и скрестила руки, отвернувшись в сторону, тем самым напоминая обиженного ребёнка, да и не трудно заметить, что характер у неё с виду далеко не взрослый, и если вам удастся уловить в нём хоть грамм серьёзности, то вам крупно повезло. Пионеры — к удивлению уже пересёкшие простые приятельские отношения, и ставшие близкими друзьями, беззаботно расположились вокруг вечернего костра. Дул прохладный ветер, но этим летом жарко было даже по ночам, а бесконечные стаи кровожадных комаров никак не давали покоя, но как говориться: «темнота друг молодёжи» и никакие преграды не смогут остановить юные пылающие сердца. Двачевская как и всегда старалась оказаться в центре внимания: специально заранее села посередине, притащила с собой гитару, пытаясь видимо этим произвести впечатление, наигрывая по памяти какие-то мелодии из советского рока. Для Мику же, сидевшей рядом — человеку, который всю жизнь профессионально занимается музыкой, это казалось крайней нелепостью и резало слух. Хоть она и не показывала своего истинного отношения, так как не хотела кого-либо обидеть, но при этом естественно очень хотела поскорее остановить этот «концерт» и прекратить свои мучения. Ульянка — неугомонная девочка ракета, как обычно не могла ни пошалить. Непонятно откуда она добыла кучу мокриц и довольная своей находкой носилась с ними за бедным Электроником, а он на дух не переносил любых насекомых. Лена безмятежно дремала на плече у Слави, а та тем временем жарила на костре кусочки хлеба, украденного, хотя в случае со Славей — самой прилежной девочкой и помощницей вожатой — позаимствованный из столовой. Шурик беседовал с Женей о чём-то научном. Электроник как вы и сами понимайте тоже очень жаждал присутствовать рядом (хотя, будем честны, в большей степени с обаятельной библиотекаршей), но к несчастью попал под издевательства девочки СССР. Семён куда-то запропастился, как обычно ничего никому не сказав, да и он явно не особо вписывался в данную атмосферу, скорее даже не хотел вписываться. Так они и сидели, наслаждаясь чудесным вечером. Эта лагерная обстановка, безмятежность, запах костра и мокрой травы, звуки стрекотания сверчков и шипение огня, свежий воздух. Пока они молоды, и могут вот так вот просто сидеть и наслаждаться моментом, но не успеют они оглянуться, как всё это окажется лишь приятным воспоминанием. Вот и сейчас, прошло уже полтора часа и пионеры всё-таки решили закончить посиделки и разойтись по домикам. Да и час поздний, а с утра рано на завтрак вставать… — Лена всё ещё спит… — прошептала Славя, заботливо гладя по голове тихоню, сладко посапывающую на её коленях, — Эх, так жалко будить. — А мне не жалко, с удовольствием её разбужу, — ехидно заулыбалась Алиса и резко начала бренчать на гитаре, напевая что-то по типу: «Лена, Лена, хватит спать, тебе уже пора вставать, мы все уходим по домам, ало, вставай, салам…» Мику никак не ожидала такого поворота событий, обескураженная столь безобразным поведением, она как можно скорее решила остановить Двачесвую, прикрыв одной рукой её рот, а другой сжав её руку, изолировав тем самым пальцы от струн. Алиса тоже не ожидала такой смелости и нахальства от Мику. Сначала она растерялась, но вскоре в излюбленной манере, просто обиженно замолчала и спустя мгновение удалилась. — Нет, будить мы её не будем… — прошептала японка, — Семён, пожалуйста, помоги отнести её в домик, — с улыбкой обратилась она к шатену, который как раз недавно вернулся обратно. — Ну я… у меня там ещё… Ах, ладно… — Семён явно не хотел никого никуда относить, но Мику так искренне попросила, что отказать этой милой девушке было просто невозможно. И вот они попрощались, Семён взял на руки Лену, которая даже не шевельнулась, видно спала она крепко. И они в компании с Мику направились к их домику. Хатсуне явно была довольна вечером и максимально искренне улыбалась. Хотя она всегда старается быть жизнерадостной и позитивной, и даже такой безразличный человек как Семён порой всё пытается понять как же ей — вроде обычному человеку — не роботу это удаётся. — Хорошо посидели, почаще бы вот как, — начала разговор Мику, и кто бы сомневался, молчать она естественно не любила, — так не хочется, чтобы эта смена заканчивалась… Тебе ведь тоже нравится? — Угу… — протянул Семён. — Тяжёлая? — поинтересовалась Мику, глядя на спящую на руках у Семёна Лену. — Да, не особо, — хотя по его голосу так не скажешь. — Как хорошо, что нас с ней поселили вместе, была бы она с Двачевской… Эх… — вздохнула пионерка и покачала головой. — Да, но так странно, как вы уживаетесь вместе? Я бы и никогда не подумал… — внезапно поддержал диалог Семён, молчать в данной ситуации было уж слишком неудобно. — Ты о чём? — удивилась Мику. — Ну вы такие… очень разные… Японка рассмеялась. — Да, но так ведь даже интереснее, да и она очень хорошая, всегда выслушает… — продолжила пионерка. — Как-будто у неё есть выбор… — пробормотал шатен и понял, что ляпнул это вслух. — А… Ты что-то сказал? — вопросительно повернулась к нему Мику, видно не расслышавшая это неприятное замечание. — Говорю почти пришли, — выкрутился Семён и да, они действительно были около нужного домика. Пионерка открыла дверь и Семён прошёл внутрь, с нетерпением положив Лену на кровать. — Ну, моя работа сделана, — выдохнул он, — думаю дальше ты и сама справишься… — Спасибо тебе огромное, чтобы я без тебя делала, — как можно доброжелательней отозвалась Мику и неожиданно обняла Семёна, так крепко, как могла. Он смутился и дёрнулся. — Да, не за что, обращайся, — ответил он, пытаясь сделать уверенный голос, — Спокойной ночи! — шатен покинул домик. — Спокойной… — продолжила улыбаться Мику, — а теперь разберёмся с тобой, — обратилась она к спящей Лене. Так, ей нельзя спать в одежде, она же грязная, — рассуждала она. И решила незамедлительно переодеть подругу, начав снимать ей туфли, за которыми последовали гольфы. — А теперь самое трудная часть, — вздохнула она и развязала Ленин пионерский галстук. Далее стянула с неё юбку и стала ловко, (хотя если смотреть на саму ситуацию — неловко) расстёгивать пуговицы на рубашке одну за другой, но тут Тихонова начала потихоньку открывать глаза. Пару секунд она просто неподвижно лежала, пытаясь понять кто она и где, но тут она взгляд упал на растерянную Мику, зависшую над ней и положившую руку ей на грудь дабы расстегнуть очередную пуговицу. Если бы не полумрак, то можно было сказать, что они они обе покраснели, а Лена слегка испугалась от непонимания и неожиданности. — Мику? — хриплым голосом пролепетала Лена. — Да, я просто не хотела будить тебя, ты уснула в лесу, Семён перенёс тебя в домик и я решила переодеть и… — нервно начала тараторить Мику. Лена лишь улыбнулась и продолжила растягивать пуговицы на своей рубашке: — Спасибо тебе большое, думаю дальше я сама, а ты лучше тоже переоденься… Они как ни в чём не бывало молча переоделись и наконец-то обе заснули… Утро. Солнечные лучи проскальзывали в комнату сквозь окно, птицы весело пели свои утренние мелодии. Мику сладко укуталась в одеяло, уткнувшись носом в подушку и явно не хотела с ней расставаться, но пустота в желудке давала о себе знать и пропускать завтрак совсем не хотелось. Девушка присела, потянулась, протерла глаза и наконец поднялась с кровати. Было ещё рано и она решила позволить соседке ещё немного поспать, сама же Хатсуне стала натягивать свои любимые чёрные чулки, а переодевшись, отправилась выполнять утренние процедуры. Минут через десять она вернулась, начав будить Лену, которая ещё блуждала по миру снов. — Леночка, уже утро, просыпайся, — Мику подошла к её кровати, нежно и заботливо погладив подругу по волосам. Но Лена лишь издала недовольный стон. — На завтрак ведь опоздаешь, — покачала головой Хатсуне и стянула с Лены одеяло. — Эээ… Мику, я тебя догоню, иди без меня, — просипела тихоня, зевнув и даже не открыв глаза. — Ладно уж… Возьму и тебе что-нибудь, — вздохнула Мику и захлопнула дверь. Через минут пять и Лена решила встать. Лениво схватив форму, она не спеша стала натягивать юбку и застегивать рубашку. И вот не прошло и часа, как она завязала галстук, достала зубной порошок и отправилась к умывальникам. Пионерка подошла к одному из них и начала умывать лицо холодной водой (данная процедура очень помогла взбодриться и окончательно проснуться), как вдруг она почувствовала, что кто-то подошёл сзади и резко прижался к ней всем телом, закрыв её глаза руками. В первую секунду Лена дёрнулась и даже испугалась, но тут же сообразила в чём дело. — Угадай кто? — грозно спросил вдруг знакомый голос, находившийся в паре сантиметров от неё. — Фонтамас в пальто! Ульяна, если ты сделаешь свой голос чуть ниже, это не значит что он станет другим, — раздраженно фыркнула Лена. — И ты, Алиса, отпусти меня уже, старше её вроде, а ведёшься себя также… — Ну и как ты поняла что это я? — расстроено поинтересовалась рыжеволосая, убрав руки от Лены. — Ну, а кто ещё такой ерундой, да ещё и с утра пораньше мается будет, — причитала Лена, продолжая умываться. — Может Семён… — ехидно ответила Ульянка и подмигнула. — Ага, с третьим размером груди, конечно, — продолжила злиться Тихонова, — Вот, если бы ты была на её месте, тогда да. (Это был намёк на то, что у Ульянки она ещё не выросла) Хотя… рост конечно тоже… — ухмыляясь обратилась Лена к Ульяне, уже чистив зубы. — Эй, — обижено протянула девочка СССР. — Видно ты сильно разозлилась раз подкалываешь Ульянку, — довольно улыбнулась Алиса, — А вообще мы по делу пришли. — Сегодня мы с ребятами из соседнего отряда собираемся в старый лагерь, — радостно стала рассказывать Ульяна, забыв о недавней усмешке. — Ты идёшь с нами, —обратилась Алиса к Лене, положив руку подруге на плечо. — Спасибо за приглашение, но пожалуй откажусь, — с этими словами Лена сплюнула зубной порошок. — Это был не вопрос, а утверждение, — ещё довольнее заулыбалась Двачевская и потрепала подругу по голове, растрепав хвостики. — Но… — пыталась противиться Лена. — Не переживай, мы за тобой зайдём, — Ульяна тоже была крайне весела и после этих слов они с Алисой удалились. Наконец Лена закончила утренние процедуры и вскоре направилась в столовую. Там было уже довольно пусто, пионеров почти не было и еды как понимаете тоже. Пионерка расстроено вздохнула, но делать нечего, хотя бы чай взяла, пускай он был ужасно крепкий и горький, да ещё и остыл, но нужно было промочить горло с утра. Далее девушка стала выискивать глазами место и заметила в углу Мику, которая к счастью ещё не ушла. Рядом с ней расположился Шурик и видно они о чём-то беседовали. Заметив Лену с чаем Мику ещё больше оживилась и стала размахивать руками в разные стороны, тем самым привлекая соседку. — Эх, что-то ты долго, мы уже давно поели, а я вот тебе сосисок с омлетом взяла, — Мику дружелюбно подвинула тарелку к Лене, — к сожалению, уже всё остыло, — было видно, что она расстроилась по этому поводу. — Ну, если бы кое-кто не был такой соней… — улыбнулся Шурик, посмотрев на Лену. — Да ничего страшного, спасибо, думаю оно все ещё вкусное, — мило улыбнулась Лена и приступила к завтраку. — Шурик, кстати, а почему ты не с Электроником? — поинтересовалась Мику. — Эх, он сейчас в библиотеке… Сама понимаешь… — грустно ответил Шурик. — Изучает книги по робототехнике? — продолжила разговор Хатсуне. — Если бы, скорее изучает ту, кто их выдаёт, впрочем, пойду найду его, у нас ещё работы много, — Шурик серьёзно поправил очки, встал из-за стола и покинул столовую. Тут внимание Мику перешло на Лену. Она пыталась вести с ней беседу, но тихоня лишь кивала, так как была занята поглощением омлета. Но видно аппетит у Лены был хороший и через пару минут тарелка благополучно опустела. — А ты куда сейчас? — обратилась она к соседке. — Как обычно, в свой кружок, может Семён всё-таки придёт, ну или кто-нибудь из соседнего отряда, одной тоже конечно неплохо, но хочется же с кем-то… Лен, а ты случайно не хочешь? — в глазах Мику появилась надежда. — Я… — удивлённо протянула пионерка и задумалась, — да, думаю могу. Мику радостно завизжала и крепко сжала Лену в объятьях. И вот они уже входят в музыкальный кружок. Внутри оказался целый оркестр: барабаны, гитары и даже самый настоящий рояль. — Тут так много инструментов… — удивилась Лена. — Ну, на то он и музыкальный кружок, — рассмеялась Мику. — И ты на всём этом умеешь играть? — Ещё как, — продолжила улыбаться Хатсуне. — Я бы тоже на чём-нибудь хотела… — еле слышно пробормотала Лена и сразу покраснела. Мику сделала удивлённые глаза и тут же схватила подругу за руку, потащив за собой ближе к инструментам. Далее она усадила Лену на лавочку и с нетерпением вручила ей гитару. — Ты че-чего… — заикаясь Лена, изучая инструмент, с осторожностью его касаясь. — Ты что, никогда о не держала гитару в руках? — Мику удивлённо на неё взглянула, а Лена в ответ лишь покачала головой. — Я думала, раз вы с Алисой лучшие подруги, то она и тебе давала поиграть. Ах, да, от неё такого не дождёшься, та ещё жадина, но я то не такая… — Мику подмигнула. — И-и что дальше? — Лена вопросительно смотрела на подругу. — Левой рукой возьми за гриф, вот, вот он, корпус опусти на коленку, правую руку на струну, спину держи прямо, локоть чуть дальше, опирайся большим пальцем за гриф, точнее схватись им и расслабь руку, так, давай помогу, — Лена еле успевала следовать инструкции, так как Мику так оживилась, что снова начала тараторить. Японка собственноручно решила обучить тихоню и села прямо за ней, как бы приобняв. Далее она помогла расставить руки Лены, в нужные позиции. — Поставь указательный палец на шестую струну первого лада, — продолжила Мику гораздо тише, так как её губы оказались близки узк Лены. Та же в свою очередь, чувствовала тёплое дыхание японки у себя на щеке, да и Мику всё сильнее прижималась своим торсом, к её спине, смущая Лену всё больше и больше. — Безымянный палец на третью струну третьего лада, — продолжала Мику, не обращая внимание на напряжённую подругу. — Чуть пониже, да, вот так. А теперь зажми медиатор между трёх пальцев и пройдись им по всем струнам. Лена неуверенно провела по струнам, издав ненужный гул. — Ещё раз. Лена всё больше напрягалась и провела ещё раз и ещё, ещё и ещё, но звук не был достаточно чистым. — Зажимай пальцы на грифе сильнее, — подбадривала Мику. — Больно… — зашипела Лена, но продолжала. Тут Мику не выдержала и зажала Ленину правую руку в своей, помогая правильно проводить по струнам, звук стал действительно ровным и красивым. Её рука была мягкой, пальцы тонкими, а у тихони уже успела вспотеть ладонь и медиатор то и дело, пытался выскользнуть, да что таить, она вся вспотела от неловкости. Но при этом Лена не испытывала дискомфорта, скорее наоборот, ей было… приятно? Но почему? Неужели это влияние творческой атмосферы или музыки? Да. нет, она всё-таки пока только художник, а не музыкант. А вдруг всё дело в Ми… Размышление Лены прервал внезапный стук. Дверь распахнулась из-за неё вышли рыжая бестия и её верная подруга СССР. Мику сразу же отпустила руку Лены и пересела, будто бы не хотела, чтобы те видели их вместе. Лена же растеряно застыла с гитарой, прижав её к себе. — Алиса, Ульяна, какими судьбами, — радостно поприветствовала японка, широко разведя руками. — Да, мы к Тихоновой, — хитро улыбнулась Алиса, — не ожидала встретить тебя здесь, да ещё и с гитарой, — обратилась она к тихоне, как-то надменно на неё взглянув. Мику недоумевающе посмотрела в сторону Лены. — Как вы вообще узнали где я? — с недоверием спросила Тихонова и сжала гитару ещё сильнее. — Персунов сказал, — улыбалась Ульянка. — А он то как узнал? — Мику сделала удивлённые глаза. — Следил за тобой наверное… — пробормотала Лена и неодобрительно нахмурилась, но её никто не услышал. — Собираемся в шесть часов у площади, — продолжила Двачевская. — А куда это вы? — с искренним любопытством спросила Мику и сделала ещё более удивлённые глаза. — Да так, с ребятами из соседнего отряда в заброшенный лагерь… — Алиса снова хитро улыбнулась и скрестила руки у груди, она явно что-то замышляла. — Говорят там водятся призраки… — загадочным голосом добавила Ульянка. — Ты конечно тоже можешь пойти, но не думаю, что тебя такое интересует… — продолжила рыжая, — Неужели и ты идёшь? — было первое что спросила Мику и растеряно посмотрела на соседку. Лена виновато улыбнулась и кивнула. — Ну тогда и я, почему бы и нет, походы это весело! — радостно согласилась Хатсуне. — Ну хорошо, только Славе и ОД ни слова!!! — наказала Алиса, подмигнула и удалилась. Как раз наступило время обеда и Мику с Леной решили на сегодня закончить занятие и отправиться за порциями солянки с котлетами. Довольно скоро наступил и вечер и Лена, Мику, Ульяна и Алиса пришли на площадь в назначенное время. А с ними Семён, ещё два незнакомых пионера из соседнего отряда и также пара девушек. — О, Семён, ты тоже тут, — обрадовалась Мику, хотя складывалась впечатление, что она радуется всему, словно дитя. «Какая радость» саркастично подумала Лена и тут же испугалась. Почему её так раздражает это странный парень Персунов? Что в нём плохого? Но всё-таки его присутствию она не рада, она чувствует это, она не хочет чтобы он шёл с ними. Может у него аура плохая… — Ну, все собрались, так что вперёд на встречу неизвестности, — довольно скомандовала Алиса. И всё это сборище зашагало в сторону леса. — А если Ольга Дмитриевна заметит наше отсутствие? — обратилась к Семёну японка. — Всё предусмотрено, мы якобы пошли в поход, — как-то не охотно ответил он. Но Мику не обратила на это внимание и как всегда начала болтать без умолку, а Семёну ничего не оставалось, как просто молча и терпеливо идти, погрузившись в свои мысли, хотя слушая её он мог узнать о лучших японских традициях, о том, какие у её бабушки были кошки, какой самый вкусный способ запекания рыбы, интересных случаях на концертах… Ульянка тем временем допытывала парней из соседнего отряда, о том, как можно набить татуировку до совершеннолетия, Алиса тоже разговаривала с новыми знакомыми. А Лена одиноко плелась сзади. Ей было грустнее, чем обычно, она чувствовала себя лишней, она хотела обратно в домик, чтобы сидеть под одеялом и читать очередной роман. Но через какие-то мучительные пятнадцать минут, они дошли. Здание выглядело очень устрашающе, да и приближающаяся темнота нагоняла загадочную атмосферу. Ульянка радостно прыгала, а Алиса включила фонарь, ещё два было у Семёна и у Егора из другого отряда. Они зашли внутрь. Было темно. Пахло сыростью и старой древесинной. Пол скрипел. Лена продолжала идти позади всех, уже с интересом разглядывая обстановку. Но она не заметила порог и споткнулась, готовясь рухнуть на пол, но рухнулась на Семёна, точнее он успел поймать её на лету. — Прости…— максимально тихо сказала Лена и покраснела. — Да ничего, но будь внимательней, — как обычно без эмоционально сказал Семён. — Семён, спасибо тебе, ты прям герой, — благодарно улыбнулась Мику. Семён явно загордился собой. А Мику начала расспрашивать Лену о её состоянии, и не ушиблась ли она. Тем временем Алиса с Егором отыскали люк, ведущий видимо в подвал. И конечно же они решили туда спуститься, а за ними и две незнакомые пионерки и остальные. Ульянка, Мику и Лена были последними. Семён ждал их внизу. Ульянка вообще не горела желанием спускать в неизвестность. — Не уж то боишься? — ухмыльнулся он. — Ещё чего, просто… просто… — сначала девочка СССР пыталась показаться уверенной, но замешкалась. — Ну, признайся, боишься и ничего такого в этом нет, все маленькие девочки бояться… — Семён явно хотел поиздеваться. — Я не маленькая!!! — обиженно фыркнула она и всё-таки начала спускаться по лестнице. За ней и Мику. Лена как всегда была последней, что довольно пугающе, но её это не волновало. Семён вежливо пытался и ей помочь спуститься аккуратно, но Лена опять пыталась показать самостоятельность и просила её не трогать, в итоге опять чуть не свалившись. Алиса с Ульяной уже во всю восторгались столь необычным местом. Это был тёмный длинный коридор. Вдоль стен тянулись бесчисленные провода, а под ногами мерзко шуршала бетонная крошка. Воздух также пропитан сыростью. Тут послышались шуршание, а за ними такой звук, когда кто-то чокается на праздниках, а если точнее это были бутылки. Фонари освещали Алису, она то и доставала полуторолитровку из ранца. — Русская водка «столичная» — разглядел Семён. — Ну, а ты как думал, какая тусовка без алкоголя, — улыбнулась Двачевская, она в своём репертуаре. Далее содержимое бутылки стало разливаться по стаканам. Не налили только Ульянке ибо маленькая ещё, Мику отказалась и Лена естественно тоже. Не медля они стали двигаться вдоль по коридору. Вскоре пионеры наткнулись на массивную металлическую дверь со значком радиационной опасности. — Неужто бомбоубежище! — восторгалась Ульянка. — А то! — сказала Алиса и приказала незамедлительно отпереть дверь. Этим занялись представители мужского пола. Внутри оказалась комната. Несколько кроватей, шкафы и научная аппаратура, были бы здесь Шурик с Электроником, возможно и померли от счастья. Но тут оказались совсем другие личности и наших пионеров такое не влекло. — Смотрите, ещё одна дверь! — на этот раз сказала Мику. Лена устало вздохнула и думала о том, как наконец-то вернётся в свой домик. Вторая дверь отворилась с трудом и жутким скрипом. Все отправились в очередной тёмный коридор, и Лена как обычно поплелась последняя, но вдруг её остановила Алиса. — Алис, идёте? — обратился Егор. — Идите, мы вас догоним, — улыбнулась Алиса и они с Леной остались наедине. Лена нахмурилась. — Как тебе? — обратились раззадоренная Двачевская. — Сама видишь, отличный поход, впрочем как и всё, что ты возглавляешь… — Лена стояла в углу, сложив руки и опустив взгляд в сторону. — Ох, значит тебе не нравится, — Алиса начала всё больше приближаться к Лене, а тихоня же осторожно попятилась назад, пока не упёрлась впритык к холодной стене, а в то время между ними с Двачевской оставались считанные сантиметры. Алиса было словно хищной лисой — охотником, а Лена маленьким беззащитным кроликом, то бишь её добычей. Она была ужасно напугана и обескуражена и уже чувствовала обжигающее дыхание подруги у своего лица. Сердце билось всё быстрее. Такая близость с другим человеком была крайне непривычна для тихони, прежде никто не был так близко к ней… — Что тебе ещё не нравится? А если например я сделаю так… — Алиса ещё сильнее улыбнулась и прижала Лену к стенке. Та же в свою очередь пыталась отвести взгляд и всё сильнее вжималась в стену. — Но ты молчишь, значит ты не против, — Алиса улыбнулась, прикоснулась рукой к растрёпанным фиолетовым волосам подруги и максимально плотно прижалась к ней, так, что дышать стало тяжело. Она была так близко, что их губы едва соприкасались, ещё чуть-чуть и… Она такая тёплая, а её запах такой родной, — думала Лена. И не смотря на едкий запах табака и алкоголя, она всё ещё её любимая и неповторимая Алиса Двачевская. Весёлая, неутомимая задира и бунтарка, порой такая грубая и жестокая, но Лена знала её истиную натуру. Она знала много. Губы продолжили соприкасаться, но поцелуй был лёгок. Алиса слёгка двигала губами, а Лена оказалась в ступоре. Тепло разливалась по телу. Лена зажмурилась и старалась не двигаться, но довольно мгновенно снова почувствовала холод, Алиса уже успела удалиться и направилась к двери. Хитрый приглушённый смешок — всё что услышала Лена. Неужели это была издёвка? — Ну чё столбом то встала, — раздраженно обратилась Алиса, — Сейчас совсем отстанем, не хватало мне ещё с тобой потеряться. Тихонова всё ещё находилась в непонимании, также вжатая в стенку, она растеряно рассматривала Алису. Двачевская же закатила глаза, напряжённо вздохнула и резко схватила Лену за руку, потащив к выходу, за которым оказалось продолжение прежнего туннеля. Весь остальной путь Лена прибывала в прострации, что было вполне логично в данной ситуации. Да и Алиса молчала, молчала до тех пор, пока они не наткнулись на глубокую дыру в полу, но при ближайшем рассмотрении, она оказалась вовсе не глубокой, а внизу виднелись рельсы. Кажется раньше это была шахта. Там их уже поджидали остальные, Алиса с Леной с лёгкостью спустились и уже все вместе направились вперёд. На Двачевскую поцелуй явно никак не повлиял, она продолжила веселиться и беседовать с пионерами, в прежнем расположении духа. Шахта оказалась довольно длинной, и для Ульянки даже бесконечной, ведь Алиса была увлечена разговорим, Мику сводила с ума болтовней Семёна, а Лена была погружена в свои мысли. Вскоре они вышли к развилке. В итоге все пошли за лидером то бишь Двачевской, она как всегда пошла наугад. А за этой развилкой, ещё одна, и ещё… на четвёртую развилку в жизнь вернулась и Лена, а всё потому, что она совершено случайно заметила впереди идущих Мику с Семёном, они держались за руки. У тихони это зрелище вызвало смешанные чувства, ну держатся и держатся, какое ей то дело, но всё же это чувство, довольно неприятное и раздражающее. Но как только Лена решила отвести от них взгляд, он тут же упал на Двачевскую, и то неприятное чувство сменилось другим — ещё более неприятным. Тем временем на горизонте показалась очередная дверь, но на сей раз из дерева, отварилась с лёгкостью. А за ней скрывалось мрачное холодное помещение, с какими-то трубами внутри. А на полу окурки, да бутылки. Стены исписаны. Там то наши «порядочные» пионеры решили ещё раз закурить и пригубить по последней. И наконец все дружно решили закругляться, но идти назад через всю эту длинную дорогу вообще никакого желания не возникало. Но благо Ульянка отыскала ещё одну дверь, которая в конечном итоге привела к люку. А знаете куда привёл люк? Вот это было вообще неожиданно. Он привёл прямо на площадь и располагался под памятником самого Генды. Все целые и невредимые вышли наружу, радуясь свежему воздуху и свободе. А дальше радостно попрощались и как ни в чём не бывало разошлись по домикам. Алису с Ульянкой проводил Егор, а Лену с Мику как обычно Семён. Не сказав ни слова тихоня моментально переоделась и улеглась в кровать. Час был поздний, она очень устала и естественно очень хотела сладко уснуть в мягкой кроватке, но тревожащие мысли долго не давали покоя. Образы минувшего дня так и врезались в разум. Ноги гудели, а подушечки пальцев горели от дневного обучения гитары. Мику. Она такая заботливая и нежная. От неё пахнет ванилью и цветами. Её руки такие мягкие, волосы такие длинные, пышные и приятные, она так усидчива и терпелива, у неё такой красивый голос, а её смех… то как она обняла её при игре на гитаре, захватила завтрак и ждала… Но почему Лена думает о ней? Почему её образ так въелся ей в память? Но есть ещё и другой, противоположный. Алиса. Грубая, неправильная, своенравная, непостоянная, агрессивная и может ударить, но при этом в душе ранимая и ласковая. Хоть от неё порой и пахнет табаком и дурацкой дешёвой водкой, а в прочее время кофе, но её истинный запах такой родной. Она всегда поймёт и поддержит, и никогда не бросит. Да, может она и вредная, непослушная жуткая задира, та ещё заноза в пятой точке, но в этом её особенность. Она отличается от остальных девушек. То, как она неожиданно прижалась к Лене, как поцеловала… Тихонова и сама не понимала было ли это приятно или наоборот противно, но вскоре она всё-таки заснула, не зная, что принесёт ей следующий день в пионер лагере…