Тот или иной

Тяжелое дыхания палача рока оставляло пар на линзе шлема. Зомби с дробовиком все еще не верил в происходящее. Он привык, что его братьев разрывают на кишки. Он никак не мог ожидать, что с ним поступят так... деликатно. Пехотинец снял шлем, что-бы ничего не мешало ему заниматься делом. Его мягкие движения становились все быстрее, все стремительнее. Дело подходило к концу. Зомби, не скрывая наслаждения тихонько постанывал, получая величайшее удовольствие в своей короткой жизни. Ты появляешься. Берешь дробовик, телепортируешся и умираешь. Пока все не начнется с начала. Таков закон. Такова жизнь. Пока кому-либо не надоест играть с тобой в эту опасную игру, ты не обретешь покой. Во всяком случае так думал зомби до этой минуты. Думгай расстегнул ремень и спустил штаны. Когда он встал раком, зомби понял, что тот уже готов. Он медленно подошел к солдату. Легонько шлепнул его, наклонился над ним и нежно укусил за шею. Дробовик зомби уже упирался в патронташ пехотинца. Их бронежилеты почти соприкасались, имея зазор в несколько сантиметров. Бронепластины надежно защищали их мокрые тела от неловких прикосновений. Мертвец был уже на пределе, для выстрела осталось лишь снять предохранитель. Однако, что есть жизнь или смерть для несуществующего человека? Разве тот, чей разум подчиняется генератору случайных чисел, может понять саму любовь? Или он делает ровно то, что нужно стороннему наблюдателю, который с прищуром азартного человека всегда наблюдает за процессом? И стоит ли говорить о жизни, конец которой был уже положен много раз? В порыве экстаза палач выполнил свое предназначение. В конце концов, в этом месте должен был умереть человек. Тот или иной.