Kairos

Mudita – наслаждаться счастьем других, порочная радость. Итачи слишком сильно тёр виски, желая быть где угодно, но не там, где он сейчас находится. Для любого, кроме Итачи, Шисуи был образцом стоического и могущественного Учихи. Однако, как только подросток оставался наедине с Итачи (или Саске, но Итачи считал, что это больше связано с тем, что Шисуи обожал мучить его младшего брата), он превращался в разговорчивый ужас для общества. Или, по крайней мере, к ослабевающему здравому смыслу Итачи. Итачи поделился своим разговором со странной троицей, и в то время как Шисуи взял большую часть, потому что это был Шисуи, и ничто не могло смутить его, он был хуже, чем Какаши-сенпай, черт возьми, но был момент, когда даже он, похоже, завис.  — Ты серьезно считаешь, что твой брат втянут в какие-то странные полиамурные отношения с двумя друзьями по команде? Итачи начал жалеть о том, что поделился этим наблюдением. Он просто вылил всё в спешке, чтобы сообщить обо всём. Он проклинал свой Шаринган и свои превосходные навыки наблюдения. Саске ничего не говорил об этом, но даже для очень близких друзей эти трое были сумасшедше настроены друг на друга. К тому же, он и представить себе не мог, что Саске, который очень обидчиво горд, не мог перестать касаться двух своих друзей.  — Подожди, ты думаешь, что Саске-кун спал…  — Скажи еще хоть слово об этом и я врежу тебе, — Итачи отказался от попыток остановить пронзительную головную боль и смирился со страданиями. Шисуи резко вздохнул, сел на траву и взглянул на Итачи, который занял место рядом с ним. Смена темы была необходима еще раньше, чем Итачи захотел его убить.  — Насколько они сильны на самом деле?  — Я видел одну из их тренировок в эти выходные. Все трое утверждают, что они не соответствуют своим предыдущим способностям, но мне было бы трудно победить их самостоятельно. Я думаю, что они бы стали испытанием и для тебя. Мне они тоже не все рассказывают. Они утверждают, что у Саске Мангекью Шаринган, но он выглядит слишком сильным даже для Мангекью. Шисуи хмыкнул на это:  — А Наруто?  — Его объем чакры зашкаливает, — в голосе Итачи прозвучал трепет, когда он вспомнил о блондине. — При всех их жалобах на проблемы с резервом и контролем, я бы рискнул предположить, что уровень чакр Саске и Сакуры позволяет смело отнести их к джоунинам. А насчёт Наруто – не думаю, что его вообще можно классифицировать. Его контроль ужасен, но Сакура говорит, что это всегда было проблемой для него, потому что у него просто слишком большой резерв. «Вся идея была довольно страшной», — Шисуи думал про себя, — «если они утверждают, что они не на своих предыдущих уровнях, а Итачи уже находится под впечатлением от них. Интересно, какими они были на своем пике?» Двое друзей сидели в тишине, пока ждали прибытия троицы. Итачи лежал на прохладной траве, сомкнув глаза в попытке ослабить шум в голове. Некоторое время спустя двое подростков оторвались от земли, когда громкий голос воскликнул:  — Сакура-чан! Итаи!  — Бака! Мы же говорили тебе никого не раздражать своими дурацкими шалостями! Мы стараемся не высовываться!  — Сакура, нанося ему ещё больше повреждений мозга, мы ничем не сможем помочь.  — Даже не начинай, Учиха! Я не могу это доказать, но у меня такое чувство, что ты ему помогал!  — Хн.  — Теме, не начинай эту односложную херню!  — Удивительно, что ты вообще знаешь слово односложный, добе. Итачи и Шисуи резко вздрогнули, когда услышали звук кулака, соприкасающегося с головой. Сакура появилась на поляне с раздраженным лицом, скрестила руки. Она быстро улыбнулась, заметив двоих темноволосых подростков:  — О, вы уже здесь! Она подошла к ним с пугающе-сладкой улыбкой, прежде чем сесть на землю. Двое подростков вздрогнули. «Она ужасна», — подумал Шисуи. Вскоре после этого Наруто и Саске спустилась с дерева, потирая синяки.  — Сакура-чан! Ты такая злая! Это был маленькая розыгрыш! Это не так, когда я разрисовал головы Хокаге! Шисуи издал смешок, который привлёк внимание Наруто. Он хитро улыбнулся ему.  — Видишь! Шисуи ценит моё удивительное чувство юмора!  — Шисуи – это бродяга, который ворует мои помидоры и моего брата. Мы можем поскорее с этим покончить? У меня болит голова, — проворчал Саске. Оба мальчика сели на землю, оставляя между собой расстояние ровно для розоволосой девочки, которая продолжала улыбаться, как будто она самая сладкая вещь на свете. Чем больше времени Итачи проводил с троицей, тем сильнее она его беспокоила.  — Похоже, твоя головная боль связана с твоей собственной глупостью, отто. Я не питаю к тебе большого сочувствия. Саске пристально взглянул на своего брата.  — В любом случае! Всем привет! Большое спасибо, что пригласили меня на этот чудесный пикник! — Шисуи воскликнул, останавливая острое соперничество между двумя братьями, пока ни у кого нет ожогов и остались брови. — Пока я наслаждаюсь явным братским отношением между вами, нам действительно нужен этот разговор. Итак, каков план? Саске сделал глубокий вдох, напрягаясь, чтобы не сверлить глазами своего назойливого двоюродного брата. Шисуи всегда удавалось бросить вызов всем стереотипам принадлежности к Учиха, но это никогда не мешало Саске желать швырнуть кунай в улыбающегося подростка.  — Наше самое большое препятствие – Данзо. Он использует резню Учих для достижения своих целей, — он останавливается на мгновение и оглядывается на своих двух товарищей по команде, колеблется, не уверенный, что должен раскрыть всю правду о стремлении Данзо к власти. Наруто, как всегда, проявляет смелость и в некоторой степени бестактность:  — Данзо собирается вытащить твой глаз, чтобы заполучить твой Мангекью. Затем ты отдашь Итачи свой второй глаз, прежде чем покончить с собой. Это, по сути, и есть начало резни. Мы должны убить Данзо, прежде чем он узнает, на что способен твой Мангекью. Иногда Саске и Сакуре было трудно объединить образы шутника-дурака, которого они всегда знали, с человеком, который настолько явно призван быть лидером. Наруто всегда был бы Наруто. Он всегда был персонифицированным солнечным светом для его товарищей по команде. Он всегда будет немного наивным и наполненным до краев любовью к бесценным людям. Но в такие моменты как сейчас, когда он обвиняет, заранее не заботясь о болезненных чувствах, указывая, что нужно делать. Когда в его голубых глазах появлялась острота, позволяющая людям осознавать всю серьезность того, что необходимо сделать, они вспоминали о том, что было бы, если бы они остались, если бы не вернулись в прошлое… Наруто был бы их лидером. Итачи прислонился к дереву, перед которым сидел:  — Откуда вы знаете, что Данзо еще не узнал о Мангекью Шисуи?  — Потому что единственный человек, которому я когда-либо рассказывал об этом, – это ты, Итачи, — тихо отвечает Шисуи, сдвинув брови, размышляя о том, что могло заставить Данзо вообще об этом узнать. Он, честно говоря, никогда не планировал использовать эту дзюцу снова, пока Итачи не подошел к нему рассказывая о странных обстоятельствах, в которых он находился.  — Котоамацуками нужно время, чтобы восстановиться. Пока глаза питаются твоей чакрой, требуется всего несколько месяцев, чтобы она снова была готова. Однако без вашей чакры это займет годы, — объясняет Саске, когда Шисуи кивает головой. Он рассчитывал на это после того, как впервые воспользовался дзюцу. Даже активировав Мангекью после этого, он в течение месяца-двух боролся. — Тебе придется использовать дзюцу во время миссии, на которой также будут находятся некоторые из тайных последователей Данзо. Они скажут Данзо, а через несколько недель он загонит тебя в угол и заберет твой глаз. Вот откуда нам известно о том, что Данзо еще не знает. Шисуи кивает в знак понимания:  — Так как же мне тогда использовать Котоамацуками, чтобы остановить резню? Наруто удовлетворенно улыбнулся. В конце концов, план был его, и он чертовски гордился этим.  — Сначала Сакура убьёт Данзо. У нас всё довольно хорошо спланировано, и общая идея заключается в том, что это будет сделано в течение следующих трёх месяцев. После этого мы позаботимся о том, чтобы вы находились в одной комнате со старейшинами и Хокаге. Мой вопрос в том, насколько сложно использовать внушение на нескольких человек одновременно?  — Три человека превышают допустимые нормы, но это достижимо. Я использовал дзюцу только дважды, так что я не знаю всех ограничений. Чего ты хочешь? — ответил Шисуи.  — Наш план состоит из двух частей. Во-первых, Хокаге и старейшины должны договориться о пересмотре полицейской системы, так как она в значительной степени является актуальным источником гнева Учих. Необходимо создать межклановое полицейское подразделение, в котором каждый крупный клан шиноби в деревне должен нести службу в определенном количестве. Однако Фугаку останется главой и будет отвечать за подготовку кадров. Во-вторых, Хокаге должен рассказать главам кланов о своем намерении обучить Итачи в качестве будущего Хокаге, — закончил блондин. Итачи и Шисуи широко распахнули глаза.  — Но что, если я не хочу становиться Хокаге? Сакура отмахнулась:  — Мы решим этот вопрос позже. Смысл не в том, чтобы ты стал Хокаге, раз уж ты этого не хочешь. Смысл в том, чтобы у Хокаге и старейшин появится повод действовать более терпимо по отношению к Учиха. С другой стороны, многое упадет на твои плечи, Итачи. Ты должен будешь быть тем, кто убедит твоего отца и других членов клана согласиться на оливковую ветвь Хокаге. Итачи кивнул в ответ, уже формулируя мысли о том, как лучше всего подойти к отцу. Саске внимательно посмотрел на брата и кузена:  — Это не будет быстрым решением. Нужно быть осторожными и следить за кланом. Даже если они примут изменения и согласятся на все, ненависть и гнев все равно будут. Наш клан упрям и ничего не изменится в одночасье. Мы подозреваем, что среди клана все еще будут разногласия, и они не примут тебя обратно, как сейчас.  — Они все равно не слишком доверяют мне, так что я сомневаюсь, что меня тоже примут, тем более, что моя дружба с Итачи хорошо известна. Тем не менее, когда ты пробудишь Шаринган, они могут рассмотреть вопрос о том, чтобы привлечь тебя, если ты проявишь правильное отношение, — сказал Шисуи обдуманно. Сакура подарила им коварную улыбку:  — Вот на что мы рассчитываем. Однако нам нужно обсудить ещё кое-что. Мы упомянули, что резня была одним из событий, которые мы хотели изменить. Мы должны рассказать вам об остальных. Когда трио закончило рассказывать двум подросткам о полном размахе того, ради чего они вернулись, в воздухе появилась напряженность. Саске не поднимал голову, сосредоточившись на разрезании травы, которая его окружала. Наруто уставился на своего лучшего друга и рассеянно растирал правую ладонь. Сакура вздохнула, — «двое идиотов, застрявшие в самобичевании». Она наклонилась и взяла обоих мальчиков за руки:  — Не начинайте сейчас. Вы, ребята, слишком путаетесь, когда начинаете плакать, — прошептала она им в уши. Саске фыркнул и заставил себя посмотреть на брата. Для любого другого лицо Итачи было бы бесчувственным. Тем не менее, Саске увидел искру в глазах брата и вздохнул с облегчением.  — Мне нечего тебе прощать, отото. Ты усвоил все и вырос. Я все еще люблю тебя. Только Шисуи нарушил напряженную тишину:  — Так как же нам остановить все это? Наруто мягко улыбнулся ошеломленному Учихе:  — Сейчас слишком много факторов. Мы должны действовать по одному шагу за раз. Сначала мы должны остановить бойню, а затем, я думаю, мы должны посмотреть, сможем ли мы убрать Обито. Однако, я думаю, что умнее всего было бы подождать, пока мы не станем генинами. Мы надеемся привлечь к этому Какаши-сэнсэя.  — Какаши-сенпай был бы хорошим выбором. Мадара – я имею в виду Обито, — он все еще был слегка ошеломлен тем, что, помимо прочего, «планирует нападение на деревню». — Однако, основываясь на том, что вы сказали, это, вероятно, не произойдет до тех пор, пока Акацуки не будут готовы попытаться захватить Наруто-куна. Он выглядел задумчивым, выбирая лучший курс действий:  — Я не могу себе представить, что он попытается захватить тебя сейчас, ты находишься под пристальным наблюдением Хокаге. Ты можешь этого не осознавать, но за тобой постоянно присматривают АНБУ, Наруто. Наруто громко ворчал:  — Я в полной мере осознаю это. Нам пришлось придумать несколько безумных идей, чтобы скрыть от них наш запах с тех пор, когда мы вернулись. Это так раздражает. Блондин был раздосадованным и злым. Никто из его охранников АНБУ никогда не вмешивался и не помогал ему, когда жители деревни были засранцами, поэтому он не испытывал к ним ужасной привязанности.  — Мы подозреваем, что Обито ждёт, когда Наруто покинет деревню, прежде чем он подойдёт к нему, ведь это и случилось в прошлый раз. Пейн пришел в деревню только в качестве последнего средства, так как было много попыток захватить Наруто, и никто не смог этого сделать, — объяснила Сакура. Наруто с гордостью улыбнулся.  — Добе, это потому, что тебя все защищали, как ребёнка, а не потому, что ты был так силён, — дразнил Саске, у него на лице появилась ухмылка. Наруто рычал:  — Показывает то, что ты ничего не знаешь, Теме! Я победил Пейна в одиночку, так что очевидно, что я настолько могущественен! Сакура слегка кашлянула рядом с ними, и блеск в ее глазах заставил двух товарищей по команде остановиться. Итачи бросился удивленный взгляд на их выходки перед тем, как встать:  — Мы будем ждать твоего сигнала, чтобы начать все. Если вам нужно поговорить с нами до этого, отправьте сообщение через Саске. Он помахал им перед исчезновением.  — Было очень приятно познакомиться с вами, — сказал Шисуи Наруто и Сакуре, улыбнувшись. Ему скорее нравилось странное трио, если он был честен с самим собой. Было бы интересно посмотреть, как продвигаются дела с ними. Он улыбнулся:  — Увидимся! О, и Саске! Боюсь, у тебя снова кончились помидоры! Он быстро исчез, так как Саске быстро поднялся в попытке пнуть своего кузена.