***
"Мой милый ангел. Мне кажется, я никогда так тебя не называл и не уверен, что еще назову. Но я все равно решил написать все это — мало ли, что. Перечитываю твое последнее письмо на ночь как художественный рассказ. Твои приключения всегда заставляют меня улыбаться. Ты иногда бываешь поразительно наивным и находчивым одновременно. Я, наверное, однажды, напишу книгу про тебя. Что-то вроде: «Пернатый пилигрим: снова в путь!». Мы не виделись уже 50 лет и мне кажется, что это слишком долго. Я все время мысленно разговариваю с тобой и не знаю, что с этим делать. Мне кажется, рядом с тобой я чувствую гораздо больше свободы, чем когда я предоставлен сам себе. Это сложно объяснить, но так и есть. И я хотел бы чтобы у нас вместе тоже было больше свободы. Чтобы мы могли видеться, не боясь, что нас за это отдадут под суд и накажут. Но что делать, если мы такие уж заклятые враги. Ужасная наша вражда не даёт мне покоя. Но не сомневайся, в конечном счете победа будет за мной. И, все же, мне не хватает твоего голоса. Он меня успокаивает. Я снова стал плохо спать. Надеюсь, у тебя все хорошо и все твои перья на месте. Береги свою шальную *зачеркнуто много раз* голову, она тебе ещё пригодится. Искренне твой, А.Д. Кроули P.S. Маленький ангел, я хотел бы увидеться с тобой поскорее. Потому что терпения мне уже не хватает. Надеюсь, пересечемся с тобой в Риме. До встречи?"письма
31 мая 2020 г., 12:56
"Мой дорогой Кроули!
Сегодня такая темная ночь, какой давно не было. Наш корабль уже восьмой день в пути и сегодня на меня напало меланхоличное настроение. Я долго сидел на палубе и наблюдал, как загораются звезды и вспоминал о тебе, мой друг. Не сочти это за фамильярность, просто я подумал, что раз мы так долго и близко общаемся, то это вполне подходящее слово.
Я с недавних пор стал часто задумываться о нашей роли в мире. И еще, о нашей роли друг для друга. С некоторых пор я вдруг начал испытывать какие-то человеческие чувства. И среди них — одиночество. Разве может ангел испытывать одиночество?
Может быть, тебе это тоже знакомо: такое щемящее холодное чувство, от которого становится немного больно и как будто тянет внутри. И мне кажется, что это как-то связано с тобой.
Я привык, что мы видимся раз в 100-150 лет, но в последнее время эти сроки становится все труднее выдержать, не затосковав. И в этом должно быть что-то неправильное, верно? Ведь мы из разных лагерей и нам не положено даже здороваться. А я уже так смело называю тебя в душе своим другом.
Боюсь лишь оказаться поспешным и обидеть тебя этой своей наивной сентиментальностью.
Но я должен признаться, что иногда словно чувствую облако горячего воздуха в груди, когда вспоминаю о наших беседах и встречах в самых разных точках земного шара.
Когда мы выходили из порта Ипсвич, ты, кажется, был уже на пути во Францию. Надеюсь, там все пройдёт благополучно, твои козни не достигнут цели и ты со спокойной душой отправишься дальше.
Наверное, я сейчас скажу что-то неприемлемое, но я, кажется, скучаю по тебе.
С палубы хорошо видно небо и я не могу не думать о том, как ты жил раньше. Как бы все сложилось, если бы мы встретились еще до всего этого?
Но, возможно, все идет так, как и должно. И эти свои чувства я не готов отринуть — разве может быть что-то плохое в том, чтобы чувствовать тепло к другому существу?
Я бы хотел увидеться скорее. Мне не хватает твоей прекрасной души и веселого нрава. Здесь на корабле много людей, но совершенно не с кем поговорить. Мне не хватает тебя, Кроули. Возвращайся скорее.
С робкой надеждой,
Твой друг, Азирафаэль"