На тему Катры-клубочка

Итак. Катра любит спать, свернувшись в клубочек, верно? Общеизвестный факт о Катре. Как бы. Катра может заснуть. Где угодно. В любое время. Все видели клубочек-Катру. Они кажутся абсолютно невпечатленными, что как бы… Адора учится… Не зацикливаться на этом. Как говорит Боу. Наши различия делают нас сильнее. Тогда он сказал это с каким-то пустым стеклянным взглядом. Потому что Адора около часа рассказывая ему о подушечках Катры. Она пытается применить это на практике. Наши различия делают нас сильнее. Итак. Катра спит свернувшись в клубочек, хорошо? Знаете ли вы, что она иногда урчит, когда спит? Ну, она не часто так делает. Иногда Адора просыпается, а рядом с ней гудит меховой комок. Это… Это просто. Прекрасно. Очень мило. Можно утверждать, что это лучшее, что есть в мире. И самое восхитительное. Но Адора не хочет перебарщивать. Она рассказала об этом Скорпии потому что ее лучшие друзья не реагируют разумно на эту информацию. Не то чтобы Адора думала, что она может доверять своим лучшим друзьям, чтобы поддержать ее в это очень трудное время ее жизни или что-то подобное. Не то чтобы Адора была эмоционально напряжена осознанием того, что иногда ее девушка урчит во время сна. Катра была настолько милой, что Адора чувствовала, как ее сердце разрывается на части. Но неееет, это все должно быть о них, и… — Адора, пожалуйста, ты рассказываешь нам об этом уже целый час… — Мы уверены, что… подушечки Катры очень милы, но, пожалуйста. Их голоса были необъяснимо приглушены, когда они упоминали подушечки, что, по мнению Адоры, было довольно-таки грубо. Кроме того, она полностью сдерживала себя. Она могла бы часами говорить о подушечках Катры. Она могла бы написать диссертацию на эту тему. Но без разницы, хорошо! Пф. У Адоры есть другие друзья. Итак. Скорпия. Скорпия тоже была в Орде, поэтому Адора надеялась, что она будет более разумна в этом вопросе. Может быть, это была странная ненависть Яркой Луны к кошкам. А еще Скорпия и Катра были друзьями… Были ли? Было непонятно, Катра не хотела об этом говорить. В любом случае! Адора показала Скорпии короткую двадцатиминутную презентацию на тему мурлыкающего клубочка-Катры. Однако. Реакция Скорпии была просто… Возмутительной. Это даже можно было воспринять как оскорбление с ее стороны. Она начала с: — Я не думаю, что Катра хочет, чтобы я это знала, — что! Что само по себе! Просто неправильно на многих уровнях. Например, на первом уровне: Это указывало на слишком большое количество используемых клеток мозга. Знание о мурлыкающей Катре-клубочке не должно оставлять вас с таким количеством функционирующих клеток мозга. В первый раз, когда Катра начала урчать рядом с Адорой, она была не в состоянии что-либо делать, кроме как глупо пялиться на восхитительное лицо Катры. На втором уровне: Они с Катрой согласились, что возможность поговорить с другими людьми об их отношениях важна. И по этим подразумевается, что Перфюма сказала, что это важная часть отношений, а Катра предположительно согласилась прислушаться к совету Перфюмы. Но. Но. Адора была готова не обращать на это внимание. Но затем Скорпия продолжила: — Не то чтобы я была против, и я люблю общаться с тобой, но э-э. Ты приехала сюда из Яркой Луны просто, чтобы рассказать мне об этом? Что, как бы. Да. Глиммер даже телепортировала ее. И под этим Адора подразумевает, что на самом деле это была идея Глиммер. Глиммер буквально сказала: — Могу поспорить, что Скорпия хочет услышать об этом! Она любит Катру. Ну, с подобной реакцией, Адора уже начала сомневаться в этом утверждении. Скорпия выглядела немного в замешательстве от того, почему Адора бросает на нее недовольные взгляды, как будто бы это не она только что просто… Сказала это. Прежде чем Адора успела переговорить со Скорпией за ее бездумные слова, Лонни ворвалась в комнату и увела Скорпию прочь. — О, Лонни! — крикнула Адора. — Нет. Нет. Нет. Нет. Нет, абсолютно нет. Это было очень обидно. Наши различия делают нас сильнее, Адора пыталась напомнить себе. Наши различия делают нас сильнее. В любом случае. Факт №2 о клубочке-Катре. Иногда, когда Катра спит, она дёргает хвостом. Немного, просто чуть-чуть подёргивает. Она также немного дёргает своими ушами и плечами, и это просто. И это мило, но. Но. У этого нет чистой разрушительной силы ее хвоста. Дёрг-дёрг. Дёрг-дёрг. Если Адора поднесет что-то к нему, скажем… Ее руку. Или, может быть, ее лицо? Он врежется в нее. Но не только это! И это очень важно. Это не разбудит Катру. Она просто неосознанно ударит Адору маленькими подергиваниями своего хвоста. Просто, как бы. Можно так навсегда? Предыдущие эксперименты подтвердили, что она может делать это по крайней мере в течение десяти минут. Предыдущие эксперименты, к сожалению, были прерваны тем, что монотонные удары хвоста Катры по лицу Адоры усыпили ее. Адора сожалела только о том, что она могла бы попытаться сделать что-то еще, пока не уснула. Это. Это действительно одно из самых больших сожалений в ее жизни. Итак. Адора решила попытаться с Мермистой. Потому что она бросила дротик в мишень из своих оставшихся друзей и он попал прямиком в лицо Мермисты. И Мермиста. Ох. Мермиста. Она моргнула. Сделала немного грустное лицо. Уголки ее губ слегка опустились. По словам Мермисты, Адора должна понимать, что она достигла точки душераздирающего отчаяния. И Адора знала, что она поняла ее. В тот момент Адора почувствовала себя на одной волне с другим человеком на таком уровне, как никогда не чувствовала в своей жизни раньше. Она чувствовала связь между их душами. Поистине, Адора даже сейчас чувствует, как бьются их сердца в унисоне. Сейчас же. Почему, спросите вы, Адора упоминает об этом сейчас? Прежде всего. Многочисленные вариации клубочка-Катры актуальны во все времена и при любых обстоятельствах. Но во-вторых, она проснулась этим утром и обнаружила, что Катра не просто спит. Не просто находится в режиме «клубочек-Катра». Не просто урчит! Но также ее хвост дергаётся, прямо перед лицом Адоры. Адоре нужна минутка. Чтобы проверить свой пульс. Подтвердить, что она не умерла и не попала на небеса. Итак, результаты. Все еще жива. Адора упомянула, что сейчас утро? Она только что проснулась! Нет никакой опасности того, что Адора уснет, пока хвост ее девушки будет нежно бить ее по лицу. Ох, столько возможностей. Медленно, как можно тише, она скользит по кровати и располагается лицом возле Катры. Катра одновременно дёргает своим хвостом и носом, сжимая глаза и прижимая к себе уши. Это. Разрушительно. Адора, возможно, никогда не будет прежней. Она медленно приближает свое лицо к лицу Катры, пока ее хвост не начинает бить по лицу Адоры. Она продвигается немного дальше, итого: они нос к носу, и хвост Катры стучит по ее щеке. Хлоп-хлоп. Уррр. Хлоп-хлоп. Уррр. О да. Адора почти уверена, что это рай. Она закрывает глаза, и. Случается трагедия. Ее тело подводит ее. Ее тело, возможно, никогда не подводило ее так сильно. Она засыпает. Она не уверена, когда именно засыпает, но она просыпается прижата щекой к щеке Катры. Она открывает глаза как раз в тот момент, когда Катра начинает зевать, все ее невероятно острые зубы демонстрируются, язык загибается во рту. Хм. Да. Это. Отлично. После этого Катра начинает потягиваться всем телом, что заставляет ее вытянуться на всю длину кровати, кости, которые, как считает Адора не существуют, хрустят, и она выпускает все десять своих когтей в направлении потолка. Она возвращается назад, чтобы они снова оказались лицом к лицу, и Адора наблюдает, как зрачки в ее глазах увеличиваются, когда она сосредотачивает взгляд на Адоре. — Что ты здесь делаешь? — спрашивает она, прижимаясь губами к Адориным в целомудренном поцелуе. — Ты делала ту штуку с хвостом, — говорит ей Адора, потому что честность важна, и Катра закатывает глаза и вздыхает, потому что она не контролирует свой хвост, когда он делает штуку, и потому понятия не имеет, насколько это мило. Когда глаза Катры снова встречаются с ее, Катра хлопает по лицу Адоры хвостом. — Эту? — спрашивает она, стуча по лицу Адоры еще немного. — Это то, что тебе нравится? Адора ценит усилия, но на самом деле это не то же самое. — Это не то же самое. — Ага. — Она снова зевает, все зубы и ее язык снова видны, и Адора пользуется возможностью, чтобы взять руку Катры в свою. — Который час? — спрашивает Катра, сжимая пальцы Адоры, мгновенно проводя когтями по ее коже. Ее хвост устал бить Адору по лицу и вместо этого обвивает ее предплечье. Адора пожимает плечами, поворачивая руку Катры к себе и тыкая в подушечки ее пальцев. (Подушечки лапки?) — Я не знаю. Пока Катра отвлекается, глядя на часы, Адора пользуется случаем, чтобы поднести руку Катры ко рту и прикусить указательный палец с подушечкой. Нет, понимаете. Жесткий. Немножко. Подушечка Катры прижимается прямо к ее зубам, и Адора улыбается. Катра останавливается. Медленно поворачивается к Адоре. — Адора, — говорит она. Адора еще раз прикусывает подушечку пальца Катры, а затем послушно открывает рот и позволяет Катре вытащить руку изо рта Адоры и ее же хватки. Она кривится на свою руку, а затем вытирает ее об рубашку Адоры. Она зевает, а затем снова ложится рядом с Адорой. — Разве у тебя не назначена встреча? — она спрашивает, и Адора вздыхает. Она поворачивается, чтобы посмотреть на часы. У нее есть… Восемнадцать минут. Адора издает грустный звук. — Да, я так и думала. — Катра пытается сесть, но Адора обнимает Катру за талию, чтобы удержать ее на кровати. — Адора, у тебя есть где-то пятнадцать минут на то, чтобы надеть официальную одежду. В ответ Адора протягивает руку за спину Катры и кричит: — За честь Серого Черепа! Голос Адоры эхом разносится по комнате, когда магия всего мира устремляется сквозь нее, сливается в ее руке в виде золотого платка, который она сразу же скидывает с кровати. — Готово, — говорит Адора. — Адора, — говорит Катра, которая теперь кажется намного меньше, и хмурится на нее. Адора обхватывает Катру руками, теперь значительно бОльшими. Хммм. Да. Адора не хочет сказать, что Катра неидеального размера. Потому что в Катре все идеально. Но возможно, она будет более совершенной… Если бы она была просто самую малость меньше. Просто как бы. На 25% меньше. — Ты хочешь пойти на встречу в виде Ши-Ры? — Спрашивает Катра, положив руки на теперь более широкие плечи Адоры. — Конечно! Ши-Ра является символом восстания. Все будут очень рады ее видеть. — Ага. А что если ты случайно де-трансформируешься прямо посреди встречи и покажешь всем этим старым занудам свое нижнее белье? — Пф, — говорит Адора, водя руками по обнаженной спине Катры. — Я почти никогда не преображаюсь случайно. Катра все еще выглядит неубежденной. — Каатра, — скулит Адора. — Я уснула, когда ты была чертовски милой этим утром! Я была лишена своего драгоценного времени-Катры. — Это твоя вина. Ты могла бы просто разбудить меня, — говорит она. — Но нееет, ты хотела удовлетворить этот твой дурацкий фетиш на мой хвост. Катра все еще хмурится, но она позволяет Адоре притянуть ее поближе, что Адора воспринимает как разрешение начать гладить основание ее хвоста. Катра издает удивленный звук, а затем сужает глаза в счастливом прищуре. Адора снова ее гладит, и грудь Катры начинает вибрировать урчанием. — Это, — говорит она, в тот короткий промежуток, когда она не урчит, — это все еще глупо. — Ммгум, — соглашается Адора, когда Катра полностью падает на ее грудь. Катра радостно потягивается, а другая рука Адоры разглаживает ее спину. Своим потягиванием она дотягивается губами до уровня губ Адоры и, пользуясь случаем, Катра соединяет их. Это радостный сюрприз и Адора счастливо поддается губам Катры, а последняя издает счастливый вздох, когда Адора проводит пальцами по основанию хвоста Катры и ведет руку до пояса спальных штанов. Грубый язык Катры переплетается с языком Адоры, и Адора крепче прижимает ее к себе, когда Катра убирает руки с плеч Адоры, чтобы перевести их в ее волосы. — Я думала, что ты волновалась, что я не успею на встречу, — говорит Адора, когда они прерываются, чтобы подышать. Катра пытается ухмыльнуться, но руки Адоры на ее спине слишком уж хороши, чтобы полностью справиться с этим, потому она только прищуривается и улыбается глупой улыбкой. — Я поняла, что на самом деле мне все равно, — говорит она, ее когти чуть-чуть царапают голову Адоры. Она падает напротив Адоры, и их губы снова встречаются. У Адоры остается достаточно самоконтроля, чтобы она аккуратно держала руки выше пояса спальных штанов Катры, но она… Ей действительно кажется, что она заслуживает медаль за это. Они снова целуются, языки лениво сплетаются и Адора просто… Просто хочет кратко упомянуть. Как хорошо чувствует язык Катры. Просто. Везде. Когда-нибудь, она убедит Катру лизнуть ее. Как бы, не в сексуальном смысле. (Катра — большой поклонник сексуальных лизаний). А в таком, понимаете. В нормальном смысле. Как, скажем. Лизнуть щеку Адоры. Или ее руку. Катра пока отказывалась. Она готова использовать свой язык во время секса и при поцелуях, но ни в каком другом случае. Адоре кажется, что это излишне скупо. Их языки переплетаются, и Адора ловит хвост Катры своими руками, проводя сквозь него пальцы. Катра издаёт слегка недовольный звук, потому что ей не нравится, когда Адора играет с ее хвостом, но Адора пробирается вверх по позвоночнику Катры, и Катра награждает ее стоном, который она может слышать и может чувствовать урчание в груди и, наиболее критично, то, как это заставляет язык Катры чуть-чуть ближе прижаться к ее языку. Адора хотела бы ненадолго вернуться к тому факту, что язык Катры просто… Так хорош. Адора чувствует себя немного в тумане из-за языка Катры и ее меха, и поэтому, когда они снова отдаляются, чтобы набратся воздуха, она трансформируется обратно, так чтобы она могла носить меньше одежды и, следовательно, чувствовать больше меха Катры на своей коже. Катра мило моргает в замешательстве, сморя на то место, где лицо Адоры раньше было, и бормочет в непонимании — Ха? Адора продвигается по кровати вверх, чтобы снова поймать ее губы, и да. Теплая, мягкая шерсть Катры по всей ее груди, а еще грудь Катры начинает немножко вибрировать из-за того, что она начинает урчать. Их ноги сплетены, позволяя ей почувствовать больше меха Катры напротив ее кожи, Катра еще немного мурлыкает, язык Катры дразнит ее губы, слегка покусывает, и… — Боже мой, чем ты занята, у нас встреча через три минуты! Глиммер телепортируется в комнату, а Адора просто. Ей еще не хватило поцелуев Катры. Катра не перестает целовать ее, ее язык облизывает внутреннюю часть рта Адоры, поэтому Адора не отпускает ее, скользя рукой по всей длине спины одной, в то время как она ведет другую к небольшому участку на шее Катры, где мех очень мягкий и чуть более длинный. Адора напевает, когда Катра мурлычет, и… — Катра, я обращаюсь к тебе, как к единственному человеку, имеющего мозговую клетку в этих отношениях, помешай Адоре разрушить наши отношения с одним из наших ближайших союзников. Что. Вообще-то это очень грубо. При этом Катра отстраняется, лицо довольное, а движения медленные. Она все еще урчит, совсем немного. Адора смотрит как она отстраняется. И чувствует величайшую горечь. Катра видит это своими прищуренными счастливыми глазами, поэтому она снова целует Адору нежно и целомудренно, затем второй и третий раз, а затем их языки… — Катра. — Точно, — говорит Катра, полностью вырываясь из рук Адоры, прежде чем упасть на кровать рядом с ней. — Пока. — говорит она, свернувшись в очаровательный маленький клубочек, обвивая свое тело хвостом и засовывая голову в руки. — Лучше уж ты, чем я. — Адора, я уйду без тебя. — Да, да, конечно, одну секунду. Адора наклоняется и целует Катру в последний раз. Прямо напротив губ Катры она шепчет: «за честь Серого Черепа», и Катра поворачивается. — Ммм, это именно то, что хочет услышать каждая девушка. Адора собирается снова начать гладить ее, потому что она все еще немного урчит! Урчащая Катра-клубочек! Которая не спит! Ты все еще можешь гладить ее! Она не проснется и не изобьет тебя! Это уникальная возможность. Но прежде чем она продолжит, Глиммер хватает ее за плащ Ши-Ры, и они ушли. Они приземляются в большой комнате, в которой уже находятся послы K3Ф932, он же Китерия, ближайшая обитаемая планета, и Адора мечтательно вздыхает. Мысленно она все еще возле неспящей Катры-клубочка. — Адора, — шипит Глиммер, — сосредоточься. Это сложно. Ее преследует мысли о том, что она потеряла. Только подумайте. Она могла бы сейчас гладить клубочек-Катру. Милое маленькое круговое движение вниз по позвоночнику от шеи до основания хвоста. Катра, вероятно, прижмется к ней. Она снова вздыхает. Глиммер выглядит раздраженной из-за недостатка внимания Адоры, но на самом деле. Просто подумайте, от чего Глиммер оттащила Адору. Подумай обо всем, чего она лишила Адору. — Если ты уделишь внимание этой встрече, я позабочусь о том, чтобы она закончилась на десять минут раньше, и телепортирую тебя прямиком в комнату, — шипит на нее Глиммер. Ох. Ну. В таком случае. Адора выпрямляется и улыбается фирменной улыбкой Ши-Ры. Они заканчивают на пятнадцать минут раньше, потому что Адора просто настолько сосредоточена, и настолько говорит только по теме, что просто… Возможно, она никогда в своей жизни не была настолько сосредоточена. Когда Адора возвращается, Катра едва просыпается, и Адоре удается убедить Катру остаться в положении клубочка, и она добирается до урчащего клубочка-Катры, которая так сильно прижимается к ней и чёрт. Это именно так, как Адора себе и представляла.