С днем Святого Валентина!

— Как я ненавижу этот гребаный день, Кэн! — взвыла Сара, выгребая очередную партию валентинок из своего шкафчика. Бегло просмотрев розовые бумажные сердечки, швырнула обратно и громко захлопнула дверцу. — Ну да, конечно, — с обидой в голосе ответила подруга. — Как можно ненавидеть день Святого Валентина, когда твой шкафчик скоро просто лопнет от такого количества признаний? А мне Люк ни одной не подарил, хотя я уже третий год посылаю ему открытку с признаниями. — Разочарованно закончила Кэнди. — Ох, Кэн, хочешь, забирай все. Мне они не нужны. У меня и парня-то нет, а что валентинки — куски бумаги и картона с глупыми надписями. Бесполезная трата денег. Лучше бы потрахаться предложили, ей богу! — Ну да, ну да, — проворчала блондинка, направляясь вслед за подругой в кафетерий. Продолжая сокрушаться о неразделенной любви, Кэнди не заметила, как врезалась в Люка, а подняв глаза, тут же залилась краской. — Привет, Люк, — кокетливо бросила кудрявая мини-версия Барби, мгновенно приходя в себя. — Как дела? — Да-да, все хорошо, — отмахнулся парень, не сводя взгляда с Сары. — Можно тебя на минуточку? Обреченно вздохнув, О’Нил кивнула, натянула милую улыбку, едва ли не силой растягивая уголки губ. Этот день определенно войдет в топ самых худших в ее жизни. Жила ведь раньше и не парилась все семнадцать лет, но нет же! Грудь зачем-то выросла до третьего размера и бедра так соблазнительно округлились. А задница! Задница-то куда? Сара ведь даже спортом не занимается никаким, физкультура в школе не в счет, но ее ягодицы почему-то имеют просто невероятную форму, про которую говорят «попа, как орех». Ну или, как у Ким. Одно другого страшнее. Волосы длинные черные, цвета воронова крыла, бледная кожа, огромные синие глаза. Сара — ведьма, не иначе! А ведь девочки в школе еще не знают, что она жрет и не толстеет. Ой, все! — Что ты хотел, Люк? — спросила брюнетка, совершенно не скрывая раздражения в голосе. Вот прицепился-то, а. Высокий, нет, скорее длинный, как глиста, так еще и впился в Сару, как пиявка. Волосики белесые такие, уложенные так, словно ему слегка за сорок, глазками голубыми моргает, губы трясутся. Тьфу ты! Тоже мне мужик! Мужик — это, который подошел, на плечо закинул и унес в постель! Сказал — ты моя женщина! И защищает, оберегает, заботится, любит; в постели пожар, в трусах потоп. А это бэта-версия какая-то мужика, ей богу! — Сара, я давно хотел тебе сказать… Понимаешь… ты, как только мы встретились первый раз в лесу, так запала мне в душу, что все не могу выкинуть тебя из головы. Хоть ты и отказала мне, но тем не менее… в общем, я хочу сказать… Я люблю тебя, Сара! — промямлил Моринг, чуть не плача, но на последней фразе подобрался, спину выпрямил и напрягся весь как натянутая тетива. Даже на мужика стал похож. Чуть-чуть. Если смотреть с расстояния в пару метров, и если бы у нее было такое же отстойное зрение как у Бобби. Тяжелый вздох Сары слышал, кажется, весь Сентфор. Запрокинув голову назад, она медленно приложила руки к лицу и с каким-то остервенением потерла лоб и щеки, так, чтобы не испортить макияж. Зря она что ли красилась пол утра. Вернув голову в нормальное положение, потерла еще и шею, неловко отводя глаза. — Люк… — Не отвечай сейчас, Сара! — перебил ее парень. — Если ты захочешь быть со мной, жду тебя в семь у причала. — Быстро ответил Моринг, и, красный как помидор, стартанул куда-то дальше по коридору. Покачав головой, Сара бросила взгляд на наручные часы. До конца обеда осталось меньше пятнадцати минут. Что-что, а поесть О’Нил любила. — Чего хотел Люк? — тут же накинулась на нее Кэнди, состроив недовольную гримасу. Было видно, что она злится и жутко ревнует, попутно мечтая закопать Сару живьем где-нибудь на заднем дворе, засадив могилку лучшей подруги дурацкими розовыми фиалками. — Да забей, Кэн. Я жрать хочу! — Голодная О’Нил — страшная О’Нил. Все близкие знают: если Сара не закинется парочкой бургеров, запив все полулитром колы, будет пиздец! Поэтому оставив подругу в покое, кудрявая Барби вернулась к поеданию своего фруктового салата. Кэнди приходилось тщательно подбирать себе меню и следить за фигурой, умирая в спортзале по два часа в день каждый вторник и четверг. Это если не считать ежедневных пробежек перед сном. В основном, неподалеку от дома Морингов. Ну, вы поняли. — Привет, девочки! — Бобби и Дерек плюхнулись за столик по обе стороны от девушек. Никсон, тут же сощурив глаза, повернулся к Саре. — Сколько открыток в этом году получила наша покорительница сердец? — Ой, как смешно, — съязвила брюнетка, закатив глаза так, что они, кажется, смогли в подробностях рассмотреть мозг внутри ее черепной коробки. И почему она дружит с этим придурком? Почему вообще эти люди считают ее своим другом? Ладно Кэнди, к ней, в принципе, можно привыкнуть, если научиться абстрагироваться от ее бесконечной болтовни, наполненной лишь нытьём по Морингу и модными трендами. Фильтровать ее речь Сара научилась сразу. Ну, а тот же Дерек? То ли ему реально на все пофиг, и он весь такой аморфный, то ли и правда хороший актер, умело скрывающий истинные чувства. Про Бобби вообще разговор отдельный. Ботан до мозга костей. Нет, это в прямом смысле. Бобби любит ботанику: цветочки-хуечки там всякие, растения, деревья и прочую зелень. Ну разве это нормальное увлечение для шестнадцатилетнего парня? Лучше бы парился, как девственности лишиться, а не ромашки нюхал по утрам. Но других друзей у Сары не предвиделось. Нет, к ней в первый же день подкатывал свои яйца самый крутой парень школы. Как там его? А, Тёрнер! На минуточку, брат ботана Бобби! Даже рыжая Адель Моринг (сестра сопляка Люка) и ее девушка Стефани Майерс хотели с О’Нил подружиться. Только вот бабник и лесбиянки Саре в товарищах не нужны. Ну не ее это. Хотя Тёрнер ничего такой. Но максимум — это быстрый перепихон. И то вряд ли. Хрен знает, чего от него подцепить можно. Через постель парня прошел не один десяток девиц. Сара решила, что лучше поберечь здоровье. — Сара? Аууу?! — ой, кажется, задумалась и не заметила даже, что Дерек трясет ее за плечо. Сара подняла глаза на парня, улыбаясь. Ох уж эта фирменная улыбка, а-ля «здравствуйте, хули надо?» — У меня к тебе дело есть, — слишком уж серьезный Никсон немного пугает, если честно. Сара молча кивнула, продолжая глупо тянуть губы. Если и он признается ей в любви, то девушка готова тут же провалиться сквозь землю. Прямо сейчас. Нет, ничего? Ну ладно. — Хорошо, Дерек, поговорим. — Спокойно ответила брюнетка, потягивая колу. С бургером покончено, хотя она не против слопать еще парочку, но другие вряд ли поймут ее неуемное обжорство. — Сейчас? — Если ты доела, — Никсон слабо улыбнулся краешком губы, отчего его девственные усишки нелепо дернулись. Заметив усмешку на лице Сары, он тут же потупил взгляд. — Пойдем? Махнув рукой Кэнди — следующий урок у них не вместе — и помахав на прощание Бобби, Сара встала, поправив слишком короткую, по мнению ее мамы, юбку и пошла за парнем. Дерек, печатая шаг на негнущихся ногах, словно тот самый оловянный солдатик, вывел подругу к неприметному темному проему под лестницей и обернувшись к ней, тут же начал разговор: — Сара, я понимаю, что мы друзья и до этого дня я ни разу не делал даже намека на отношения, но я… люблю тебя, Сара и хочу, чтобы ты стала моей девушкой! Вот те раз! Вот те два! Ну охренеть не встать теперь, Сара! Глупо хлопая ресницами, девушка в который раз (второй, да?) потерла щеки, пряча глаза. Ну зачем, Дерек? Зачем? Она и так подпустила этого мелкого, но надо признать, очень смелого и верного засранца, слишком близко к себе, но не настолько, чтобы портить эту хрупкую дружбу никому не нужной, а особенно ей, любовью. Сара громко цокнула языком, подбирая слова и, сдвинув брови к переносице, раскрыла было свои пухлые губки, игнорируя матерные слова, готовые вот-вот сорваться с ее язычка, чтобы ответить что-то не очень обидное, когда Дерек, тонко уловив ее настроение, опередил ее: — Не отвечай сейчас, Сара. Я буду ждать тебя в семь вечера на пристани! Если решишься попробовать, я буду тебя ждать! И Дерек, будто специально вторя Морингу, смылся так быстро, что девушка и моргнуть не успела, хотя усиленно старалась хотя бы на мгновение прикрыть свои глаза, округлившиееся настолько, что по ним можно было изучать их детальное строение. Ну пиздец, О’Нил! К концу дня, Сара, начала сожалеть о том, что не взяла из дома большой пакет из Walmart, чтобы запихать в него все полученные валентинки. Кэнди после уроков, даже не попрощавшись, убежала домой. Наверняка, чтобы рыдать в подушку из-за невероятного предательства Сары и Люка. Хотя Сара, раз уж на то пошло, вообще была не при делах. Не она же тут о любви всем подряд поёт! Вернувшись домой девушка швырнула набитый доверху розовыми сердечками рюкзак в прихожей. Пффф… Что ни говори, но день Святого Валентина она и правда ненавидит. Ну к чему все это? Сначала Люк. Разве одного прямого «нет» недостаточно, чтобы понять, что девушка не испытывает к нему ответных чувств? А Дерек-то куда, господи! Этот парень ассоциируется у нее только с одним словом — антисекс! Нет, может кто-то и захочет встречаться с ним и даже забраться в его застиранные до дыр штаны, но Сару от одной только мысли начало тошнить. Дерек и секс, да бууээ! Сара упала на кровать — сразу же в объятия Морфея. Вот этот парень ей определённо нравился. Кутая ее в теплое одеяло и подставив под щеку мягкую подушку, накрывал своей нежной рукой так, что девушка просто таяла. А все эти Никсоны и Моринги — да в пи… пошли они, в общем, далеко и надолго! Прекрасный Морфей — явно ее фаворит. Хотя секса Саре хотелось до ужаса. Ну, потому что не было, сколько там, месяца три? С тех пор, как она переехала в этот богом забытый городишко, да? Протяжно выдохнув, девушка перевернулась на спину, едва ли не по самые уши натянув одеяло. Пальчики ловко заскользили по коже к трусикам, выискивая желанную точку. Кто, как не она сама, сделает ей хорошо. Ловко проникнув под резинку белья, Сара нырнула пальцами сразу же между влажных складочек, мучительно медленно проведя рукой по моментально покрывшейся мурашками коже… Вот же, охренеть как! Закусив пухлую нижнюю губу, брюнетка блаженно прикрыла глаза, усиленно работая ручкой. Только вот какого хрена она представляет сейчас Майкла Тёрнера — вообще не понятно. Да похуй, пусть хотя бы он, лишь бы не Никсон или Люк. Закончив удовлетворять себя, девушка вытерла блестящие от смазки пальчики салфеткой и, всё еще тяжело дыша, села в кровати. Как хорошо, что мама не дома, иначе было бы довольно неловко объяснять, почему она минуту назад кричала на весь дом имя Майкла, когда в постели была одна. Был бы этот зеленоглазый здесь, так хоть какое-то оправдание. А так… Взглянув на часы, Сара поняла, что время близится к семи. Два парня, два ее недо-друга сегодня пригласили ее на свидание, любое из которых, по логике, должно закончится тем, что кто-то из этих двоих станет ее парнем. Если она пойдет. Ну она же не дура, да? Засмеявшись в голос, Сара взяла в руки телефон и набрала сообщение Бобби: 18:45 Sarah O'Neill Псс, Бобс! Я хочу трахнуть одного парня, но, вот черт, мне нужна твоя помощь! 18:52 Bobby Turner А я тут каким хером, Сара? Если это только не мой брат, конечно. Нет же? Сара откинула телефон и прижала руки к пылающим щекам. Ну а что? Если она сейчас так сладко кончила, просто представляя его, то почему бы и нет? Никто не обязывает ее потом связать себя с ним узами брака. Да, же? Ну и все! Сара хочет Тёрнера. Проблем-то. Может даже справку не попросит перед сексом. Ха-ха! 19:02 Sarah O'Neill Бобс! А если так, то что? 19:08 Bobby Turner Да насрать… Он дома, приходи! Только, пожалуйста, дай мне двадцать минут на то, чтобы смыться из дома, пожалуйста! Не хочу слышать ваши развратные стоны в своей комнате, лучше уж прогуляюсь немного, я как раз хотел сходить в библиотеку. 19:19 Sarah O'Neill Хорошо, сладкий! Как скажешь. Ну пиздец, О’Нил! Ну, а почему бы и нет, собственно?! Майкл — секс? Секс! Ооо, еще какой! Он к ней подкатывал? Да, два раза, да! Значит, проблема решена. Быстренько приняв душ, девушка погрузилась в тяжёлые раздумья. Если она наденет сейчас свое самое любимое и мега-развратное белье, где шанс, что он не порвет его на ней? А обычный комплект, ну, как-то не солидно. Да и день Святого Валентина все-таки. Плюнув на все, девушка натянула свои обожаемые трусики-с-открытым-доступом-в-самом-интересном-месте и ловко защелкнув нехитрую застежку на лифчике, окинула себя взглядом. Да, если бы она могла трахнуть саму себя, то непременно сделала бы это прямо сейчас. Бордовое мини-платье, едва прикрывающее бедра под пуховик, и в путь. Буквально за три минуты преодолев расстояние между своим домом и домом Тёрнеров, Сара уверенно постучала в дверь. Сначала послышалась какая-то возня и недовольное бурчание, а потом замочная скважина громко щелкнула, и ее лику явилось в меру помятое, но от этого не растерявшее своей звериной сексуальности лицо Майкла: — Эм, привет. Бобби свалил пару минут назад, так что, если ты поторопишься, то успеешь его догнать, — произнес Майкл, прикрывая зевающий рот рукой. — О’Нил, да? — Ох, какая жалость, — девушка театрально надула губки. — Понимаешь, просто я, совершенно случайно забыла ключи в школе, а, оказалось, что моя мама заперла перед уходом дверь, и я не могу попасть домой. — Боже, ну ты и актриса, Сара. — Подумала, что друг не оставит меня в беде и позволит переждать непогоду. Но раз его нет дома, то я, пожалуй, пойду, да? — Ох, О’Нил, да заходи, раз пришла, — совершено спокойно ответил ей Тёрнер, чуть приоткрывая дверь так, чтобы ее хрупкая фигурка едва ли смогла протиснуться между дверным полотном и стеной. Вот специально же так сделал, засранец! Однако, и Сара не робкого десятка! Выкуси, Майкл!