***
Ещё до рассвета Охотник подъехал к гостинице. Он понимал: у ребёнка-Тени время стремительно истекало. Рей не был наивным и опасался, что, потеряв надежду на спасение, мать с отцом просто причинят вред людям из бессильной злобы. Охотнику нужно было выманить Теней из города, из пригородов. Рей решил заманить их как можно дальше в пустыню и там испортить семье автомобиль. Было бы слишком двулично делать вид, что он не способен причинить вред разумным, если он причинял, не раз и не два убивая. Совесть грызло то, что это семья, что одна из Теней – ребёнок. Рей ехал медленно, часто закрывая глаза, следя за своими жертвами, что вынужденно стали охотниками на Охотника. Рей съехал с дороги прямо в пустыню, смотря в зеркало заднего вида даже чаще, чем вперёд. Он увидел, как за ним съехал ещё один автомобиль, ни марку, ни цвет он не смог рассмотреть, только заметил, что тот светлый. Началась самая странная погоня в жизни Рея. Охотник медленно, но упорно позволял себя нагонять, сокращать расстояние, подогревая этим упорство Теней. Ему нужно было, чтобы те не следили, куда они едут, не вздумали вернуться на дороги или в город. Охотник старался не думать о том, что на душе его преследователей, старался не акцентировать внимание на розовом цвете машины. Уже когда солнце начало заходить, машина Рея вдруг заглохла, показывая пустой бензобак по желанию самого Охотника. Он выскочил из автомобиля и бросился к небольшим скалам впереди. Бежать туда было далеко, и Тени легко нагнали бы его на авто, будь он человеком. Но Рей не был, и им пришлось выжать газ по полной, чтобы нагонять. Они почти сбили его, когда Охотник резко отскочил в сторону, прекратив Силой прятать от взглядов огромный валун, в который машина должна была вот-вот врезаться. Водительница, седая женщина, выворачивала руль, пытаясь избежать столкновения. Охотник, даже не закрывая глаз, чувствовал, что две Тени пытаются Силой исправить положение. Рей отвернулся: он и так увидел больше, чем хотел. Охотник, не оборачиваясь, побежал к своей машине. За спиной раздался грохот, и паразиты принялись извиваться от боли, что испытывали Тени. Но никто не отвалился, значит, пока все были живы. Рей не хотел, но всё же думал помимо воли: семья состояла из мамы, бабушки и ребёнка. До этого дня Охотник никогда не видел лиц Теней, что уничтожил, и это было потрясением.***
В доме Бенета было тихо и темно. Хозяина дома действительно не было. Рей включил свет, заварил кофе, включил телевизор, чтобы не было так тихо, и закурил, включив вытяжку на кухне. Чёрно-белый кот зашёл на кухню и, запрыгнув на стул, уставился зелёными осуждающими глазами на наглого чужака, что решил тут повонять и надымить. — Спасибо, Пинки, что ты пришёл составить мне компанию. Давай, рассказывай, какой у тебя хозяин? — спросил Рей, улыбаясь и не пытаясь трогать независимое животное. Ему хотелось понять, действительно ли Тень нашёл безопасный способ для себя питаться или просто не было возможности повесить паразита на ребёнка. Охотник должен был знать, точно знать, что Бен безопасен. Ему хотелось верить, что он может не убивать этого простого, открытого, молодого мужчину. Присутствие ещё одного живого существа, пусть и кота, успокаивало, и Охотник, к своему удивлению, легко заснул и даже проспал почти до полудня. Первым делом он убедился, что все три жертвы по-прежнему в пустыне, затем вымылся, смывая остатки сна. Песок и пот Рей смыл ещё вечером. Тени за ночь прилично сдвинулись, но выбрали неудачное для себя направление. Охотник тяжело вздохнул, проверил, не видны ли паразиты, затем натянул улыбку и вышел из комнаты, спустился на первый этаж. Он не готов был видеть хозяина дома. Бенет был Тенью, и Рей не был уверен до конца, что оставит его живым. К счастью, отработав ночную смену, Бен ещё спал. Подумав, что было бы неплохо разговорить Тень, Рей отправился в магазин, чтобы купить продуктов и хорошего виски. Охотник ходил между полок, беря продукты по списку, сосредоточившись на этом, но напряжение вокруг он почувствовал сразу и повернулся. Дель весело что-то говорила своей маме, держа её за руку. Окружающие просто пялились, стараясь всё же прятать взгляды, ведь некоторые из них были соседями и знакомыми семьи. Совсем не смотреть люди не могли – Дель была местной знаменитостью на данный момент. Все искали то, что изменилось в девочке, что в ней сломалось. Рею, наверное, нужно было увидеть её, то, что надломилось от осознания, что он «ест» ребёнка, от вида пожилой женщины в машине. Совесть, проснувшаяся в Охотнике, замолкла. Он спас её, эту забавную девочку с русыми кудрями и содранными коленями, дал ей право прожить жизнь так, как она захочет. Рей не прятал своего любопытства, понимая, что все тоже смотрят на Дель и было бы необычно, наоборот, не смотреть на ребёнка. В дом Тени Рей вернулся уже спокойным, с холодной головой и готовым планом действий. Первым делом он принялся готовить стейки к завтраку или ужину, тут было сложно понять. К моменту, когда Бен спустился на кухню, всё было готово. — Привет, — улыбнулся Рей, гордо сообщив: — Я нам еду приготовил. Прости, не сообразил, что для тебя это завтрак… — Ничего, — улыбнулся Тень искренне. — Я мясо и посреди ночи есть готов! — Я тут купил в благодарность за кров. Я видел у тебя такую же бутылку, только почти пустую, — кивнул на виски Охотник, наблюдая за Бенетом. — Спасибо. Не стоило, конечно, я же от чистого сердца предложил у себя пожить, — заверил Бен и добавил: — Может, выпьем сегодня вместе? Тебе никуда не нужно? — Нет, сегодня я абсолютно свободен, — улыбнулся Рей, понимая, что Тень попался на его простую, но действенную уловку. Они устроились ужинать в гостиной на удобном диване. Охотник с удовольствием выпил, заводя разговор о музыкальных предпочтениях, затем о книгах, фильмах и так, ненавязчиво, добрался до сериалов. — Мой любимый сериал это «Декстер», — сообщил весело Рей. — Пусть там главный герой убийца, но он убийца убийц, что, на мой взгляд, его оправдывает. Охотник прекрасно знал, что Бен не мог захмелеть, как и он сам. Но сейчас Рей вполне органично играл лёгкое опьянения, даже щеки у него покраснели. — Да, согласен. Это оправдывает Декстера, всё же убийцы потеряли право на неприкосновенность собственной жизни, если сами попрали право на жизнь другого человека, — сказал Бен, и Охотнику показалось, что Тень не врёт. — Но я бы так не мог, боялся бы ошибиться. — М? А кого бы ты смог убить? Допустим, ты должен кого-то убить, чтобы остаться в живых, то кого бы убил? — спросил Рей, словно просто поддерживая разговор. Бенет не напрягся, даже не вздрогнул, просто грустно глянул на свой бокал виски, сожалея, что не может захмелеть, расслабиться. Ему нравился этот милый блондин с тонкими пальцами, с красивым лицом, с чистым взглядом. — Я бы убил того, кто и так умирает. Пусть это страшно звучит для врача хосписа. Но я правда так считаю, что, если уже вынужден выбирать, чтобы спастись, другого в жертву… то можно выбрать обречённого. Особенно, если пациент уже не в своём уме. Он, на самом деле, уже умер, как личность, умер для родственников. И пусть каждый день жизни важен, каждый хочет прожить свою жизнь до конца, но если человек уже не понимает, что жив, то… может, это не так и страшно? — Тень говорил тихо, ровно, пытаясь найти в глазах Рея оправдание самого себя. Он никогда и ни с кем не обсуждал это. Бену хотелось, до безумия, до боли убедиться, что его можно оправдать, оправдать это циничное представление о справедливости. — Ты прав, — серьёзно сказал Охотник, видя эту надежду, что примут, поймут. Он и сам хотел быть понятым, принятым. Потянувшись, Рей обхватил ладонями лицо Тени и поцеловал его, нежно, тягуче, и отстранился, едва тот попытался обнять в ответ. — Прости… я так не могу… Мы даже ни на одном свидании не были. На самом же деле Охотнику и самому хотелось тепла, близости, хотелось целовать, ласкать этого мужчину, но на Рее по-прежнему висело трое паразитов. Охотник не был готов говорить Бену правду, кто он и почему познакомился с ним в том ресторанчике. — Предлагаю завтра же сходить на свидание, исправить эту несправедливость, — довольно отозвался Бен, всё ещё зачарованно смотря на своего гостя. — И куда мы пойдем? — спросил, по-прежнему играя пьяного, Рей. — Это будет сюрпризом для тебя, — заверил Бен.***
Джеймс Трамс приехал на День рождения Лили к ней домой. Пусть это было и не совсем правильно, но ему нравилась эта девушка. Праздник был семейным, и Джеймс с удовольствием познакомился и пообщался с дочкой полицейской. С не меньшим вниманием и почтением он слушал и маму Лили. — А тут она на пятнадцатилетии своём, — показала очередную фотографию женщина. — Мама! — возмутилась Лили, пытаясь выхватить альбом из рук агента, но тот легко избежал этого и замер, смотря на фото. — Почему она тут… такая? — Это я воспользовалась автозагаром, и он не ровно лёг, — пояснила Лили, понимая, что Джеймс что-то пытается понять. — Ты тут лет на пять кажешься старше, чем была на тот момент, — ровно сказал Трамс, невольно вспоминая того молодого блондина. Он достал из кармана фоторобот и смотрел на него, потом сказал: — Лили, пожалуйста, прости, мне срочно нужно к художнику. Кажется, я видел его, видел и не понял, что это он. Или не он. Я должен понять, прости. — Я с тобой, — сообщила Лили безапелляционно.***
Кино и ужин – самый стандартный сценарий для свидания, но Рей уже очень давно не ходил на них, так что был не против такого. Большего, по правде, Рей не ожидал от Тени, тем более Бен сказал, чтобы он оделся попроще. Охотник понимал, что если у него будут отношения с человеком, то лет через пять, самое большее, у любовника возникнет вопрос: почему Рей не меняется? Да и не хотел он оставлять на фото своё лицо, хоть где бы то ни было. Поэтому Охотник довольствовался нечастым разовым сексом. Сегодня днём паразит ребёнка отвалился от кожи Рея во время принятия душа. Это значило, что Тень умерла. И как бы ни старался Охотник отвлечься, но не смог, он почувствовал под кожей крик боли матери. Он не мог, хотя хотел, забыть такое быстро, выкинуть из головы. Оттого и хотел побыстрее попасть на свидание, побыстрее отвлечься. — Готов? — спросил Бенет, довольно улыбаясь. — Полностью, — заверил его Охотник. — Тогда поехали, — кивнул Тень.