Moon child

Очнувшись и открыв свои очи дева первым делом лицезрела лесные окрестности, чья картина ужасно тряслась. Кажется, она была на чьих-то руках? Впрочем, это даже и не важно, ведь спустя каких-то жалких двадцати секунд к глазам подступила непроглядная темнота. ——— Звон в ушах заставил синевласку покорно нахмуриться от столь неприятного звука, и снова разуть глаза, открывая драгоценности своей радужки. Перед её взором предстала девичья красота в виде лица одного из столпов, это была Мицури Канроджи, лунному ребёнку не раз представлялась возможность увидеть её на заданиях и в свободное от них время. Тсукико, как и большинство людей в рядах охотников искренне восхищалась столпами, теми сильнейшими мечниками высшего ранга. Канроджи же, помимо высокого ранга и несколько сотен спасённых жизней за плечами всегда оставалась безумно сильной и при этом женственной девой, на которую в мечтах хотела быть похожей Хаяси. —Очнулась! — радостно воскликнула столп любви, чьё выражение лица несколько минут назад казалось обеспокоенным. Тсукико прекрасно знала, что находится в поместье бабочки, кажется, что это место стало уже чуть ли не родным, из-за такого частого прибывания здесь. Если не брать во внимание хрупкое здоровье Хаяси, которое каждый год по около десяти раз заставляло девицу слечь, то от лап демонов та страдала немного раз за всё прибывание в организации. —Канроджи-сан? Не знаете ли вы, что произошло со мной? Я не совсем помню как очутилась здесь. — с неуверенностью в голосе, но со столь же меланхоличным видом произнесла Хаяси, приподнимаясь на локтях. —Ох, несколько минут тому назад ты ударилась о дерево прямо на моих глазах, мне было так страшно! Я рада, что успела тебя поймать и была там тогда! Тебя уже успели осмотреть девочки бабочки. — с радостью объяснила дева, которая тогда просто хотела купить пару булочек укоротив свой путь через лес, но в итоге сейчас сидела рядом с синевласой, чье имя смутно помнила, но четко знала, что кажется, уж точно видела её множество раз. —Большое спасибо вам, как-нибудь, можете ожидать от меня панкейков приготовленных в знак благодарности! — кивнув на слова столпа молвил лунный ребёнок, с прежним восхищением смотря на Мицури, у которой кажется загорелись слова от сказанной синеглазой фразы. Мечнице любви нравились блюда, взятые из европейской кухни или смешанные с ней, посему, любительница сакура моти улыбнулась ещё шире, наблюдая за тем, как в комнату заходит сама Кочо. Если говорить о столпе насекомого, то Тсукико не могла скрыть того, что именно её личность импортирует ей намного больше, чем пусть и милая, но несколько шумная Канроджи. —Добрый день, Кочо-сан. — с трепетом и уважением прошелестела дева, на чьем лице так же не двинулся и мускул, после того, как она конечно же произнесла эти слова, только очи могли выдать её настоящие чувства, правда, не во всех красках. —Добрый, Хаяси-сан, большое спасибо Мицури, что смогла присмотреть за ней. — с обычной приевшийся улыбкой кивнула бабочка, чьи движения рук были настолько легки, подобно взмаху крыльев павлиноглазки Изабеллы, чудным насекомым, с которым у Тсукико ассоциировалось хаори столпа, что лунное дитя по началу даже и не заметила как перед её взглядом предстала колба с лекарством. Эту колбу к слову, Шинобу держала уже несколько длительных секунд перед лицом своей пациентки. —Удивительно, как с такой скоростной реакцией вы ещё живы, Хаяси-сан. Выпейте это, оно позволит вам избавиться от головных болей и прибавит вам иммунитета, которого, по всей видимости у вас жалкая капля от всей должностной суммы, по сравнению с остальными людьми. — слегка язвительно произнесла та, ожидая пока из её рук наконец возьмут приготовленное недавно лекарство, индивидуально разработанное для девы. —Благодарю, извиняюсь за чрезмерные хлопоты со мной и моим здоровьем. — нервно сглотнув произнесла девица, даже и позабыв о Канароджи, находящейся в этой комнате. Хаяси поспешно взяла колбу, аккуратно и так, дабы лишний раз не коснуться пальцев столпа насекомого и выпила её содержимое до конца, пытаясь не морщиться от резкого горького вкуса и кажется, привкуса каких-то пряных трав. —Хорошо, я пойду! С нетерпением буду ждать от тебя вкуснейших панкейков, ещё увидимся, да? — весело говорила Канароджи с неким вопрошанием, ранее наблюдая за диалогом этих двоих, удаляясь из комнаты. —Всего хорошего! — прокричала любительница сакура моти широко улыбаясь и выходя из поместья бабочки. После ухода столпа любви, повисла тишина, которая кажется, только улудшала взаимоотношения Шинобу и Тсукико, но, поскольку у бабочки сегодня были минутки свободного времени, она, обдумав предпоследнюю фразу Канароджи немного наклонила голову набок. —Панкейки? — с поддельным любопытством спросила дева, будто смакуя каждый из существующих слогов этого слова, смотря сквозь больную. —В знак своей благодарности я решила приготовить Канроджи-сан подобное блюдо. Если хотите, я могу и вам что-нибудь приготовить, вы ведь столько для меня сделали. Что вы любите из еды, Кочо-сан? — прийдя в себя уже преспокойно молвила лунная девочка, протягивая бабочке пустую колбу от лекарства. — Цукудани с имбирём. — особо не задумываясь ответила мечница, которая обычно не позволила бы кому-либо готовить на кухне поместья кроме девочек бабочек, но сегодня, она почему-то решила поступить по-другому. —Ты сможешь приготовить его на кухне, если у тебя получится, конечно, ты не особо сильно ударилась и если чувствуешь себя хорошо, то можешь и угостить меня подобным индивидуальным ужином. — соблюдая всё такую же улыбку на лице говорила дева, покидая комнату своей «должницы», зная наперед, что уже вечером еда будет покорно ждать её вместе с обладательницей дыхания ветра. Тсукико прекрасно знала, где в этом поместье можно найти подходящие продукты и остальное, для подобающего угощения, так как часто проводила время вместе с девочками бабочками там, болтая о том, как можно улучшить те или иные блюда разнообразием вариантов техники приготовления и импровизации. Стоит ли упоминать о том, что каждая бабочка, живущая в поместье знала лунного ребёнка, из-за её ежемесячного пребывания тут. ——— Естественно. Естественно лунное дитя не удержалось от соблазна порадовать юную особу, которой она к тому же и восхищалась, блюдом, прибегая к помощи строгой Аой, с которой их взаимоотношения можно было назвать даже тёплыми, в каких-то местах —Аой-кун, я даже не представляю как это готовить, ты же должна знать, верно? — с лучами надежды спросила синевласка, зная лишь примерный список ингредиентов к данному блюду. С горем пополам и к счастью синеглазки Канзаки согласилась помочь обладательнице дыхания ветра и на удивление, у них получилось достаточно хорошо. Даже несмотря на безэмоциональное лицо бледной мечницы можно было заметить волнение, которое выражалась постукиванием пальцами по своему же бедру, не сложно было догадаться, что та и вправду надеялась на то, что блюдо понравится бабочке. Когда настал таковой момент икс, с пришествием столпа насекомого, Хаяси буквально затаила дыхание, в ожидании конечного вкусового вердикта, которого подобно судье вынесет Кочо, с такой же лёгкой улыбкой. —Весьма недурно. — хорошенько прожевав пищу, а после ещё и выдерживая интригу, будто наслаждаясь волнением синевласки, сказала Шинобу, раскрывая свои большие глаза и устремляя их взор на Тсукико, одобрительно кивнув. ——— По окончанию того дня лунный ребенок был словно на седьмом небе от охватывающего чувство счастья из-за подобных слов столпа, только одно смущало обладательницу дыхания ветра, боль в правой ноге…