Меняя личности

Вылизанная до блеска сказка, сияющая до боли в глазах. У всех всё по-идеальному хорошо, все по-идеальному хороши; и только Дабл Трабл здесь лишние. Только они видели всю фальшивость их искренней доброты, их благородного знамени. Колючие недоверчивые взгляды искоса словно силки, вымученные полуулыбки душили. Эта стража не доверяла даже друг другу. Да, они тоже шли среди «защитников», но каждая мелочь, показывающая реальное отношение слащавых принцесс и их свиты, впивалась иголкой под кожу, и им хотелось бежать и прятаться. Хотелось бежать из иллюзорного рая, но если здесь заплатят — это того стоит. Они могли бы прямо сейчас рвануть отсюда, но… Но, но, но! Это «но» улыбалось им в каждой монете. Хуже болезненных тисков, не дающих спокойно существовать, могут быть только наручники из долгов и бесконечный список неприятелей, которые прикуют тебя, не давая сбежать, если только увидят. Они многим перешли дорогу и нужно было бы наверное уехать с каким-нибудь прекрасным существом на край света и растить отпрысков, но преступления и обман людей — это наркотик. Адреналин, который приливает после каждого совершенного обмана. Но больше всего им нравилось играть роли. Одурачивать всех и чувствовать себя пастухом посреди стада баранов. Завернув за угол они перевоплотились в Глиммер и зашли в её кабинет. Господи, это лицо бесценно! Конечно же её драгоценный ухажёр сразу же ухватился за свои стрелы. Дабл Трабл возникли в своём первозданном обличии и расслабленно подняли руки. — Спокойно! Я пришёли с миром…слышали у вас пропала кошка — сказали они и пред Боу с Глиммер начали возникать разные образы Катры, а в самом конце тот, в котором они видели её в последний раз. — Прекрати! -на глаза Глиммер навернулись слёзы — В тебе есть хоть что-то святое?! — вскрикнула она. — Деточка, если создала ванильно-карамельную империю — это не повод считать себя святой. Что я, что ты, живём во лжи…или во имя лжи. Мы все пусты, не виноваты ни дом, ни этот город, просто в нас самих нет ни-че-го, что являлось бы признаком святости, но позволь сказать, я тебя глубоко понимаю. Мне самим очень тяжело жить во всём этом. — сказали Дабл Трабл гладя Глиммер по руке. Боу всё ещё стоял с нацеленной стрелой, но выстрелить не посмеет, его драгоценная королева слишком близко. Она явно в стрессовой ситуации, а они просто манипулируют. Тактильный контакт, вскрытие ран и единение с оппонентом. Когда тебя понимает человек со стороны — это так успокаивает. Что же до слов о святости — это лишь стирание грехов, они как бы сказали «мы все едины, это нормально». Обращение «деточка», ставило их выше и как бы опытнее. Людьми в беде настолько легко манипулировать, что даже скучно. — Мне будет легко заменить кого угодно. — понизив голос до шёпота — даже тебя. Кабинет хорошо изолирован, а стрелу так легко спустить с тетивы…но знаешь, королева может в один день не выдержать и выброситься…ну скажем из этого окна. Ах, нет, там же цветы. Тогда из того конца кабинета. Тут подскочил Боу, а Глиммер начала кричать от возмущения. — Не прикасайся к ней! — крикнул Боу, запуская стрелу, но увы, в стену. — Как… Как ты смеешь мне угрожать?! Тебя повесят как только узнают! Стра- попыталась крикнуть королева, но ящерка прикрыли ей рот ладонью — Не надо паники, я лишь хочу помочь. Могу играть роль вашей кошки столько, сколько нужно — сказали Дабл Трабл, а потом сделади до безумия грустное лицо, скривили плечи, ну только заплакать осталось — Эх…вижу моя помощь здесь не нужна…ну ничего, Хорд Прайм тоже отказывался от моего спасительного дара. Новая манипуляция. Она ненавидела Хорд Прайма так сильно, что одно его упоминание взбесило бы её, а тут их сравнивают. — Но не давай ответ сразу, подумай над этим — сказали они и с таким же жалостливым видом стали стражницей, что вышла в коридор и направилась на «патрулирование» теретории за пределами замка. Трюки, что провернули хитрое существо сработали. — Стой! — тут же вспомнив про официальный тон Глиммер сбавила голос — Кхм…то есть зайди ко мне в кабинет! Улыбнувшись самой плотоядной из всех своих улыбок они пошли к своей добыче. Сев напротив знатной парочки они по-хозяйски сели в кресло. Теперь условия тут диктовали только они. — Для исполнения мне нужно знать, что случилось, как изменилось её поведение и ради кого мне предстоит играть эту роль. — Ладно, на счёт первого они соврали, но интересно же. Изложив всю историю до конца, Боу и Глиммер начали перечислять изменения в Катре. — Она остригла волосы… — Стала лучше контролировать гнев — вставил Боу — Призналась Адоре… — У вас есть её фотография? — спросили ящерка. Фотография была, и не одна, что было очень даже удобно. Буквально за секунды внешняя составляющая была готова. — Раз уж наша кошечка заблудилась в лесу, то стоит доставить её в лазарет со… скажем частичной амнезией. Тогда можно будет избежать нестыковок в характере. — решения у ящерки определённо были придуманы на ходу, но могли сработать — Хорошо — сказали оба, но в глазах, что Глиммер, что Боу, читалась одна фраза «что мы творим? Это какое-то безумие…» — А теперь самое главное — тут Дабл Трабл приступили к любимой части — Сколько мне заплатят и каковы условия? Боу дал решающее слово жене. — Ты будешь жить здесь до…- тут ей пришлось пересилить себя — смерти Адоры. В качестве Катры ты будешь жить в самых роскошных покоях, питаться так же. Требуй всего чего хочешь и скольео хочешь, но если только выдашь себя — мы в лучшем случае убьём тебя. Да, Глиммер хоть и выглядела, как самая милая и добрая правительница, но в темные уголки её души уж точно лезть не стоило. Спустя час в покои Адоры поступали. — Адора…там…там в лазарете — она вобрала по-больше воздуха — там Катра!