Это может быть реальностью

Природа всегда манила к себе людей. Ведь, она бывает разной. И с помощью этого, каждый человек может найти именно то, что ему будет по душе. Элегантной девушке со строгим характером может подойти алая роза. А, девочке, которая выделяется своей нежностью в глазах — лилия. Каждому своё. И, иногда кому-то может нравится несколько разных по своей натуре растений. Это вполне нормально. Есть много людей, которым может нравиться одновременно и высокий почтенный дум, и мелкая ромашка. Говорят, что такие люди разносторонние в плане общения. — Доча! Не беги так быстро! — крикнул знакомый женский голос в саду в Подземье. — Снова цветы с лицами! Но, этот цветок уже какой-то другой! — крикнул девочка лет семи, указывая пальцем на рядом стоящий цветок. Ярко-рыжие короткие волосы лишь до плеч, шоколадные глаза, в которых танцевало счастье. Цветок, который оказался Георгиней, с неприязнью нахмурился на девочку, которая продолжала с улыбкой на него смотреть. Георгина сразу узнавала эти черты лица… — О, дочурка Тарранта и Алисы. — язвительно сказала она, но голос её был какой-то сладкий. — Как назвала её, Алиса? Цветок перевел взгляд на девушку, которая только что подбежала, с такой же улыбкой, как и у своей дочери, на губах. Как будто здесь не обошлось без копира. — Хелен. — ответила та, подходя к своему чаду и ложа руки к нему на плечи. — Ну и ну. — буркнула Георгина, ещё больше хмурясь. — А где сам отец этой Хелен? — Папа не слишком любит утренние прогулки к цветам. Говорит, что они его обидели давным-давно. — ответила за маму Хелен, когда та даже не успела открыть рот. — О, нет. Это он цветки обидел. А если точнее, то розы. Ужасно! Просто ужасно! Знать бы вам, что там было.. — Георгина уже хотела начать свой долгий рассказ с морем эмоций, но её перебила Алиса: — Очень интересно, Георгина. Но, я научилась с детства тому, что лучше сразу остановить существо в начале разговора, а то этот разговор может на до-олго затянуться. — улыбнулась Алиса, беря свою дочь за руку и идя вместе с ней уже в другое направление. В след он лишь слышали возмущенный визг цветка: — Чёртовы Хайтоппы! Спустя некоторое время безмолвной ходьбы, Алиса почувствовала, как её дочурка резко остановилась, как будто её к земле приклеили супер клеем. Девушка быстро посмотрела на Хелен и, прочитав у той на лице некое волнение, спросила: — Что такое, милая? — Мы сегодня не пойдем к лилиям? — не своим голосом спросила Хелен, смотрев на свою маму глазами отчаяния. — О, дорогуша. — Алиса слабо улыбнулась, присела на корточки перед своим чадом и нежно взяла её ладошки в свои. — Говорят, что лилии сегодня сильно заняты. Представь, у них роза выросла. Прямо посреди них! — Неужели? — с большим удивлением спросила девочка, представляля, какой там шел сыр-бор у лилий. — И что они будут с ней делать? — Ни малейшего понятия, но думаю, на следующую прогулку мы уже к ним пойдем. — улыбнулась Алиса, поднимаясь на ноги и идя дальше, всё ещё держа за руку свою дочку. — Мама, а вправду, что наверху есть другой мир? — резко спросила Хелен с огромным интересом. — О, да. Я раньше там жила. — с небольшой усмешкой ответила Алиса, вспоминая некоторые хорошие моменты до того момента, как она решила остаться в Подземье навсегда. — Папа недавно сказал, что ты часто скучала по нему на поверхности. — улыбнулась Хелен, как будто рассказала какой-то важный секрет. — Как придем, не забудь мне напомнить, чтобы я папе отрезала язык. — усмехнулась Алиса, делая пальцами маленькие ножницы и разрезая ими воздух, издав ещё при этом звук «чик». — Хорошо. — ответила Хелен, ярко улыбнувшись улыбкой матери. Такими пустыми, но душевными разговорами они дошли до дома. До дома Шляпника. Он ничуть не изменился. Всё та же форма цилиндра, с множеством окон по всем сторонам. Только, возле дома появилось одно растение, чем-то напоминая березу и тюльпан. Зайдя в дом, Алиса и Хелен одновременно вздохнули. Это уже вошло в привычку делать так после каждой прогулки. — Если Таррант до сих пор не встал и не приготовил завтрак, то он у меня будет весь день прикованный к кровати. — сказала Алиса, снимая с себя уличную обувь и ставя её на специальную полочку на уровне щиколоток. Так же поступила её дочь, а после это полочка завернулась в стену, прячась от виду. — Я чую запах блинчиков. — радостно сказала Хелен, быстро одев домашние белые тапочки и летя на кухню. Алиса аккуратно натянула на свои ноги тапочки, сняла с себя верхнее пальто и повесила его на крючок. Пройдя на кухню, она увидела уже довольно ей знакомую картину: её дочь сидит за столом, болтая ногами, а Таррант, на котором был одет фартук нежно-розового цвета, накладывает ей блинчики на тарелку. Алиса мягко улыбнулась, скрестила руки на груди и начала внимательно наблюдать за всем этим приятным утренним явлением, облокотившись плечом о дверной проход. — Так, последний блин. — игриво сказал Таррант, как только почти все блины были уже положены на тарелку к дочери и оставался только один. — Кому же он достанется? — Маме! — радостно крикнула Хелен, беря в свою руку вилку и нож и начиная поедать блинчики. — Как всегда. — буркнул Шляпник, наконец переведя взгляд на Алису, которая всё время наблюдала. — Как прогулка? — Чудесно. — ответила девушка, когда мужчина начал к ней подходить с последним блином на тарелке. — Кто-нибудь заглядывал? — Чешир. — коротко бросил Таррант, ножом отрезав малый кусочек от блина и, беря его на вилку, протягивая к губам Алисы. — И, по какому поводу он нас посетил? — улыбнулась Алиса, аккуратно забирая вилку с кусочком блина к себе в руку и закидывая его к себе в рот. — Хотел повидаться с Хели, как обычно. — ответил Шляпник, улыбаясь. — Как блинчики? — Превосходные. — проглотив свой кусочек, ответила Алиса, потянувшись к Тарранту и оставляя лёгкий поцелуй на его губах. — Хелен уже весь месяц твердит о том, что хочет на безумное чаепитие. Последнюю фразу девушка сказала с некой строгостью, тыкнув тупой стороной вилки Шляпнику в грудь. — Она сама спросила, как мы впервые встретились. Что я мог поделать? — слабо улыбнувшись, Таррант быстро забрал у Алисы «оружие» и поспешил поставить тарелку на стол. — Если в скором времени она не появится там, то можешь забыть вкус моих губ. — усмехнулась девушка, аккуратно подходя к дочери и гладя её по макушке. — Но... — Шляпник уже хотел возразить, но увидел, что Алиса взглядом показывает на дочь, которая в это время была сильно занята блинчиками, и понял, что при дитё лучше не оправдываться. — Завтра. Будет вам безумное чаепитие. После, Таррант снял с себя фартук и нацепил его на крючок, который висел близко к дверному проходу. Алиса нежно улыбнулась, потрепала Хелене волосы, а после подошла к Шляпнику, который уже собирался уходить в другую комнату. — Обещаешь? — чуть тише спросила она, останавливая Тарранта за рукав. — Обещаю. — повернувшись к Алисе, Шляпник ярко улыбнулся, а после прильнул к её губам с поцелуем, на который девушка с удовольствием ответила. — Бе-е.. — послышалось где-то сзади. Это была Хелен. Он не слишком любила наблюдать за всеми этими страстями родителей. Ведь, это часто портит аппетит.