Новая жизнь: Появление

Дождь лил, не переставая до самого вечера, усиливаясь с каждой минутой и заставляя всех жителей деревни бежать, прятаться под крышами своих деревянно-каменных домов. На улицах уже давно не было видно не одной живой души, на считая редко проезжающих машин, и одной фигуры, которая не спешно шла вдоль дороги. Этой фигурой был сын здешнего мясника, который, прячась под широким чёрным зонтом, шёл в гости к своему старому другу, держа в руках не большой чёрный пакет, и наслаждаясь дождливой погодой, которая, по его мнению, была самой приятной. Из-за работы его отца ему с детства мерещились всякие нелицеприятные вещи, которые большинство людей считают страшными и не нормальными. Но его это не волновало. Он не боялся встречи с "монстрами", а даже наоборот, мечтал хоть раз увидеть что-нибудь необычное. Несмотря на это он оставался жизни-радостным парнем, пусть и с не большими отклонениями в психике. Приостановившись возле пруда, расположенного между домами, почти в середине деревни, он невольно задумался, что же его друг придумал на этот раз. Их обоих привлекала всякая мистика, поэтому он был уверен почти на сто процентов, что это какая-то очередная авантюра, с призывом духов, призраков или демонов. Но ему эта затея нравилась. Он видел в ней способ заполнить серые дни, поделённые на учёбу в сельской школе и помощь нервному отцу в мясной лавке, какими-нибудь эмоциями и впечатлениями. Промчавшаяся мимо машина обрызгала до колен сына мясника водой из лужи, вернув того в чувства, и, заставив того ускорить шаг. Почти бегом, он прошёл оставшиеся пол улицы, и забежав на знакомый участок, резво вскочил под козырёк возле двери и, достав ключи, которыми они давно обменялись, открыл дверь, ввалившись в дом. После этого, первым же делом, он принялся стягивать с себя сапоги, носки и штаны, под которыми были домашние шорты, которые он случайно забыл снять. —О, Петян, а вот и ты!—В дверях показался не высокий, кудрявый парень, с неизменной улыбкой, который, быстро пошибуршив в обуви, протянул ему вязанные тапки.— А мы все только тебя и дожидались. Ну как, принёс? —Вот, наслаждайся.— Протянул я ему пакет, всаживая свои ноги в тёплые тапки. Тот сразу засиял, достав от туда большой термос, и, понюхав содержимое, поморщился от резко запаха железа.— Ты что, Коль, пить эту жижу собрался? —Да не, я просто проверяю, точно ли это кровь.— Коля вновь улыбнулся, закрутив крышку термоса —Не боись, настоящая. Коровья. Сегодня днём потрошили. Я даже этой, как её... анти...ко...коагул... в общем, того препарата, чтобы кровь не сворачивалась В неё добавил.—улыбнулся парень, хвастаясь своей проделанной работой. — Супер! — Эй, ну вы скоро там!— В дверях показался ещё один "член их компании", с которым у Петра были слегка натянутые отношения, но так или иначе, он был им нужен, чтобы достать определённые компоненты, которые где-то, кроме как на ферме его родителей найти было не просто трудно, а нереально.— Ты чего так долго бродил, неужто свинья живучая попалась? —Да, есть одна такая. Я бы ей с радостью отрезал её длинный язык и зарядил по очкастой морде. — Ну, Петь, Саш, ребят, не ссорьтесь. Пошлите, на верх, мне уже не терпится! Только тише, а то братишку разбудите.— Прошептал Коля и, чуть ли не вприпрыжку, побежал вверх по лестнице. —Ну-ну, а сам-то. Тфу-ты.— Пробубнил Саша и направился следом. Пётр вздохнул и, стиснув зубы, прошёл за ним, сдерживая навязчивое желание дать тому затрещины. Как только юный мясник зашёл в небольшую комнату, он прошёл вдоль стены и не глядя сел на стоящую возле неё кровать. —Ей!— Пётр резко вскочил, поняв, что сел не на покрывало старой раскладушки, а на чьи-то ноги. Осмотревшись он понял, что практически присел на колени соседской девчонке, которая вытаращив глаза смотрела на него, под громкий хохот сидящего рядом брата. —П-прости!—Он покраснел, сев на другой край кровати, так чтобы между ним и рыжеволосой тихоней был её веснушчатый брат. —Ничего... Всё в порядке.— Она отвернулась к стене, в попытке скрыть наливающееся румянцем лицо. —Да ладно тебе, Петь! Я уверен, что Наташа была бы этому только рада.— Съязвил он, тут же получив за это подушкой по своей наглой морде. —Гриша!— взвизгнула его сестра, раскрасневшись ещё сильнее, готовясь огреть того во второй раз. —Да ладно тебе! Я же шучу! Уф!— В попытке защитить лицо, Гриша поднял руки, тем самым пропустив удар в живот, который выбил из его лёгких львиную часть воздуха. — Тихо вы! А то брата разбудите!— Прошипел Коля, ползая по полу и вырисовывая не затейливые узоры кистью поверх линий простого карандаша, периодически окуная её в термос с кровью. — А ты на счёт мамы не беспокоишься?—Спросил смущённый парень, пытаясь сменить тему после случившегося с ним конфуза. — А она опять к тёте Лизе уехали, так что вернуться только к понедельнику.— Не поворачиваясь произнёс Коля. —Ладно, ребят, у меня только один вопрос... почему именно кровью?— Спросила Наташа, поджав под себя ноги. —Так в книге написано.— Сказал Пётр, с интересом смотря на то, как аккуратно вырисовывались кровавые узоры, чем-то напоминающие ему некий цветок. —Книге? Это где вы такую книгу откопали? Случаем, не на кладбище?— Григорий недоверчиво хмыкнул. — Это я им дал. Вот.— Подойдя к кровати, Саша протянул удивлённому парню не большую книжонку, в кожной обложке. Тот взяв её, начал быстро листать, рассматривая разные не приятные картинки, начиная от кровавых узоров, заканчивая детальных зарисовок расчленённых животных. Фермер, предвкушая зарождающийся вопрос, продолжил.— Мы с отцом эту книгу на заброшке, в окрестностях дома нашли, вот я и решил передать её в руки "профессионалов". Но отец попросил её потом вернуть, так что я не мог оставить всё этим дубоголовым. —Ой-ё-ёй, посма-атрите на него, какой умный нашёлся. Да если б не череп, то фиг бы ты сюда пришёл.—Проворчал Пётр, облокотившись спиной на стену. —Ч-череп?—От такой новости девчонка округлила глаза, ошеломлённо переводя взгляд , то на мясника, то на очкастого фермера, то на художника, который уже закончил рисовать "цветок" и начал обрисовывать дуги, соединяющие его лепестки.—К-какой ещё череп? —А вон тот.—Махнул рукой фермер в дальний угол, в котором лежал не прозрачный пакет, с чем-то внутри.— Там же и остальное "оборудование". —Меня сейчас вырвет...—Наташа принялась делать глубокие вдохи и, поднявшись, подошла к окну, приоткрыв его и застыв в таком состоянии на некоторое время, вслушиваясь в барабанную дробь дождя. —Ну, вот и всё!— Вскочил Коля, гордо осматривая проделанную работу, после чего, широко улыбаясь, повернулся к своему другу.— Ну что, Петь, готов...—Договорить ему не дал голос, раздавшийся из приоткрытой двери. —А что это вы тут делаете?— В дверях стоял мальчик, лет десяти, в синей пижаме с паровозиками. Увидев кровавое творчество своего брата, он скрестил свои ручки на груди и, мило надув щёки, посмотрел на него.—Коль, что ты опять делаешь? Мама ведь запретила тебе играть в такие игры. —Да ладно тебе, Сём, это же весело!—Шок от неожиданного пополнения, на лице юного оккультиста, быстро сменялось смесью смущения и раздражения.— И вообще, мама тебе сказала лечь спать, так почему ты не спишь? —А потому что ты не спишь, вот почему! И вообще я, я... я хочу с вами!—Внезапно выпалил кудрявый мальчик, чем просто вогнал в ступор всех присутствующих.— Иначе маме расскажу. — Шантажист!— Обиженно выпалил старший брат, чем вызвал смешок у окружающих.— Эта игра не для детей! Тебе будет не приятно на это смотреть. —Нет, не будет! Вот увидишь. —Ну хорошо.— Спокойно произнёс Пётр, вставая с кровати. Коля повернулся к нему, сверля непонимающим взглядом, на что мясник ели заметно подмигнул.— Но, тебе тогда придётся сделать укол. —Угол?—Мальчик удивлённо вытащил глаза на Петра, который медленно подходил к углу, в котором лежал пакет с черепом.— Зачем? —Для ритуала посвящения. Нужно, чтобы ты окропил своей кровью одну из этих свечей, чтобы когда здесь появился потусторонний дух он не утащил тебя в мир мёртвых.— Тот пытался говорить как можно ниже, растягивая каждое слово, придавая им некие пугающие оттенки. —Я-я г-готов!— Семён зажмурился, протянув свою маленькую ручку, и готовился к получению острой боли. —А готов ли ты прикоснуться к этому?— Сказал мясник, доставая из сумки лошадиный череп. Глаза мальчика округлились, и он сделал шаг назад. Но уже спустя пару секунд, подошёл и положил свою руку на оголённый череп. Всех очень удивила такая реакция, но Семён не собирался просто так сдаваться. Приняв протянутую руку, Петя загнул все пальцы, корме указательного, и слегка смочил его своей слюной, пристально следя за реакцией мальчика. Тот стал слегка подрагивать, но всё также стоял на своём, закрыв глаза и ожидая укола. Достав проспиртованную иглу, Пётр ещё раз посмотрел ему в лицо, после чего вопросительно посмотрел на Колю, который ответил кивком, смотря на своего брат не-то с удивлением, не-то с гордостью. —Ай!— Одним точны движением игла прошла сквозь кожу ребёнка, заставив того скривиться. —Ну, вот и всё, теперь ты можешь остаться с нами.— Говорил мясник, капнув пару капель красной жидкости на фитиль одной из свечек, после чего повернулся к остальным.— Кто следующий? Спустя пару минут у каждого в руке было по одной свечке, окроплённой своей кровью. Почти у каждого. — А ты чего не колешься?— Посмотрел рыжеволосый парень на Петю, облизывая кровоточащий палец.— У тебя, что ли некая договорённость с тем миром? Без пропуска пропустят? — У него отдельная роль!— Говорил Кудрявый парень, доставая из ящика прикроватной тумбы лист бумаги и карандаши. —Это какая? Ходить по комнате, одев этот череп на голову, и бубня колдуй-баба-колдуй-дед? —Ну, почти.— Сказал мясник, взяв череп с табуретки и одев себе на голову. Четвёрка не осведомлённых переглянулась. — Он будет играть роль тела для призыва. По идее, когда в него вселятся, то мы можем загадать духу свои сокровенные желания. —Т-тела?— Ели слышно прошептала Наташа, удивлённо вытаращила глаза, смотря то на Колю, раздающего всем по обрывку листочка с карандашом, то на Петю, который пытался закрепить лошадиный череп у себя на лице, продевая через его отверстия куски проволоки, сделав подобие маски. —Желания?!— Воскликнул её брат одновременно со своей сестрой, переполняясь энтузиазмом. — Чего шумишь-то? Фиг тебе что-то дадут эти параненормальные.— Скептически настроенный фермер сел на пол, возле кровавого цветка, посмотрев на протянутую ему бумажку.— А это для чего? —Для желаний! нужно их написать и, когда придёт время, сжечь, поставив на их остатки свою свечу. —А тебе не страшно?— Мальчик подёргал за рукав жертву, который тем временем надевал чёрный балахон, который принёс с собой, для соблюдения антуража. —Да, не особо, по-моему, это даже забавно.— Пётр тиха улыбнулся, что было не видно за его костяной маской, и, подойдя к кровавому орнаменту, сел прямо в середину его "бутона", скрестив ноги. Вскоре, когда каждый написали свои желания, Коля расставил свечи вокруг своего друга и выключил свет, в то время как Гриша установил камеру с ночным виденьем на штатив, желая записать всё происходящее. После этого все сели напротив своих свечей, тускло освещающих центр комнаты, и главный оккультист начал в пол голоса зачитывать какие-то фразы, написанные на мёртвом языке, который тот вызубривал специально для этого момента. Толи от льющегося дождя, толи от монотонно-спокойного голоса, на Петра вдруг начала сильно давить сонливость, что было для него вдвойне странно, учитывая его непрекращающуюся бессонницу. Его тело начало становиться ватным, а разум стал медленно уплывать, покидая свою оболочку. Вскоре Коля закончил произносить непонятные словосочетания, взял свечку в одну руку, а во вторую - завёрнутый клочок бумаги, который тут же подхватил шальное пламя. Придерживая за уголок, он положил обгоревшую бумажку на пол, тут же прижав своей свечой. За ним те же действия провернули остальные. —Так, теперь нужно подождать.— Сказал Коля, положив руки на коленки. —И сколько ждать?—С надеждой в голосе, спросила Наташа, желая поскорее закончить и забрать своего младшего брата домой. —Ну, пока нам не ответят.— Парень пожал плечами, показывая на своего друга, от которого шли странные неопределённые звуки. —Да он спит!—Воскликнул Саша, присмотревшись к сидящему в центре парню. —Что? —Он задрых, пока ты нёс свою ахинею. Я это сразу заметил. —Сказав это, фермер нервно толкнул сидящее в центре тело. Оно дёрнулась и с грохотом повалилось на пол, расплющив одну из свечей. —Ну всё! С меня хватит! Пойдём! — Наташа нервно вскочила, ели скрывая нарастающее волнение, и потянула своего брата за руку. —Ну-у, Наташ! —Ваня начал вырываться из хватки старшей сестры, но та была непреклонна. —Никаких “ну”! Надоело! — Девчонка пошла к двери, нервно дёрнув выключатель, включая свет. За окном ослепительно сверкнула молния, и громыхнул оглушающий гром. Свет на мгновение вспыхнул и также резко погас, разносясь по комнате громким хлопком, от взорвавшейся лампы. Все вскочили со своих мест, стараясь не попасть под обстрел из её осколков, и никто в начале не обратил внимание на то, что их в комнате стало меньше. —Ч-что произошло? —Прошептал самый младший член их группы, сжимая в руках горящую свечу и медленно отходя спиной к стене. —Всё в порядке! Просто выбило пробки! —Выкрикнул Саша, ползая по полу в поисках отлетевших куда-то очков. —Дверь не открывается! Она не открывается!— Наташа что есть силы начала то барабанить, то тянуть за дверь, не в силах её открыть. —Чёрт возьми, Коля, что происходит?! —Гриша достал из кармана телефон и, включив на нём фонарик, начал водить им по комнате. —Коль! Ты где? —Где эти приколисты?! —Прорычал фермер, подобрав найденные очки. —Какого чёрта здесь происходит? —Я их не вижу! Ни Коли, ни…— Остановив фонарик на «красном цветке», он несколько долгих секунд светил в его центр, в котором лежала только большая чёрная ткань. Рыжий парень невидящим взглядом смотрел на лежащий на полу балахон, не понимая, что произошло. Вдруг, на его светлую футболку капнула горячая капля, оставившая тёмно-бордовое пятно. Гриша поднял луч фонаря, посветив над собой, и то, что он увидел, повергло его в шок. Прямо над ним, менее чем в тридцати сантиметров было нечто бесформенное, не имеющее ни тела, ни лап, а одно склизкое «Что-то». Единственное, что оно имело, это огромный череп, из пасти которого сочилась бурая жидкость, имеющая резкий железный запах. Ноги у парня подкосились. Он отшатнулся, споткнувшись о треногу от собственной камеры, и упал на нарисованную пентаграмму, упустив телефон из рук и раздавив оставшиеся на ней три свечи. Комнату на секунду наполнило давление тьмы и тешены, который был резко прерван женским вскриком, который также резко и оборвался. Единственным, что продолжало освещать комнату, была лишь догорающая свечка, в руках десятилетнего мальчика, прижавшегося спиной к углу, который с красными от слёз глазами смотрел на прилетевшие ему из темноты погнутые очки, с разбитыми стёклами. Он боялся сдвинуться с места, желая пройти сквозь стену и оказаться в своей кровати, а не в этой пугающей тьме, забравшей в себя его брата и знакомых. Но он даже не знал то, что то, чего он так боится, зависнув прямо над ним, только и ждёт того, когда потухнет оставшаяся свеча, чтобы погасить последний живой огонёк в этом доме.