Люблю, когда солнечный свет играется в волосах

— Когда это закончилось, — Ян закрыл глаза под очками, — я не верил. С моим-то везением, я и мечтать не мог, что выживу. — Да что ты говоришь, — хрипло прервала Анна. — Каждая из нас думала, что мы останемся там вечными жителями и всё будем ждать чертов выпуск. Как в том рассказе о призраках.       Девушка склонилась над своим оппонентом, закрывая его от ярких лучей июльского солнца. Он лежал на траве, устроив голову на коленях девушки. Приоткрыв глаз, Ян подумал, что так разительно она поменялась за последние годы, что никто из тех знакомых, бывших одноклассников, ее и не узнал бы, разве что из-за роста, значительно выше среднего, да нескладного тощего тела. Этого в ней не отнять, но, хоть это и казалось ее визитной карточкой тогда, сегодня бы никто и не подумал, что она… — Знаешь, дорогуша, — вдруг отозвался Ян, зажмурившись, — на самом деле, ты красавица, зря на тебя наговаривали. Штукатурку снять, да одевать прилично. И ты вполне милая. Голос, конечно, — уже затараторил он, понимая, что зря это сказал.       Девушка засмеялась, хрюкнув громко. Затем замолкла и задумалась. Провела длинными пальцами по отросшим бронзовым волосам, в которых, казалось, запутался солнечный свет. Странный такой контраст: зеленая трава — рыжие волосы, зеленые очки — рыжие глаза. — А знаешь, — на тот же манер ответила она, кажется, сначала желая съязвить, но тут же передумав, — я люблю тебя,… Рыжий. — И я тебя, Длинная Габи, — рассмеялся парень, высунув кончик языка.