Мы так близко

      Столкнувшись с ледяным взглядом голубых зениц, что, казалось, не выражали никаких эмоций, Вики едва не потеряла сознание прямо в коридоре школы. Её взгляд сулил высокомерием, а гордо приподнятый подбородок подтверждал это снова. Уверенная походка, плотно сжатые губы, воинственно расправленные крылья за спиной и ровная спина. За те секунды, что алый взор Уокер словил её небесный, Вики успела трижды вновь умереть и воскреснуть.       — Мама… — одними губами прошептала Непризнанная.       Ноги подкосились, где-то сзади мелькнули алые крылья, а затем хрупкое тело Уокер было подхвачено крепкими руками, не давшими ей упасть. Перед глазами словно стал туман, а сердце сжалось сильнее. Женщина перед ней не та, кого представляла Вики. В её редких, но таких четких мечтах мать не проходила мимо, бросая презрительные взгляды в сторону родной дочери. Не отворачивалась спустя долю секунды и не была глыбой льда, что лишь проплыла мимо.       В её стальном взгляде не было и капли эмоций, лишь сплошной и всепоглощающий холод. И Уокер вмиг осознала: это больше не её мать. Без разговоров, раздумий и советов. По одному лишь взгляду, пойманному в коридоре школы перед занятием, она поняла, что их больше ничего не связывает. Дыхание перекрыло лишь на секунду, прежде чем все жилы заполнило липкое чувство ненависти. Ненависти к этой женщине, что вот так просто отреклась от собственной дочери. Ненависти к самой себе, за то, что надеялась на встречу и теплое приветствие, на одобрение в выборе стороны и материнскую улыбку. Отныне она презирала Ребекку.       — Ты в порядке, mon amour?       Над ухом раздался бархатный и уже столь привычный голос, а руки, что крепко удерживали её талию, Вики почувствовала только сейчас. Обернувшись, Уокер столкнулась с алым взглядом, в коем виднелась отчетливая тревога. Люцифер все еще придерживал рукой Уокер за поясницу, будто сквозь эти прикосновения передавал ей спокойствие и уверенность. От нежданной заботы на душе потеплело, а алые зеницы Демона, что неотрывно глядели на неё помогли на миг забыть о произошедшем.       Из-за спины Люцифера подоспели Мими, Ади и Сэми, с обеспокоенными взглядами оглядывая Непризнанную. Мими хватило пары секунд, чтобы удостовериться в случившемся, в том, что это точно была Уокер старшая. Не говоря ни слова, дочь Мамона притянула Вики ближе и обняла за плечи, медленно проходясь пальцами по черным прядям волос Непризнанной.       Вики вздохнула, ощущая нужную поддержку со стороны друзей после такого падения. С еле слышными вздохами Мими где-то над ухом, сердце девушки успокаивалось, а на место огорчения приходило принятие. Её семья теперь тут. В лице взбалмошных Демонов, очаровательного Ангела, и даже порой раздражающего Люцифера, коего она теперь признавала как друга. Её семья теперь рядом.       По щеке стекла одинокая слеза, что унесла за собой отчаяние и разочарование. Она затерялась где-то в черной ткани платья, навсегда отрезая Вики от этого отвратительного чувства, что медленно, но верно могло пожирать её изнутри. Шепнув на ухо Мими тихое: «спасибо», Уокер отстранилась, натягивая облегченную улыбку.

***

      Весь этот чертов день словно был против неё. Начиная от встречи с Ребеккой, продолжая заданием, где снова её коснулась тема дочери и матери, и заканчивая сломанным каблуком. Хотелось выть и лезть на стену от шуточек судьбы, а сил дожить хотя бы до заката почти не оставалось.       Настроение было смутным и подавленным, отчего Уокер то и дело впадала в раздумья. Она твёрдо решила, что женщина с желтыми крыльями и голубыми глазами больше не является её матерью, но тонкая цепь обиды порой сковывала сердце. Непонимание к этой женщине росло с каждой минутой в геометрической прогрессии, а желание отмотать время назад и при встрече плюнуть ей в лицо никуда не уходило.       Люцифер, что должен был ждать её на лавочке в конце аллеи куда-то запропастился, и Вики, вздохнув, медленно прихрамывала на одну ногу со сломанным каблуком, вновь и вновь впадая в размышления над событиями дня. Сквозь пелену в ушах она слышала мимолетные отрывки из разговоров мимо проходящих людей, слышала пение птиц на деревьях, и это, почему-то, успокаивало. От легкой волны ветра по коже прошла дрожь, вернувшая Вики в реальность.       Вдали показался знакомый силуэт, что стоял к ней спиной. Подавив желание подкрасться незаметно, Уокер все той же медленной походкой направилась к Люциферу, не отрывая взгляда от его гордо расправленных алых крыльев. Они ей нравились. И тот факт, что её перышки за спиной тоже приобретали кровавый оттенок, несказанно радовал.       — Ты подумала над местом, душа моя? — не оборачиваясь, протянул Демон, продолжая что-то высматривать в глубине парка.       — Нет, любовь моя, — с такой же интонацией ответила Вики, на что получила зоркий взгляд алых глаз и легкую ухмылку на устах Люцифера.       Она давно смирилась с его замашками, любовью к французскому и странными, но столь нежными прозвищами. С каждым разом в душе расцветало какое-то тепло, а все это казалось маленькой особенностью их общения. Только их.       — Отведи меня туда, куда пожелает твоя темная душенька, — вздохнув, продолжила Уокер.       Люцифер задумчиво обвел взглядом Непризнанную, словно подбирая место под её внутреннее состояние. На девичьем лице, до этого не выражавшим эмоций, от столь долгого зрительного контакта появилась легкая улыбка, а в глазах пару искорок озорства. Демон улыбнулся и завидев, что с обувью произошла поломка, подхватил Вики за талию, взлетая в гущу водоворота.       Чувствовать его руки на талии, слышать тяжелое дыхание и вдыхать знакомый древесный парфюм, было чем-то настолько приятным, словно так и должно было быть. Будто все пазлы собрались воедино, а все отрывки скрепились в полноценную картину, подарив такое нужное тепло и спокойствие. Прикрыв веки, Вики вдоволь наслаждалась умиротворением на душе, легкими потоками ветра, что пробирались по коже, и горько-сладкой энергией, что исходила от Люцифера.       Открыла глаза она только тогда, когда приземлилась на землю и услышала крики чаек. Люцифер в наслаждении вдохнул аромат моря, смешанный со сладкой энергией Вики, и неизбежно отстранился. На талии все еще хранилось тепло его рук, и Уокер поймала себя на мысли, что была бы только за остаться в этом тепле еще хотя бы немного.       — Значит, причал, — задумчиво произнесла девушка, опускаясь следом за Демоном на лавочку.       Солнце садилось за горизонт, а цвета в небе сменялись с оранжевого на ярко-красный, создавая волшебную атмосферу. Крики чаек вдали, шум волн и воцарившаяся тишина между ними, настолько приятная и побуждающая мурашки бегать по коже. Вики почему-то почувствовала себя особенной, где-то на задворках сознания понимая, что не со многими Люцифер проводит время в таких местах. В таких особенных местах.       — Ты как вообще? — нарушил тишину Демон, доставая из кармана брюк пачку сигарет и протягивая одну Непризнанной.       — Странно, — подкурив папиросу, ответила она, ощущая как горький дым проходит по горлу. — Я не видела её столько лет, но все равно возлагала такие надежды на нашу первую встречу, верила, что она действительно обрадуется, а все зря, — Вики грустно улыбнулась, закидывая ногу на ногу, и подумав, дополнила: — Не повезло нам с родителями.       Молчали долго, и Вики не настаивала. Она буквально чувствовала ту грань чего-то личного, которую нагло переступила. Уокер, как и все остальные, прекрасно знала о политике отношений Сатаны и его сына, но спрашивать никогда бы не решилась, осознавая, насколько болезненной может быть эта рана. Годами носить в себе такой груз мог только сильнейший духом, и именно таким его видела сама Вики. За всеми ярлыками, улыбками и шутками она видела, чувствовала и словно осязала эту силу, что хранилась внутри.       Вики уже с десяток раз успела пожалеть о брошенной в конце фразе, когда Демон наконец заговорил.       — У нас с ним сложные отношения, — Люцифер выдохнул, вновь потянувшись рукой к пачке сигарет. — Но он все равно мой отец, хоть и с ужасными методами воспитания, но отец, — Демон кивнул сам себе, будто подтверждая эти слова, — который многому меня научил, хоть и через нескончаемую боль.       Пока Люцифер говорил, Вики ощущала все его эмоции на себе, сама не понимая, как это произошло. От детской обиды, до мимолетного гнева, непонимания, и, наконец, принятия, которое подарило новый вдох чистого воздуха. В голову невольно заползали самые худшие картинки о детстве Люцифера, от которых кровь застывала в жилах, а сердце пропускало удары. Воцарившаяся тишина отобрала у Вики дыхание, вновь и вновь подбрасывая кошмары о жестокости отца.       Уокер взглянула на Люцифера, испытывая бурю эмоций внутри. Она и понятия не имела, что ответить, ведь даже не рассчитывала на такие откровения. Все, что ей оставалось — это судорожно глотать воздух, не отрывая своего взгляда от его профиля.       — Не скажу, что люблю его, — Демон замолчал, подбирая слова, — но и не ненавижу. Он такой, какой есть, и я ничего с этим не сделаю.       — Как… — голос дрогнул, и Уокер, с осторожностью продолжила. — Как это было в первый раз?       Ей захотелось стукнуть себя по голове. Страх, что та тонкая нить между ними, образовавшаяся при первом столь искреннем разговоре, порвется, заполонил весь разум, пока Люцифер выкуривал третью сигарету. Его вид сулил спокойствием, но Вики буквально чувствовала с какой болью, и одновременно облегчением он говорил ей все это. Непризнанная подавила неожиданный порыв придвинуться ближе и обнять Демона, и закурила следом за ним.       — В тот день я узнал, что тишина бывает громкой, — спокойным и отрешенным тоном произнес он, не отрывая взгляда от почти ушедшего солнца. — Оглушительной. По земным меркам мне было около пятнадцати, а может и меньше, и на одном из занятий, что проводили для меня лучшие преподаватели, появился Отец, — Люцифер грустно усмехнулся, выдыхая едкий дым и вновь примыкая к тлеющей папиросе. — Впервые он пришел посмотреть на мои успехи, но я… Я не справился.       Не моргая и, кажется, не дыша вовсе, Вики ловила каждое его слово, что притупленной болью отдавалось на сердце. Его лицо в закатных лучах солнца, столь живописное и создающее немыслимый контраст с оранжевым небом, хотелось прямо сейчас перенести на чистый холст. И глаза, алые глаза, в которых так отчетливо виднелось принятие неизбежного. Болезненное, душераздирающее и невыносимое принятие.       — Помню темноту и удушающую тишину, а затем словно тысячи змей проскальзывают вверх по телу, плотно обвивают шею, и шепот их еще годами звенит в ушах, — прикрыв веки, Демон глубоко вдохнул и сжал кулаки, выкидывая из сознания кошмары, что длинными пальцами пробирались в разум. — Но самое страшное — это не змеи, куда страшнее были те мысли, что беспрерывно роились в голове.       Он замолчал, так и не в силах продолжить. С улетающими в небо чайками, казалось, улетала вся боль, а за ней и отчаяние, оставляя на душе какое-то приятное опустошение. Ровная гладь умиротворения застилала веки и Люцифер наконец расслабил до этого напряженные мышцы. Глаза все еще следовали за солнцем, что еле виднелось из-за легких волн синего моря, а руки покорно сложились на животе.       За стенами всех мыслей и переживаний, где-то в душе загоралась искра, обозначающая, что они с Вики стали ближе друг к другу. Слишком легко и так быстро он выложил ей почти все, что хранил в себе, но так... Правильно? Да, Люцифер был уверен, что это правильно. Их невидимая связь словно окрепла в разы, и он убедился в этом, когда ярко и отчетливо ощутил эмоции Непризнанной, не прибегая ко вкусу энергии. Сочувствие. Такое чистое и неподдельное, что сердце на миг сжалось, а по венам разлилось нечто приятное и будоражащее, заставляющее поверить, что Шепфа не ошибся, когда связал их души одной неразрывной нитью.       Вздохнув, Вики в нерешительности протянула руку и взяла Люцифера за ладонь, сплетая пальцы. По коже пробежали легкие заряды тока, на что Демон обернулся, сначала взглянув на их руки, а затем Непризнанной в глаза. Было что-то интимное в этом невинном жесте. Словно это наполнило их до конца, расставляя все на свои места. Уокер сжала мужскую ладонь и взглянула на волнующееся море.       — И все это ты скрывал за маской улыбки, за шутками и деланным спокойствием, — по рукам все ещё бегали мурашки от той непонятной связи, что образовалась между ними, и оттого в глазах Непризнанной защипало. — Мне так жаль...       Теперь проблема с собственной матерью не казалась ей такой масштабной. Обида в груди все ещё таилась, как и ненависть, но желание понять Ребекку отпало вовсе. По щеке скатилась одинокая слеза.       — Ну что ты, mon amour, это не стоит твоих слез, — нежно улыбнувшись, Люцифер что-то вспомнил и не отрывая одной руки от ладони Вики, второй полез в карман. Вынув оттуда леденец, он протянул его девушке и ослепительно ухмыльнулся. — Держи. Клубничный.       — Скажи, что у меня глюки.       — Эй, я, конечно, мечта, но держи себя в руках.       Придурок.       Но Вики вдохновляла эта легкость. Как просто он переключался с плохих воспоминаний, возвращаясь к привычному Люциферу, что приносит на встречи что-то клубничное.       Приняв леденец, Уокер глупо улыбнулась, замечая как странно действует на неё этот Демон. От былой тоски оставались лишь отголоски, а на душе царило умиротворение. Переведя взгляд на небо, что покрылось тысячами звёзд, Непризнанная вздохнула.       — Так не хочу отсюда уходить, — тихо проговорила она, сжимая руку Люцифера. — Но нам пора, иначе Фенцио отгрызет мне голову.       — Не отгрызёт, — Демон встал с лавочки и потянув за собой Уокер, улыбнулся. — Первый на это в очереди я.       Он снова заставил её глупо улыбнуться. Повинуясь какому-то неизвестному чувству, что зародилось где-то под рёбрами, Вики подошла ближе к Люциферу, вызывавшему водоворот, и поднявшись на носочки, оставила тёплый поцелуй на щетинистой щеке.       — Спасибо тебе...       Люцифер нежно улыбнулся, подхватывая Вики за талию и взлетая вверх.

***

      Водоворот сегодня бушевал, предвещая бурю. Их часто заносило вбок, и даже мощности огромных крыльев Люцифера почти не хватало, чтобы удержаться в строю.       Потоки ветра вынесли их в темный коридор, что совершенно не напоминал школу Ангелов и Демонов. Вики растерянно посмотрела на Люцифера, глаза которого опасно загорелись ярким алым оттенком. Он сжал кулаки, зашагал из стороны в сторону, а затем подошёл к Уокер и взяв ее ладони в свои, заботливо проговорил:       — Только не волнуйся, — погладив нежную кожу Вики пальцем, он вздохнул. — Кажется, Отец ждёт нас в гости...