Я заполню твою пустоту

Больше не будет больно и плохо, Сегодня не кончится никогда. Между выдохом каждым и вдохом С неба летит звезда. Гаснет звон последнего слога И шкатулка вопросов пуста. Больше не будет больно и плохо, Сегодня не кончится никогда. Flёur - Сегодня Утро. Рождество. Я открываю глаза и медленно потягиваюсь. Поворачиваю голову вправо. Рядом лежит мой мальчик, сладко посапывая. Этой ночью нам было особенно хорошо. Надеюсь, соседи не будут жаловаться на слишком громкие стоны и крики, которые вчера наполняли нашу спальню. Я поворачиваюсь на живот и медленно провожу пальцами по спине Фрэнка. Исследую каждый позвонок. Разглядываю новую татуировку в виде тыквы с фразой. Он сделал ее на День Рождения. Фрэнк едва дергается, и я слышу, как сбивается размеренное дыхание. Я разбудил его. Чуть приближаюсь и нависаю над ним, нежно целую в бледное плечо. Снова шаткий вздох. Фрэнк поворачивает голову ко мне, глаза сонные, но на губах играет безупречно красивая улыбка, которая подарена мне. - Доброе утро, - чуть тихо произносит он. - Доброе утро, - отвечаю я, вновь касаясь губами его плеча. Одной рукой я провожу вверх по его шее, до губ. Его рот открывается, глаза прикрываются. Прекрасен. Переворачиваю Фрэнка на спину, но мои пальцы все так же у его рта, легко очерчивают контур его восхитительных губ. Надеюсь, никто больше не знает, насколько они могут быть сладкими и мягкими? Фрэнк целует мои пальцы и открывает глаза. Он смотрит в мои глаза. Вновь прикрывает и скользит губами вниз, целует в запястье и слабо выдыхает, обжигая кожу. Я готов провести всю жизнь вот так. Но у меня нет больше жизни. Ее отобрали. Я закрываю глаза. Меня охватывает ненависть к жизни, к судьбе, к смерти. За что мне это? Почему я должен быть так наказан? Чем я заслужил такую муку? - Джерард, - испуганно зовет меня Фрэнк. Я открываю глаза и смотрю на него. Меня передергивает от страха, я прикрываю нос. Снова идет кровь. Отодвигаюсь от своего мальчика, ложусь обратно и закидываю голову назад. Как мне это надоело. Фрэнк вытирает мою кровь со своего лица. Я наблюдаю за ним боковым зрением. Его трясет. - Я принесу лед. Он встает с кровати, натягивает боксеры и джинсы и выходит из спальни. Вновь закрываю глаза. Слезы невольно катятся по щекам, обжигают кожу и, скатившись, проникают в ткань подушки. Утро испорчено. Виноват я. Мне нельзя волноваться и злиться. Это вызывает боль и кровь. Я весь погряз в этом. Я отвратителен. Думаю только о себе. А какого Фрэнку знать, что я скоро оставлю его одного в этом ужасном мире? Он же так наивен и уязвим. Фрэнк возвращается с пакетом льда и прикладывает к моему лицу. В его глазах такая печаль и боль, что мне становится только хуже, и я стону от безысходности, желая провалиться сквозь землю. Я бы хотел вернуться назад и не ходить в этот парк. Сейчас я не мучил бы Фрэнка и себя. Я бы тихо умер, даже не подозревая о болезни. Так было бы лучше. «Ты уверен?» Этот голос заставляет меня открыть глаза и убрать пакет со льдом от лица. Кровь немного размазалась, пара капель на губах. Фрэнк обеспокоенно наблюдает за мной. Я сажусь на кровати и смотрю в его глаза. Я не успел понять, когда он поцеловал меня. Он просто скользнул ко мне, прижался своими губами к моим, слизнул кровь и отстранился. Нет. - Ты что делаешь? – завопил я. - Я не хочу терять тебя, - боль в глазах. - А если ты заразишься? Фрэнк, нет! - Да, Джерард. Я хочу этого. Я не хочу жить без тебя. Больше не будет больно и плохо. Не будет глупых вопросов. Не будет боли в глазах. Я буду с тобой. Ведь ты – смысл моей жизни, - я хотел что-то сказать, но он прикрыл мне рот своей ладонью. - Джерард, все хорошо, все не напрасно. Мы будем вместе. Посмотри, какой сегодня прекрасный день, - он указал на солнце за окном. - И сегодня не кончится никогда. Внутри меня была пустота. Она выходит наружу и рвет меня. Рвет так, что трудно дышать, не то что говорить. Поэтому я молчу, наблюдая за тем, как мой мальчик хочет смерти. Смерти со мной. Он не хочет жить без меня, он хочет вместе со мной наполнить эту пустоту. Я убил его.