Терапия любовью

Иногда так случается. Иногда бывает, что судьба распоряжается твоей жизнью немного иначе, чем тебе бы того хотелось. Нет, Юнги не верил в судьбу, из-за этого он винил во всём, что происходит в его жизни, никого иного как себя. С того рокового дня прошло уже три года, 1095 проклятых дней. Почти каждый из этих дней Юнги мучают кошмары. Каждую такую ночь он просыпается в холодном поту с застывшим криком в горле и долго не может прийти в себя. Его изводят истерики и панические атаки, он пытается убедить себя, что в случившемся нет его вины, но даже психологи, к которым Юнги ходит уже по привычки, не могут помочь ему с этим. Ровно три года назад Юнги потерял самое дорогое, что было в его жизни. Самого любимого человека на всей этой адской Земле. Своего истинного. Ровно три года Юнги больше не садится за руль автомобиля и в своих снах видит истекающего кровью омегу. Такого нужного ему и не заменимого человека, которого он потерял по своей вене, в тот день он не смог справиться с управлением, свернул на встречную. Без возможности пошевелиться он просто молил Бога о том, чтобы с его любимым всё было в порядке, он забыл о собственной боли и просто шептал «пожалуйста, живи», но скорая помощь приехала слишком поздно. Все эти годы Юнги проклинал того самого Бога, бывали моменты, когда он уезжал в пустынные места и кричал в никуда, спрашивая, почему забрали не его самого и что его истинный должен был жить. Мин Юнги было уже 26 лет, он работал в банке, получал достаточно денег, у него не было нужды в чем-то себе отказывать. Он имел большую квартиру в центре Сеула, с множеством прислуги, ибо сам он больше не хотел ничем заниматься по дому. Единственное, что спасало его - это хобби. В свободное от работы время Юнги занимался написанием музыки и иногда даже продавал свои треки под псевдонимом. Наверное, это было единственное занятие, которое на время отвлекало его от своих мыслей. В последнее время он становился более замкнутым, растерял всех друзей и единственный человек, с которым он мог поговорить по душам, был психолог. «Интересно, какой этот по счёту? Сколько психологов я уже сменил?»- Юнги ехал на первый приём к очередному доктору. Была зима, автобус двигался невыносимо медленно, а парень пытался согреться, кутаясь в большой и мягкий шарф. Выйдя из транспорта, Юнги поднял голову и взглянул на затянутое тучами небо, на его лицо медленно опускались белые пушистые снежинки, которые оставляли на коже приятное жжение. Вдохнув морозный воздух, Юнги съёжился от холода и поспешил в здание, которое находилось совсем близко к остановке. -Добрый день.- Около входа молодому человеку улыбался секретарь.- Вы по записи? -Да, у меня на 15:00.- Юнги смутился, он давно разучился контактировать с людьми, но старался не подать виду, что даже такой обычный диалог выбил его из колеи. Снимая с себя пальто, парень прошёл дальше по коридору, к кабинету, номер которого назвал ему секретарь и упал на мягкий кожаный диванчик. Он начал оглядываться по сторонам, изучая обстановку данного места. Вроде бы находиться тут было приятно, самое главное, что тут не было никакой атмосферы больницы, свет был чуть приглушён, и в этом месте становилось как-то спокойно и уютно. 14:52. Юнги почему-то начинал волноваться, но успокаивал себя, что он взрослый мужчина и приходил на такие приёмы уже тысячу раз. Дверь открылась, и из кабинета психолога вышел молодой человек, но он явно не был доктором, от парня исходил тонкий и нежный запах гиацинта, Мин невольно вдохнул этот цветочный, чуть горьковатый, с медовыми, пряными нотками аромат, юноша оказался омегой. Юнги инстинктивно встал и кивнул головой в знак приветствия. Омега поднял на него взгляд. Вид у него, конечно, был более чем паршивый, большие синяки под глазами, этот человек явно не спал несколько суток, сами же глаза были покрасневшие и возможно опухшие от слёз. Внутри Юнги что-то тут же встрепенулось, ему стало интересно, что же происходит в жизни этого юноши. Но он сразу откинул эти мысли далеко в сторону и дал незнакомцу просто пройти мимо и направиться к выходу. -Мин Юнги?- Из кабинета вышел ещё один человек, он был одет в белый, без единой складочки и оплошности халат. От него веяло терпким запахом кофе с молоком, мужчина явно был уверенным в себе альфой. -Да, это я. -Проходите.- Доктор вежливо указал на дверь своего кабинета, а его лицо озарила светлая и излучающая доброту улыбка. Юнги прошёл в уютно обустроенную комнатку, недолго потоптался на месте и, собравшись духом, сел на мягкое кремового цвета кресло напротив рабочего стола своего психолога. -Меня зовут Ким Намджун, я буду твоим психологом, надеюсь, что мы поладим. Так прошёл ещё один долго тянущийся месяц, Юнги продолжал посещать кабинет Ким Намджуна, но ему как он и ожидал изначально, не становилось легче. Он понимал, что каким бы хорошим и профессионалом своего дела не был человек, он не сможет помочь ему справиться с теми эмоциями, которые он испытывает каждый день и теми страхами, которые не оставляют его даже ночью. На один из таких заранее запланированных приёмов Мин Юнги шёл с чётко поставленной целью отказаться от услуг этого психолога и на время перестать пытаться искать посторонней помощи. Он как обычно зашёл в кабинет Намджуна, но увидел перед собой двух людей, один из них был как раз его психолог, но второй… Вглядевшись в лицо этого человека, Юнги понял, что это тот самый юноша, которого он встретил где-то месяц назад, только вот его лицо осунулось и сам он выглядел ещё бледнее, а синяки под его глазами стали намного заметнее. Юнги первым делом подумал, что перепутал время приёма, рефлекторно глянул на часы и поспешил развернуться, чтобы выйти, при этом проронив тихое «извините». -Нет, Мин Юнги, стойте.- Сзади раздался голос доктора.- Останьтесь, я, кажется, нашёл то, что сможет помочь справиться вам с вашей проблемой. Это немного нестандартная терапия, я не совсем уверен, что это сработает, но вы ничего не теряете и при этом получаете шанс избавиться от мучавших вас мыслей. Юнги остановился, его руки непроизвольно сжались в кулаки, а в душу закрался тонкий лучик надежды. Он обернулся и его взгляд скользнул по омеге, который выглядел слишком болезненно и не решался даже разок взглянуть на мужчину.