Близнецы Поттеры

      Эмили сломя голову неслась в Большой Зал. Полумна с утра ей рассказала что на башню Гриффиндора было совершено нападение сегодня ночью, а она спала! Эмили так устала за уроками, что решила лечь пораньше, а оказывается столько пропустила! Забежав в Большой Зал, она быстрым шагом направилась к своим друзьям за Гриффиндорским столом. — О, привет Эмили… — Что у вас произошло ночью? — сразу начала девушка. — Сириус Блэк порвал портрет Полной Дамы, — ответила твердо Гермиона. — Ого, — шокированно уставилась на подругу Эмили. — Его поймали? — Нет, — печально произнес Рон. — Блэк успел скрыться. Черт, какой он неуловимый! — Это точно, — подметил Гарри. — Сегодня матч против Слизерина. Первый в этом году. — Удачи Гарри, — сказала ему сестра и сделала заметку пожелать удачи своему парню тоже. — А после завтра Хэлоуин, — сказал уже тише брат, глядя ей в глаза. — Я помню, — также шепотом ответила девушка. — О чем вы там двое шепчетесь? — с набитым ртом спросил Рон. — Сначала прожуй, Рональд, — строго сказала ему Гермиона. — О, Грейнджер, а ты нашего брата манерам учишь, — сказал Фред, приземляясь рядом с третьекурсницей, обнимая ту за плечи, из-за чего Гермиона покраснела. — Кажется ты смутил нашу заучку, Фредди, — весело заметил Джордж, сев напротив брата, рядом с Гарри. — Ничего он не смутил меня, — откинула руку Фреда Гермиона и уткнулась лицом в тарелку. — Да ладно тебе, Грейнджер, все знают, что я не отразим, — взъерошил волосы Уизли. — Так считает только Анжелина Джонсон, — засмеялась Эмили и близнецы повернули головы в сторону Анжелины, которая тут же покраснела. — Да ну, — отмахнулся Фред. — Она нас даже не различает, — продолжил Джордж отпивая тыквенный сок. — Другое дело Гермиона, — протянул он последнее слово прямо гриффиндорке на ухо, от чего она стремительно поднялась с места, и что-то пробормотав про уроки, буквально убежала из Большого Зала. — Ты спугнул девушку, Фред, — ехидно заметил Рон. Фред сузил глаза и посмотрел в сторону младшего брата, а потом его глаза посмотрели ему за спину и губы тут же растянулись в мстительной улыбке. — Полумна! Иди сюда! Рон подперхнулся куском хлеба и весь покраснел то ли от смущения, то ли от громкости кашля. — Привет всем, — мило улыбнулась второкурсница садясь рядом с лучшей подругой. — Привет Луна, — поздаровались все. — П-привет, — прозвучал Рон, на что Фред и Джордж чуть не упали от смеха. — Здравствуй Рон, как твои дела? — поинтересовалась Лавгуд, лакомясь шоколадным пуддингом так, будто он самый последний в ее жизни. — Нормально, — еле настроил свою речь Рон. — Ну, мы пойдем, — встал с места Фред. — Да, вы так мило беседуете, не будем вас отвлекать, — поддержал его Джордж и под убийственный взгляд младшего брата, они, смеясь, направились в раздевалку для квиддича. — Кстати, Гарри, — оторвалась Луна от лакомства. — Удачи в игре с желтыми. — Но мы играем против Слизерина, — не понял Гарри, но Луна уже не слышала его и доедала пуддинг.

***

      Перед матчем в раздевалку зашел Вуд и сказал, что они будут играть против пуффендуйцев. Гарри не знал нового пуффендуйского ловца Седрика Диггори, зато Оливер знал и все полчаса до матча прожужжал ему уши про тактику Диггори. Переодевшись в алую гриффиндорскую форму, команда ждала от Вуда обычного напутствия, он начал было говорить, в горле у него булькнуло, он покачал головой и взмахом руки пригласил команду на поле. Ветер сшибал с ног. Близкие раскаты грома заглушали крики болельщиков. Гарри смог разглядеть плакат с поддержкой, который держала его сестра и улыбнулся. Очки Гарри заливало дождем. Как тут разглядеть крошечный снитч? На противоположной стороне поля появились канареечно–желтые пуффендуйцы. Капитаны обменялись рукопожатием. Диггори дружелюбно улыбнулся, а Вуд только кивнул, словно у него свело челюсть. — Я искренне им соболезную, играть в такую погоду! — крикнула Эмили Гермионе. — Ага, — крикнула та в ответ. — По метлам! — прочитал Гарри по губам мадам Трюк. Гарри дернул ногу, грязь громко чавкнула, и он оседлал свою верную метлу. Мадам Трюк поднесла к губам свисток, сквозь шум дождя раздался далекий–далекий свист. И четырнадцать игроков взмыли в воздух. Через пять минут Гарри продрог до костей и вымок — нитки сухой нет, товарищей по команде не различишь, а снитча и подавно не видно. Гарри носился туда–сюда, мимо мелькали красные и желтые пятна. Что происходит, какой счет, непонятно — голос комментатора утонул в вое ветра. Вместо болельщиков — море мантий и истерзанные зонты. Уже два раза Гарри чуть не сбил с метлы бладжер: из-за воды, заливающей стекла очков, Гарри не заметил его приближения. Сколько уже длится игра? Метлу все труднее держать прямо. Небо быстро темнеет, как будто ночь решила наступить раньше. Пару раз Гарри чуть не налетел на кого–то. Свой или чужой? Из-за плотной пелены дождя не разберешь, да и форма на всех намокла, хоть выжимай. При первой вспышке молнии раздался свисток судьи. Расплывчатая фигура Вуда махала рукой, веля приземлиться. Гарри спикировал вместе с остальными в огромную лужу. — Я взял тайм–аут! — прокричал Вуд — Бежим вон туда! На краю поля торчал огромный зонт. Укрывшись под ним, Гарри снял очки и протер их майкой.  — Кто ведет? — Мы, оторвались на пятьдесят очков, — ответил Вуд. — Скорее лови снитч, а то придется играть ночью.  — Из-за этих очков я ничего не вижу! — Гарри в отчаянии потряс очками. Откуда ни возьмись, вынырнула сияющая Эмили, натянув на голову капюшон.  — Я кое–что придумала, Гарри. Дай сюда очки. И не успел никто рта раскрыть, как она схватила очки, трижды стукнула по ним волшебной палочкой, крикнула: — Импервиус! — и вернула очки Гарри. — Держи. Они теперь водоотталкивающие. Удачи! Вуд чуть не бросился ее целовать. Эмили побежала на трибуну.  — Молодец! — крикнул он ей вдогонку. И приказал команде: — Взлетаем! Заклинание сделало свое дело. Гарри занемел от холодной, мокрой одежды, но зато видел все. Словно открылось второе дыхание, он уверенно вел метлу сквозь воздушные вихри, ища глазами снитч, легко уклонялся от бладжера и нырял под Диггори, когда тот мчался навстречу. Снова громыхнуло, блеснула раздвоенная молния. Играть становилось опасно, надо скорее поймать снитч! Гарри развернул метлу и помчался к середине поля; новая вспышка осветила трибуны, и Гарри увидел в пустом верхнем ряду, на фоне неба неподвижную фигуру огромного лохматого пса. Закоченевшие руки Гарри скользнули по мокрому древку метлы, и он провалился метра на два вниз. Тряхнул головой, откинул волосы и глянул на трибуны — собака исчезла.  — Гарри! — истошно завопил Вуд от колеса. — Гарри! Сзади! Гарри оглянулся. Седрик Диггори несся вверх, между ними висел крохотный золотой шарик. Гарри словно ударило молнией, он прижался к древку и ринулся вниз.  — Давай же, давай! — хрипел он. — Быстрее! И вдруг произошло что–то странное. На стадионе воцарилась мертвая тишина. Ветер дул с той же силой, но беззвучно, словно звук кто–то выключил. Или Гарри внезапно оглох? Знакомая леденящая волна ужаса захлестнула его и пронзила насквозь: внизу по полю что–то двигалось… Гарри забыл про все на свете, оторвал взгляд от снитча и глянул вниз. Около сотни дементоров устремили к нему задранные вверх скрытые капюшонами головы. Грудь у Гарри словно охватило ледяным обручем. И он снова услышал… кто–то кричит… голос женщины… «Только не моих детей, пожалуйста, не надо!» «Отойди прочь, глупая девчонка… Прочь…» «Пожалуйста, только не их… Убейте лучше меня, меня…» Гарри оцепенел, белый туман клубился перед глазами… Что он делает? Куда летит? Он должен помочь… ее убьют, ее… Гарри падал все ниже, ниже сквозь ледяной туман. «Пожалуйста, только не мои детки, пощадите…» Плач женщины… чей–то пронзительный хохот… — Повезло еще, что земля мягкая.  — Я подумал — все, конец. — А у него даже очки не разбились. Гарри слышал чьи–то голоса, шепот. И ничего не понимал. Где он? Как сюда попал? Что перед тем делал? Болело все, как будто его сильно избили. — Никогда ничего более страшного не видела. Ничего более страшного… страшные черные фигуры в капюшонах… холод… крик… Гарри открыл глаза: он лежит в больничном крыле, вокруг его команда, все с головы до ног в грязи. Тут же и Рон с Гермионой и Эмили, мокрые, словно только что из пруда, где купались в одежде.  — Как ты, Гарри? — спросил Фред. Он был бледен как полотно, это не могли скрыть даже потоки грязи. В воображении у Гарри проносились картинки. Молния… лохматый пес… золотой снитч… дементоры… — Что случилось? — Гарри вдруг сел в постели, и у всех перехватило дыхание. — Ты упал, — коротко объяснил Фред. — Метров с двадцати. — Он оглядел друзей, которые согласно закивали.  — Мы думали, ты умер. — всхлипнула Эмили. — Я волновалась за тебя, придурок, — она взяла егоза руку. — А как же матч? Будем переигрывать? Все молчали. Правда навалилась тяжелым камнем.  — Мы что, проиграли? — прошептал Гарри. — Диггори поймал снитч, — сказал Джордж. — Сразу после того, как ты упал. Он сначала ничего не понял. Посмотрел вниз и увидел тебя на земле. Он тут же попросил не засчитывать им победу, хотел переиграть матч. Но все было честно. Даже Вуд признал. — А где Вуд? — Гарри только что заметил, что Вуда нет.  — В душе, — ответил Фред. — Наверное, хочет утопиться. Гарри спрятал лицо в коленях, запустив пальцы в волосы. Сестра обняла его, а Фред взял его за плечо и легонько потряс. — Ладно тебе, Гарри, ты никогда еще не упускал снитч! — Надо же когда-нибудь и упустить, — рассудительно заметил Джордж.  — Вы сможете еще отыграться, — заметила Эмили отстраняясь от брата. — Мы проиграли сто очков, так? Значит, если пуффендуйцы проиграют Когтеврану а мы у Когтеврана выиграем. Ну, и у слизеринцев…  — Пуффендуйцам надо проиграть с разницей в двести очков, — уныло возразил Джордж. — А если они еще и побьют когтевранцев… — Да нет, Когтевран им не по зубам. А вот если Слизерин продует Пуффендую…  — Все будет зависеть от очков. Как ни считай, сто очков нам придется… Гарри лег, не говоря ни слова. Проиграли… Он первый раз проиграл матч. Проиграл… Минут через десять пришла мадам Помфри и распорядилась всем оставить палату. — Мы еще зайдем, Гарри, — пообещал напоследок Фред. — И не терзай себя, ты все равно лучший ловец. Такого у нас никогда не было. И вся команда, оставляя за собой грязные следы, вышла из палаты. Мадам Помфри с недовольным видом закрыла за ними дверь. Рон, Гермиона и Эмили подошли поближе к кровати.  — Видел бы ты, как рассердился Дамблдор, — прерывающимся голосом сказала Гермиона. — Я никогда его таким не видела. Ты стал падать, он выбежал на поле, махнул палочкой, и падение замедлилось. Потом он нацелил палочку на дементоров. Из нее вылетело серебристое облако, дементоров как ветром сдуло… Он был вне себя от ярости, что они вошли на территорию… — Дамблдор наколдовал носилки и положил тебя на них, — перебил Рон. — Носилки сами тебя несли, а он шел рядом до самой школы. Все думали, что ты… Рон замолчал, но Гарри его не слушал. Он думал о том, что с ним сделали дементоры, о голосе… Потом взглянул на друзей и сестру и опомнился. Он прочитал у них в лицах такую тревогу, что тут же принялся лихорадочно искать нейтральную тему для разговора. — А где моя метла? — спросил он. Они переглянулись. — Где она? Ее подобрали?  — Она, понимаешь… ее отнесло ветром, — издалека начала Эмили. — И что?  — И она упала… понимаешь, Гарри… угодила прямо в Гремучую иву, — продолжила Эмили. У Гарри сжалось сердце. Гремучая ива — страшное дерево. Она одиноко высилась посередине луга и крушила все, что попадалось под удары ее ветвей. — И что? — Гарри со страхом ждал ответа. — Ну, ты ведь знаешь ее, — ответил Рон. — Она всегда дает сдачу.  — Профессор Флитвик только что принес твою метлу, — едва слышно сказала Гермиона, нагнулась, подняла с пола мешок и вытряхнула на постель кучку щепок и поломанных прутьев — все, что осталось от верного «Нимбуса–2000», непобедимого, но в конце концов все–таки потерпевшего поражение. — Но ты не переживай Гарри, есть метлы и покруче, — заверила его сестра. — Я лично куплю тебе новую. — Ты не разбираешься в квиддиче, — слабо засмеялся Гарри. — Ради тебя, я готова пойти на такие жертвы, — героично произнесла Эмили и четверо рассмеялись.