Грязнокровка

      — Сакура! Черт... – судорожно прокричал Неджи, видя своим Бьякуганом состояние Хидои. Её тело было в серьёзных ранах, танкетсу перекрывались одна за другой. Несколько минут назад они видели как неизвестная сила избивала Хидои, её кровь была на траве возле неё, а сейчас её тело лежало на спине, — Её сердце не бьётся! – все замерли, не зная, что им делать, никто не понимал, что именно произошло, и как так вышло, что её сердце остановилось.       Парня охватила некая паника, он не знал, что ему делать и как быть. Ведь сердце Хидои больше не работало, кровь перестала течь по органам, а точки чакры были перекрыты. Сакура подбежала к телу Хидои и тут же подставила руки к её телу, которые в тот же момент засветились лазурным светом. Неджи понимал, что не успел ей всё рассказать, она умерла так и не зная всей правды. Он был расстроен, на душу словно что-то легло, тяжелое и непросветное, то, что нельзя было снять.       — Как так... Хидои – сан мертва? — аккуратно спросил Ли, не веря своим ушам и глазам. Она в его глазах стала такой сильной куноичи, он смотрел на её бой с замиранием сердца, скорость и техники, она даже без техник была сильной. Ли восхищался ею, в этот день она стала для него тем самым, на которого нужно равняться, помимо Гая.       — Я не могу заставить её сердце работать, что произошло, почему она так выглядит!? – с лица Сакуры капал пот, потому что она отдавала все оставшиеся силы на лечение Хидои, но, чтобы она не делала, её сердце не хотело работать и оставалось надеяться на лучшее. Сакура помнила Хидои и все те слова, которые она ей говорила, но оставить в беде не могла. Она в первую очередь медик, и должна выполнить свой долг, чего бы ей это не стоило, но сердце никак не хотело работать, чтобы она не делала.       — Мы не знаем, и сейчас вся надежда на тебя, Сакура, мы не можем позволить ей умереть, – Какаши находился вместе с Гаем, смотря на тело Хидои. Даже он не знал, что произошло, это знает только сама Хидои, и они должны были узнать всё. Какаши грустно осматривал её потрепанное тело, если бы тогда все сложилось иначе, он мог бы быть её наставником, и у него была бы другая команда.       — Что вы заладили с этой Хидои! У вас только она на уме? – голос подала Тентен, которая смотрела на все это из- за спины Неджи, только слова вылетели из её рта, как к ней развернулся Неджи и Ли, в их глазах была злость, она видела это впервые, как они могут так смотреть на неё, ведь она говорит правду. Вокруг шиноби из Конохи стали собираться шиноби из Сунагакуре, они все взволнованно, что-то шептали и не верили своим глазам, Казекаге и Хидои лежали мертвым грузом на земле, но в отличии от Казекаге, Хидои до сих пор была мертва, — Казекаге очнулся, его воскресили! – воскликнула девушка и все переместили свои взгляды на Гаару.       Тентен чувствовала себя обделенной вниманием. Ведь раньше, её товарищи по команде обращали внимание только на неё и её способности. Она прекрасно владела оружием, и ей все было по плечу. Но тут им поручили новое задание и откуда не возьмись появилась Хидои, которая должна быть мертва. И после этого её друзья будто забыли про неё. Она каждый раз смотрела на Неджи и видела с какой надеждой в глазах он смотрит на неё. Он хотел поговорить с ней и обсудить все, а она? А она отвергла его, чем очень сильно бесила куноичи. Тентен в глубине души надеялась, что она не очнется, и снова все внимание Неджи будет на ней, а не на Хидои. Даже если и очнется, Тентен была уверена, что она в несколько сотен раз сильнее её и сможет показать Неджи всю свою красоту и ничтожность Грязнокровки.       Парень очнулся и первым делом он увидел лицо Наруто, который помог ему встать. У парня было странное чувство тревоги будто, что-то ещё случилось помимо его смерти. Рядом с ним лежало тело Чиё и парень грустно улыбнулся, понимая, что она спасла его ценой собственной жизни. Узумаки помог ему привстать, и Гаара стал оглядываться в поисках темной макушки, они же ведь пообещали друг другу, что без рук и ног, но живыми.       — Казекаге – сама, вы очнулись, мы так рады, – к парню подошла Мацури, его давняя ученица. Девушка видела, что происходит в нескольких метрах от него, и над чьим телом все склонились, но пока не понимала, что именно произошло с Хидои. Гаара кивнул ей и вновь стал крутить головой, но видел лишь своих людей, сестру и Наруто, но где Хидои?       — Наруто, а где Хидои, она была с вами? – взволнованно спросил парень, поднимая глаза на своего друга, который помог воскресить его. Наруто кивнул, ещё не зная, что Хидои мертва и сейчас Сакура всеми силами пытается заставить сердце работать. Узумаки перекинул руку Гаары через свое плечо, помогая встать с земли, и парень увидел тело Хидои.       Сердце бешено забилось, а ладошки стали потеть. Этого не могло произойти, она просто без сознания. Парень убеждал себя как мог, делая медленные шаги в её сторону, но с каждым новым шагом он видел потухшие лица её товарищей из Конохи и своих людей, которые уважали Хидои, и признавали её как свою. Гаара напрягся, что происходит. Шаг был очень тяжелым, и они с Наруто двигались очень медленно, он был воскрешен и ему ещё нужно время, чтобы восстановиться.       — Как так, Хидои – сама, этого не может быть... – взволнованно проговорил один из шиноби и тут же свалился на колени. Услышав его слова, Гаара испугался, он напрягся и вложил все свои силы в шаг, и через несколько таких упорных шагов он увидел безвольное тело Хидои, её грудь не поднималась, а цвет кожи с каждой секундой становился всё бледнее и бледнее, — Она не могла умереть! Это же Хидои – сама, наша Хидои!       Гаара отпустил Наруто и тут же упал на колени рядом с Сакурой, которая судорожно пыталась что-то делать. Парень не плакал, он был опустошен, перед ним лежало тело той, которая протянула руку помощи и помогла ему стать Казекаге. Сердце протяжно заныло, а перед глазами стали мелькать времена, когда она была с ним. Её улыбка и теплые объятья. Как она встречала его дома с улыбкой, как они смеялись. Смех, её голос застыл в ушах, такой яркий и звонкий, искренний смех Хидои, она была для него не просто подругой, семьей, на равне с Темари и Канкуро.       — Ты же обещала, вернуться без ног и рук, но живой, что произошло, черт тебя дери, Хидои! – выкрикнул Казекаге, не ожидая от себя такой эмоциональности. Парень взял холодную руку Хидои и тут же поднес её к своей щеке, ласкаясь ею об нежную кожу Хидои. Шиноби из Конохи были удивлены реакцией Гаары на смерть Хидои. Никто не знал, что их связывало.       — Хидои, Хидои! – с места сорвалась Темари, которая всё это время просто смотрела и прокручивала все, но услышав нервный крик Гаары, она ожила, и тут же побежала к телу подруги, которая стала для неё сестрой за эти три года, — Хидои! Очнись же, ну же, Гаара жив! Открой глаза! – из глаз стали течь слезы, которые падали на траву. Девушка склонилась над телом Хидои, всматриваясь в её измученное лицо, оно было всё в крови и царапинах, её итак бледная кожа стала почти белой.       — Хидои мертва, я ничего не могу сделать, мне очень жаль... – расстроенно проговорила Сакура и посмотрела на товарищей из Песка, которые, кажется, не услышали её. Брат с сестрой прокручивали её слова, не веря своим ушам, мертва... Она мертва.       Первой очнулась Темари, из груди девушки вырвался дикий крик, она тут же упала корпусом на грудь Хидои, она вдыхала её до боли родной запах и пыталась запомнить его. Из глаз без прерывно текли слезы, которые впитывались к светлую ткань её одежды. Темари чувствовала себя разбитой смертью подруги, с которой она провела три года, из груди выходили всхлипы, которые сопровождались неразборчивыми словами. Она не могла сдерживать себя, смотря на неё. Хидои стала ей дорога, она постоянно проводила с ней время, они готовили Канкуро с Гаарой и постоянно дурачились.       — Я не верю... Она ведь была такой сильной, Гаара, ответь почему она умерла... Почему наша Хидои умерла... – проскулила Темари и посмотрела красными глазами на Гаару и ахнула от удивления. По щекам её хладнокровного брата текли слезы, он зажмурился и сжал зубы, сдерживая себя, они толстыми полосами стекали по его лицу и падали вниз, — Гаара... – прошептала Темари, не веря своим глазам.       Она была дорога для каждого из семьи Собаку но. Девушка провела с ними три года, они вместе и смеялись и плакали, трудились и изучали новые техники. Гаара сначала держал себя в руках, он пытался не срываться и не показывать всем слезы, но от горьких слез сестры он не выдержал, вновь смотря на тело Хидои, на её лицо и такие родные черты лица, она была мертвой, её иссиня-черные волосы будто потеряли цвет, кровь уже давно засохла и она была единственным ярким пятном на её умиротворенном лице. Гаара начал втягивать в себя воздух, а после сорвался на всхлип, парень опустил голову вниз, и слезы начали течь на нос, капая уже с него. Холодно.       — Что с вами... Она же ведь была причиной всех бед! Она чуть не убила Неджи с Шикамару, почему вы так реагируете на её смерть?! Такие как она долго не живут, она же слабая! – прокричала Тентен, привлекая все внимание. Она почувствовала эти злостные взгляды отряда Песка и Темари с Гаарой, которые, не переставая скорбить по Хидои, смотрели на неё с ужасом в глазах.       Она видела сколько людей готовы встать на её защиту. Каждый из Песка был готов ринуться с ней в бой, лишь бы защитить её, и не дать Тентен оскорблять её. Куноичи повернула голову в сторону Конохи и замерла, они точно так же смотрели на неё, словно она совершила преступление. Она видела в их глазах жалость и боль, даже Наруто, которого Хидои принижала всё детство, сейчас стоял и утирал слезы рукавом. Неджи просто опустил голову, всё ещё не в силах принять этот факт. Она умерла.       — Заткнись... – внезапно прошептал Неджи и поднял на неё глаза, в них не было слез, но Тентен видела, что он готов заплакать. Неджи не понимал чем он привязан к ней, теми словами и совестью, которая не позволяет всё так бросить? Чем же...? Он не знал ответа, но готов был поругаться с Тентен, отстаивая права мертвой Хидои, — Ты ничего не знаешь о ней, чтобы говорить так, сейчас лучше помолчи, Тентен, – он выплюнул её имя, словно оно ничего не значило, так и было. Он слушал её оскорбления в адрес Хидои и просто не верил, что она так ненавидит её и принижает.       — Верно, лучше заткнись! Я не знаю кто ты такая и что тебе сделала наша Хида, но ты не будешь говорить о ней плохо! – Темари резко встала с колен и указала пальцем на Тентен, которая уже пожалела о сказанных словах, ведь шиноби были готовы сорваться по приказу и разорвать её за Хидои, — Ты ничего о ней не знаешь, и ещё одно слово я сама лично разорву тебя! Я разорву мирный договор, но... Но ты не будешь говорить о ней плохо... – последние слова дались ей через слезы, которые вновь стали течь по лицу Темари.       — Да что ты знаешь о ней? – прокричала Тентен, набравшись смелости, она ненавидела Хидои, призирала её и всё это бесило её, они так зациклились на ней, что забыли о самой сути задания, Казекаге был спасен, можно возвращаться, — Ты...       — А что знаешь ты? – внезапно выкрикнул Гаара, переводя на неё взгляд бирюзовых глаз, она начинала злить его, медленно, но верно. Все эти слова в адрес Хидои были незаслуженными, Хидои хотела стать сильнее, чтобы защитить своих друзей, ей было стыдно за свой поступок в Конохе и она работала над собой, чтобы потом защищать их, кем бы они не были, и сейчас та, которую она хотела защищать, такое о ней говорит.       — Хэй, Гаара, ты теперь Казекаге! Я поздравляю тебя! – в его кабинет вошла Хидои с убранными за спину руками, на лице сияла яркая улыбка, с помощью этой улыбки она могла вызвать и его. Парень встал с места, тем самым отдав Хидои дань уважения, — Ты большой молодец, Гаара, я верила в тебя, но трудности ещё впереди, знай, ты всегда можешь положиться на моё хрупкое плечо, которое поможет тебе вынести весь груз! – уверенно проговорила Конкетсу и тут же достала из-за спины игрушку. Гаара замер, она смогла сшить его спустя столько лет.       — Хидои, ты... – прошептал парень, смотря на потрепанного временем мишку, которого она вытянула вперед перед собой. Гаара медленно подошел к Хидои и забрал своего мишку, которого разорвал на части в далеком детстве. Взглянув на лицо Хидои он увидел улыбку, он не мог описать её словами, но в сердце стало тепло, и его губы сами стали подниматься вверх.       — Теперь у тебя есть я, Гаара, я всегда помогу тебе, теперь у тебя есть друзья... Я обещаю, что все трудности мы пройдем вместе!       От воспоминаний слезы стали подступать с новой силой, она обещала пройти с ним всё, но сейчас лежала полностью холодной, мертвой и такой не родной. Он не узнавал свою Хидои, которая так лучезарно улыбалась ему, даря силы идти дальше, её хрупкое плечо всегда было рядом и он мог лечь на него, чтобы немного отдохнуть, а сейчас? А сейчас он прислонился своей головой к её животу со слезами на глазах.       — Она будет похоронена на территории Сунагакуре, – серьезно заявила Темари, она сидела поджав к себе колени, слезы, которые ещё остались у неё, выйдут дома, где уже не появится нога Хидои. Девушка поглаживала одной рукой её волосы, и вспоминала прожитые с ней дни. Они были сестрами, две девочки, которые постоянно подшучивали над старшими братьями. В глазах всё ещё стояла её усмешка и злобный оскал, когда она узнавала, что Гаара съел её последнее пироженое.       — Темари, а ты не видела мое последнее пироженое, я купила его сегодня днем, сказали, что в этом месяце оно последнее... – Хидои вошла в гостинную, с каждым шагом её обзор увеличивался и она видела, что Гаара судорожно пытается засунуть в набитый рот остатки её лакомства, — Я не поняла, Гаара, ты же знал, – прошипела девушка и сжала кулаки, её бровь задергалась, и парню показалось, что над её головой стали сверкать молнии ярости.       — Спокойно, Хидои, без лишних рукоприкладств, давай всё решим спокойно, я же ведь твой Казекаге! – горделиво заявил парень и стал аккуратно вставать, он не делал лишних движений, видя, как Хидои медленно наступает, а половицы под её ногами устрашающе заскрипели.       — Бьякуган! – рявкнула девушка и тут же побежала на Гаару, который тут же рванул от неё. Они так носились до тех пор, пока Гаара не сдался ей, а после получил заслуженный удар двумя пальцами по животу, Хидои с помощью мягкого кулака смогла пробить нужную точку и вызвала у него тошноту с возможной рвотой.       — Жестоко, – буркнул парень, сидя на диване и закинув голову назад, ему было плохо, хотя он съел только её пироженое и всё.       Неджи всё ещё не осознавал, что Хидои действительно мертва и они никак не могут ей помочь. По щеке парня скатилась одна одинокая слеза, которая упала вниз, так же быстро как и жизнь Хидои. Неджи не успел ей сказать много, начиная с извинений и заканчивая упреками. Он должен был помочь ей, спасти, как это делала она, она всегда вставала и защищала его своей спиной, какими бы не были раны. Её не было три года, он думал, что уже и забыл, что хотел ей сказать, но когда она упала в его руки, он вспомнил все письма с извинениями, он объяснял и рассказывал ей всё, лишь бы она ответила. Хьюга не знал причину такой привязанности к ней, и казалось, что больше никогда не узнает.       — Неужели ничего нельзя сделать, Хидои – сан не могла так просто умереть! – тот же парень вновь воскликнул, обращаясь к единственному медику, Сакура повернула на него свою голову и одарила зелеными глазами, они были разочарованны в самой себе, ведь она ещё была жива, и она не смогла спати её, какой она медик, если не помогла ей.       —Какаши – сенсей, вы можете отправлять послание в Коноху, Хидои правда мертва и я даже не могу определить причину её остановки сердца, – обращаясь к Джоунину проговорила Сакура и прикусила губу, она не оправдала ожиданий и не смогла спасти её, хотя могла, — Казекаге – сама, Хидои мертва и это неоспоримый факт, – Сакура обращалась к Гааре, который опустил голову на руку Хидои и отпустил её. Он прощается с ней, как с той, которая подарила ему улыбку и друзей.       Их скорбь была прервана внезапным криком ворона, который вылетел из леса. Он кружил над ними, призывая всех смотреть только на него, птицу что-то беспокоило и он поспешил спуститься вниз. Ворон стал парить в воздухе, взмахивая крыльями рядом с лицами семьи Собаку но, которые стояли и смотрели на тело Хидои. Ворон покрутил головой и спустился на грудь Хидои, птица стала тереться носом об её щеку, но не чувствовал должного тепла хозяйки.       — Она мертва.