Грязнокровка

      Команда Ямато прибыла в Коноху с телом куноичи на руках. Увидев состояние девушки, Цунаде взялась лично за лечение Хидои. При обследовании женщина заметила странную чакру, которая была влита в её тело, и самое странное, что эта чакра цеплялась за жизненно важные органы, но не текла по каналам чакры. Цунаде не отходила от тела Хидои, она готова была вмешаться, если эта странная чакра начнет буйствовать. Конкетсу не приходила в себя уже три дня, и по подсчетам Хокаге она должна была вот-вот придти в сознание.       — Что за чакра в её теле? — Цунаде задала вопрос двум членам клана Конкетсу, которые точно так же, как и она, следили за её состоянием и изменениями в теле. Повернув голову назад и встав в пол-оборота, Хокаге оценивающим взглядом пробежалась по парочке из Конкетсу. Молодая девушка с длинными серебристыми волосами, а парень с короткими иссиня-черными. Их глаза находились в стадии Бьякугана, чтобы следить за Хидои, — О Клане Конкетсу есть поверхностное мнение: очень слабый клан, слабый щит деревни, а по сути...       — По сути отбросы Конкетсу служат Хокаге в роли Анбу, секретные миссии, миссии повышенной сложности ранга S, — Акира, которая стояла, сложив руки под грудью, перебила Цунаде, но поспешила опустить голову в низ, тем самым извиняясь за свое хамство, — Именно по этой причине Хидои стала Анбу без особых трудов и заслуг. Она просто показала свои техники и Хирузен понял, что сила в теле маленькой девочки только нарастает, а это значит, что роль Анбу Конохи ей подходит, как и всем членам Клана Конкетсу.       — Верно. Все члены Клана так или иначе были связаны с секретными миссиями и миссиями ранга S, многих приглашали в Анбу, но некоторые отказывались, желая поддерживать деревню из тени, — женщина продолжила верную мысль Акиры и, полностью развернувшись к ним, она облокотилась на подоконник, не сводя взгляда с шиноби, — Мать Хидои – Куюфи Конкетсу, была Анбу вплоть до беременности. Отец Хидои – Гакупо Конкетсу, бывший член Клана Учиха, был анбу и после рождения ребенка, но из-за миссий он не мог дать Хидои должное обучение и ему пришлось оставить пост, — словно считывая с листа информацию, проговорила Цунаде и по их лицам поняла, что они все знали. Одна Хидои осталась в неведении.       — Все мы сильны, но этого никто и никогда не признает, — голос наконец подал Кайто, который все это время стоял молча и просто смотрел на тело Хидои. Раны заживали, сильных повреждений не было, но почему-то на душе было неспокойно. Это было только начало её сложного пути, который будет полон боли, неописуемых страданий, смерть – лучший выход для Конкетсу. Кайто хотел подойти к ней, опустить руки на её щеки, но не мог пересилить себя.       — Вы не ответили на мой вопрос: Что это за чакра? — женщина повторила раннее заданный вопрос, ведь его нельзя было игнорировать. В Хидои поместили другую чакру, которая не протекает по каналам, а существует исключительно только возле жизненно важных органов. Будучи Хокаге, женщина переживала за каждого жителя, за кого-то слегка, а за кого-то очень сильно. Учитывая, что Хидои была способной куноичи, имеет исключительные способности, она являлась добрым человеком. Переживать за эту девочку было свойственно, ведь она ни раз выручала в критические моменты.       — Когда вы обследовали тело Хидои, какого цвета был её круг на шее? — Акира сложила руки под грудью и, сделав опору на кисть, поднесла пальцы к губам. Цунаде на миг задумалась и стала копаться в своих воспоминаниях. Она обследовала все тело Конкетсу, без этого никак нельзя.       — Красного, — уверенно ответила женщина, вспоминая, что круг был окрашен в красный цвет, и не только он. Лучи, которые выходили из круга, были так же окрашены в красный. Услышав ответ, Акира и Кайто сморщились, понимая, что теперь Хидои принадлежит Клану Учиха.       — Это плохо, когда она только успела попасть к нему в руки, — Кайто был зол. Теперь Хидои находится под прицелом, в любой момент Учиха мог призвать её, и у Хидои не останется другого выхода как пойти к нему, а поступит иначе – умрет. Всё в Клане держалось на услужении чистокровным, и на смерти. Один неверный шаг, одно неверное движение, и всё. Смерть. Мучительная смерть по собственной глупости. Цунаде хотела задать вопрос, но Кайто опередил её, — Где её катана?       — У Сакуры, насколько я знаю, это фамильная ценность Клана Хьюга. Откуда она у Клана Конкетсу? — Цунаде прищурилась. К этой парочке было слишком много вопросов, она недоверяла им. Акира – младшая сестра Куюфи, вернулась из странствия, но раньше её никто и никогда не видел. Подключив Анбу, Цунаде поняла, что Акира ни чем противозаконным не занимается. И так же она узнала, что о ней нет никаких сведений. Призрак. О ней нет никаких сведений, нет записей, вообще ничего. Пришла из неоткуда.       — Не знаю, — коротко ответил парень и машинально потянул руку к парным клинкам, которыми обладал. Память – сила, которой обладают все. Его память была светла, наполненная радостью и улыбками, но потом всё это окрасилось в черный цвет. Всё счастье, которым он обладал, просто пропало, словно его никогда и не было. Его спасала только одна картинка, которая всегда всплывала в его памяти, стоило ему оказаться в смертельной опасности. Счастливые голубые глаза, — Цунаде – сама, почему Хидои сослали? Хотите сказать, что медики Конохи не справились бы со слепотой Хидои, учитывая, что у Конохи есть Саннин и Клан Конкетсу? — повернув голову в сторону Цунаде, парень уловил искры злости. Скривив губы в ехидной улыбке он понимал, что Цунаде ответит на его вопрос.       — Хороший вопрос, другого случая не представится, чтобы задать его, — Акира поддержала Кайто и устремила белые глаза на Хокаге, которая хмыкнула на её слова. Между ними пролетела искра огромного недоверия и неприязни. Обе женщины видели друг в друге врага, одно неверное движение и грянет гром от сил женщин Конохи, — Принцесса Цунаде, величайший ниндзя-медик, ссылает слепую девочку в Сунагакуре, избавившись от неё на три года. Хидои стала шиноби Песка, и сейчас находится в Листе. Интересный случай, учитывая, что Хидои является основной пешкой деревни, — от сказанных слов Акиры, вокруг Цунаде в миг появились клубы чакры.       — Мне не нравится твой тон, Акира. Если хочешь что-то узнать относительно Хидои, будь добра сбавить обороты, — Кайто, который не понял с чего началась ругань, вздрогнул, стоило ему прочувствовать силу Хокаге. Акира, которая вывела женщину на агрессию, выставила руки перед собой с поднятыми ладонями вверх, — Конкетсу Хидои покинула деревню по причине травли со стороны жителей. Собаку но Гаара предложил забрать её в Песок, и вместе с ирьёнинами Суны вылечить слепоту Хидои. Учитывая характер Хидои, она бы точно разругалась со всеми! Мне этого не надо, я все ещё хочу помочь девочке! — выпалив все на одном дыхании, женщина свела брови к переносице показывая, что теперь не о каких хороших отношениях с Акирой и речи идти не может.       В палате повисла угнетающая атмосфера. Цунаде теперь ярко показывала свою неприязнь к членам Клана. Хокаге не была понята причина их нахождения здесь, учитывая, что она заверила Гакупо о сохранности его дочери. Акира была далеко не слабой куноичи, её сила была сравнима с силой Хокаге, но главный вопрос откуда эта сила? Клан Конкетсу один из самых скрытных Кланов Конохи. Информации о них было мало, а вот техник и секретов очень много. И именно вот такие вот секреты довели девочку до состояния полукомы. Медик на удивление испытывала такое отвращение только к троим членам Клана Конкетсу, и Хидои не входила в их число. Дерганным движением Цунаде повернулась в сторону окна и заметила четыре знакомые фигуры: Сакура, Наруто, Неджи и Шикамару.       Кайто заметил её теплеющий взгляд, когда женщина повернулась к окну. С помощью Бьякугана парень смог увидеть новые лица, которые решили навестить его Хидои. Скрипя зубами, парень натянул улыбку. Эти люди, в частности: Неджи Хьюга и Шикамару Нара, очень обидели его маленькую девочку. Кайто прекрасно знал, что тогда произошло, знал сколько боли вытерпела Хидои, знал виновников её слез. Но, сколько бы ненависти к ним он не испытывал, первый – чистокровный, а он с печатью, а второй её самый близкий друг, был им в прошлом. Конкетсу знал, стоит ему сделать что-то с Шикамару, и Хидои придет в бешенство и в ещё большую агонию.       — Здравствуйте, Цунаде – сама! — первой в палату вошла Сакура, которая держала в руках букет свежих цветов, которые предназначались для Хидои. Девушка прошла вперед и еле заметно кивнула двум представителям смешанного Клана. Харуно смотрела на Хидои без радости в глазах, она так и не пришла в себя, но девушка не сильно расстраивалась, ведь по словам Цунаде, она должна была скоро очнуться, а это значило, что они совсем скоро смогут поговорить.       Харуно ощущала себя максимально паршиво. Если бы она тогда настояла на лечении её ноги, то возможно, Конкетсу не попала бы в руки Учихи. Минувшие дни следовало обсудить с Хидои, и наконец решить её проблему. Она не одна. Конкетсу не должна всё держать в себе и винить весь мир в её существовании, она должна доверится, попытаться открыться им, и тогда станет проще. Поставив цветы в вазу, Сакура подняла взгляд на парня, которого раньше не встречала. Голубые глаза и иссиня-черные волосы, знакомый вид, но на ум никто не приходил. Парень не сводил с неё взгляда, словно следил за тем, что она делала. В его глазах была уверенность, стоило Сакуре что-то сделать, как он бы ринулся на неё. Переведя взгляд на лицо Хидои, Сакура услышала, что в палату вновь вошли.       — Добрый день, Цунаде – сама, — Неджи поздоровался с Хокаге и, пройдя вперед, увидел знакомые лица, — Кайто, Акира, — назвав их по именам, он кивнул, тем самым приветствуя. То, что он услышал от Сакуры, не оставило их с Шикамару в стороне. Когда-то их отношения с Хидои пошли в гору, но из-за одного недоразумения, всё вернулось на десяток лет назад, когда Конкетсу ненавидела его всей душой и сердцем. С их стороны уже были принесены извинения за тот день, и ни Неджи, ни Шикамару не собирались унижаться перед ней.       В тот момент, когда Сакура рассказала, что Хидои лежит в больнице и не приходит в сознание уже несколько дней, Хьюга почувствовал один удар сердца, протяжный и неприятный, словно что-то выдернули из груди. Парень не знал, что это было, и решил не копаться в себе, пока Хидои не придет в себя. Стоя сейчас в палате вместе с друзьями, Неджи надеялся увидеть голубые глаза грязнокровки, а увидел всё такое же неподвижное тело. Сакура рассказала так же и о внутренних переживаниях Хидои, рассказала как она отзывалась о себе в третьем лице, и пыталась показать ей, что она не такая уж и плохая. Харуно рассказала это в надежде, что Шикамару и Неджи смогут что-то предпринять и вытянуть её из этого состояния.       — Неджи, рад видеть тебя в здравии, как Хиаши – сан поживает? — вопрос прозвучал с нотками иронии в голосе. Кайто было плевать как он поживает и жив ли он вообще, он презирал этого мужчину, не переносил его на дух, но нужно было терпеть ведь он – Конкетсу. Из всех Конкетсу, только Хидои нашла общий язык с главой Клана Хьюга.       — Всё хорошо, не переживай, — скользко ответил парень и попытался выдать правдоподобную улыбку. Неджи недолюбливал Кайто, как и весь Клан Конкетсу. Все шиноби Листа сходились в одной точке: Конкетсу что-то скрывают, и это что-то очень сильное и страшное. Такого отношения не избежала даже Хидои, которая, казалось, отреклась от своего Клана, но всё равно продолжала участвовать в их заговорах.       В палате собрались все те, кто терпеть не мог Конкетсу, пусть их отношение к Хидои было более снисходительным, но изменить тот факт, что она грязнокровка, ничего не может. Неджи с Шикамару пришли сюда не только для того, чтобы увидеть Хидои, но ещё и по личной просьбе Цунаде. Женщина в свое время не меняла позиции: Акире и Кайто – верить нельзя. С кунаем у шеи она никогда не признает их. Сакуре на данный момент было все равно, кто эти люди, ей нужно было поговорить с Хидои, и тогда уже можно окунуться в проблемы деревни и заговоры Клана Конкетсу.       — Какое дивное существо рядом с моей Хидочкой, — промурлыкал Кайто и вставил руки в бока, привлекая к себе внимание брошенной фразой. На несколько секунд Сакура смутилась, ведь обращался он точно к ней, учитывая, что с Хокаге он знаком, а девушка рядом похоже была из того же Клана, — Назови мне свое имя, котёночек, — парень был похож больше на лиса, который пытался не только очаровать, но и заманить добычу в ловушку. От обращения глаза Хокаге и Сакуры расширились, и многого им стоило, чтобы не высказать всё, что они думали.       — Харуно Сакура, — коротко ответила Сакура и свела брови к переносице. С первого взгляда на него он ей не понравился. Внешне он был красив, даже очень, но вот его внутренний мир был ужасен. От его речей тошно стало даже Шикамару, который прекрасно знал, что Хидои не терпела такого обращения и поведения. Наигранность и лживость – вот, что виднелось в его словах и действиях.       — Прекрасная, Сакура, моё имя Конкетсу Кайто, вот нам и представился случай познакомиться, — парень улыбнулся правой стороной губы и прищурился, ему было плевать на девчонку, но ему нужно было знать кто она. Сакура тепло смотрела на Хидои, и именно это подбило Кайто на знакомство с ней. Ему нужно было знать с кем общается Хидои, как к ней относятся. Тот факт, что за все десять лет, пока его не было, над Хидои издевались и глумились, приводил его в бешенство.       Кайто понимал, почему Цунаде отправила Хидои в Суну. Издевательства над ней перешли бы на новый уровень, и тогда Хидои пустила бы в ход силу. Учитывая, что девочка впитывает в себя всё как губка, припугнуть их или же даже нанести небольшие повреждения не составит труда. От сюда можно взять, что все жалобы пойдут Хокаге и главе Клана, тогда у неё появились бы большие проблемы. То, что Хидои ушла в Песок, хорошо сыграло на её репутации, ведь все уже и позабыли, что тогда произошло.       — Что за собрание возле меня? — нежный с нотками хрипоты голос вырвал Кайто из раздумий. Парень поднял глаза на Хидои и на его лице расцвела улыбка, когда на лице Хидои гримаса призрения и отвращения. Девушка с помощью Сакуры приняла сидячее положение и осмотрела палату: Неджи, Шикамару, парочка из Конкетсу и Цунаде с Сакурой. Усмехнувшись каким-то своим мыслям, девушка подняла руку и сорвала с себя капельницу.       — Мы волновались за тебя, Хидочка, ты...       — Закрой рот, Кайто, — Хидои грубо перебила грязнокровного и, окинув его холодным взглядом с головы до пят, перевела взгляд голубых глаз на Цунаде, которая кажется обрадовалась, что Хидои так заткнула Кайто, — Зачем вы пришли? Умру я не скоро, поэтому вам тут делать нечего, проваливайте... Вам тут не рады, — девушка шипела словно змея, со стороны можно было подумать, что она обращалась к Неджи с Шикамару, но нет. Благодаря своей скорости, она могла быстро менять Бьякуган и Шаринган, что не раз помогало ей в пылу битвы. Именно тогда, когда на неё напали, она использовала Бьякуган.       Конкетсу чувствовала ещё одну чакру, активировав Бьякуган, она на мгновение увидела стрелу, которая летела ей в висок, и парня из корня Анбу, а именно – Кайто. Придя в замешательство, Хидои не смогла увернуться от прямого удара стрелы, и попала под удар. Находясь в мутном сознании, она слышала его слова, видела его глаза, и грустное выражение лица. Она была лишь клоном, но все чувства передавались настоящей версии себя. Злость, отвращение и агрессия. Кайто – соклановец, с которым она делила одну крышу и стол, напал на неё, не зная, что убивает водного клона. Он хотел убить Хидои.       — Дело говоришь, Хидои, — на её слова ответила Акира. Женщина смотрела на Хидои сквозь ресницы, её взгляд, казался лисьим, злым. Акира не воспринимала Хидои как врага, ведь понимала, что она ничего не сможет противопоставить её техникам, — Мы пришли, чтобы следить за твоим состоянием, а ты так относишься к нам... Какая жалость, — Кайто, который стоял за её спиной, успел забыть резкость и грубость Хидои, поэтому сейчас прибывал в неком замешательстве и смятении, словно у ребенка отняли конфетку перед открытием, — Мы с тобой встретимся в Клане.       Прикрыв один глаз рукой, Акира активировала Шаринган, на мгновение, но этого хватило, чтобы Хидои пробила мелкая дрожь. Конкетсу усмехнулась и вместе с Кайто они пропали в шуншине. Она всего-лишь блеснула своим Шаринганом, но Хидои уже ощутила пропасть между ними. Они были на разных уровнях, её сила несравнима с силой Акиры. Конкетсу впервые испугалась... Дрожало все тело, обхватив одну руку второй, она пыталась утихомирить дрожь. В глазах Конкетсу застыл страх, дикий животный страх, что будет с ней когда она вернется в Клан? Хидои никогда не жалела о сказанных словах, но сейчас поняла какие могут быть последствия.       Хидои ощущала себя загнанной в угол. В голове постоянно крутился один и тот же вопрос: "Зачем я ушла от Гаары?" Сейчас она понимала, что все её тренировки, вся её сила, ничем не поможет ей в битве против... Против кого? Против Акиры? Против неё и не было шанса. Настолько сильная чакра и ужасающая аура, она заметила это ещё при первой встрече. Сила её глаз, уже чего стоила, Конкетсу ещё не видела ни одной её техники, она даже не знала какими стихиями она обладает. Акира может запросто убить её, и самое ужасное, что никто и не вспомнит о Хидои. Клан просто замнет это происшествие. Неожиданно на руки девушки опустилась ещё одна рука, которая крепко сжала её.       — Хидои... — голос Сакуры прозвучал мягко и приглушенно, словно она разговаривала с ней через пелену, — Что случилось, Хидои? Посмотри на меня, — проигнорировав слова Сакуры, Хидои попыталась привести себя в чувства и надеть маску равнодушия. Она должна была взять себя в руки и перестать показывать эту тошнотворно слабую и никчемную сторону. Она была сильной, она никогда не просила помощи и справлялась со всем сама, так почему сейчас она не может вновь ото всех отвернуться? Конкетсу подняла глаза на Сакуру.       Сакура вздрогнула, её глаза были уставшими, словно ей было не восемнадцать. Девушка натерпелась за этот промежуток времени её жизни, это было видно по глазам и телу. Конкетсу была измотана собственным Кланом, она сражалась в одиночку со своими родителями и соклановцами, никто не мог ей помочь, потому что Хидои просто не принимала эту помощь. В детстве, она ненавидела свой Клан за то, что она родилась в нем, все страдания и издевательства пошли из-за её происхождения. Сейчас Хидои ненавидела свой Клана потому что он не оставлял её в покое. Она и месяца не прожила в Конохе, а уже погрязла во лжи и интригах. Секреты её Клана никак не должны касаться её, ведь Куюфи три года назад отказалась от неё.       Наблюдая за Хидои, Неджи и Шикамару подметили, что впервые видели её такой напуганной, словно за то мгновение, когда Акира подняла на неё глаза и пропала в шуншине, женщина успела предстать перед ней в самом страшном обличи для Хидои. Её глаза метались по палате, они просили помощи, но сама Хидои молчала, словно всё было хорошо. Страх, который испытала Хидои, навсегда отложится в памяти шиноби, которые пообещали сами себе вновь наладить отношения с Конкетсу. Неджи первый сдвинулся с места и подошел ближе к кровати Хидои. Сакура что-то шептала ей и девушка медленно приходила в чувство.       — Знаешь, а я раньше считал тебя самой смелой, ведь, чтобы перед тобой не встало, ты никогда не дрожала от страха, — на его реплику Сакура подняла голову и всем своим видом показывала, что Неджи лишь мешает и говорит лишнего. Хьюга, не пытался приободрить Хидои, не пытался залезть ей в душу, он хотел напомнить ей кто такая Конкетсу Хидои, — Вспомни кто ты такая – обычная девчонка, которая строит из себя невесть что. Ты – человек, а людям свойственно пугаться и опасаться чего-то. Ты должна понять, что вокруг тебя есть люди, которым не совсем наплевать на тебя, — Неджи говорил от чистого сердца, и заметил как зрачки Хидои сузились, а потом вновь расширились.       Девушка поменялась в мгновение ока, Конкетсу повернула голову на Неджи и просто смотрела в его глаза. Хидои не могла понять, была ли это издевка или же искренние слова парня. Вглядываясь все больше, девушка стала замечать его привлекательные черты лица, аккуратный нос и губы, и глаза – зеркало души. Неджи не врал, это был факт. Внутри Хидои, что-то потеплело и оттаяло, словно маленький кусочек отвалился от глыбы льда растапливая её сердце. Конкетсу вдруг поняла, что все те ранее сказанные ей слова не несли за собой зла. Каждый пытался помочь ей по своему, а она просто не принимала эту помощь.       — Я... Извините меня... — внезапно выпалила Хидои и, зажмурившись, опустила голову вниз, прижав подбородок к груди, девушка не могла сказать это, смотря им в глаза, — Сакура... Она сказала, что... Не могу, я попробую, но если я буду слишком груба или резка, скажите мне об этом... И придурку Наруто скажи об этом, — на щеках девушки появился заметный румянец, который вызвал на губах шиноби улыбки. Не выдержав, Хидои упала на подушку и схватившись за одеяло, накрылась с головой, лишь бы её не видели. — Идите! Ну же, проваливайте...       — Хорошо, Хидои, я обязательно передам Наруто, твои слова, — Сакура улыбнулась, смотря на неё. Невинная и такая ранимая душа была покрыта слоем злости и агрессии, она ненавидела всех, призирала и отторгала. Сакура смогла достучаться до её сердца и разума, и наконец Хидои решилась пойти на встречу. Спонтанное решение, которое приведет её к хорошому началу её пути. Встав с края кровати, она подошла к Цунаде.       — Хидои и Неджи, будьте готовы к совместному заданию в деревню Восходящего Солнца, с вами отправится ещё одна девушка, — Цунаде решила сообщить главную новость перед уходом, и кинув взгляд на удивленного Неджи она двинулась к выходу, — Заказчики придут поговорить с вами через несколько дней, как раз к выписке Хидои.

***

      Акира и Кайто находились в комнате Хидои, и пришли они как раз к тому самому моменту, когда в комнату влетел её ворон. К ноге была привязана бумажка, но птица никак не хотела отдавать её Акире, которая в свою очередь всеми силами пыталась забрать послание. Кайто стоял у двери и следил через Бьякуган, чтобы никто не шел в сторону комнаты, ведь если Гакупо увидит, будут проблемы. Эта идея пришла Акире, ведь только она заметила черную птицу, которая ничем не отличалась от других и решила проверить.       — Да оставь ты её, — шикнул парень, наблюдая за попытками Акиры поймать птицу. От реплики парня, женщина разозлилась. Вены вокруг её глаз вздулись, и вложив всю свою злость, она резко перевела взгляд на птицу. Птица впечаталась в стену неистовым странным потоком, который снес её. Ворон с глухим "кар" опустился на пол с раскинутыми крыльями. Он пытался защитить послание, которое ему отдал Гаара, в надежде, что тот отдаст его лично Хидои. Кайто словно чувствовал, что забери Акира записку, ему придется не сладко. Эта птица прилетела и на душе тут же стало неспокойно, словно кто-то залез в его шкаф со скелетами.       — Глупая птица, — прошипела женщина и, схватив ворона, она слегка сжала руку, ломая крыло ворону, — Нужно было лететь в больницу, она там, — на слова Акиры, ворон повернул голову вбок, понимая её речь. Конкетсу не понравился жест птицы, она забрала записку и дернула рукой в сторону, выкидывая его, который вновь влетел в стену и упал на пол глухим звуком. Раскрыв бумагу, девушка стала вчитываться, — Вот оно как... А Хидои молодец, думаю, она не будет против, если я ей немного помогу, — повернув голову в сторону Кайто она блеснула блеклыми глазами, — Зачем ты продал Акацуки информацию о Хидои, а, Кайто?