Грязнокровка

      Девушка сжала челюсти, казалось, до хруста костей. Злость внутри бурлила, а эти взгляды прикованные к ней подливали масла в огонь. Конкетсу стала медленно переходить в третью стадию Дживаратайши. Раз её объявили нукенином, то она будет соответствовать этому званию, к которому никогда не стремилась и даже не думала, что станет им так резко. Хидои в последний раз посмотрела на Неджи за которым стояла Тен-Тен, девушка ухмылялась смотря на Хидои, которая стояла на коленях. Конкетсу сжала руки в кулаки и на лице блеснула злая улыбка.       — А мозгами ты не отличаешься, да, Данзо? — прошипела Хидои и Анбу тут же отпустили её, встав ровно рядом. Хидои под удивленные взгляды поднялась на ноги не сводя со старика глаз, — Люди, которые лишь единожды попали в моё гендзюцу, навсегда остаются под влиянием моих глаз, — подняв руку к волосам, девушка вытащила шпильку и перехватив её поудобнее она с размаху вонзила её в сердце рядом стоящего парня.       То с каким равнодушием и холодом в глазах, Хидои убила человека поразило команды шиноби. Они знали, что Хидои способна на убийство ради чистокровных, но, чтобы убивать без особой надобности, учитывая, что она заключила их в гендзюцу. Ребята, которые верили в доброту её сердца опустили свои руки, злость на деревню, на шиноби Конохи была сильнее, чем их стремления помочь ей. Конкетсу выдернула шпильку и перекинув её в другую руку, одним легким движением в сторону, порезала горло второго Анбу. Парни свалились к её ногам истекая кровью, а она тем временем ожидала слов от жителей Конохи.       — Мне терять нечего, — вроде как в оправдание проговорила девушка и откинула шпильку в сторону, переступив через тело Корня, она стала делать медленные шаги в сторону Данзо, — Но запомни, что я вернусь за тем, что принадлежит мне по праву! — воскликнула девушка и сжала свои руки в кулаки, внутри всё переворачивалось от осознания, что пути назад нет, и теперь она встает против родной деревни, — Ты вернешь мне его, и сдохнешь в муках.       Слова сказанные Хидои были серьёзными, в воздухе чувствовался запах смерти и мести самой девушки. Хидои устала бороться за Клан, за себя и за свою честь. Её совесть была чиста, до этого момента она и не думала о том, чтобы связать свою жизнь с Акацуки. Её старания никто не видел, Клан совершил ошибку, но это не означало, что Хидои тоже причастна. Никого это не волновало, они сами добавили себе проблем. Быстрыми движениями, Хидои выбила из рук Данзо её свиток и резко повернулась к Неджи, который не сводил с неё добрых глаз. Хидои на миг замерла, словно её прибили к земле.       Глаза Неджи, его мягкая еле видимая улыбка, пока остальные жгли в её спине дыры и посылали проклятья. Неджи знал о свитке, знал о заговоре, знал о том, кто должен был убить Хиаши и Хинату, так же знал, что Хидои до последнего противилась и не собиралась принимать в этом участие. Ему было известно о том, что Хидои собиралась сдать Клан Хокаге и самолично всех убить. Поэтому сейчас, он не видел в ней отступницу и предательницу, он видел в ней морально убитого человека, которого довели до такого состояния. Она не оправдывалась, она пошла по дороге нукенина убив Анбу, тем самым утвердив себя на роли предателя.       — Держи, ознакомься! — Хидои быстро оказалась рядом с Неджи и кинула в него свиток с горечью на сердце. Ей было страшно внутри, она боялась завтрашнего дня, боялась того, что теперь будет с ней, — Я собиралась убить тебя, — приблизившись к его лицу вплотную она прошептала это прямо в губы Неджи, и тут же поймала его улыбку. Неджи лишь кивнул и аккуратно толкнул её в плечо и сам сделал шаг назад.       — Проваливай, — прошептал парень удерживая улыбку на лице, которая обожгла Хидои сильнее любого огня. Девушка открыла рот в мнимом прощении и тут же поджала губы, сделав нервный шаг назад и закрыла глаза. Хидои в мгновение могла отключить свои чувства, её этому учили и в Клане и в Анбу. Быть равнодушной и не поддаваться эмоциям, скрывать свою боль, которая разрывала все её тело, обиду, которая душила её.       Девушка открыла свои глаза и в ответ обожгла Неджи. Внутри осталась только злость, не было доброты и сострадания, не было той влюбленности, тех нежных глаз, которые изучали каждую деталь его лица. Внутри, что-то задрожало от пристального взгляда голубых глаз, это была не та холодность с которой она убила Анбу. Этот холод предназначался ему, и только ему. За долю секунды она преобразилась в истинного отступника, которого не волновали чувства других. Теперь Хидои одной своей аурой кричала им, что как раньше не будет.       — Увидимся, друзья! — с ехидством прокричала девушка и тут же её тело растворилось в толпе воронов, которые разлетелись в разные стороны крича во весь голос. Крик хозяйки техники, крик безнадежности.

***

      Прошла тяжелая неделя для Хидои. Девушка ушла из деревни не взяв с собой ничего: Ни еды на первые дни, ни катаны и более практичной одежды. Девушка была сломлена внутри, она ходила по разным деревням и слушала сплетни, которые разлетелись за считанные дни. О ней кричали из каждого угла, кто-то говорил, что она слишком слабая для отступника такого уровня, а кто-то наоборот боялся столкнуться с ней зная, что шансов на победу нет. Девушка многое о себе услышала, будто кто-то намеренно распространял про неё слухи.       Конкетсу сидела на поляне, облокотившись спиной на ствол дерева, сегодня день действий, а именно её поисков Мадары. Он являлся чистокровным и ей будет легко найти его, но девушка собиралась на его поиски уже несколько дней. Хидои не хотела искать его и вступать в Акцауки, но иного выбора у неё не было. Её техники прекрасно подходят для убийства и пыток. Объявленная нукенином высшего класса в поисках брата и правды, Хидои. То с каким упорством её зовут в Акацуки не позволяло усомниться в своей надобности.       Из головы не выходили слова Неджи и его глаза. Глаза говорили правду, глаза никогда не врали, но она одного не могла понять: От куда эта доброта по отношению к ней, чувства? Да какие могут быть чувства, когда узнаешь о покушении и заговоре? Хидои не могла понять его, она не могла понять свою деревню. Они смотрели очень узко, никто не пытался копнуть глубже и докопаться до истины, а именно до её Клана. Купленные дети, странная чакра в области её дома, то же самое покушение, которое организовала Куюфи. Во всем обвинили Хидои, повесили на неё деяния собственных родителей и изгнали из деревни.       Тело сводила судорога только от одной мысли о Неджи. Девушка могла говорить, что угодно, глушить свои чувства, но наедине с самой собой всё это выходило наружу. Те моменты проведенные рядом с ним, его забота о ней в больнице, нежные прикосновения в ранам в момент обработки. Тело помнило его руки, голова помнила его слова, а сердце уже пропиталось им. Хьюга был одной огромной слабостью Хидои, прознай кто, ей бы не поздоровилось. За неделю она ощутила себя лишенной света, и дело было не в изгнании, а в отсутствии парня. Она так привыкла к его доброте, вниманию и нежности. К хорошему быстро привыкают, а вот отвыкнуть порой бывает очень сложно и долго.       — Говорят её красные глаза способны убить, а белые свести с ума, — внезапная реплика вырвала Хидои из мыслей о Неджи и принудила вскочить на ноги. Она ощущала его присутствие, чувствовала эту силу, — Она обладает всеми техниками Клана Учиха и Хьюга, она одна из немногих, кто смог поставить перед собой на колени всю деревню, — в этот раз слова донеслись уже со спины Хидои, но она не стала оборачиваться, ожидая когда он покажет себя, — Поговаривают её тренировал Учиха Итачи, учитель и ученица, ступили на одну тропу.       — Покажись, Мадара, — его и искать не пришлось, сам пришел за ней, что было на руку Хидои. Её просьба была исполнена в один миг, мужчина появился прямо перед ней, красный плащ плавно развивался на теплом ветру, а на лице все та же оранжевая маска.       — Ну, здравствуй, Конкетсу Хидои, — сладко проговорил мужчина не в силах нарадоваться такому исходу событий. Кайто добился чего хотел и теперь Хидои в руках Учихи и Акцауки, — Я столько о тебе услышал, о тебе вся Страна Огня говорит, скоро и все остальные к ним присоединяться, — мужчина усмехнулся смотря в её потерянные глаза. Девочка была запутана, ей нужны были ответы, которые он даст, ведь именно за этим и явился.       — Я присоединюсь к Акацуки как ты и хотел, но у меня есть два условия, — девушка говорила с серьёзностью в голосе и непробиваемым холодом, который лишь разжигал интерес мужчины. Какие бы не были у неё условия, он согласится на них, ведь Хидои очень нужна ему.       — Я тебя внимательно слушаю, Хидои.       — Расскажи мне всё, что знаешь о Кайто Конкетсу, — потребовала девушка и поймала его кивок, она уже не знала к кому обратиться, чтобы получить ответы на свои вопросы, самым логичным решением было спросить у одного из основателей Конохи, — Вперёд, я слушаю тебя, Учиха Мадара, а после я скажу тебе второе условие, — тут она командовала, ведь, чтобы заполучить её, нужно смириться и дать ответы на интересующие вопросы.       — Раз ты так хочешь, но правда не всегда приятна, — мужчина сократил между ними расстояние и положил руку ей на плечо. Тело девушки охватило странное чувство, будто её скручивали в разные стороны. Перед глазами все так же скручивалось в спираль вместе с Мадарой.       Хидои оказалась в странном месте, квадраты разной высоты и ширины серых оттенков. Девушка всматривалась в даль не видя конца этого места, напротив неё появился мужчина, а в руках у него был бумажный пакет. Мужчина кинул его в Хидои и оперся на соседний куб сложив руки под грудью, он наклонил голову в бок наблюдая за недоуменным выражением лица девушки. Она медленно раскрыла пакет и уловила чудный запах онигири и никуман* они были ещё теплые, что подбило аппетит Хидои. Так же рядом лежала бутылка воды. Но Хидои не бросилась на еду, она подняла взгляд на нукенина изогнув бровь в вопросе.       — Ты неделю чем питалась? — он знал, что Хидои толком ничего не ела, всё это время он следил за ней в ожидании её действий. Мужчина видел как исхудала девушка за это время, нервы, изгнание и отсутствие нормальной еды.       — Засунь своё волнение себе в задницу, — буркнула девушка и принялась жадно есть. Желудок заурчал в удовлетворении, он наконец-то получил нормальную еду, а не обычную речную воду. Девушка села в позу лотоса и поставив локоть на колено, посмотрела на нукенина, — Времени много? Мы так и будем наслаждаться обществом друг друга? — пробурчала девушка глотая рис и запивая его водой.       — Я бы давно убил тебя не будь ты так важна, — на его слова Конкетсу лишь закивала и стала делать резкие круговые движения кистью, в просьбе поскорее начать рассказ, — Кайто был верхушкой Клана Конкетсу и Хокаге принял его на роль Анбу, в свой личный отряд, — Мадара начал свой рассказ углубляясь в прошлое, — В то же время и Учиха Итачи вступил в ряды Анбу.       — Я в курсе, давай по существу, что произошло три года назад? — вопрос в лоб, который был в списке первых. Они могли тут дни и ночи сидеть погружаясь в прошлое Кайто, но не это интересовало Хидои, а конкретные события, связанные с ней, — Мой уход из деревни, возвращение Кайто, возвращение Акиры, убийство Аюми, странная чакра, — Конкетсу быстро накинула ему темы для разговора продолжая наслаждаться едой.       — Вон оно что, я понял, — смех в голосе принудил девушку остановиться и с внимательностью слушать его, — Всё началось ещё когда Орочимару напал на деревню во время экзамена на чуунина, — девушка помнила те дни, потеря Третьего, слезы и запах смерти шиноби, — Кайто уже тогда был в Стране Огня, только не спешил возвращаться в Коноху...       — Змеиный саннин, — в помещении стояли трое: Парень с соломенной шляпой на голове, которая скрывала половину его лица, Кабуто, который приставил кунай к его шее, и Орочимару, который внимательно слушал незваного гостя, — Говорят, ты стремишься к бессмертию, ставишь эксперименты, так ещё и тела меняешь, — Кайто знал об Орочимару всё, и прекрасно понимал, что его слова заинтересуют его.       — Я слушаю тебя, решил свое тело мне предложить? — мужчина облизнулся обследуя глазами каждый сантиметр его тела. Кайто не собирался предлагать себя, он ловко достал фотографию девочки с иссиня-черными волосами и яркими голубыми глазами, — Кто это?       — Конкетсу Хидои, обладатель двух доудзюцу и воспитанница Итачи с Шисуи, как тебе такое? — по глазам, которые загорелись только от одного упоминания Итачи, Кайто понял, что Хидои заинтересовала его, — Её приняли в Анбу, девочка учится не по дням, а по часам, три томоэ, — в подтверждение его мыслей о шарингане, Конкетсу сообщил о количестве томоэ в её глазу, — В замен на такую ценную личность, я прошу лишь забрать её из Конохи, любым способом, — парень сложил руки под грудью ожидая ответа.       — В чем подвох?       — Ни в чем, — Кайто поймал Кабуто и Орочимару в шаринган и стал медленно синеть на глазах, — Сделай, то, что говорю, иначе найду тех, кто точно не упустит такую возможность, — тело Кайто стало покрываться льдом, а после вовсе разбилось на части и упало на каменный пол.       Девушка слушала Мадару и не сомневалась в правдивости его слов. Резкое желание Орочимару забрать её вместе с Саске, теперь брало начало с Кайто. Конкетсу доела еду и отложила пакет в сторону, подхватив пряди волос, она откинула их назад, выпрямляя спину. Тряхнув головой, она вновь посмотрела на Мадару, который только начал свой рассказ.       — Кайто надоумил твоих друзей поливать тебя грязью, он же и сказал, что ты скоро придешь на помощь, — мужчина заметил как сжались руки Хидои, она помнила те слова, помнила тот день, когда обрела Дживаратайши и ушла из деревни, — Благодаря Кайто ты смогла покинуть деревню, он надоумил нынешнего Казекаге на это, сказав, что ты будешь славным оружием...       — Помните девочку по имени Хидои? — Гаара прочитал полученное письмо и обратился к брату с сестрой, которые переглянулись и нервно кивнули, — Отправитель пишет, что Хидои скорее всего впадет в буйство и нам нужно будет её остановить, а после воспользоваться этим в пользу Деревни.

...Собаку но Гаара, будущий Казекаге, я уверен, что вы не упустите такую возможность, как укрепление вашей Страны... Моё письмо скорее всего придет с запросом помощи Конохи, поэтому примите правильно решение... Конкетсу Хидои – ваше оружие, она послужит вам щитом в опасных ситуациях... Девочка чьи возможности превосходят возможности любого Анбу... Она совсем скоро впадет в буйство, и спасая её, она останется вашей должницей... Удачи... Вы должны забрать её у Листа...

      — Кайто поспособствовал твоему выбросу чакры, он помог твоей силе пробудиться, он настроил всех против тебя, — мужчина видел как она дрожала, её аура была пропитана жаждой убийства. Злость исходила от каждого движения пальцем девушки, теперь она всё понимала и всё складывала в единый пазл. Всё её беды были из-за Кайто, с самого начала, но почему? Для чего всё это? — Он выгнал тебя из деревни устами твоей матери, заключил Главу в гендзюцу, заставив молчать, а после появился перед тобой, делая вид, что только прибыл в Клан.       — Сколько раз Кайто пытался убить меня? — вопрос был отражением её ненависти. Она сделает то же самое, будет убивать его столько раз сколько потребуется, без капли сожаления и жалости. Парень растоптал её прошлое, настоящее и будущее, так почему она должна была жалеть его?       — Своими руками – ни разу, — Учиха наслаждался её гневом, чем больше злость, тем больше её сила. Ему было выгодно отвечать на вопросы Хидои, было выгодно тащить ее в Акацуки. Настала его очередь настраивать Хидои против всех, — Он пытался убить тебя в первую нашу встречу, именно Кайто дал мне наводку на тебя – это считается за попытку убийства?       — Не дай он наводку, ничего бы этого не произошло! — скрипя зубами прошипела девушка. Он дал Акацуки её информацию, а после находил удобный случай подставить перед деревней, скинув все грехи на неё, — Он старался выгнать меня из деревни, но правильно ли он поступил? Не пожалеет о своей победе? — она разговаривала сама с собой.       Разрушающая злость разгоралась всё сильнее, она хотела мстить: Ему, Клану, деревне. Упиваясь криками тех, кто её ненавидел, кто унижал, кто подставлял. Конкетсу была настроена серьезно, её уже ничего не остановит, она сделает все, чтобы обидчики наконец познали ту боль, с которой она шла до последнего. Преградой не станут даже собственные чувства, былая доброта была уничтожена ими лично. Возможно ли было её спасти? Да. Хидои ещё могла простить всех, но в ответ на шаг к ним, она получила плевок в лицо. Теперь её очередь отказаться от жалости и сострадания, она убьёт каждого.       — Аюми и Акира… Они связаны? — следующий ряд вопросов о таинственной женщине, которая, казалось, впервые оказалась в деревне. Вторая завеса тайны должна открыться, но какова будет её цена?       — Первая, отдала жизнь за вторую, которая выдаёт себя за другого человека, — мужчина говорил загадками, подливая масла в огонь. В попытках узнать ответы на вопросы, она ещё больше запуталась, — Чего? Ожидала, что я все выложу тебе? — мужчина подошёл к Хидои и схватив её за подбородок поднял голову вверх, принуждая смотреть ему в глаз, — У меня тоже есть свои условия, на которые ты согласишься, чтобы утолить свой интерес.       — Она опасна? — Хидои смотрела в чёрный глаз и была наготове, чтобы активировать свой шаринган. Если он поймает её взгляд, она сделает то же самое, — Я готова принять любые твои условия, диктуй, записываю, — прошипела девушка и услышала как он усмехнулся.       — Не опасна, для тебя, точно, — он ответил на вопрос и сжал пальцы на подбородке, — Вступай в Акацуки как и обещала, а мы заключим между собой договор, дав обещания на крови, — девушка вздрогнула. Обещание на крови, нерушимое слово, она наблюдала за тем, как лицо мужчины ушло в сторону её уха, и с мурашками от его голоса слушала условия их договора. Нервно сглотнув, она нерешительно кивнула, тем самым отказавшись от Коноху полностью, — Отлично, а теперь назови своё второе условие, перед вступлением в Акацуки.       — Вам нужен джинчурики, я достану его, — Конкетсу встала на ноги, и прикусив палец размазала кровь по ладони, — Не трогайте деревню, я сама займусь ею, это так же входит в условия договора, — девушка решила перестраховаться, и на удивление поймала его кивок.       Шиноби заключили договор рукопожатием, который никто не мог нарушит и оспорить. Теперь они связаны кровным обещанием. Хидои слегка дрожала от ощущений, она снимет маску и станет тем, кем являлась. Доброту убили ещё в детстве, а неделю назад просто добили остатки. Принимая из рук нукенина чёрный плащ с вышитыми красными облаками, она просунула руки и застегнула молнию. Воротник закрывал нижнюю часть ее лица, а длинна плаща никак не сковывала её движения. Нукенин аккуратно поднял её руку, и надел на средний палец кольцо, лазурно-серого цвета.       — Пустота, — прочитав иероглиф на кольце, она сжала руку в кулак и усмехнулась правоте этой безделушки.

***

      Девушка в бамбуковой шляпе, которая скрывала её лицо, шла по длинной дороге, удерживая шляпу за край, чтобы та не улетела с порывами ветра. Конкетсу довольно быстро приняла себя в роли нового члена Акацуки. Повязка шиноби с которой она никогда не расставалась, покоилась на её лбу, с перечеркнутым знаком листа. На плече сидел черный ворон, который нашел свою хозяйку и следовал везде за ней. Низ плаща был расстегнут и из под него можно было увидеть основание её катаны. Ворон принёс ей катану в лапах, а потом свалился в её руки без сил. Хидои была рада видеть его в целости, ведь в какой-то момент он просто пропал, а она даже не удосужилась поискать его.       — Беда близится, неспокойное время сейчас, — девушка проходила мимо двух фермеров, которые старались делать вид, что не знают из какой она организации. Судорожные взгляды в её сторону выдавали их с потрохами, — Нужно навестить внуков, мало ли что, — дернув голову в сторону Хидои, старик остановился в ступоре. Её не было. Она испарилась. Старик стал крутить головой в поисках нукенина, но сколько бы он не искал, её не было.       — Меня ищешь? — голос девушки прозвучал вместе с криком ворона, прямо у уха старика. Дедушка резко развернулся и упал назад, второй же стоял и старался унять дрожь во всем теле, — Кому собрался доложить? Не раскрой ты пасть рядом со мной, я бы просто пошла дальше, — Конкетсу медленно достала катану из ножен и наставила острие на старика. Ткнув кончиком в подбородок дедушки она зло улыбнулась.       — Хокаге тебя покарает! — сухой крик пронзил уши девушки, и она дернула рукой порезав кожу дедушки, — Нахалка! Как ты смеешь? Ты хоть знаешь... — он не договорил, девушка взмахнула катаной обрывая его на полуслове. На шее появился ровный порез, тело упало на землю, а голова откатилась в сторону живого старика, который побледней от одного взгляда мертвого друга.       — Лишь старьё, которое собиралось испортить мне день, — словно его жизнь ничего не стоила, Хидои ткнула катаной в голову, откатив её подальше от себя, — Думал, что я ничего не пойму? В той стороне Лист, и судя по всему вы как раз от туда, — она холодно смотрела в его перепуганные глаза, занеся руку над головой, она готовилась к очередному убийству, — Мне не жалко, ни детей, ни женщин, ни стариков с нищими, ты совершил ошибку, когда начал говорить, — Хидои резко опустила руку.       Кровь прыснула в стороны, а рана начиналась от лица и заканчивалась у самого бедра. Хидои несколькими движениями убила двоих сразу, предотвратив их доклад. За ней будет хвост, а это ей не нужно, она двигалась в сторону Деревни Дождя, чтобы лчино встретится с Лидером. Да, они обо всем договорились, но и Лидером нужно было обсудить пару нюансов. Мадара не возражал и спокойно отпустил её в руки Пейна, которому уже доложили и приходе Хидои. Девушка сняла шляпу и подняла голову к небу.       — Жестоко, — прозвучало со стороны и девушка дернулась. Повернувшись корпусом в сторону звука, она взмахнула катаной и выкинула руку в сторону скидывая с лезвия кровь. Убрав катану в ножны, она взглянула в глаз нукенина, — Убить стариков таким способом, я знал, что ты добротой не отличаешься, но, чтобы настолько, — мужчина сложил руки под грудью, оперевшись спиной на ствол дерева.       — Быстрая и не мучительная смерть, всё как мы любим, — спокойно проговорила Хидои почувствовав какой-то подвох. Они разошлись буквально три часа назад, и вот он снова здесь, что-то определенно случилось, — Ты что-то хотел или просто соскучился по мне? — с иронией в голосе она поправила плащ и так же сложила руки под грудью.       — Не успел, хотел сказать, чтобы ты сменила свой маршрут, — девушка изогнула бровь в вопросе, — Иди этой дорогой, вниз к реке, а потом вдоль неё налево, — Мадара построил Хидои новый маршрут, который не внушал ей доверия. Она скептически посмотрела в ту сторону и вновь вернула взгляд на нукенина, — Не бойся, только спешу предупредить, что здесь поблизости твои друзья, если светиться не хочешь будь аккуратней.       — Они мне не друзья, — прошипела девушка сжав свои руки в кулаки. Она быстро надела шляпу на голову и опустила её на лицо, — Раз ты так просишь, я пойду этой дорогой, — Конкетсу свернула в сторону и стала спускаться с холма. Чем быстрее она дойдет, тем будет лучше.       — Хидои, — дождавшись её внимания, он оттолкнулся от дерева и повернулся к ней всем телом, — Без глупостей, помни о чем мы говорили, — Конкетсу кивнула и сошла с холма полностью. Она не знала, что ждет её там, но понимала, что Мадара не пошлет её в место, где ей грозит опасность. По крайней мере сейчас.       Девушка числилась в рядах Акацуки уже две недели, и за это время её руки полностью окрасились в красный цвет. Девушка стала убийцей за несколько дней, пусть она и не убивала без надобности, но людей, которые хотели уничтожить члена Акацуки было очень много. Чтобы защитить себя, ей приходилось убивать, и порой жестоко. Взять тех же самых стариков, которые лишь собирались доложить о ней. Хидои никогда бы не подняла на старика руку, но теперь она обезглавливала их без сожалений. Камень на душе давно прошел, кошмары не мучали, и она быстро смирилась с участью убийцы.       Хидои состояла в паре с Мадарой, и вместе с ним странствовала и убивала. И сколько бы они не ходили, постоянно попадали в какие-то ямы и дыры. Смеху то было, когда основатель Конохи скатился со склона в реку. Девушка шла по лесу, вдыхая приятный запах свежести и природы, чистое небо, сухая земля. Ничто не препятствовало её пути, даже ветки в лицо не лезли. Конкетсу скинула эту счастливую дорогу на отсутствие напарника рядом. Ведь только в его обществе, они попадали в природные проблемы, которые потом пол дня вытаскивали из своего тела.       Девушка спустилась к реке и увидела одежду на камнях. Конкетсу положила руку на рукоять катаны и стала осматриваться. Рядом было тихо, ни одного шума, казалось, что даже река остановилась на месте, прекращая свое течение. Ворон на её плече задергал своими крыльями, привлекая внимание Хидои. Девушка с волнением посмотрела на друга и ахнула, когда он резко взмыл воздух и улетел в чащу леса. Хидои ринулась за ним, но тут же остановилась, когда увидела его на плече человека в черном плаще.       — Кто такая? — голос Кисаме разрезал гнетущую тишину, и девушка тут же сорвав свою шляпу с головы ринулась к Итачи, который по ворону понял, что это Хидои, — Девчонка! — шикнул Кисаме наблюдая за тем как сильно она вжимается в грудь Итачи, и с каким трепетом он обнимает её плечи.       — Что же ты наделала, Хидои... — прошептал Итачи не в силах злиться на неё. Парень чувствовал как она дрожала в его руках, как сильно она вжималась исследуя руками его спину, — И что же нам теперь делать с тобой? — Итачи положил подбородок на макушку девушки и стал перебирать её длинные волосы пальцами.       Они с Кисаме ощутили чью-то чакру ещё на подходе Хидои. Парни ушли в чащу, оставив вещи у реки, чтобы посмотреть на действия врага. Но врагом оказалась хрупкая фигура с иссиня-чёрными волосами, и вороном на плече. Когда ворон сорвался в их сторону, и Итачи увидел шаринган, то сразу же понял, что неизвестная в Акацуки  — это Хидои. Сердце Итачи дрогнуло от осознания, что Хидои теперь тоже член Акацуки. Он боялся узнать, что она стала кланоубийцей и её изгнали из деревни. Учиху повернул голову в сторону напарника и кивнул, говоря тем самым, что все нормально.        — Брат… — от этого обращения, Итачи вздрогнул не понимая от куда она могла узнать о их кровной связи, — Почему ты скрывал это от меня? Ты же знал, как сильно я люблю тебя… — прошептала девушка и подняла свою голову. Голубые глаза засияли с неистовой силой.        Только от одних объятий в несколько минут, Хидои пришла в норму, в его обществе она не могла ни на кого злиться, и затея вступить в Акацуки уже не имела смысла. Для неё Итачи был перерождением и новой жизнью, ей было достаточно просто увидеть его, и она вернулась бы обратно в деревню, просить прощение у Хокаге. Итачи одним своим появлением вселил в неё жизнь, объятиями подарил спокойствие и душевное равновесие. Для Хидои, Итачи был всем — миром и жизнью, первый кто поверил в неё, кто не отвернулся. Первые глаза, которые загорались от её искренней улыбки.        — От куда ты знаешь это? Неужели семья тебе рассказала? — Хидои помотала головой и втянув в нос запах брата, отошла от него на шаг, — Объясни, что произошло, я не понимаю, как ты оказалась в Акацуки? Что с деревней? А главное, что с тобой? — парень заметил скучающий взгляд Кисаме и вновь кивнул ему, говоря тем самым, что он может идти.        — Ох… — Хидои не могла скрывать что-либо от Итачи, поэтому села у дерева, — История очень долгая, — парень все понял, и сел рядом с ней, — Всю правду мне поведал Мадара, ты наверняка знаешь, что он прикидывается дурачком, а на деле… — Итачи кивнул, жалея, что уберегая Хидои от опасностей в деревне, не смог уберечь её от Мадары, который быстро завладел расположением девушки, — С деревней все хорошо… Но теперь я нукенин высшего класса…        — Я знаю, о тебе вся Страна говорит, но, что ты забыла в Акацуки? — Итачи аккуратно положил руку на плечо девушки и заметил в голубых глазах капли слез. Девушка поджала губы собираясь с мыслями, она месяц держала все в себе, не могла даже вдохнуть без боли на душе.        Конкетсу начала все с самого начала: С появления Мадары перед заданием девушки. И дальше по порядку перечисляла проблемы и дополняла историю рассказом Мадары. Конкетсу жаловалась на Кайто и Акиру, рассказала о чувствах к Неджи, о её переживаниях и страхах. Солнце ушло за горизонт, а Хидои все говорила не позволяя Итачи и слова вставить. Рассказала о Данзо и свитке, который передал Кайто, о Тен-Тен. Конкетсу чувствовала себя ребёнком, который обо всем докладывал родителю в надежде ощутить поддержку и защиту. И она её получила, Итачи ни в чем не винил девочку, прекрасно понимая, что она стала такой же жертвой Данзо.        — Ты молодец, Хида, я рад, что ты не пошла убивать всех на право и на лево, — Учиха наблюдал как Хидои вытирала свои слёзы и с облегчением выдыхала. Его поддержка, его принятие было очень важно для Хидои. Девушка будто вернулась в прошлое, когда могла спокойно проводить с Итачи дни и ночи, разговаривать и смеяться с ним.        — Саске, — от упоминания младшего брата, Итачи вздрогнул и с интересом посмотрел на Хидои, ожидая, что она скажет ему. Конкетсу встала на ноги и стала снимать с себя плащ, а после стянула и кофту, прикрыв ею грудь, она опустилась на колени, спиной к Итачи.        Девушка не смущалась перед Итачи, ведь не испытывала к нему ничего кроме братской любви и привязанности. Тем временем Итачи с интересом рассматривал ее печать, которая окрасилась в красный цвет. Цвет его Клана. Саске использовал технику печати чистокровных, чтобы в любой момент призвать Хидои к себе. Учиха понимал, для чего это было сделано, она могла найти его в любой момент. Итачи отвернул голову, тем самым призывая девушку одеться и сесть на своё место.        — Я убью его, — прошептала Хидои и повернулась к Итачи уже одетая, — Знай это, если он действительно думает, что я буду просто смотреть на его попытку тягаться с тобой, то он ошибается! — шипение девушки вызвало лёгкую улыбку на лице Итачи, — Цена этому будет моя жизнь, я готова отдать её ради тебя.        — Не говори глупостей, Хидои, — Учиха был готов к своей смерти от рук младшего брата, но его пугало, что будет после. Что станет с Хидои, для которой он был всем миром? Болезнь с каждым днём становилась все сильнее, а силы Итачи все слабее. Даже если его не убьёт Саске, он умрет собственной смертью. Выбора не было, — Не жертвуй ради меня своей жизнью, у тебя ещё все впереди, а мое время подходит к…        — Замолчи! — рявкнула девушка поймав себя на мысли, что впервые разговаривает с Итачи в таком тоне, — Не смей решать за меня! — Конкетсу схватила брата за грудки и заглянула в его глаза, — Ты не умрешь! Не умрешь, слышишь! Я не позволю этому сопляку убить тебя… Только через мой труп! Чего стоит моя жизнь, по сравнению с твоей? — то, что она постоянно говорила Неджи, защищая его от опасности, теперь говорит Итачи, который легко согласился со смертью от рук Саске.       Итачи смотрел в ее глаза и видел там злость. Только одно упоминание Саске и его мести, вызвало в ней бурю эмоций. Он понимал, что Хидои верна своему слову, и действительно не позволит Саске и шаг к нему сделать. Преданность Хидои была свыше любых похвал, то с каким сердцем она это говорила, то с каким взглядом говорила о его возможной смерти. Резало Итачи с каждым разом все сильнее и сильнее, но она всё ещё Конкетсу. По приказу Саске, она будет оставаться в стороне, посмеет сделать шаг, познает такую боль, которая ей даже и не снилась. Учиха подумает над тем как оставить Хидои в стороне до завершения боя, а пока решил просто кивнуть, чтобы успокоить её.        — Хидои, ты… — внезапно девушка схватилась за виски и зажмурила свои глаза, — Что с тобой? — парень положил руку на плечо смотря на лицо полное боли. Девушку внезапно одолела жуткая головная боль, было ощущение, что она вот-вот лопнет, или же расколется на двое.        — Саске, сволочь, — парень начал действовать и призывал к себе Хидои с помощью силы печати.