Грязнокровка

Четвёртая дивизия.

      Конкетсу стояла в толпе шиноби из четвертой дивизии, она осматривала каждого с легкой улыбкой, коварная, зловещая, присущая Конкетсу Акире. Женщина слушала речь Казекаге в пол уха, ей было плевать на то, кого он там хочет спасти, и чего хочет добиться. У Акиры была иная цель в этой войне, ей было по боку на биджу, на Акацуки. Она пришла сюда только за одной целью, и совсем скоро она будет достигнута. Акира подняла свои руки и положила их на плечи шиноби, пропуская свою чакру через них.       — Прошу прощения, — когда они повернулись на неё, женщина лишь улыбнулась, как бы говоря, что не имеет ничего личного, — Ошиблась, спутала вас со своими друзьями, — она проследила как их головы вновь поднялись вверх, а сама она отпустила их плечи. Цепная реакция, они будут передавать её чакру с любым касанием, но никто ничего не почувствует, её техника была идеальна, ни одного изъяна.       Когда речь всё-таки закончилась, а толпа стала поддерживать Казекаге, Конкетсу сложила пару печатей, а после, прикусив свой палец, провела им по ладони. Окружив небольшую площадь в воздухе своей чакрой, она воспользовалась техникой призыва. Маленькие белые бабочки, которые были незаметны и не привлекали внимание. Бабочки разлетелись в разные стороны, огибая ноги шиноби с разных сторон. Вот и пошло дело, она приближается с каждым шагом.       Её не интересовала сохранность рядовых шиноби, её интересовала сохранность лишь Хидои и Кайто. Эти дети, рожденные в гневе и презрении, смогли подняться выше любого чистокровного. Дети, которые прошли сквозь огонь и воду, чтобы показать всем, кто они такие. Кайто, Хидои и Гакупо – шиноби, которые должны были остаться в живых не смотря ни на что. Акира пообещала сама себе, что не позволит им умереть, именно эти трое должны жить. Без них она ничего не сможет сделать.       — Вот и всё, — шепот, который никто не услышал, на лице расцвела усмешка, речь закончилась, и она стала смотреть на четвертную дивизию с помощью бьякугана. Неловкие движения, случайные касания, словно заразу, они передавали её чакру, растягивая по большей половине, — Победа за мной, — наблюдая своих бабочек, она усмехалась, для кого-то помощь, а для кого-то погибель, — Будешь сражаться со мной Госпожа Кумифу, интересно... — смотря в небо прошептала куноичи, ощущая чакру сестры Куюфи.

Пятая дивизия. 

      Гакупо был определен в пятую дивизию благодаря технике вращения и вливания чакры, он мог контролировать за один раз около десяти-пятнадцати противников. Он наблюдал членов Яманака, Инузука, Абураме, которые обладали особыми клановыми техниками. Конкетсу смотрел на них, подмечая мелкие детали. Все они были друзьями, это было заметно лишь взглянув на детей этого клана. Мужчина представлял как и его дочка так беззаботно улыбается с другими детьми, словно они не собирались на войну. Дочь.        Девочка, которую он так хотел увидеть, та, которая перевернула его мир, стоило ей в первый раз улыбнуться, а когда малышка произнесла: «Папа», он чуть сознание не потерял. Он растил её, пусть и загружал ожесточенными тренировками, но он никогда не сомневался в своих чувствах к ней. Лучезарная Хидои, которая старалась улыбаться, даже когда было очень больно и страшно. Не всегда её улыбка была доброй, чаще всего это была злая улыбка, но Хидои не плакала на людях, она улыбалась, чтобы никто и подумать не мог, что ей плохо, страшно или же больно.        Гакупо решил сражаться до последнего, мотивируя себя лишь одним: «Я хочу увидеть улыбку своей дочери ещё раз. Я хочу увидеть её счастливой ещё раз. Я хочу обнять её, ещё раз!». Именно это и дарило ему силу и волю сражаться до последнего. Он желал увидеть Хидои ещё раз и ещё, видеть и слышать её, радоваться за её счастье и просто быть рядом. Ведь до смерти Куюфи он почти не уделял ей должного отцовского внимания. Тренировки, тренировки и ещё раз тренировки. Он вырастил её как член клана Учиха, а не как отец и глава клана Конкетсу.        — Гакупо – сан, — голосок, который вывел его из раздумий, мужчина перевел взгляд на девушку со светлыми волосами, — А вы знаете же, что Хидои назначили заместителем Командира? — Ино с какой-то иронией задала этот вопрос. В голосе прямо слышалось недоверие, как это грязнокровка из клана, который потерял всякое доверие деревни, становится заместителем командира? — Только она и Шикамару стали заместителями командиров. Шикамару, то понятно, а вот Хидои…        — Сомнения в голосе, неприязнь и ненависть во взгляде, — прошептал Гакупо, смотря в потерянные глаза Ино, — Моя дочь пусть и не святая, но она никогда не предавала деревню, и пользуется доверием у Хокаге, — Конкетсу был горд внутри души, его дочь – заместитель Командира. Произойди что, и именно она будет принимать решения и руководить дивизией, — Она справится.        Он хотел увидеться с ней вновь. Его наполнила радость изнутри, его дочь – заместитель командира, а не просто рядовой шиноби как он. Гакупо всегда гордился своей дочерью, никогда не стыдился её, в отличии от покойной жены. Ненавидел ли он в какой-то степени Хидои за то, что она убила Куюфи? Нет. Она избавила их от монстра, которого он самолично пригрел на своей груди. Он создал эту женщину, дал ей власть и силу, а ненавистная ею дочь смогла избавиться от неё.        — Это война, отец, — прошептала Хидои, сжав свои ручки на коленях, она прикусила губу, а после подняла голову вверх, смотря печальными глазами на папу, Хидои не боялась своей смерти, но вот увидеть смерть дорогих людей, было для неё самой страшной картиной, — Я готова отдать жизнь за Неджи и Хинату, и если понадобится я сделаю всё, чтобы защитить их, — было видно, что Хидои желала хорошего окончания войны, где все останутся живы, но было ли это возможно на войне?       — Ты больше не связана с ними печатью, — прошептал мужчина, смотря на свое чадо, девочка, которой пришлось слишком рано повзрослеть, принять жестокость мира и стать его частью, — Дочка, ты же ведь...       — Я не брошу их умирать, я была рождена грязнокровкой, ей и умру, — по её тону и взгляду Гакупо понял, что разговор на эту тему закрыт, больше она ни слова не скажет. Одна только мысль, что он мог потерять её, мог больше никогда не увидеть приводила в ужас и тоску, — Папа, я люблю тебя, — она прощается со всеми, чтобы никого не обидеть, чтобы если вдруг она умрет, никто и не подумал назвать её невежей. Она попрощается со всеми.       — И я люблю тебя, доченька...       — Мне пора идти, отец.       Перед глазами мужчины пролетела белая бабочка, которая села на сгиб запястья, но не прошло и пары секунд, как она просто впиталась в кожу. Гакупо свел брови к переносице, эта техника была ему незнакома, но стоило ему закатить рукав и увидеть белую полосу, как он всё понял. Техника, которую использовала только одна куноичи во всем мире шиноби. Но для чего? А точнее будет спросить, в какой момент она применит эту технику? Зачем использует на нём? Попали ли в эту технику и другие шиноби из Альянса?

Дивизия Медиков.

      Кумифу определили в дивизию медиков, и она ничуть не возражала, она больше специализировалась на медицинских ниндзюцу и фууиндзюцу. Возможно с её запечатывающими техниками её стоило отправить в один из передовых отрядов, но решение было за пятеркой Каге, поэтому она ничего против не имела. Женщина собирала свои вещи под командованием Шизуне, правая рука Хокаге, так ещё и хороший медик. Им всем было далеко до уровня Цунаде, но и уступать они не собирались.       — Кумифу – сан, вы же ведь Конкетсу? — вопрос со стороны принудил женщину перевести свое внимание на розововолосую куноичи. Кумифу молча кивнула, смотря на девушку с еле видным интересом. Что ученице Цунаде понадобилось от неё? — Раньше я вас в деревне не видела, разве в клане Конкетсу есть ирьёнины?       — Как видишь, — что-что, а вот грубость точно передавалась по наследству, ещё от основательницы клана, — Что ты хотела от меня? Совсем скоро мы уже выступаем, давай сейчас решим все вопросы, — Кумифу не знала её имени, и знать не хотела. Она, как медик клана Конкетсу, должна помочь не только своим соклановцам, но и чистокровным. Розовласка не относилась ни к первым, ни ко вторым.       — Вы наверное родственница Хидои, — приложив пальцы в кончикам бровей, Сакура тяжело вздохнула. С членами клана Конкетсу всегда было тяжело общаться, они либо грубые, либо двинутые на голову, либо два сразу, — Мы выступаем как поддержка за четвертой дивизией, может разделят и отправят к передовой дивизии, — это ей сказала Шизуне, они двигаются за Казекаге, а потом возможно их разделят, — Если этого не произойдет, то мы поставим лагерь, — так как Кумифу не подошла когда они разговаривали, Шизуне попросила доложить ей всю информацию.       — Ясно, — кивнув, Конкетсу отвернулась от Сакуры, продолжая свои небольшие сборы, — Чего тебе, девочка, я... — женщина не договорила, прямо перед её лицом появилась бабочка, которая села прямо на лоб куноичи. Активированный бьякуган позволил ей увидеть, как бабочка просто впитывается в её кожу, — Дерьмо! — женщина начала складывать печати, и в ту же секунду из её лба вылетела бабочка, — Эй! Какая самая ближняя дивизия к нам?       Кумифу сцепила зубы, эта техника... Страшная вещь, которую использовала куноичи из клана Конкетсу, а если быть точнее, куноичи, которая только прикидывалась членом их клана. Акира не являлась членом клана Конкетсу, и водила всех за нос, что было бы, если бы она не пришла в клан, для того, чтобы передать катану законной владелице? Кумифу не знала, что на уме у этой женщины, но она не могла позволить ей провернуть технику на ней. Ирьёнине клана Конкетсу! Она столько времени и сил потратила, чтобы просто проиграть какой-то девице?!       — А? — Сакура сначала не поняла вопроса, а потом задумалась буквально на несколько секунд, — Четвертая, — Харуно стала наблюдать, как женщина стала складывать огромное количество печатей, девушка не знала, что это за техника и для чего эти печати. Ведь когда Кумифу сложила печать овцы, на её лице возникла усмешка.       — Поиграем, самозванка, — шепот, который вырвал из тела Сакуры дрожь, вынуждая её рассыпаться по телу с огромной скоростью, — До Хидои и Кайто добраться не смогу, но вот Гакупо ещё помогу. Спасаешь или убиваешь, Акира? — вопрос заданный в воздух, Сакура понятия не имела, что она там шептала себе под нос, но от злых голубых глаз стало не по себе.

Вторая дивизия.

      Конкетсу бежала по лестнице вниз в сторону своей дивизии. Она обговорила с Цунаде все нюансы, рассказала ещё раз, что знала о Зецу и Мадаре, а после ушла. Ночь была крайне беспокойной, ей снились её братья, Рё, Неджи и отец. Хидои просыпалась с мнимым криком, и ужасом, который застыл на её лице. Они что-то постоянно шептали ей, кричали и плакали. Просыпаясь, она сама ощущала мокрые дорожки от слёз. Покойные и живые в одном ряду, накручивала ли она себя перед сражениями или же это могло что-то значить?       Спрыгнув вниз, Хидои на ходу выхватила новую повязку со знаком объединённых сил шиноби, так же на ходу Конкетсу завязала повязку на лбу и увидела в дали Неджи и Хинату, которые слушали Динго. Рядом с ними стоял и Кайто, который хмуро поглядывал на новую знакомую из Облака. Сейчас они были едины, сейчас они одна большая команда, и разделить их можно было только по цвету формы. Гаара сказал отличную речь, которая хоть немного, но смогла сплотить Альянс. Ненависть была понята, ссоры были понятны, но на войну от этого нужно было избавиться и сражаться рука об руку.       — Как тебя звать то, красавица? — Хидои услышала обрывок фраз Кайто, парень лукавым взглядом смотрел на куноичи со светлыми волосами, которая тем временем сверлила его взглядом, — Глазки красивые, но они твоего имени мне не скажут, — парень сложил руки под грудью, пока не ощутил знакомую чакру катаны, которую он хорошо изучил.       — Динго, — девушка так же ощутила эту чакру, они разом повернули головы в сторону и увидели Хидои, которая первым делом пошла к Командиру дивизии. Конкетсу разговаривала с ним не долго, они обменялись парочкой слов, а потом поклонились друг другу и разошлись в разные стороны, — А вот и заместитель Командира, — сложив руки под грудью, девушка с доброй улыбкой посмотрела на темноволосую куноичи.       Конкетсу металась глазами в разные стороны, пока не остановила голубые очи на парне с длинными каштановыми волосами. Конкетсу смотрела Неджи в глаза, понимая как же сильно она его напугала своей выходкой. Сбежала из деревни ночью, утром не появилась и вышла только сейчас. Она бы убила Неджи, если бы он так поступил, но она не он. Хьюга лишь тепло улыбнулся, ощущая привкус радости внутри, да какая война может волновать, когда она рядом с ним? Парень раскинул руки в стороны, приглашая девушку к себе.       В то же мгновение Хидои сорвалась с места и влетела в объятья парня, сжимая его шею в кольце своих рук. Радостные писки, которые вылетели из её тела, и приятный на слух тихий смех Неджи. Парень обнимал девушку за талию, прижимая её к себе, приятный запах её волос, и хрупкое тельце в руках. Она в миг успокоила его, но опечалила парня, который смотрел на это со стороны. Он тоже волновался, тоже переживал, но девушка даже не обратила на него внимание. Кайто смотрел с какой счастливой улыбкой она обнимала Неджи, как прижималась к нему, и ему становилось завидно.       — Никогда больше так не делай, слышишь? — прошептал парень, опаляя её шею своим дыханием. Конкетсу покрылась мурашками, а после кивнула, — Ты так напугала меня, Хидои, даже не представляешь, — зарывшись носом в её волосы, он наслаждался этим спокойствием, которое будет не долгим. Отряды уже начинают выдвигаться, а они стоят в этой толпе, прижимаясь к друг другу.       — Прости, это было срочно, я расскажу тебе всё по дороге, — она отодвинулась от него, не расцепляя своих рук, и тут же прильнула к его губам. На долю секунды, на мгновение, лишь бы ощутить их вкус и запомнить на время войны. Оторвавшись от губ Неджи, Хидои неловко улыбнулась, а её щеки покрылись румянцем, — Всё будет хорошо, — уверено заявила девушка и поймала кивок Неджи. Лишь его улыбка могла развеять все сомнения, которые закрадывались в голове.       — Хидои – нее – сан, — Хината коснулась её плеча, все лицо было красным, а сердце бешено билось. Она была так рада за брата и Хидои, так рада, что у них всё хорошо, то как Неджи прижимал её к себе, как зарылся носом в её волосы, вдыхая её запах, как Хидои поцеловала его, и о боже, этот взгляд. Кто ещё так будет смотреть друг на друга, как не влюбленная пара? — Мы так волновались...       — И ты прости меня Хината, — Хидои всё ещё была в руках Неджи, но это не мешало ей немного повернуться в сторону, чтобы посмотреть на Хинату. Голова Неджи покоилась на её плече, а нос и лицо были скрыты за волосами, он зарылся в них, а носом водил по шее Хидои. Эти моменты были дороже всего на свете, моменты спокойствия, — Меня назначили заместителем Командира, я хотела отказаться, но Цунаде – сама настояла, — склонив голову в бок, она потерлась щекой об волосы Неджи, слыша его приглушенный смех.       — Отлипни от Хидои! — Хидои уж подумала, что Кайто изменился за этот срок, но нет. Конкетсу зло посмотрел на ухажера Хидои, и сделал буквально один шаг, как на его плечо легла рука, а руку стало бить мелким током, — Милашка Динго, чего тебе? — парень покосил на неё голубые глаза, ощущая как ток проникает под кожу. Тут на них внимание обратил и Неджи, который нехотя выбрался из волос Хидои, отлипая от её плеча.       — Отстань от них, времени итак мало, — Динго сжала пальцы на его плече, пропуская небольшое количество молнии через его тело. Это ощущалось как покалывание изнутри, не больно, но и не особо приятно, — Привет, Хидои, давно не виделись! — радостно проговорила девушка и помахала ей второй рукой. Новая форма, а так же закрепленный клинок за спиной, с этим клинком она познакомилась ещё ночью. Невероятная сила и мощь, и все это было в руках Хидои, которая легко управляла катаной Хироночи.       — А тебе то что?!       — Говорю отвали от них! Что непонятного, Кайто Конкетсу!? — этот вопль был остановлен внезапным всплеском смеха двух куноичи. Хината и Хидои в руках Неджи звонко рассмеялись, привлекая в себе внимание. Девушки заливисто смеялись, пока Хината складывалась вперед, Хидои уткнулась носом в плечо Неджи, не в силах остановиться, — Я думала она не умеет смеяться...       — Я тоже, — прошептал Кайто, смотря на Хидои, которая звонко смеялась, чуть ли не повисая на Неджи целиком. Такая абсурдная ситуация, война началась, дивизии уже выдвигаются, а они стоят здесь и спорят, Хидои и Неджи просто обнимались, словно ничего и не было, словно нет войны, — Идемте... — на его слова кивнул Неджи, который, опустив одну руку, стал идти с Хидои вместе с другими шиноби из второй дивизии.       Внезапно, в не поля зрения появились белые бабочки, незамысловатый узор на их крыльях, и видимые красные усики. Их было всего две, одна села на плечо Хидои, а другая на плечо Кайто. Нескольких мгновений хватило, чтобы они просто впитались в их тела, оставляя на предплечьях белые линии. Их не было видно и шиноби сами не заметили их, но вот эти полосы на руках сыграют огромную роль в будущем. Хидои лишь кинула взгляд в сторону, но ничего не заметив, продолжила путь со смехом в голосе.       — Это Хидои? — шепот, который прервал волну радостного смеха Хидои, девушка стала успокаиваться, смотря в сторону, двое шиноби шли почти рядом с ними, парни рассматривали девушку не стесняясь, — Да! Эти голубые глаза, это и правда она! Говорят, она убила десяток детей и их матерей, — неправда! Ложь! Хидои убила лишь женщин в клане Юки, и это была вынужденная мера! И Хокаге знала об этой мере, Неджи и Хината знали, малыш Рё... Она спасла его из этого ужаса.       — А мне говорили, что когда она работала в Акацуки, была самым жестоким отступником! — вот и второй парень подключился, они разговаривали в голос, чтобы это слышали все, включая Хидои и её компанию. Ребята шли молча, слушая, что говорят парни, но это не на долго, стоит им только черту перейти, — Друг на границе рассказывал, что она обезглавила двух стариков, которые лишь взглянули на неё, — и этих людей она тоже помнила, и убила она их, чтобы старики не смогли доложить в деревню, где она.       — А ты не слышал, что её красные глаза способны убить, а белые свести с ума, — Хидои уже отошла от Неджи, который смотрел на неё с печалью в глазах. Это было правдой, но не всё, что говорили. Конкетсу сжимала руки в кулаки, прикусывая нижнюю губу, не особо приятно было это слушать, учитывая, что она уже давно не член Акацуки, и никогда себя им не считала. Правду знали лишь Хокаге и Неджи, она докладывала всё Хокаге и помогала предотвратить нападения и убийства.       — Да уж, куда смотрит Хокаге, прощая такого отброса.       — Куда смотрят ваши Каге, отправляя вас представлять страны, которым вы служите, — тут уже вмешался Неджи, обрывая их фразы и попытки задеть Хидои ещё сильнее. Девушка не ощущала себя сильно задетой, но слушать такое вранье о себе было неприятно. Они говорили громко, привлекая внимание, пытались подбить и остальных, — Закройте рты, пока это не сделал я, — вот и Хидои подняла взгляд на Неджи полный благодарности и радости. Она была ему очень благодарна. Хьюга улыбнулся Хидои и вот их пальцы соприкоснулись.       — Им рты зашить надо, — вот подключился и Кайто, после войны он многое им скажет и покажет, когда конечно восстановит чакру. Его злили эти слова больше, чем саму Хидои, это ведь он был виноват во всем этом, но это он делал исключительно для самой Хидои. Он спас её жизнь, и будущее клана Конкетсу, — Льете тут свои помои на Хиду, думаете мы молчать будем?       — Верно, Хидои – нее –сан, ничего плохого не делала!       — Спасибо.

***

      Вторая дивизия отошла от основных сил в сторону, где остановились на небольшом обрыве. Они ждали дальнейших указаний, ведь врагов по прежнему не было видно, Командир отряда стоял у самого края, высматривая врагов. Хидои, Кайто, Неджи, Хината и Динго, которые к своему огромному удивлению сдружились, если можно так сказать. Хидои, Хината и Неджи мило ворковали, Кайто и Динго, то цапались, то спокойно разговаривали. Всё это могло меняться, только вот Кайто и Хидои лишь цапались. В общих чертах, они слегка сдружились за несколько часов беготни.       — Поступил приказ! — парень, который принимал все указания от штаба, ринулся к Командиру, а тот тем временем развернулся на него, внимательно слушая, — Тысячи Зецу передвигаются под землей!       После услышанного, обладатели бьякугана тут же активировали его, смотря под землю. И правда, огромное количество врагов, которые были в нескольких метрах от второй дивизии. Хидои и Кайто, словно по щелчку, положили свои руки на рукояти катан, ожидая приказа от Командира, пока в голову Хидои не пришла гениальная мысль. Девушка подбежала к Командиру, заглядывая в его глаза.       — Нам нужно не только вытурить их, но и ударить по большей площади, — Конкетсу услышала обрывок фраз, они собирались использовать земляную технику, чтобы достать всех Зецу, — Я и Кайто способны ударить по площади, да так, что сэкономим огромное количество чакры других шиноби, — девушка сейчас намекала на использование Хироночи. Они использовали их не только как оружие, но и как хранилище для чакры, которую вливали в неё.       — Верно, — Кайто, услышав свое имя, быстро присоединился к разговору. Они будут работать вместе, когда такое в последний раз было то? Парень скосил глаза на Хидои, которая внимательно смотрела на Командира, — Наши техники позволят избавиться от большей части врагов, — после его слов Командир повернул голову в сторону Кайто, — На это расчет.       — Хорошо, если вы уверены, то поступим именно так, — Командир кивнул своему заместителю, и они вместе со своей дочерью спустились вниз, чтобы использовать стихию земли и поднять врагов на землю. Тем временем Кайто и Хидои должны были определиться с последовательностью и принять решение.       Хидои вынула из-за спины свою катану черно-красного цвета, тем временем Кайто медленно с противным лязгом достал свои клинки, точно такого же цвета. Шиноби стояли там, где до этого стоял командир, они внимательно следили за действиями шиноби Земли. Зецу под землей, они используют свои техники Хироночи, чтобы избавиться от половины врагов, но даже если не выйдет избавиться, они потеряют не так много чакры. Вливание чакры в катану было очень удобно, в любой удобный и нужный момент можно было позаимствовать свою же чакру у катаны и не пасть во время сражения.       — Для начала я ударю огнем, — это было наилучшем решением. С помощью техник Кайто они смогут обездвижить оставшихся противников, и сражение пойдет проще, — Используешь свою технику только после меня, — девушка скосила глаза на Кайто, а тот закивал, улыбаясь как кот. Хидои лишь фыркнула, раздражал он её, ну вот что тут поделать. Обиды так быстро не забываются в этом случае, она помнит всё, что он говорил и делал.       — Конечно, котёнок, как скажешь – так и будет, — парень облизнул нижнюю губу, а после повернул голову назад, смерив Неджи не особо добрым взглядом. Только вот Неджи смотрел лишь на спину Хидои и её длинные волосы, которые развивал тёплый ветер. Хьюга интересовался только одной из Конкетсу, и это бесило Кайто, его бесили отношения Неджи и Хидои, они злили, — Чертов...       — Хидои, Кайто! — крик снизу, который принудил шиноби Конкетсу обратить на них внимание. Вот они складывают печати и ударяют руками по земле, перед ними образовался вулкан, который извергал из себя сотни Зецу, они валились в разные стороны, и с каждой секундой их становилось всё больше и больше, — Ещё немного! — с этими словами из вулкана повалилось ещё больше Зецу, и только спустя несколько минут это все прекратилось и Командир дал знак.       Конкетсу прыгнули в разные стороны, оказавшись с двух сторон от Командира и дивизии, которая наблюдала за ними с огромным интересом, они стали активировать свои техники. Первая была Хидои, а потом уже Кайто. Ударь они в одно время, пострадают и шиноби, а так рисковать нельзя, поэтому бить будут по отдельности и через небольшой промежуток времени. Конкетсу стала перекручивать катану пальцами, а после остановила её лезвием к своей руке. Красные полосы, которые были выгравированы по всему лезвию, засветились, привлекая к себе внимание.       — Катон, — девушка в ту же секунду прокручивается на одной ноге, согнув вторую в колене и откинув вес тела назад. Выкинув руку в сторону, она проносит горящее в алом свете лезвие, по горизонтали, образовывая тем самым линию едкого пламени. Пламя в дугообразной форме неслось на Зецу, охватывая их по пути и сжигая заживо. Конкетсу внимательно смотрела за этим, медленно поднимая руку вверх.       Кайто, который стоял с другой стороны, следил и за рукой Хидои и за Зецу, которые горели в небе. Сила Хироночи и правда удивляет, Хидои могла выкинуть похожее с подделкой, что же будет когда она научиться управлять ею, как прошлой катаной? Стоило руке Конкетсу резко опуститься вниз, как парень стал концентрироваться на своей технике. Лезвия парных клинков, поменяли свой цвет на белый, цвет снега и льда. Полосы засветились белым цветом, и теперь шиноби посмотрели в его сторону, ожидая, что же выкинет Кайто в противовес технике Хидои. А парень резко свел руки вместе, ударяя клинками друг об друга.       — Хьётон! — Кайто удерживал острие вместе, а вот рукояти развёл в сторону, чтобы после звонко ударить их цубами друг об друга. Улучшенный геном Кайто – лёд, именно его он использовал с клинками Хироночи. Из середины, где были соединены острия клинков, в виде луча вырвался лед, который как и огонь затрагивал Зецу по пути приближения к основной массе. Выпустив клинки из рук, парень стал складывать печати, чтобы после ударить руками по земле, — Хьётон: Хёукаги но дзюцу, — лёд на огромной скорости стал охватывать Зецу, которые успели опуститься на землю и избежать их атаки.       — Неплохо, — Командир смотрел на итог, и был приятно удивлен, они и правда ударили по большей площади, избавляя их от половины Зецу, только вот никто и не думал, что из под земли полезут ещё Зецу, которые были равны той части, которую Кайто и Хидои атаковали. Командир смотрел на Зецу, которые лезли отовсюду, — Плохо.