mutual pain

Вот уже второй день Чимин без Чонгука, так как тот уехал в Тэгу, в свой родной город, чтобы подписать бумаги по расширению своей компании, которая теперь будет еще и в Тэгу развиваться. На второй день без Чонгука у Чимина началась течка и самый настоящий ад, потому что живот болел намного сильнее, чем во все прошлые разы, а возбуждение чувствовалось гораздо "ярче". Наверное потому, что сейчас Чимин из-за течки отчётливо мог чувствовать запах альфы, в то время, как в своей квартире он чувствовал только собственный запах. Омега совсем не знал, что ему делать и как унять боль и возбуждение во всем теле. Раньше он пил подавители, однако сейчас они противопоказаны ему. Единственное, что его утешало и заставляло терпеть - это то, что Чонгук должен был вернуться уже сегодня вечером. Но до вечера ведь так мучительно долго.. Хотя, по сути, часа два? Чимин собрал дрожащими руками все вещи Чонгука из шкафа и разбросал их быстро по всей кровати, чтобы в итоге улечься в одной майке на них, притянуть поближе к себе и вдохнуть их запах.. Такой родной запах.. Чонгуков.. Лёгкими поступательными движениями, омега начал тереться об чужую одежду, тихо постанывая, а затем кончая. Боже! Он кончил на одежду Чонгука! – Прости меня за это, пожалуйста, но я правда слишком нуждаюсь в тебе сейчас.. – прошептал сам себе омега, в голове вырисовывая образ Чонгука, его сильные руки, что скользят сейчас по его бёдрам. Но правда в том, что по его бёдрам сейчас скользят собственные руки, оглаживая кожу. "Ты не против, если мы с тобой немного развлечемся?" – словно набатом по голове всплыли воспоминания с той ночи, когда Чимина изнасиловали. Заскулив, омега начал проклинать свою омежью сущность. Проклинать за то, что не может ничего сделать с собственным возбуждением. Проклинать, что боится близости с Чонгуком, но в то же время хочет, чтобы тот его взял грубо на каждой поверхности дома. Слезы текли по щекам, когда пальцы почти невесомо скользили выше, к заветному местечку. Чимин чувствовал себя сейчас самой настоящей шлюхой, представляя картинки с пометкой "только для взрослых" и выбрасывая из головы все плохие воспоминания. Чонгук же не сделает ничего плохого? – Я люблю тебя, Чонгук.. Я люблю тебя.. – трахая себя уже двумя пальцами, говорил омега. Чимин вздрагивал при каждом разе, когда пальцы касались простаты. Он кончал и плакал, чувствуя себя грязным, но ничего не мог поделать с этим. Телефон разрывался из-за звонков Чонгука, но Чимин совсем не хотел брать его, а в чем смысл? Он будет шмыгать носом и говорить сорвано из-за слез и возбуждения. Кому будет из-за этого лучше? Чимину? Чонгуку? Тело уже совсем ослабло и мышцы болели, но возбуждение никак не сходило. Может, ответить за звонок Чонгука всё-таки было не такой уж и плохой идеей? – Чонгук.. Чонгук.. – скулил Чимин, чувствуя, что запах дождя с примесью мокрого асфальта стал чувствоваться гораздо сильнее, а собственная смазка начала выделяться еще обильнее. Подняв затуманенный взгляд вверх, омега увидел смутно чей-то силуэт и не было сомнений – это Чонгук. Альфа стоял в дверном проёме, не шевелясь и кажется, не дыша. У Чимина началась течка! Во всем доме пахло скошенной травой и она так дурманила, что казалось, что это марихуана. – Чонгук, пожалуйста.. Альфа нервно сглотнул, из последних сил сдерживаясь. – Скажи мне, Чимин-и, чего ты хочешь? Чтобы я ушел или остался? – это было произнесено так серьезно и в то же время сексуально, что Чимин застонал. – Черт, Чимин.. – рыкнул альфа, цепляясь за дверной косяк и царапая по нему. Собственный стояк уже упирался в ширинку дорогих брюк. Если Чимин сейчас не ответит, то альфа решит сам и это решение может повлиять на их отношения в будущем. Если Чонгук сейчас сорвётся, то Чимин будет шататься от него. – Хочу.. Тебя.. Останься, прошу.. – простонал Чимин, метаясь по кровати и разбросанной одежде Чонгука. Альфа сразу же срывается со своего места и нависает над Чимином. Он так долго этого ждал и сдерживался. Он хочет Чимина. Он хочет ЛЮБИТЬ его в своей кровати до конца своей жизни – нежно, иногда грубовато. Он просто хочет любить его. – Я люблю тебя, мой милый. – в перерывах между поцелуями произносил Чонгук, оглаживая худые бедра Чимина. – Мой любимый, мой самый желанный. Я так сильно люблю тебя. Чимин плакал сквозь поцелуй. Он счастлив. Он чувствовал, что любим. Все страдания прошлого сейчас казались такими ничтожными перед такой любовью. Любовью двух истинных, которые слились в страстном поцелуе. – Чонгук, молю, войди в меня. – жалобно проскулил Чимин. – Я уже растянут. И для альфы эти слова, как зелёный цвет. Закинув ноги Чимина себе на плечи, альфа осторожно вошёл в омегу, сдерживаясь, чтобы не сорваться и не насадить Чимина по полной. Внутри младшего было узко и хорошо. В Чимине хотелось раствориться. Чонгук целовал губы, мокрые от слез щеки омеги, шепча слова любви. Спускался губами и целовал хрупкую тонкую шею, оставляя на ней засос, а затем и свою метку. Чимин вскрикнул из-за боли, но затем закусил губу от наслаждения, потому что альфа начал зализывать укус и двигаться быстрее внутри омеги. Младший покрепче прижал старшего за шею к себе, хватая воздух губами. Сейчас они были оба на пределе, на той самой грани между реальным миром и фантазией. Чимин стонал. Стонал, потому что каждый толчок попадал по простоте, что вызывало волну наслаждения и табун муражек. – Я люблю тебя. – вырвалось из уст омеги в порыве оргазма. Белесая сперва брызнула на собственный живот. Чимин сжал внутри себя Чонгука, из-за чего альфа через некоторое время тоже кончил. – Я хочу сцепку. – прошептал омега и молящим взглядом посмотрел на любимого, когда альфа собирался выходить из нутра младшего, думая, что тот не хочет сцепки. – Хорошо, мой хороший. – поцеловав в лоб, скинув с себя ноги омеги и перевернувшись на спину, произнёс альфа. – Я так счастлив. Спасибо, Чонгук. За все спасибо. Кажется, я никогда не перестану тебя благодарить за то, что ты делаешь для меня. – лежа на альфе, произнёс омега. Сил совсем не осталось. Течка еще не закончилась, но пока длится сцепка, организм может отдохнуть. – Я делаю это, потому что ты мое счастье. Ты моя любовь. Не плачь больше никогда, ладно? – прошептал альфа, массажируя кожу головы омеги. – Ладно, мой альфа. – промурылкал Чимин, буквально тая в РОДНЫХ объятиях. У них впереди еще неделя и целая жизнь для того, чтобы признаваться друг другу в любви.