Любовь зла-полюбишь и... сестру?

- Роуз, помни, никаких диет. Гарри, следи за сестрой. Старайтесь в лес глубоко не заходить, купайтесь осторожнее, тем более Роуз не умеет плавать. Я вам дала деньги, чтоб, если что, ходили в магазин. Кстати, самое важное, Гарри, не гони! Езжайте на приемлемой скорости. - Ладно, мам, - раздражённо произнёс Гарри, пихая чемодан в багажник. - Всё будет хорошо, обещаю. Гнать не буду. Всё, Роуз, садись в машину. Я последний раз обняла маму и села на переднее сидение. Гарри помахал маме и уселся за руль. Мы поехали. Пробок было ужасно много. Гарри ругался так, что, наверное, было слышно даже на улице. Я просто воткнула наушники в уши и стала слушать любимые песни. Под песни Ланы Дел Рей я вспоминала всё, что пережила, потому что её песни побуждали воспоминания и успокаивали. Под песни Imagine Dragons я понимала, что жизнь лучше, чем кажется, а под песни Ramsstein я устраивала мысленный пати хард. Конечно же, от скуки меня спасало ещё воображение. Через 23 песни я заметила, что пробки кончились, и мы с Гарри неслись, как сумасшедшие. Ещё через три песни мы выехали на поле, и через наушники до меня донеслась любимая мелодия. Выключив музыку в плеере, я стала подпевать песне, которая играла в машине. - Living easy. Loving free Season, ticket for a one way ride, - начала подпевать я. - I'm on a highway to hell. On the highway to hell Highway to hell. I'm on the highway to hell. Мы с Гарри пели, смеялись и гнали вперед по полю. Ветер из открытого окна развевал мои волосы и волосы Гарри. Именно в этот момент я поняла всю радость жизни. Ветер в голове и волосах, природа за окном и музыка в ушах. Что может быть лучше? - Hey momma! Look at me. I'm on my way to the Promised Land. I'm on the highway to hell! - пели мы с Гарри так, что горло разрывалось. Как ни странно, у брата голос был намного лучше моего, но в такой момент я не обращала на это внимания и просто отдалась песне. Мы проехали поле и въехали на лесную дорогу. Пропев последнюю строчку песни, мы подъехали к очень красивому двухэтажному дому. Он был из белого камня, поросший виноградом и стоял на холмике, окружённый высокими соснами. Из окна второго этажа этого дома виднелось озеро с песчаным берегом. Здесь слышалось пение птиц и шум деревьев. Выйдя из машины, я вдохнула свежий воздух. Как же хотелось, чтобы лёгкие были больше, чтобы вдыхать больше. Наконец я заметила тощую тётку с рыжими, как огонь волосами. Если мне не изменяет память, это тётя Эмма. - Привет, мои дорогие! - подбежала к нам тётка. - Как вы выросли! Гарри, ты стал таким мужественным. Не сильно, конечно, но когда ты был ребёнком, я думала, ты будешь геем. Слава богу, ты изменился! А ты, Роуз, тоже выросла. Милое личико, блестящие глазки, красивые волосы, но не мешало бы тебе набрать вес. В детстве ты была такая пухленькая. Я даже думала, что так и останешься пузатенькой коротышкой, но не надо было доводить себя до такого состояния! Мы были у тётки Эммы всего пять минут, а я её уже возненавидела. Такая уж у неё способность говорить всё напрямую. - А вы, тётя Эмма, всё такая же гордая старая дева? - ударил по больному Гарри. - Да, и этим горжусь. Ненавижу мужчин. Они ужасно глупые создания, которых не интересует ничего, кроме удовлетворения своих потребностей. Гарри лишь закатил глаза и понёс чемодан в дом. Комнаты в нём были маленькие, но уютные. Картины на стенах, интересные фигурки на маленьких столиках, мягкие цветные ковры, яркие обои и кроваво-красные занавески говорили о том, что у тётки Эммы явно не было вкуса. - На втором этаже вы можете посещать только ваши комнаты, а на первом все, кроме гостиной. Я вам всё покажу. Пойдём. Тётка проводила Гарри в "Голубую комнату". Мы с братом её так называли, потому что всё там было голубого и коричневого цвета. Меня она отвела в "зелёную комнату". Вот стерва, знает же, что я ненавижу этот цвет. Дальше тётка повела нас в кухню, которая была целиком и полностью в синем цвете, даже потолок. Потом она показала нам пять комнат, куда ходить можно и четыре, куда нельзя. - Идите, разбирайте вещи, а я пока приготовлю обед. Мы с Гарри договорились, что будем спать в моей комнате, так как "Голубая комната" ему не понравилась. Мы разложили наши вещи в "Зелёной комнате", но тётке не сказали. - Она очень странная и жутко меня бесит, - признался брат. - И дом у неё стрёмный. Лучше бы к бабушке поехали. - Не ной. Мне тоже Эмма не нравится, но утром она уезжает, и мы останемся одни. - Вот этому я действительно рад, - пробубнил он. Мы спустились в жуткую кухню и стали есть картошку, салат из шпината и ещё какую-то гадость, ведь тётя Эмма была вегетарианкой. Когда тётя поела, отправилась в комнату медитировать и спать, а мы с братом отправились в нашу комнату думать о следующем дне. - Завтра поедем в магазин и купим нормальной еды, - сказала я. - Потом пойдём к озеру купаться, - подхватил брат. - А вечером я хочу погулять на закате. Звучит сопливо, но мне действительно хочется. - Хах, ладно. Мы с Гарри ещё немного поболтали, а потом уснули на мягкой кровати с уродским зелёным постельным бельём.