Часть 1
2 июня 2020 г., 08:28
Примечания:
Однажды 22-летний Дазай направлялся в позднее время домой с работы. В неадекватном состоянии какой-то подросток накинулся на мужчину, крича что-то на непонятном языке. Заломив мальчику руки и успокоив его, он попытался что-нибудь выяснить о нём: как зовут, сколько лет, откуда, почему не дома и зачем набросился. Ответ удивил: «Я хотел есть». «Подросток хотел меня съесть? Это что-то новое», - мужчина, немного поразмыслив, предложил купить ему еды, на что мальчик согласился, сказав, что итак не ел около недели.
На следующий день Дазаю удалось поговорить с мальчиком. Рюноске Акутагава, 18 лет, сирота, сестра и родители мертвы. Не такой уж и подросток. На время Осаму предложил Рюноске пожить у себя и помочь с устройством на работу. На вопрос зачем он это делает мужчина лишь улыбнулся.
Прожив больше нескольких месяцев, они сближаются всё больше и больше, но с каждым днём мужчина замечает множество странностей в Акутагаве: необъяснимый страх, нервозность, разговоры на непонятном языке с самим собой и, вероятно, галлюцинации. Не нужно долго думать, чтобы понять, что парень болен. Да и Дазай не новичок в психиатрии - сам же работает психиатром в одной из государственных больниц в Йокогаме. Поговорив серьёзно с Рюноске, Осаму уговорил его на трудное и затратное, но необходимое лечение.
- Что Вы видите, закрыв глаза?
- Я вижу лунный свет и облака.
- Свет яркий?
- Вероятно, да... Но приглушают облака...
- Как именно, расскàжите? Желательно, подробно, - улыбка озаряла два серых омута глаза.
А парень, слабо вздрогнув телом, прервал их зрительный контакт. «Скажите мне, зачем так верно пытаетесь меня понять?». Но делать нечего, наверно. Придётся всё же рассказать. Хотя тот всё прекрасно знает, но роль им нужно отыграть.
- Тот лунный свет - такой желанный - он манит за собою в даль среди той тьмы, что я вновь вижу, прикрыв печальные глаза. Но облака - вернее, тучи - хотят закрыть тот лунный свет; всё время кружатся по кругу, заставив тело побледнеть. Одно лишь радует, что свет тот ничто не может заслонить... Мне так хотелось бы однажды побыть в том месте, но, увы... - и парень, расслабляя тело, взглянул в те карие глаза: желанно, безрассудно, нежно, но с долькою безумия.
- И всё же, как это занятно: среди тьмы видеть что-нибудь, - мужчина слабо ухмыльнулся, поверив в безрассудный бред.
- su uisneryouis 'nàre'.
- Простите, что?
- Я не пойму: зачем Вы движетесь во тьму? - устало парень произнёс, сжимая руку в кулачок.
Мужчина, восседая рядом, в мгновение прикрыл глаза. «И правда, для чего же ядом сцепляются наши сердца?».
- Прости, малыш, но твой диагноз... - мужчина не договорил. Тот взгляд, наполненный печалью, прожжёг всю душу изнутри.
- Я всё прекрасно понимаю и не хочу я больше ждать, - Рюноске, проклиная слабость, поклялся ныне не страдать.
- Раз ты прекрасно понимаешь, не буду больше повторять, - вздохнув, мужчина вмиг поднялся, направив взор куда-то вдаль. - Рюноске, твои вещи дома... Я принесу их все тебе. Если понадобиться что-то - не бойся, только позови. И не буянь - так будет хуже. Старайся быть спокойнее. Если получится, то, может, мы будем вновь наедине.
И вновь сидя в своей палате, смотря на небо за окном, мальчишка слабо представляет Дазая одного с луной.
Вот только мне одно не ясно: ответит, может, кто-нибудь? Скажите, для чего же ядом сердца сцепились? Не пойму...
