Планы на будущее

      Ночное небо было усыпано звездами, шум волн еле ощутимо касался ушей в сопровождением шелеста пальм.       Облокотившись о деревянную перилу, Зуко смотрел на звездное небо. В голове мелькали различные мысли. После просмотренного сегодняшнего спектакля остался осадок. Каждый из них может умереть… И над этим думает Аанг.       Но помимо их возможной смерти, ребята увидели все его прошлые ошибки, граничащие с безумием. Охота на Аватара напоминающая одержимость, презрение к дяде, ненависть к сестре, предательство доверия Катары, предательство по отношению к дяде… Слишком много всего он совершил и чудо, что Аанг с друзьями приняли его… — Уф… — он склонил голову, закрывая глаза. Как же много всего, а времени мало, как и народу. И это хорошо и плохо. Хорошо, меньше смертей, и плохо — каждый человек на счету.       Пальцы впились в дерево. Внутри бушевал огонь. Он рвался наружу, опалить, сжечь всех и всё, но он не мог так поступить. Он больше не тот обезумевший от отчаянья мальчик, гоняющийся за Аватаром, чтобы отец признал его. Он уже взрослый человек…       Из раздумий вывел сильный удар в плечо.       Качнувшись в бок, он с недовольством посмотрел на нарушителя спокойствия — Тоф Бейфонг. Кроме нее больше так сильно в плечо никто не бьет.       Парень моргнул, озадачено смотря на неё. Он даже не заметил её приближение. Она стояла рядом, даже слишком близко, и пустым взглядом смотрела вперед, на горизонт.       Слепа от рождения… Но такая живая. Живее каждого из них. — Довольно милое знакомство с тобой прошлым, — задорным тоном произнесла она, широко улыбнувшись. — Гм… да… — вздохнул он и устремил золотые глаза в небо. С этим он спорить не может. Ребята и так его прошлого знали… а теперь все подводные камни, все потаенные моменты, о которых он бы предпочел не вспоминать узнали и возможно совсем разочаровались в нем. Их винить в подобных мыслях он не мог, сам виноват, отказываясь прислушиваться к дяде с самого начала…       Тоф промолчала. Повисла тишина. Шум прибоя и шелест пальм кружил вокруг них. Свет от светильников падал им на спины, оставляя длинные тени… Подул сильный порыв ветра, потрепав волосы и одежду людей, и наигравшись взмыл в небо, подгонять редкие облака.       Девочка шумно вздохнула, нарочно громко. — Может, уже начнешь плакаться?       Зуко посмотрел на неё, приподымая бровь. — А то и ты, и наша Сахарная Принцесса и, Проворные Ноги… — Да-да, — перебил её принц, — Нам всем тяжело и, мы чуть ли не плачем от тяжести ответственности. Но что насчет тебя? — грубо спросил он и развернулся, облокотился поясницей о перила, скрестил руки на груди, уставился на неё. — А я что? — удивленным тоном спросила она и сдула челку, как будто нарочно пряча глаза за ней. — Судя по всей ситуации, то ты единственная кто получает удовольствие.       Девочка молчала несколько минут, после чего хмыкнула, губы её вновь растянулись в широкой улыбке. — Да, я наслаждаюсь, ведь всю жизнь мечтала о приключениях, о свободе, что мне родители не позволяли. Но по твоему мнению, я глупая дурочка сбежавшая от всего, чем владеет моя семья!       В её голосе было много насмешки и иронии, то ли к самой себе, то ли к Зуко. Парень молчал, наблюдая за её мимикой, но… длинная челка скрывала глаза, а рот… сейчас он не выражал улыбку, лишь плотную сжатую полоску.       Он вздохнул и обратил внимание на сжатые девчачьи кулаки. Ей тоже тяжело? Ну конечно! Она тоже может погибнуть, тоже может переживать за свою семью, друзей.       Зуко потер переносицу. Зациклился на себе, опять. Хоть сколько он не старается помочь окружающим, ему стали помогать не так давно… Но в плане душевных страданий никто не мог предположить что он ощущал прибывая в их компании. Многие смотрели на него с подозрением, и это он стоически терпел, проглатывая, он сам виноват, сам заварил всю эту ситуацию. — Прости, тебе тоже тяжело, всем нам, — нарушил тишину Зуко, тихим голос.       Девочка повела плечом. — Но… то, что показали, может ждать каждого из нас, и это меня пугает. Я… не хочу, чтобы кто-то из вас погиб. Хоть подобное слышать от меня странно, ведь я с самого начала преследовал Аанга, Сокку и Катару. Этому миру нужна гармония.       Тоф коснулась его ладони, и сжала её. — Хех, меня это тоже беспокоит. Однако, я ни за что не проиграю и выживу!       Она старалась скрыть тревогу в своем голосе, старалась показать, что именно совсем чуть-чуть беспокоится, но Зуко ощущал легкую дрожь от её ладони, она вся дрожала. Она намеренно позволила это ощутить? Он улыбнулся. И сжал её ладонь. — Я тоже ни за что не погибну, и наконец положу конец жестокости своего народа!       Бейфонг задорно улыбнулась в легком оскале и сдавила его ладонь, от чего принц болезненно выдохнул. — Хе-хе, вот так и надо смотреть вперед! Мы же команда Аватара, а значит мы те, кто способны остановить эту войну. Мы все вместе.       Зуко смотрел на неё, поражаясь - всего несколько секунд назад она дрожала, а сейчас от неё не идет дрожь, более того, она заговорила так уверенно, так, воодушевляющее, - вдохновляясь её верой и теплым словам. Он — это не один, он — в их команде, он — один из них.       Парень улыбнулся. — Да, все вместе.       Его глаза скользнули на их до сих пор сплетенные пальцы. Это… было приятно видеть и ощущать. В груди разлилось тепло. То далекое родное, еще когда он испытывал симпатию к Мэй… Сейчас это тепло разжигало полноценный огонь. Тоф Бейфонг стала той, с кем он хочет разделять подобную ночь беседами… а в будущем и большим…       Даже если она будет убегать от него, он найдет её где угодно. Находил же Аанга?       Он хмыкнул.       Она легко выпустилась из его плена и, одарив принца теплой улыбкой, отвернулась. — Завтра тренировка, не забыл? Я спать. — Спокойной ночи. — Ага, спокойной, — махнула она ладонью.       Принц смотрел ей в спину. Совсем ещё девчонка, но такая… интересная и желанная. Такая любимая, и как он умудрился втрескаться в такую? Определенно судьба любит насмехается над ним. Сначала этот переход на сторону Аанга, и теперь… любовь к грубой девчонке, искусному магу Земли и мастеру Металла.       Определенно через пару лет за ней придется долго побегать. Но это не удручает, а лишь… заводит.       Он посмотрел на небо.       «Определенно это будет тяжело, но… мне не в первой»       Губы растянулись в глупой улыбке, а щек коснулся румянец.