Петли времени

Гермиона не спеша идет в библиотеку, углубившись в книгу по Древним Рунам. Мисс Поттер знает, чувствует — Он идет за ней. Она ступает на темную лестницу и резко разворачивается — Он прямо перед ней. — Гермиона… Драко делает шаг, теперь они стоят почти вплотную. Их взгляды встречаются. Миг — и ее ладонь рассекает воздух. Пощечина. Еще одна. Пресекая третью попытку, Драко перехватывает ее запястье и крепко прижимает Гермиону к себе. — Прости… Она бьется в его объятьях, из глаз льются слезы. В попытке вырваться Гермиона приподнимает голову, секунда — и его губы жадно прижимаются к ее. Еще несколько мгновений — и, не в силах сопротивляться, она отвечает на поцелуй, вкладывая в него всю свою злость, страсть, любовь и боль. Наконец Гермиона отстраняется и прячет лицо у него на груди. — Прости… — успокаивая, Драко гладит ее по волосам. Так они и стоят вдвоем, не в силах сдвинуться с места, на темной лестнице, где несколько раз вершилась их история.

***

И снова — «их комната». В спешке наколдовав согревающий купол, Драко прижимает Гермиону к стене. Холод камня проникает под кожу — Гермиона вздрагивает, но лишь крепче впивается ногтями в его плечи, углубляя поцелуй. В башне становится теплее, но им уже невыносимо жарко. Снятые в спешке мантии и школьная форма летят на пол. Не в состоянии оторваться друг от друга, Драко и Гермиона почти падают на груду одежды. Жаркие поцелуи и прикосновения сменяют не менее смелые ласки. Он резко прижимает ее к полу. Запрокинув голову, она распахивает глаза — в них отражается осеннее небо, затянутое тучами. Сейчас поздний вечер — цвета едва различимы, но Гермиона знает: все так, как должно быть. Небо — не красное, тучи — обычные, и никаких молний. А главное — рядом Малфой. Ее Драко.

***

— И что же дальше? — спросил Драко. Гермиона положила голову ему на плечо и задумчиво посмотрела в ночное небо, все еще затянутое тучами. Прикрытые мантией, они лежали на скинутой в спешке одежде, пол под ними был согрет заклинанием, а волшебный купол по-прежнему не давал холоду просочиться в башню. Они не покидали «их комнату» уже несколько часов, и Гермиона удивлялась, как магическая защита позволила находиться здесь так долго, но, видимо, в прошлом в это время их никто не искал... Уставшие после безумного секса, они так и не смогли сомкнуть глаз — слишком о многом нужно было поговорить, слишком многое поведать друг другу. — Смотря, о чем ты меня спрашиваешь, — осторожно ответила Гермиона. Драко чуть заметно улыбнулся. — Ну, для начала: как долго мы здесь пробудем? — До середины зимы. Необходимо восстановить историю. — Получается, мы все забудем, когда вернемся? — его голос дрогнул. — Нет, мы, — она сделала ударение на последнем слове, — не забудем. К сожалению, просто не сможем. Драко в недоумении посмотрел на Гермиону. Она тяжело вздохнула и пояснила: — Если мы вдруг все забудем — значит, произойдет чудо и все вернется на круги своя. Но, по словам Фламеля, это невозможно. Впрочем, у нас еще есть шанс предотвратить конец света. — Мы сможем встречаться в этом времени? — Да. Защита, как видишь, позволяет, — Гермиона взмахнула рукой, как бы указывая на пространство вокруг. — И она же восстанавливает цепочку событий для наших вторых «я». — Ты выдержишь? Это сложно… ведь все, кто был нам дорог, сейчас живы. Ее губы скривились в усмешке. — Ты же справился. — Я почти сломался тогда. — Я выдержу, — отрезала она.

***

Жизнь пошла своим чередом: Драко и Гермиона из прошлого проживали эти дни, как и было предначертано. А путешественники во времени виделись при каждом удобном случае. Они благодарили судьбу за эти сводящие с ума мгновения, за возможность понять, что друг без друга они уже не смогут. — Почему ты вернулась раньше? — как-то спросил Драко. — Провидение, — задумчиво ответила Гермиона. — Как бы странно это ни прозвучало, но мне дали шанс спасти душу. — Спасти душу, — одними губами повторил он.

***

Пришла зима. Промелькнул Святочный бал, на котором Драко вновь лицезрел Гермиону в кругу друзей. Но в этот раз не было ни злости, ни ревности, ни смятения, ведь Драко знал: она принадлежит ему. Или, точнее, будет принадлежать? Он уже запутался во всей этой временной паутине. Запутался и чертовски устал, но о том, что будет дальше, по возвращении, боялся даже подумать. Потом наступили каникулы, и он вновь принял Знака Мрака. Но теперь тридцатилетний Драко наблюдал за происходящим с холодным равнодушием, думая лишь о Ней: Гермиона с ним. В будущем, в прошлом — какая разница. Главное — с ним.

***

Каникулы закончились, и Драко и Гермиона поняли, что отведенное им время истекает. Был поздний вечер, когда они возвращались из Северной башни. На этот раз магическая защита позволила им даже взяться за руки, а не заставила разойтись, как это бывало раньше. Неожиданно будто невидимая стена преградила путь. Гермиона удивленно посмотрела на Драко, тот настороженно огляделся и увлек ее в скрытую в стене нишу. Дверь кабинета напротив тут же с силой распахнулась, будто от порыва ветра… или магии. Взору предстала неприглядная картина: Теодор Нотт прижимал к парте сопротивляющуюся Джинни Уизли. Ее волшебная палочка валялась рядом на полу: видимо, Джинни попыталась вырваться, но не смогла. Гермиону затрясло от увиденного — но защита надежно удерживала от опрометчивых поступков. Драко крепче сжал ее ладонь. — Отпусти, Нотт, мне больно, — прошипела Джинни. Тот ухмыльнулся. — Это только начало… Петрификус Тоталус! Она застыла на месте. — Не то чтобы меня пугало твое сопротивление, — на лице Нотта заиграла зловещая улыбка, — но те летучие мышки доставили мне в прошлый раз несколько неприятных мгновений. — Он поморщился. — Чем же тебя привлекает Поттер? — продолжил Нотт. — Он же без десяти минут покойник. Поверь, со мной тебе будет лучше. Джинни лишь зло смотрела в ответ. — А теперь давай поиграем. Фините Инкантатем! Империо! Тело Джинни заметно расслабилось, взгляд, отразивший недолгое внутреннее сопротивление, помутнел. — Покажи мне, как ты целовала Поттера. Она, секунду поколебавшись, улыбнулась, обняла Нотта за шею и страстно поцеловала. — Еще, — прохрипел он, и, схватив Джинни за волосы, опять притянул к себе. — Джинни! — Невилл возник перед открытой дверью внезапно. Джинни вздрогнула, но Нотт тотчас что-то ей зашептал. — Что тебе? — в следующий миг резко бросила она Невиллу. Тот опешил: столько злости было в ее словах. — Но… Как же Гарри? — наконец выдавил он. — Гарри оставил меня! — в ее голосе звучала затаенная боль и обида. — Я все понимаю, но… Нотт? — Это не твое дело, Невилл! Уходи. — Джинни… — он совсем растерялся. — Уходи! — повторила она. Нотт ухмыльнулся и снова склонился к ее уху. — И, Невилл, не стоит рассказывать, что ты здесь видел. Я буду все отрицать. Он попытался было возразить, но Джинни пресекла попытку, продолжив: — Обо мне есть кому позаботиться! У меня шесть старших братьев, седьмой мне не нужен. Невилл побледнел и, резко развернувшись, быстро направился прочь. — Хорошая девочка, — протянул Нотт и снова поцеловал Джинни, затем отстранился и задумчиво произнес: — У меня пропало настроение, продолжим в следующий раз. Она покорно кивнула. — Джиневра, пожалуй, никому не стоит знать о нашем секрете. Она снова кивнула.

***

Когда они остались одни, Драко заметил, что Гермиону бьет дрожь. — Мы не оставим Уизли, — твердо сказал он. Гермиона не ответила. Долгое время они молчали: увиденное заставило задуматься обоих. — Чувство вины не давало покоя Невиллу столько лет, — наконец прошептала Гермиона. Драко, казалось, ее не услышал: его занимали другие мысли.

***

В середине февраля Драко и Гермиона поняли, что медлить больше нельзя. Еще немного — и они просто сойдут с ума, не в силах разделить, где прошлое, а где настоящее. Пора было уходить.

***

Они находились в запретной секции библиотеки: сидели, привалившись к огромным стеллажам, друг напротив друга, и негромко разговаривали. — Когда ты исчез, пропал и Знак Мрака, и Лорд потерял тебя. Это дает нам огромное преимущество. Драко мельком взглянул на заклейменную руку. — Я потянула тебя за собой путем сновидений и разрушила ментальную связь с меткой, — продолжила Гермиона. — Теперь это просто неудачный рисунок. Драко усмехнулся сравнению. — У тебя есть еще одно преимущество. Ты можешь выбрать, как вернуться назад: дорогой снов в Малфой-Мэнор или же через зачарованные зеркала. — Я знаю лишь одно такое зеркало, и оно находится в кабинете Темного Лорда. — Драко ухмыльнулся. — Не думаю, что это хорошая идея. — Уверена, есть еще одно. — Он приподнял брови. — В доме Виктора Крама, — закончила Гермиона. Драко скривился. — Не время для глупой ревности. Тем более Виктор… — Гермиона запнулась и отвела глаза, — мертв. — Тебя это расстраивает? — А почему меня должна радовать смерть друга? — возмутилась Гермиона. — Он не был тебе просто другом. — Мерлин и Моргана! Малфой, перестань, ты ведешь себя как мальчишка! — Сейчас я и есть мальчишка, если ты не заметила. Они немного помолчали, а затем одновременно произнесли: — Прости. Драко притянул Гермиону к себе и осторожно обнял. Она склонила голову к нему на плечо и тихо прошептала: — Как все сложно: прошлое, настоящее; ты, я. — Мы будем свободны, и я больше никуда тебя не отпущу. Вновь наступила тишина. — Я выбираю дом Крама. Не думал, что когда-нибудь такое скажу, но Малфой-Мэнор небезопасен, — первым нарушил молчание Драко. — Хорошо,— отозвалась Гермиона. — А вот мне придется уйти дорогой снов. — Почему бы тебе не вернуться со мной? Через зачарованное зеркало? — удивился Драко. — Ты уже ходил зеркальным путем, я — нет, — пожав плечами, ответила она и тут же добавила: — Подсознание не даст тебе сбиться с пути. Он кивнул, соглашаясь. — Драко... — осторожно позвала Гермиона, — ты хорошо подумал, решив поддержать Сопротивление? — Грейнджер! Она хмыкнула: давно он не называл ее по фамилии. — Ради Мерлина, перестань задавать глупые вопросы! Я все давно для себя решил: мы вместе до конца. Гермиона приложила пальцы к его губам. — Тсс… Просто «вместе». Драко бережно перехватил ее руку и, склонившись, поцеловал Гермиону в губы. — Мы вернемся в тот самый миг, когда исчезли? — спросил он, наконец отстранившись. — Да, — кивнула она. — Я проснусь в своей постели в ночь с воскресенья на понедельник. — Восстания вспыхнут в три часа дня по Гринвичу, — задумчиво протянул Драко. — Значит, еще есть время. — Для чего? — Я уверен: Болгария поддержит силы Сопротивления…

***

За окнами замка показалось солнце. Задремавшие в обнимку Драко и Гермиона одновременно вздрогнули: магическая защита никуда не пропала, пора было покинуть библиотеку. — Сегодня, — тихо сказал Драко. — Сегодня… — повторила Гермиона и с отчаяньем посмотрела в его глаза. — Лондон. Улица Пикадилли, пересечение с Риджент-стрит*. Час дня. Она кивнула и решительно направилась к двери. — Гермиона… — Она обернулась. — Запомни этот перстень. — Драко вытянул вперед правую руку, на среднем пальце** мерцал фамильный перстень Малфоев: две змеи, разинув пасти, держали выложенную изумрудами букву «М». — Он всегда со мной, его нельзя снять без согласия хозяина, даже после смерти. Иллюзию также не воссоздать. Если кольца не будет — уходи.

***

Гермиона сидела у камина и смотрела на огонь, рядом оживленно спорили Гарри и Рон. «Квиддич?» — отрешенно подумала мисс Поттер, даже не пытаясь уловить суть разговора. Этот вечер последний: больше она не увидит своих мальчишек, ничего не изменить и не исправить. Сердце сжалось от тоски. Гарри что-то сказал Гермионе, та рассмеялась и порывисто обняла сначала его, а затем Рона, неосознанно вложив в объятия не только беззаботное веселье, но и всю боль и отчаяние своего второго «я». «Прощайте…»

***

Свет в комнате давно был погашен, полог кровати задернут. Гермиона спала, позволив мисс Поттер сосредоточиться на нужном заклинании. Перед внутренним взором мелькали руны, переплетаясь, складывались в затейливые рисунки, вспыхивали зеленым. Наконец последний символ, словно недостающий кусочек мозаики, занял отведенное ему место. «Таймрет», — перед глазами полыхнул яркий свет, разделяя два почти слившихся воедино сознания, возвращая мисс Поттер в ее время. «Таймрет», — мысленно произнес Драко и, увидев зеленую вспышку, провалился в темный омут беспамятства.