Врачебные Тайны

На небе ни одного облачка, почти тридцатиградусная жара. Май в этом году слишком уж тёплый. Андрей и Ваня просто шли по тротуару рядом с домом, болтали о работе, что-то планировали на выходные и придумывали розыгрыши для коллег. Быков краем глаза заметил майского жука, мирно сидящего на кусте. Вспомнив, как Купитман не любит всю эту ползучую живность, Андрей снял хруща с листика и высадил на свою раскрытую ладонь. — Ванюх, смотри, красавец какой. Правильнее сказать, красавица, это девочка, — Быков хитро улыбался, разглядывая жука. — Главное, чтоб не накакал. — Быков, тебе сколько лет? Оставь в покое эту летучую гадость, — Ваня сделал шаг назад. — А ты чего, боишься что ли? Представляешь, — обратился Андрей к насекомому, — жучков таких хорошеньких на пятом десятке боится. Ну-ка, давай вы поздороваетесь. Быков аккуратно пересадил хруща на другую руку и подошёл к Ване. Тот предпринял попытку увернуться, но Андрей приобнял его за плечи и поднёс насекомое очень близко к лицу Купитмана. — Андрюш, ну поимей совесть, не издевайся ни над жуком, ни надо мной, — Иван Натанович попытался вырваться из хватки Быкова. — Я по его глазам вижу, как ему нравятся твои кудри. Щас туда и посажу, — прошептал терапевт, наклонившись к самому уху Купитмана. Жук пошевелил усиками, расправил крылья и взлетел, под Ванино испуганное «Твою ж мать». — А вот тут он мог сейчас по-о-олзать, — протянул Андрей, проводя пальцами по волосам Купитмана, всё ещё обнимая его. — Быков, прекрати, — Купитман отвёл руку терапевта в сторону. — Тебе действительно не противно насекомых в руках держать? — А тебе, венерологу, письки в руках держать не противно? — съязвил Андрей. — Мне жучки всякие нравятся. Про тебя говорить ничего не буду. — Вот бы ты так людей любил, как жуков, — Купитман скрестил руки на груди. Андрей замер, несколько секунд подумал, а потом наклонился и коснулся губами волос Вани, в том месте, куда собирался посадить насекомое. Мимолётно взглянув на ошарашенного Купитмана, Быков медленным шагом пошёл дальше по тротуару. — Это что сейчас было? — спросил Ваня дрожащим голосом. Андрей устало выдохнул, подошёл к Купитману и настойчиво поцеловал в губы. — Это, Ваня, проявление моей крайней любви к одному кудрявому еврею, — прокартавил Быков, засовывая руки в карманы.