Анатомия обмана

Прошло две недели с того дня, как мы разыскали Камиллу и ее бабушку. К этому времени семейство Поляковых успело обосноваться в США. Мы дали им достаточную фору и теперь могли начать действовать против Богомолова, правда ни я, ни Илья не знали, что именно предпринять. Вывести его на чистую воду в разговоре? Я пыталась, не вышло. Заявить в полицию? Опять мимо, ведь это будет голословным обвинением. Раздобыть его ДНК и провести анализ? Самое действенное в нашем случае, однако практически неосуществимое. Практически… но шанс все-таки есть! Пока Ирина Павловна с Камиллой оставались в России, мы с Ильей решили отдохнуть от расследования. Теперь, когда нам было известно имя убийцы, появилась уверенность, что возмездие неизбежно. Пусть мы еще не представляли, как заставим Богомолова заплатить за то зло, что он нам причинил, ни я, ни Илья не собирались сдаваться. И все-таки было так хорошо ненадолго оставить мысли о справедливости и позволить себе быть обычной влюбленной парой. Я не думала, что Илья настолько нежный и внимательный. Его образ «плохого мальчика» не вязался с тем романтиком, каким он оказался, однако я начинала привыкать к кофе в постель утром и приятным сюрпризам по вечерам, будь то букет цветов, шоколадка или какая-нибудь безделушка. Мне хотелось проводить с ним каждую минуту каждого дня, а такое со мной было впервые. Я всегда ценила личное пространство, но сейчас хотела это пространство делить с ним. Было волнительно сообщать маме, бабушке и Маше о том, что мы с Ильей теперь вместе. Я твердила себе, что мнение других ничего не значит, но все же в глубине души переживала, как родные воспримут наши отношения. Однако, мы никого не удивили нашей новостью. Все будто бы ждали, когда я официально стану девушкой Романова. Даже мама высказала, что рада за мою налаживающуюся личную жизнь, хотя мне показалось, что она была не до конца искренна. В бургерной Ильи мое появление в ином статусе тоже не вызвало ажиотажа. Мы вполне могли бы обойтись без такого пафосного представления меня, но Илья хотел предупредить сотрудников, что теперь я не чужой человек и при необходимости могу быть его доверенным лицом. Иной раз, когда мы с Ильей шли за руку по улице, я ловила на себе внимательные взгляды прохожих — тех людей, которых ты вроде бы знаешь, но никогда не общался и не здоровался. Как-то я даже нарвалась на язвительный комментарий моего бывшего одноклассника, с которым мы столкнулись в продуктовом. Ему показалось смешным, что некогда злейшие враги теперь вместе выбирали кусок говядины на ужин. Четырнадцать беззаботных дней пролетели как один, мы сдержали слово, данное Ирине Павловне, и теперь должны были выполнить обещанное самим себе — выяснить всю правду о случившемся с Мариной и моим отцом. До сих пор мы не определились с тем, как будем действовать, но я точно знала, что на встречу со мной Павел Богомолов так просто не согласится. Тут на руку сыграло то, что он был достаточно медийной личностью: нам не составило труда выяснить, где он будет в скором времени. Через пять дней планировалась бизнес-конференция, где его заявили одним из спикеров. Участие в мероприятии не гарантировало общения с Богомоловым тет-а-тет, но если как следует постараться, то все возможно. Регистрация на конференцию все еще была открыта, оставалось только внести свои данные в нужные поля формы, получить счет и его оплатить… Мы сидели на его балконе с ноутбуком, пока Алиска смотрела какой-то странный японский мультик. Я заварила нам горячего чая, потому что пару дней назад лето забыло о том, что должно быть теплым, и вернулось к весенним температурам. Илья принес пледы и, хотя сам решил не кутаться, мне на плечи накинул тот, что был теплее. — Спасибо, — сказала я и, поправив на себе плед, развернула к Илье ноутбук с открытой страничкой расценок конференции. — Это за один день?! — выкрикнул он, увидев на мониторе стоимость участия. — Да. И за одного человека, — подтвердила я. — Идти туда нам вместе будет слишком дорого. Давай зарегистрируем только меня? — Почему тебя? — нахмурился Илья. — Потому что мы с Павлом уже общались, и потом, мне кажется, у меня будет больше шансов раздобыть его волосок… — стала вкрадчиво объяснять я. — В каком смысле больше шансов?! Что ты собралась делать?! — моментально взъелся он. — Эй-эй, полегче! — Я не хочу, чтобы ты красовалась перед этим му… — Тш! Алиса рядом! — Она не слышит… — уже тише сказал Илья и посмотрел через стекло на дочь. — Все равно. И я не собираюсь перед ним красоваться. Вообще, пока не придумала, как к нему подойти. Может, совру, что пришла по работе или что-то в этом роде. Там слово за слово… — Ты подумай сама! Этот человек — убийца! Напомнить, что он сделал с Маринкой? Я не хочу, чтобы ты рисковала! — Так ты за меня волнуешься? — довольно заулыбалась я. — Сначала мне показалось, что ты просто ревнуешь… — И это, Лина, тоже. Я не хочу, чтобы ты кокетничала с другим мужчиной, пусть даже не по-настоящему. Но куда больше меня волнует, что этот человек опасен. Ты одна к нему не пойдешь! — Но покупать два билета на конференцию — слишком дорого! За эти деньги можно целые выходные провести в каком-нибудь парк-отеле! — Поэтому пойду я, — Илья уже собрался вбивать в форму свое имя, но я притянула к себе ноутбук. — Нет, мы не можем выбросить на ветер такую сумму, а скорее всего так и будет, потому что Богомолов с тобой на контакт не пойдет. Регистрировать нужно меня. — Хорошо, окажешься с ним рядом, что дальше? — Понятия не имею. Буду действовать по ситуации, — я пожала плечами. — Это. Опасно. — Сквозь зубы произнес Илья. — На виду у сотни людей? Не смеши меня, Илья! Что он сделает при стольких свидетелях? Я проберусь поближе и… не знаю, случайно оступлюсь или налечу на него. В общем, как-нибудь его коснусь и постараюсь устроить суматоху, а там… Браслет! — вдруг догадалась я. — Мне нужен браслет, как у тебя на часах! Если его волосы в него попадут… — Как его волосы попадут в твой браслет, Лина? Ты полезешь к нему обниматься? — язвительно вопросил он и следом пробормотал себе под нос какое-то ругательство. — Нет, конечно… но я сымпровизирую. — Сымпровизируешь, — хмыкнул Илья. — Мы уже так далеко зашли… — я скинула с себя плед, встала со своего кресла, подошла к Илье и села к нему на колени. — Сейчас отступать нельзя. Я правда не знаю, каким образом смогу раздобыть его волос или ноготь, но сделаю все возможное. А когда у нас на руках будет анализ ДНК, это докажет, что Богомолов — отец Камиллы, и что он врал о том, когда познакомился с Мариной. Тогда мы снова заведем с ним разговор, и этот подонок не сможет отпираться. Он сам во всем сознается. Останется сделать так, чтобы все это записать на видео. Нам будет нужно неопровержимое доказательство! — Звучит хорошо, Лин, но я боюсь за тебя… — Зря, со мной ничего не случится! Но верила ли я в это на самом деле? Хотелось выглядеть в глазах Ильи решительной и смелой, чтобы передать ему мою уверенность. Только передавать было нечего. Я боялась ошибиться, просчитаться, но больше всего — встретиться лицом к лицу с убийцей и дать ему понять, что мы знаем правду. Илья прижал меня к себе крепче, и я уткнулась лицом ему в шею, вдохнув ставший таким родным запах его тела, чувствуя в этот момент спокойствие и безопасность, однако страх перед будущим никуда не делся.

***

В конференц-зале шикарного отеля в центре Москвы собрались напыщенные бизнесмены и высокомерные деловые леди. За свою жизнь я побывала на нескольких бизнес-конференциях, но только здесь за раз встретила такое количество неприятных персон. Зарегистрировавшись и получив свой бейджик, я поспешила в зал, чтобы занять место поближе к сцене. Мне хотелось, чтобы Богомолов заметил меня во время своего выступления и сам подошел в перерыве. Все первые ряды оказались заняты, мне пришлось сесть в кресло в самом центре, зато у прохода. Знай я заранее, что здесь будет столько пафосных людей, поступила бы, как при прошлой встрече с Павлом — «одолжила» бы в бутике дорогое платье. К сожалению, мне казалось, что простой деловой костюм из сетевого магазина и лодочки на шпильке будут вполне соответствовать мероприятию, но пока я шла к своему месту, поймала не один пренебрежительный взгляд. Конференция началась с небольшим опозданием, и первым спикером был незнакомый мне, но известный в здешних кругах бизнес-аналитик. На его выступлении я чуть было не уснула и продержалась целых сорок минут только потому, что незаметно переписывалась с Ильей, который ждал меня на улице. Он отказался уезжать и настоял, что должен быть рядом — так ему будет спокойнее… и мне тоже, только я в этом не призналась. После небольшого перерыва, который я провела в длинной очереди в уборную, началась вторая часть конференции. Наконец на сцену вышел Богомолов. Он окинул взглядом зал, не задерживаясь ни на ком конкретном, сел в дымчато-серое кожаное кресло и, вальяжно закинув ногу на ногу, начал рассказывать о секретах успешного бизнеса. Удивительно, как он при своем высокомерии и нахальстве сумел удерживать внимание публики. Я заметила, с каким восторгом смотрит на него женская часть аудитории и подумала, что после деловой программы, если он того пожелает, может выбрать себе любую. Наконец Павел окончил свою речь и предложил задать ему вопросы. В отличие от прошлого спикера, который молча ретировался со сцены, Богомолов решил устроить небольшую беседу. Для меня это был отличный шанс обратить на себя внимание. Я специально выждала, пока все жаждущие получить от него пару-тройку фраз удовлетворились, и подняла вверх руку. — Да? — он лениво кивнул мне, видимо, не узнав. — У меня к вам вопрос личного характера… — сказала я, поднимаясь со своего места. Я специально решила спровоцировать Богомолова в надежде, что такая наглость вынудит его к разговору наедине. — Простите, но это не место для личных вопросов, — вмешался модератор конференции, но Павел махнул ему рукой, и тот мигом замолчал. — Я могу проконсультировать вас по ведению бизнеса. И только сейчас, при всех, — холодно произнес он. Богомолов меня узнал, но при этом на его лице не отразилось ни единой эмоции. Этот мужчина мастерски изображал равнодушие. Мне вспомнилось, как я поверила, что новость о смерти Поляковой его шокировала, но теперь я понимала, что это была игра. — Хорошо. Как избежать репутационных рисков, если образ жизни не соответствует тому, каким ты хочешь казаться? Я так понимаю, скандал может сказаться на успехе компании? — Мой доклад был не об этом. Если вы примите участие в конференции завтра, то советую не опаздывать к началу. Речь пойдет как раз о репутации компании. А теперь, прошу извинить. Я итак не уложился в тайминг. — Богомолов отложил микрофон и под аплодисменты зала поднялся с кресла и ушел со сцены. Я боялась, что он может просто-напросто уйти с мероприятия, и тогда все наши старания окажутся пустыми. Пока модератор объявлял пятнадцатиминутный перерыв, я бросилась к выходу, чтобы опередить остальных и не попасть в давку. Выбежав в холл, я оглянулась по сторонам: куда теперь? Налево — кафетерий, направо — выход со сцены. Туда. Мне удалось нагнать Богомолова как раз в тот момент, когда он поворачивал ручку двери в небольшое помещение, похожее на гримерку. Мужчина отшатнулся от неожиданности, и на краткий миг на его лице показался испуг, но уже в следующее мгновение оно вновь стало безразличным. — Нам с тобой не о чем разговаривать, — сухо произнес он. — То, что ты устроила в зале… Хм… выставила себя на посмешище. Постыдилась бы. — Не мне нужно стыдиться. Почему вы мне соврали о том, когда познакомились с Мариной? — Это снова допрос?! Я позову охрану, и тебя мигом вышвырнут отсюда! — потерял терпение Богомолов и повысил голос. — С какой стати?! Я имею полное право здесь находиться, — я схватилась за свой бейдж участника и сунула ему под нос. — Полоумная! В этот момент послышались чьи-то шаги. Богомолов резко схватил меня под локоть и затащил в комнату. На долю секунды я решила, что моя судьба предрешена: сейчас он меня задушит, спрячет мое тело за большим кожаным диваном у стены и оставит до конца конференции, пока не прикажет своим людям, чтобы те избавились от трупа… Но нет. Павел толкнул меня к стене, сам встал напротив, фактически пригвоздив своей массивной фигурой, и прошипел мне в лицо: — Я не желаю проблем. Если по твоей вине на мою репутацию падет тень, я тебя уничтожу… — Если вы мне хоть что-нибудь сделаете, я закричу! Все увидят, что вы пытались меня убить! — Убить?! Богомолов с силой меня отшвырнул, не удержавшись на ногах, я рухнула на пол. А ведь при нашей первой встрече он вел себя совсем иначе. Больше не осталось ни выдержки, ни хладнокровия. По сути, сейчас мне было нужно раздобыть любую частичку его ДНК, и можно делать ноги. Но как?! Нельзя же просто наброситься человеку на голову и выдрать у него клок волос или заставить остричь ногти. — Убирайся к черту! И что бы я больше тебя не видел! Не смей приближаться ни ко мне, ни моей жене, ни к компании! — Он отвернулся от меня, провел рукой по своим блестящим черным волосам и, шумно выдохнув, сел в кресло напротив зеркала. — Стерва. Вот стерва. Я медленно поднялась, наблюдая, как Богомолов достает из кармана пиджака небольшую изящную расческу, проводит ею по передним прядям и убирает обратно. Вот оно! — Извините. Вы правы. Я махнула лишнего, — виновато проговорила я, подходя к Павлу. — Сама на нервах последнее время… Просто я в таком тупике, что подумала, вдруг вы сможете мне помочь… — Ничем я тебе не помогу. Баста! Дверь позади тебя! — Хорошо-хорошо… Я уйду, и вы меня больше не увидите. Извините. — А? — Богомолов сел в пол-оборота и с прищуром посмотрел на меня. Он явно не купился на мое раскаяние. — Не хочу идти с вами на конфликт. Я с самого начала выбрала неправильную тактику, хотела надавить на вас. Мне просто казалось, что вы могли мне не все рассказать, поэтому я снова решила с вами встретиться. — Нечего мне добавить. Все. Убирайся. Через пять минут мне нужно возвращаться в зал. Богомолов снял пиджак и повесил его на спинку кресла. Оставалось только подойти ближе и незаметно достать из кармана расческу. — Хорошо, я уйду… ой… — Я коснулась ладонью лба, закрыла глаза и чуть пошатнулась. — Что за спектакль? — недовольно бросил он. — Можно воды? Мне нехорошо… — Прекрати эту дешевую клоунаду! С протяжным стоном я осела на пол. Тут Богомолов не выдержал и подошел ко мне. Он опустился на корточки и поднял мое лицо за подбородок. — Ты побледнела… — Сахар упал. Бывает, — соврала я. — У тебя диабет?! Нужен укол?! Лекарство с собой? — засуетился он, чем почти меня растрогал. — Все в порядке. Глоток воды и шоколадку или кусочек сахара. — Хорошо. Садись. Богомолов помог мне подняться и усадил на свое кресло, а сам повернулся к небольшому холодильнику, распахнул его и стал вытаскивать какие-то шоколадки. Пока он не видел, я сунула руку в карман его пиджака. Не было времени, чтобы снять волоски, поэтому я быстро спрятала расческу себе за пояс брюк. — Мне уже лучше. Спасибо, — сказала я, мечтая лишь о том, чтобы поскорее отсюда убраться. — А сахар? — непонимающе уставился на меня Богомолов. — Видимо, дело было в другом. Наверное, в духоте. Я, пожалуй, выйду на улицу. Спасибо. И… извините. Я поспешила к двери, но не успела взяться за ручку, как Богомолов преградил мне путь. — Я не повелся на твой спектакль, — прогремел он. — Что это было?! — Ничего. Честно. — Я выставила перед собой руки, словно пыталась защититься. — Слушайте, это была ошибка — приходить сюда. Давайте я просто уйду… — Может, если бы время не поджимало, я бы с тобой разобрался, но сейчас мне не до тебя. Только учти, не суй нос в мои дела. После твоего визита в мой офис я как следует пораскинул мозгами, проконсультировался с юристами и понял, что ты мне не угроза. Ты ничего мне не сможешь сделать, разве что кровь попортить, но это я переживу, а вот ты — вряд ли. Богомолов отшагнул, давая мне достаточно пространства, чтобы выскользнуть из помещения. Не оглядываясь и не обращая внимания на взгляды людей вокруг, я побежала к выходу, по пути пытаясь дозвониться Илье, чтобы узнать, где он припарковался. — Буду у главного входа через минуту, — резко сказал он и отключился. Мне действительно не пришлось его ждать: как только я оказалась на улице, знакомая машина выскочила из-за поворота и с визгом затормозила. Передняя дверца со стороны пассажирского сиденья открылась, и я запрыгнула в салон. Илья газанул, а потом шумно выдохнул: — Я волновался. Ты в порядке? — Да, все хорошо, правда наговорила Богомолову всякой дичи. Он догадался, что я пришла не просто так. Сегодня с импровизацией не вышло. — Догадался?! Он тебя не тронул?! Ничего не сделал?! — Только нагрубил. — Вот сволочь… — Я сама спровоцировала, но мне было нужно как-то с ним законтактировать. Ну ты понимаешь?! — Лучше бы пошел я, — процедил Илья. — Пойдешь, когда мы получим подтверждение, что он отец Камиллы, — довольно заявила я. — Получилось?! — косясь на меня, но не переставая следить за дорогой спросил Илья. — У меня его расческа, — ответила я, доставая из-за пояса свою «драгоценность». — Волоски есть? Аккуратнее… — Да… — проговорила я, рассматривая на свету каждый зубчик. — Отлично, — Илья съехал на обочину и остановил машину. Он достал из кармана прозрачный пакетик и пару латексных перчаток, что заставило меня прыснуть в кулак. — Эй! Ничего смешного нет. Между прочим, велик риск, что ничего не получится. — Это еще почему? — нахмурилась я, передавая Илье расческу. — Для анализа нужно восемь-десять волосков с фолликулами, и желательно не выпавших, а вырванных. Будем надеяться, что подойдет то, что есть. — Он аккуратно снял с зубчиков расчески несколько черных волосков и поместил их в пакет. — Сейчас поедем в клинику и отдадим на анализ. — Сколько ждать результата? — Ну, срочности нет, так что дня четыре. Главное, чтобы волоски подошли. Ты уверена, что этой расческой больше никто не пользовался? — Гарантировать не могу, но мне кажется, что этот тип не из тех, кто стал бы одалживать свои личные вещи кому-то другому. В лаборатории забрали образцы, которые мы привезли, но оговорились, что не ручаются за результат. Я переживала, что нам могут учинить допрос, почему мы вообще заказываем ДНК-анализ, но никто ни о чем не спросил. Оказалось, что это обычная практика, и лаборатории нет никакого дела, по какой причине нам нужно установить родство. Другое дело, что результат анализа не сможет стать доказательством вины Богомолова. В суде не примут улику, полученную таким способом, но об этом можно подумать позже. Пока нам требовалось подтверждение слов Ирины Павловны. Мы вернулись в Романовец поздно вечером, нам не хотелось задерживаться в Москве до завтра. Результаты ДНК-теста обещали выслать Илье на почту, так что в столице делать было нечего, а дома нас ждала Алиска. В этот раз малышка осталась у моей мамы. Мне было как-то по-особенному приятно, что мои близкие проводят время с девочкой, словно с родной внучкой. Я чувствовала, что постепенно мы становимся одной семьей. — Я ее уже уложила, — шепотом сказала мама, когда увидела нас на пороге. — Она сегодня устала. Помогала лепить пирожки. Давайте не будем ее будить, ладно? — Хорошо, мам, — согласилась я и взглянула на Илью. Он кивнул. — Спасибо за Алиску, — пробормотал он. Как ни странно, но Романов теперь стеснялся моей мамы. Возможно, он чувствовал, что в глубине души мама желала другого зятя, но все равно она приняла наши отношения достаточно радушно. Видимо, нам всем нужно время, чтобы привыкнуть к тому, как все обернулось, но я была уверена, что и мама, и Илья смогут преодолеть неловкость и принять друг друга не только ради меня.

***

Четыре дня пролетели как один миг. Я думала, что буду переживать из-за результата теста, но, оказалось, это не так. Если бы образцы ДНК не подошли для анализа, нам бы быстро об этом сообщили, а так выходило, что я не зря устроила цирк на конференции. Мы долго обсуждали, как поступим, когда у нас на руках будет доказательство против Богомолова, и решили, что на этот раз на разговор пойдет Илья. Он, вооружившись диктофоном и камерой на телефоне, постарается вытянуть из мерзавца признание, и с ним мы отправимся в полицию. Конечно, в нашем плане было много дыр, но мы оставили детали на потом. В день «икс» Илья не отходил от своей электронной почты, но время шло, а заветного письма все не было. Я волновалась не меньше, и все же старалась этого не показывать — одного паникера из двоих вполне достаточно. В отличие от него мне не хотелось сидеть в четырех стенах и бдеть над ноутбуком, поэтому я вызвалась проводить Алиску в бассейн на секцию и подождать ее там на лавочке. Илья идти с нами наотрез отказался. Я устроилась в тени деревьев с книжкой, которую начала пару дней назад, но никак не могла сосредоточиться на сюжете, все время думая о дурацком ДНК-тесте. Сейчас на свежем воздухе, зная, что впереди у меня целый час бесцельного ожидания Алисы, я решила наконец вникнуть в историю загадочного исчезновения девушки и ее парня из нового детектива британской писательницы. Перелистывая страницу за страницей, я медленно уплывала из реальности в выдуманный литературный мир, поэтому не сразу заметила приближающегося ко мне человека. Только когда его тень упала на разворот книги, я подняла голову. — Игорь?! Сердце пропустило удар, у меня перехватило дыхание. Это неправильно. Я не должна была так на него реагировать. Мне казалось, что я готова его встретить вновь спустя столько времени после расставания, но ошиблась. Хотелось, чтобы он немедленно ушел, но в то же время остался. Как ни крути, я не могла относиться к нему как к чужому человеку. Боль и обида притупились, а то хорошее, что когда-то нас связывало, все еще было живо. Вместе с тем это уже не было чем-то большим, чем дружеское расположение. Я четко осознала, что не желаю его как мужчину… — Лина, я искал тебя, — с придыханием сказал Игорь и сел рядом. — Искал? Зачем? — Нам обоим нужно было время. Все эти месяцы я думал о тебе, о нас, об ошибках, которые совершил из-за трусости. Прости меня, Лина. Прости за то, что я тебя обманул. Игорь изменился. Его лицо осунулось, он сильно похудел и стал похож на человека, который только-только оправился от серьезной болезни. Неужели всему виной переживания из-за нашего разрыва? Мне вдруг стало стыдно за то, что я сама так скоро отпустила былое чувство, что нашла другого и теперь счастлива. И все же не я, а он разрушил наши отношения. — Мне казалось, ты уехал надолго… — все, что я смогла произнести. — Пять месяцев — это мало? Ты… не хотела, чтобы я возвращался? — Нет, что ты! Я вообще не имею права хотеть твоего отъезда! Здесь твой дом, работа, семья… Просто не ожидала тебя встретить. И как ты узнал, где меня найти? — Если честно, то я просто слонялся по городу… Ноги как-то сами привели меня сюда. Может быть, это не просто так? Лина, я тебя люблю. Сколько бы ни прошло времени, этого не изменить. Я думал, что разлука с тобой может охладить мои чувства, но ничего не вышло. Ты — моя судьба. Ты — моя любовь! Игорь придвинулся ко мне и взял мою руку. Это было так неожиданно, что я сначала ее не отдернула. Мы находились непозволительно близко, и мне стало некомфортно от того, что я впустила его в свое личное пространство. Но не это было самым страшным. На другой стороне улицы у пешеходного перехода, переминаясь с ноги на ногу и сверля нас взглядом, стоял Илья. У меня оставалось четырнадцать… тринадцать… двенадцать секунд до зеленого света, когда Романов рванет к нам. Игорь проследил за моим взглядом и, кажется, все понял. Он поднялся на ноги, шагнул в сторону Ильи, а затем резко развернулся ко мне: — Ты… и он?! — Да, — прямо ответила я, не желая юлить и слабо надеясь, что менее чем за минуту придумаю, как избежать сцены. — Значит, я был прав! Я с самого начала был прав! И как давно ты с ним?! — Недавно. — Недавно?.. А цветы, что он тебе таскал? А эти твои разговорчики про дружбу?! Я могла бы многое сказать в ответ, но не успела. Илья вклинился между нами и, выпятив вперед грудь, шагнул на Игоря. Тот не испугался и подался к нему. Они были похожи на двух всклоченных петухов, которые вот-вот вступят в бой. Я не выдержала, схватила Илью за руку и потянула на себя. — Прекрати, Илья! — Что ему от тебя надо?! — выворачиваясь из моей хватки, вопросил он. — Ничего, — отчеканила я. — Прояснить отношения, и мы все прояснили, так ведь, Игорь? — Да. Так. — И теперь он уйдет. — Уйду, — хмыкнул Игорь. — Сейчас уйду, но тебя я так не оставлю, Лина. Я не собираюсь отдавать тебя… этому. Илья рванул на Игоря, но я сумела его остановить. Крепко его обняв, я прижалась к нему так сильно, как могла, давая почувствовать, что никуда не денусь, что принадлежу ему и никому другому. Илья немного расслабился, по-хозяйски положил руки мне на талию и поверх моей головы сказал: — Я тоже не собираюсь ее отдавать, но решать не тебе и не мне. Лина выбор сделала. Она со мной. Ты свой шанс упустил. — Главное, не ошибись, Лина, — кинул Игорь и, наконец, пошел прочь. — Я его урою! — прорычал Илья ему вслед. — Оставь, прошу. Он ничего не сделает… — А ты?! — Я?! Илья выпустил меня из объятий и пристально посмотрел в глаза. — Ты позволила взять себя за руку. Я все видел. Вы были похожи на двух голубков, которые… — Прекрати! — перебила я, не желая выслушивать весь этот бред. — Мы оба знали, что Игорь когда-нибудь вернется в Романовец. Вот это случилось. Я не позволяла держать себя за руку, а просто растерялась. И я сказала ему, что теперь мы с тобой вместе. Я опять прильнула к Илье. Он недолго сомневался, но все же провел рукой по моей спине, оставив ладонь на пояснице. Шторм миновал, а наступившее затишье оказалось таким приятным. — Пожалуйста, давай не будем ссориться… Пожалуйста! — протянула я театрально жалобным голоском. — Ладно, — вздохнул Илья. — Но если этот принц недоделанный будет к тебе лезть… — Не будет, — уверенно заявила я, и решила сменить тему: — Лучше скажи, чего ты вдруг пришел? Ты же не хотел отходить от своей почты, пока не получишь… Вот черт! Ты получил?! Результат пришел?! — Да. Лина. — Илья отстранился, чтобы смотреть мне в глаза. — Результат отрицательный. Богомолов не отец Камиллы. Ирина Павловна нас обманула.