Неучтенный фактор

вот зелье варится над партой вдруг взрыв и все уж под столом но всё равно любовь нагрянет облом (c) Xselena Симус Финниган тяжело вздохнул и с завистью покосился на соседнюю парту, за которой вовсю кипела заданная профессором Слизнортом работа. Гермиона Грейнджер как всегда была на высоте, успевая одновременно следить и за зельем, и за Невиллом Лонгботтомом, по доброй традиции доставшимся ей в напарники. И как у него все получалось? Да-да, Симус завидовал именно Невиллу, умевшему практически на ровном месте создать катастрофу чуть ли не глобального масштаба; особенно ему удавались случайные взрывы, о каких Финниган мог только мечтать. Симус обожал магическую пиротехнику в любом ее проявлении, посвящая взрывоопасным экспериментам практически все (а иногда действительно все) свободное время. Да что там скромничать — за последние два года он настолько продвинулся в своем хобби, что сами близнецы Уизли признали его талант и попросили в прошлом году подсобить с прощальным фейерверком для жабы Амбридж. Ну и переполох был! Симус аж зажмурился от приятных воспоминаний, но, открыв глаза, вновь увидел Невилла и тут же сник. Нет, ну как ему удается, не прилагая усилий, создавать шедевры практически из ничего? Робкий стук отвлек Симуса от мук зависти, дверь класса тихонько отворилась, и в проеме показался младшекурсник. — Профессор Слизнорт, вас вызывает директор, — и в ответ на удивленный взгляд преподавателя он пояснил: — Что-то насчет следующей пары Зелий, накладки в расписании. Профессор кивнул и поспешил к выходу. — У вас осталось сорок минут, — произнес Слизнорт, покидая кабинет. — И помните, при создании такого зелья, как Амортенция, нужно быть предельно аккуратными. Симус уже закончил свою часть работы, а вот его другу и напарнику явно требовалась помощь. Раскрасневшийся Дин Томас с яростью горного тролля кромсал ножом очередной ингредиент, но вмешиваться кому-либо в процесс сейчас было равносильно самоубийству. Симус отвернулся и задумчиво оглядел класс. Весьма многолюдно. Неудивительно. Когда стало известно, что гроза всея Хогвартса Северус Снейп больше не будет вести занятия по Зельям, те резко приобрели популярность, особенно у шестикурсников. Число жаждущих углубленно изучать такой, как выяснилось, важный профилирующий предмет росло день ото дня, а вот ограничение по проходному баллу СОВ оставалось неизменным: не ниже Выше Ожидаемого. Но Альбус Дамблдор, успешно противостоящий темному волшебнику Гриндевальду в прошлом и лорду Волдеморту в настоящем, не зря считался могущественнейшим магом современности, чтобы не справиться со столь незначительной задачей. В результате задушевной беседы с директором Гораций Слизнорт согласился снизить допустимый балл до Удовлетворительно. Поговаривали, что Дамблдору это стоило месячного запаса засахаренных ананасов, не менее трех бутылок отборной медовухи и всего одной вазочки лимонных долек, впрочем, поглощенных в процессе переговоров. Учащиеся не преминули воспользоваться ситуацией, и теперь в кабинете Зелий находился чуть ли не весь шестой курс. И даже один семикурсник. Но Кормак Маклагген, видимо, просто воспользовался положением одного из профессорских любимчиков и упросил-таки Слизнорта взять его на спецкурс. Но ладно, присутствие Маклаггена было оправданным — в гриффиндорской гостиной не раз раздавались его стенания по поводу того, что в будущем аттестате не будет Зелий (дядя Кормака хоть и был шишкой в Министерстве, но не всемогущей), но Лонгботтом-то что здесь забыл? Наверняка опять бабушка заставила. Сопящий рядом Дин тихо выругался, что означало: «Не лезь, я на взводе, но еще не готов сдаться», и Симус от нечего делать вытащил из сумки небольшую коробочку. Открыв крышку, он с нежностью посмотрел на несколько маленьких коричневых шариков, покоящихся внутри. Вот он! Недостающий компонент для его последней разработки. Кто бы мог подумать, что именно это способно вывести его опыты на новый уровень. Симус уже было собрался спрятать свое сокровище, когда заметил едва уловимое движение справа. Он скосил взгляд и проследил за ухмыляющимся Кормаком, кинувшим бумажный самолетик в сторону Грейнджер. Заколдованная записка спикировала прямо в руки Гермионы, заставив ее на время отвлечься от работы. Она открыла послание и оглянулась. Кормак улыбнулся шире и подмигнул покрасневшей Гермионе. И именно в этот момент произошло непоправимое: с победным возгласом «Закончил!» Дин вскинул левую руку и выбил из пальцев Симуса заветную коробочку. Дальнейшее происходило, как в замедленном колдо. Вот коробочка, получившая ускорение, устремляется вверх, и заветные горошины разлетаются в стороны. Симус успевает заметить, как одна из них попадает в зелье Гермионы, а вторая пикирует в варево Драко Малфоя. Жидкость в обоих котлах начинает шипеть и пузыриться, но Симус реагирует мгновенно. «Ложись!» — орет он. Наученные горьким опытом обучения вместе с Невиллом, ученики шарахаются кто куда — и раздается взрыв.

***

Симус посмотрел на испачканные стены, развороченные котлы, покореженную мебель, напуганных, грязных, но целых одноклассников и победно улыбнулся. Он сделал это: одолел Лонгботтома на его же поле! Чисто случайно. «Апчхи!» — неожиданно раздалось за соседней партой, и Симус перевел взгляд на поднимающуюся на ноги Гермиону, растрепанную и перемазанную сажей. Ее волосы сейчас действительно походили на воронье гнездо, одежда была безвозвратно испорчена остатками зелья, а под глазом наливался сочный синяк... Невероятно! Это было самым прекрасным, что Симус видел в жизни!

***

Миллисента Булстроуд наконец рискнула открыть глаза и вылезла из-под парты. Она ассистировала Драко Малфою в приготовлении Амортенции, когда раздался чей-то предостерегающий вопль. Затем кто-то затащил ее под парту, и прогремел взрыв. Поморгав, Миллисента сфокусировала взгляд и замерла — перед ней стоял Он: ее мечта, рыцарь из снов, тот самый единственный. Вымазанный с ног до головы, Драко поправил свою еще недавно идеальную прическу и с присущим лишь истинным рыцарям благородством произнес: — Твою ж мать.

***

В кабинете директора собрались пятеро. Сам Альбус Дамблдор, бывший и нынешний преподаватели по Зельям и двое шестикурсников: Гермиона Грейнджер и Драко Малфой, которых в срочном порядке забрали с места обсуждаемых событий. — Итак, ситуация нетипичная, — спокойно произнес директор. И она действительно была таковой. Попадание в Амортенцию не предписанного рецептом ингредиента повлекло за собой резкое нагревание и неконтролируемый выброс энергии. В результате зелье или то, что от него осталось, не только не испортилось, но и превратилось из любовного в приворотное. Но самое удивительное, что ученики попали под действие видоизмененной Амортенции, всего лишь вдохнув ее аромат. Причем попали все, кроме тех двоих, чье снадобье в буквальном смысле взлетело на воздух. Драко и Гермиона были в полном порядке, если не считать испачканной одежды, ссадин и синяка под левым глазом Грейнджер. Взаимной симпатии между ними также не наблюдалось, а это значило, что их эликсиры друг друга нейтрализовали. — Нетипичная? — взвился Снейп. — Да у нас едва ли не весь шестой курс под действием любовного зелья! — Приворотного, — поправил коллегу Слизнорт. — Не забывайте, Амортенция изменила свои свойства. — Неучтенный фактор, — задумчиво произнес Дамблдор. — Вот дерьмо, — не сдержавшись, второй раз за день тихо выругался Драко. — Оно самое, мистер Малфой, — едко заметил Снейп и в ответ на недоуменные взгляды учеников пояснил: — Финниган принес на урок обработанный драконий навоз в сочетании с экскрементами корнуэльских пикси. Непроходимая глупость с его стороны; одним словом — Гриффиндор. — Не драматизируй, Северус, — отмахнулся Дамблдор. — Мистер Финниган, сам того не ведая, внес неоценимый вклад в науку Зельеварения. — Осталось только разобраться, что теперь с этим вкладом делать, как и с толпой невменяемых идиотов, — хмуро процедил Снейп. — Почему же невменяемых, — искренне удивился директор, проигнорировав нелицеприятный отзыв в сторону своих подопечных. — Ученики в полном порядке, за исключением того, что внезапно почувствовали влечение к мисс Грейнджер и мистеру Малфою. — Может, стоит отправить учащихся по домам, пока мы с Северусом не разработаем антидот? — внес предложение профессор Слизнорт. — Отправить восвояси шестой курс чуть ли не в полном составе? — скептически спросил Снейп. — Еще и в такое неспокойное время? У нас война намечается, если вы не заметили. — Северус прав, — подтвердил Дамблдор, в который раз пытаясь скрыть под мантией исковерканную проклятием руку. — А если отправить домой только мисс Грейнджер и мистера Малфоя? — не сдавался Слизнорт. Гермиона и Драко хмуро переглянулись. — Исключено, — отрезал Дамблдор. — Всем известно, что мисс Грейнджер — лучшая подруга Гарри Поттера, а семья Малфоев после побега Драко и Нарциссы в большой немилости у Волдеморта. Тебе ли не знать, Гораций, что Хогвартс сейчас — самое безопасное место. Гермиона вновь посмотрела на Драко, но он сделал вид, что не заметил ее недоуменного взгляда. — Я думаю, стоит попытаться сократить ваше общение с одноклассниками, — обратился к ним Дамблдор. — Разумеется, на время, до того, как профессора разработают противоядие. — Но как же... — попыталась возразить Гермиона, но Дамблдор не дал такой возможности: — У вас же нет взаимного влечения? Драко и Гермиона с несвойственным им единодушием замотали головами. — Решено: вы переезжаете. Я думаю, главные старосты войдут в положение и уступят свои комнаты, — вынес приговор Альбус Дамблдор. — Жить с ней? — не выдержал Драко и, махнув от досады рукой, угодил Гермионе прямо в глаз. — Ай! — Гермиона прижала руки к лицу, и рядом с ней в мгновение ока материализовался еще более хмурый Снейп. — Не смертельно, — прокомментировал он, осмотрев наливающийся уже под вторым глазом синяк. — И, мисс Грейнджер, сходите к мадам Помфри — вы похожи на панду. Вам лучше использовать специальную мазь. Гермиона насупилась, но промолчала. — Мистер Малфой, впредь я бы попросил Вас быть осмотрительнее, — нахмурившись, произнес директор. — Не забывайте, теперь вы с мисс Грейнджер на одной стороне.

***

— Прости, я не хотел, — буркнул Драко, держась неподалеку от Гермионы. — Малфои не бьют женщин. — А затем, на мгновение задумавшись, тихо добавил: — Если только это не вышло случайно. — Ничего, — процедила Гермиона, продолжая идти по коридору к своей новой гостиной. — Надеюсь, мне недолго придется терпеть твое общество. — Я не был бы столь оптимистичен. — Ты сомневаешься в компетентности наших преподавателей? — Я сомневаюсь в адекватности наших одногруппников, — парировал Драко. — Но профессор Дамблдор сказал, что они не причинят вреда, — удивилась Гермиона. — Сознательно — не причинят, но нам, думаю, все же придется несладко. — Несладко? — Ну, или чересчур сладко. Гермиона нахмурилась. — Ах да... кому я это рассказываю. Откуда тебе знать, что такое мужское внимание? — хмыкнул Драко. — А ты, я так понимаю, знаешь об этом не понаслышке, — улыбнулась Гермиона. — Разумеется, — не заподозрив подвоха, кивнул он. — И как? Не сильно утомляет мужское внимание? Драко аж поперхнулся от такого предположения, но решил, что дальнейшая пикировка того не стоит. В конце концов, им еще вместе жить. — Повезло еще, что испорченная Амортенция действует только на противоположный пол. Терпеть домогательства со стороны парней я не намерен, — спустя несколько секунд на всякий случай развеял он сомнения Гермионы, если таковые все же прокрались в ее лохматую голову. Гермиона хмыкнула и немного погодя уже серьезно спросила: — Малфои перешли на сторону Ордена Феникса? Отчего же такая смена приоритетов? Драко не ответил.

***

В эту ночь Гарри Поттер видел во сне Гермиону. И «видел» было самым безобидным из того, что он там делал. Да и сама Гермиона вытворяла такое, что проняло даже лорда Волдеморта, так некстати рискнувшего вновь нащупать эмоциональную связь с Гарри. Наутро, твердо вознамерившись вспомнить давно забытое старое, а точнее, опробовать недавно приобретенное новое, Лорд вызвал к себе Беллатрису Лестрейндж.