Пепел

      Утром я проснулся в окружении своих любовниц. Запах прошлого бурного вечера всё ещё витал в воздухе, его можно было почти что собирать ложкой и собирать в ведро. Оглядевшись по сторонам, я увидел Настю, Майю и Викторию, что лежали вместе со мной на постели. Виктория и Майя лежали в обнимку и тихо сопели, Анастасия же положила свою голову мне на грудь и прижалась ко мне всем телом. Я аккуратно коснулся её волос ладонью, запустил пальцы в её густые локоны. Она открыла глаза, взглянула на меня и улыбнулась. — Доброе утро. — сказал я, улыбнувшись в ответ. — Доброе, мистер Ценис. — прошептала она и поцеловала меня в губы. — Дикий же вечерок у нас был вчера. — Да, с этим невозможно спорить. — ответил я и ещё раз поцеловал её. Анастасия вновь положила свою голову мне на грудь, не желая прерывать столь приятное утро. Прекращать это блаженство я тоже не имел желания, но какая-то мысль всё не покидала меня. Я что-то забыл, но никак не мог вспомнить что именно. — У тебя такой вдумчивый взгляд. О чём размышляешь. — Я кажется что-то забыл. Что-то очень важное, но никак не могу вспомнить. — Может оно и не было столь важным, раз ты забыл. — Может быть…а может… Понедельник! — воскликнул я. — Сегодня понедельник! Учёба! Занятия! Подготовка! Чёрт! — Что? О боже, точно! Понедельник! — Анастасия быстро осознала, что произошло и взглянула на часы. Они показывали восемь утра. Если брать в расчёт время поездки на автобусе, том мы уже опоздали. Я и Анастасия тут же вскочили с постели и принялись собирать нашу одежду, разбросанную по полу. Нам ещё следовало принять душ, чтобы смыть запах близости с наших тел. Даже человек его мог учуять, что уж говорить про абсолютное большинство жителей хира. После нескольких минут под струями воды я наконец смог одеться и покинуть нашу тайную квартиру. Анастасия сказала мне чтобы я её не дожидался, ей всё равно придётся сначала ехать к себе домой, чтобы переодеться. Сев в автобус, я только и думал про себя: «Быстрее! Быстрее!». Моя репутация была подмочена, не хотелось ещё и начать серию опозданий, так ещё и перед самым концом года. Когда я наконец смог зайти в свою комнату, то на часах уже было за десять часов. Шло уже второе занятие, его вторая половина. Я быстро оделся, умылся, схватил ранец и побежал к главному зданию. — Извините, можно войти? — сказал я негромко, заглянув внутрь аудитории. — Заходите, у вас осталось ещё половина занятия. Может ещё успеете решить пару задач. — сказал мне преподаватель физики Адольф Лерр. Я обрадовался, к счастью моему мистер Лерр не был особо зол, так что проблем с ним в будущем возникнуть не должно было. Свободное место нашлось рядом с Эмией, она моей компании не была против, и спокойно подвинулась в сторону. — Слушай, что сегодня проходили? — Ничего нового. Просто повторение старых тем. Мы же до этого весь учебник закончили. Забыл, что ли? — удивилась она, и была права. Вопрос мой был очень глупым. Какие могут быть новые темы прямо под конец учебного года. — Вот, примеры, что он нам выдал. — Эмия достала листок стандартного размера, на котором было с десяток разных задач по физике. Меня удивило то, что лист был без какого-либо номера, и на нём всё точно не рукой написано. — Неужели в типографии специально заказали для этого урока? — удивился я, рассматривая листок. — У нас вчера, как говорят, поставили свой небольшой печатный станок, программируемый. — Программируемый? Это в каком смысле? — Печатный станок соединён с электромеханическим компьютером. Текст и разные формулы таким образом печатать можно намного быстрее, и каждый день будет новая партия. Говорят, что даже специалиста из столичного университета призвали. Я его самого не видела, но вот сам станок видела. Размером с целую комнату, большая часть комнаты занята именно компьютером. — Компьютер, эх. А ведь компьютеров у нас полно и у меня на родине, обычно это женщины, что постоянно сидят за механическим калькулятором и вечно что-то считают. — Говорят, что один такой электромеханический компьютер может целое здание компьютеров живых заменить. Только вот электричества ест выше крыши. К кабинету где стоит эта штуковина подключили целую подстанцию отдельную. — Интересные новости. Ладно, пока время есть нужно всё же заняться учёбой. До конца занятия я решал пример предоставленные нам мистером Лерром, к сожалению, решить я успел меньше половины. На несвежую голову работалось мне не очень хорошо. Третье занятие, что шло после обеда, мне далось намного лучше. После трапезы мои мозги заработали и я решил предоставленные задачи уложившись в временные рамки. После третьего урока, я был свободен и вернулся в свою комнату чтобы переодеться. Под дверью я в очередной раз нашёл письмо. Похоже, что оно было от Виктории. Но к моему удивлению, внутри конверта я нашёл лист с текстом на моём родном языке. «Джейк Ценис, мы признательны вашей решительности и благоразумию. Пропажа гражданина на территории другого государства это тревожное для всего дипломатического корпуса событие. Учитывая информацию, что вы нам сообщили, мы вынуждены далее следовать определённым мерам конспирации. Если у вас были какие-то важные дела на сегодня, то придётся их отменить. Встреча назначена на семь часов вечера, переулок на пересечении улицы Северной и Армейской, белый фургон. После прочтения письмо должно быть уничтожено.» — Мать твою, во что я попал! — вот первое что я подумал, до конца прочитав это короткое письмо. Текст был написан на машинке, подписей не было, адресов отправления тоже. Это был словно момент из шпионского фильма, героем которого становиться я совсем не желал. Звериное чутьё говорило мне, что это всё может быть ловушкой. Вдруг это полицейские подкинули мне письмо, а потом арестуют и обвинят в шпионаже? Но всё же прийти на встречу мне следовало. Маркус всё ещё был неизвестно где, а контакт с консульством был моим единственным шансом на его спасение. Я переоделся в гражданскую одежду, дождался подходящего времени и отправился на встречу. Чем ближе я подходил к нужному переулку, тем быстрее билось моё сердце, тем сильнее дрожали мои руки. Перед тем, как завернуть за угол я остановился и постарался привести себя в норму, отдышаться. И лишь спустя пару минут я всё же смог заставить себя завернуть за этот чёртов угол и посмотреть внутрь этого чёртового переулка. Я сразу же увидел чёрный фургон, поставленный ко мне задом, спрятанный в глубине этого переулка, он туда еле влезал. Рядом с ним стоял кот средних лет, в ладони без нескольких пальцев можно было увидеть зажженную сигарету. — Пришёл, наконец-то. — сказал кот и принялся открывать грузовой отсек фургона. — Не возьмёте! Суки! — сказал я сам себе и попытался уже смыться отсюда к чёртовой матери, но чья-то рука тут же легла на моё плечо. — Не кипятись. Подставы нет. — донёсся мужской голос, что говорил со мной на хирском. Я обернулся и увидел позади себя чёрного лиса, того самого лиса который спрашивал у меня подробности взрыва в кафе. Я эту морду сразу же узнал. — Всё! Только драпать! — подумал я, тут же вмазал ему по роже, а затем попытался рвануть. Именно попытался, так как удар особого эффекта не возымел. Я тут же оказался на асфальте, меня схватили за руки и ноги, попутно как-то умудрились вставить в рот кляп, я быстро оказался заперт в фургоне, продолжал брыкаться, но понимал, что мне, как говорят на флоте: «Пришла пизда, большая и жирная». — Гражданин, успокойся. — донеслась знакомая альтейская речь. Я поднял глаза и увидел над собой человека средних лет со светлой кожей и чёрными как уголь волосами, он обладал аккуратно подстриженной бородкой и усами, был широкоплеч и смотрел на меня как на мелкого пацана. — М-в-ф… — вот что я ответить ему, кляп всё ещё торчал в моём рту. — Будьте добры, вытащите кляп, я поговорю с ним. — сказал он чёрному лису и беспалому коту. Просьбу человека они выполнили, кляп вынули. — Какого хрена!? Кто вы все? — Единственные, кто готов помочь тебе и Маркусу. — сказал человек. — Кто вы? Кто ты? — сказал я взглянув человеку прямо в глаза. — Ты так уверен, что я тебе назову своё настоящее имя? Зови меня Агент, так проще будет. Работаю я на кого надо, тут главное то, что родина своих граждан в беде не оставляет. — Служба зарубежной охраны? Внешняя разведка? — сказал, я пытаясь вспомнить все названия служб, которые я запомнил за годы увлечением военным кино. — Мимо, или не мимо. Зачем мне раскрывать своё подразделение. Ты вообще гражданский, тебе знать, как бы не положено. — сказал Агент, улыбаясь. — Друзья, я думаю можно отпустить его. После этих слов, меня наконец перестали держать по рукам и ногам. Я сел на пятую точку, машина медленно тронулась. Агенту я всё ещё не доверял, да и эти полицаи у меня доверия не вызывали. Но плюс был в одном, я наконец мог говорить с тем, кто мог сделать хоть что-то. — Вы ведь знаете, что они местные полицаи? — сказал я, глядя на чёрного лиса и кота. — Знаем. Конечно знаем. — шутя ответил Агент. — Парень, а теперь слушай. Мне нужно чтобы ты описал внешний вид тех, кто похитил Маркуса. Зацепок у нас толком нет, так что будем исходить из того что это сделали и в правду полицейские. И говори теперь на хирском, пусть мои друзья всё понимают. — Вот на это вам и полицаи. Опознавать будут. — сказал я, ещё раз взглянув на двух мохнатых служителей хирского порядка. — А котелок у тебя неплохо варит. Так что напряги свои извилины, нужна каждая деталь. — Извините, но всё что я знаю, я уже написал в письме. — Блять, парень, не разочаровывай меня. Ты и так почти натурализовавшийся агент, мне не хочется отклонять твою кандидатуру из-за слабоумия. — Не надо винить меня! Это произошло меньше чем за минуту, на меня наставили оружие, а потом заехали по голове рукояткой. — Детали, важны детали. Одежда, машина, даже марка пистолета поможет. — сказал мне чёрный лис. — Машина…машина была…кажется белой. — я сильно напряг свою память, пытался достать оттуда всё важное и всё то, в чём был наверняка уверен. — Одеты они были как гражданские, но прилично, не как докеры или парни с завода. — В пиджачках ходили? — уточнил Агент, резко перейдя на хирский. — Да в пиджачках. А оружие…мне по голове револьвером треснули. Марки не помню. В хирских стволах не разбираюсь. — Хм… — кот порылся во внутреннем кармане и вытащил оттуда револьвер. — Такой? Я присмотрелся к этому изделию из металла, оно походило на то, чем мне угрожали, а затем ударили по голове. Хотя все револьверы друг на друга похожи в определённой степени, это ведь револьверы. — Вроде да, но я не особо уверен. — ответил я. — Ладно, хотя бы это узнали. Но это точно был револьвер? — спросил у меня лис. — Да. Именно револьвер. Я это точно помню. — уверенно ответил я. — Похоже больше парень нам не скажет. — сказал кот, обратившись к Агенту. — Ладно, можно его высаживать. Только в тихом месте. — Что мне дальше делать? — удивлённо спросил я. — Я ведь ваши лица знают, вдруг меня тоже повяжут? — Если повяжут, то тяни время. Корми им дезинформацию. Можешь начать рыдать и мочиться под себя. Так тебе охотнее поверят. Это я сейчас серьёзно, если ты прикинешься что сломался сразу, то тебя скорее всего не будут пытать. Главное неси чушь, выдумывай имена, целые группы если надо, только не переборщи с бреднями. — сказал мне Агент в напутствие и хлопнул по плечу. А затем резко подтянул к себе и прошептал на ухо. — Родина знает, что ты трахаешь хирок, родина это не очень одобряет. Хватит баловаться. Помни кто ты есть. Ты ведь сын офицера, героя войны. Фургон вскоре остановился и меня высадили в одном из переулков в соседнем районе. — Помни. Ты нас не видел. Ты нас не знаешь. — сказал мне Агент, прежде чем двери грузового отделения вновь закрылись и фургон не уехал. Поняв, что всё закончилось, я сразу выдохнул. Адреналин покидал мою кровь, ноги стали слабеть, я схватился за голову пытаясь ещё раз прокрутить в голове то, что произошло за последние несколько минут. — Боги, за что? Я просто хотел увидеть другую страну и получить образование! За что мне всё это? — спросил я у молчаливых и незримых богов, которые якобы обитали на небесах. Знакомых рядом не было, так что они были моими единственными слушателями.

Арик Марш…

      Парнишка остался снаружи, а наш старенький фургончик продолжил ехать по улицам, чтобы усложнить слежку. Я ещё раз посмотрел на ситуацию и задумался на секунду. Нам теперь приходилось работать с людьми, с их государственной внешней разведкой. На войне я бы этого «Агента» без раздумий прицепил бы к стулу и начал экспресс допрос с пристрастием. Год назад я бы в такое не поверил. Причём информация о сотрудничестве пришла от самого начальства. Тяжёлые времена требуют принятия сложных решений. — Господа, мой соотечественник всё же дал вам некоторую информацию. Предложения будут? Не забывайте об уговоре. — сказал нам агент Максимилиан. Его голос вырвал меня из раздумий. — У наших начальников временно совпадают интересы. Вы хотите сохранить мир. Мы хотим сохранить мир. Так что пусть интересы наших начальников совпадают как можно дольше. — сказал Максимилиан глядя мне прямо в глаза. Видимо я дал сомнению появиться на лице. — У нас мало данных, но хоть что-то есть. Среди группы детективов, которых назначили на расследования некоторых из взрывов есть персонаж, который подходит по признакам что нам дал Джейк. — сказал Гойер. — Да, только вот признаков мало. Мы знаем лишь то что у них должна быть белая машина, они любят одеваться в пиджачки, и у одного из них есть револьвер. — говорил я недовольно. — Если мы его начнём допрашивать, то это путь в один конец. Оппоненты поймут, что план окончательно раскрыт и может случиться всё что угодно. — Не просто револьвер. У детектива Крейна гражданская версия Маграма под меньший калибр, так же у него Галькар купе белого цвета. То что нужно для того, чтобы запихнуть туда похищенного. На заднем сидении полно места, можно и вчетвером залезть, если постараться. — Маловато данных. Если мы будем его допрашивать, то нужно либо просить у штаба подмоги, чтобы нас не опознали потом, либо после допроса Крейн расстанется с жизнью. Хотелось бы обойтись без трупов наших сограждан. — Если вы с этим всем не разберётесь, то начнётся бойня таких масштабов, что ты потом пожалеешь о проявленном милосердии. — добавил агент Максимилиан. — Помните уговор. Вы помогаете нам вытащить нашего гражданина из плена, а мы помогаем утрясти всю ситуацию с нашей стороны и помочь вам с эвакуацией свидетеля. У нас мало времени. — Марка собираются перевозить в другую тюрьму через два дня. Это хороший момент, чтобы остановить конвой и вытащить его оттуда. — добавил Гойер. — План нужно утвердить с руководством. Я сегодня же совершу звонок, запрошу помощь. Нам двоим эта работа не под силу. Тут нужна целая группа и вооружение, чтобы охрана даже не думала сопротивляться. — С вооружением мы можем помочь. Просто скажите, что вам нужно, и я достану. — сказал Максимилиан. — Всё, что бывало на фронтах Великой войны и пляжах островов посреди Великого океана, я имею ввиду. — Будете вскрывать старые трофейные склады? — Вам нужна анонимность. Если будут найдены альтейские пушки, то это будет поводом для скандала. Скандал будет и так и так, только газеты будут думать на бандитов, а не на альту. — Думать, что жёлтая пресса не найдёт повода приписать сюда людей, не логично. Но оружие нам понадобиться. Это точно. — сказал Гойер. — Достаньте нам семь Малькоров. Чтобы охрана точно обгадилась со страху. Группу ещё не утвердили, так что можете ещё полуавтоматических карабинов взять под тот же калибр. Разгрузки — стандартные армейские, каждой винтовке минимум по пять магазинов. — Слушай, мы ведь не в рейд по тылам идём. — сказал Гойер, взглянув на меня. — Лучше иметь и не пользоваться, чем не иметь, когда оно тебе нужно. Если начнётся перестрелка, то лучше иметь запас. — ответил ему я, перефразируя своего первого сержанта. — Это окончательный список? — ещё раз спросил меня Максимилиан. — Окончательный. — Отлично. На подготовку к операции у нас сутки, оборудование мы принесём в точку сбора. — сказал Максимилиан. — Думаю вам пора высаживаться. Ваше начальство ждёт. — затем он несколько раз постучал по одной из внутренних стенок фургона, машина вскоре остановилась. Я и Гойер вышли на улицу, грузовик с фургоном тут же уехал прочь. Теперь следовало как можно быстрее связаться с начальством. — Гойер, у тебя в этом городе друзей много осталось? — спросил я у своего коллеги по опасной работе. — Нет, не особо. — Девушку нашёл себе? — Нет. Не до этого было. Я работал, как и ты. — Это хорошо. Сейчас начнётся самый опасный момент нашей работы. Если что-то пойдёт не так, то у нас два пути. Либо нас сцапают и расстреляют, либо мы уходим в подполье и пытаемся выйти на связь со штабом и сматываемся из города. После того, как мы вытащим пропавшего человека и нападём на полицейский конвой, начнётся ужас. Может дойти до гражданской войны даже. — Я знаю, Марш, я знаю. Давай уже свяжемся со штабом и им всё скажем. — Хорошо. — ответил ему я. Мы вдвоём вышли из узкого переулка, водитель высадил нас недалеко от промышленной части города. К счастью здесь телефонную будку было найти не сложно. Я зашёл в неё, сложил монетку и быстро прошёл через нашу обычную конспиративную рутину. — Да. — донёсся знакомый мужской голос. — Докладывайте. — Ваше предложение сработало. При виде человека студент смог вспомнить несколько деталей. — Вы смогли узнать кто именно за этим стоит? — Есть основания полагать, что это офицер Крейн. У него белая машина, он предпочитает одеваться в дорогие костюмы, и владеет револьвером фирмы Маграм, который опознал студент. — Нам нужно достать похищенного. Если это единственная нить, то идти мы будем по ней. Назовите адрес, мы отправим туда группу для захвата и допроса. — Постарайтесь сохранить ему жизнь, если будет возможно. — Адрес. Дай нам адрес. — твёрдо повторил голос на том конце провода. — Гойер, какой там адрес у Крейна? — спросил я у коллеги. — Чернокаменная 10, живёт в отдельном доме. — сказал Гойер и закурил сигарету. Крейн был нашим врагом, но был так же и коллегой по нелёгкому детективному ремеслу. Я передал этот адрес начальству, они же нам дали адрес где будет собираться группа для операции. Это был небольшой склад недалеко от порта. То, что надо чтобы тайно собраться и обсудить тёмные дела. На этом наш сеанс связи был закончен. Мы вдвоём сразу направились к месту сбора, каждая минута была на счету. На месте мы были буквально через пол часа. Ещё в течении часа группа была в сборе, штаб послал нам на помощь аж шестнадцать мужчин, все из них бывшие ветераны, все из них на грани или уже за гранью зрелого возраста. — Господа, нам предстоит тяжёлая работа. — сказал я, положив карту сельской местности, что окружала Фикке, на стол. — Свидетеля перевозят в другой город, чтобы разобраться с ним. Нам нужно перехватить полицейский транспорт и вытащить парня оттуда. Наши коллеги собрались вокруг стола и стали пристально рассматривать. Я же начал карандашом помечать маршрут и разъяснять план грядущей операции. — Перехватить транспорт будет легче всего на этом мосту, это единственный способ пересечь реку Хвар на несколько километров вокруг. Мы заблокируем проезд двумя автомобилями и возьмём транспорт в тиски. Охрану возьмём испугом, вытащим из кабины и заберём ключи. Если не получиться взять их испугом, то будем взрывать замки. В идеале никто не должен пострадать, но если не сдадутся, то будем стрелять. — взяв небольшую паузу, я взглянул на своих коллег. Штаб знал кого посылать, ни у кого на лице не было и тени сомнения. Они все выглядели готовыми сделать то, что от них требуется. Как раз в этот момент к складу подъехал грузовик. Гойер достал пистолет, готовясь к худшему, а затем выглянул из приоткрытой двери. Водитель к счастью был тем же самым, что и раньше. Да и грузовик с фургоном ничуть не поменялся, только вместо груза там теперь был не человек нелегал, а ящики с оружием и обмундированием. Мы их быстро разгрузили, и грузовик уехал восвояси. После этого мы продолжили обсуждать план. — После того как мы вытащим парня, мы отвозим его на первой и второй машине по дороге ниже по течению, посадим в лодку, которая будет нас ждать, и они уже на лодке продолжат свой путь дальше, до места где Хвар впадает в океан. Там их подбирает автомобиль номер три, и они отвозят парня на конспиративную квартиру. Чтобы местная полицая быстро не прознала про наш план, группа в первой машине продолжит путь дальше по дороге, а затем свернёт в сторону леса. Там они избавятся от машин и лесами выйдут за границу ответственности Фиккейской полиции. Пока подключаться межрегиональные органы мы будем уже далеко. — Машина будет одна или с сопровождением? — спросил меня один из коллег. — Должна быть одна, но даже если будет сопровождение, то мост достаточно длинный чтобы их там всех заблокировать. Местность сельская, и я сомневаюсь, что у них будет радиостанция. Автозак старый, а на патрульных машинах радио так далеко бить не будет. — Если будет хотя бы две машины сопровождения, то это плюс восемь мужичков из охраны минимум. Напугать их пистолетиками будет сложно, а перестрелка может затянуться. — сказал ещё один из коллег. — У нас будут Малькоры. Этим мы с ними точно справимся. — Нихера себе! Откуда у вас Малькоры? — удивился третий. — Фирменный секрет. Ладно, план вам понятен? Вопросы по этому поводу есть? — Мы так друг другу и не представились. — сказал мне один из коллег. — Ради нашей безопасности лучше и не знать имён. Будем обращаться друг к другу по номерам. Я первый, вон тот кот второй. — сказал я указав на Гойера. — Далее присваиваем номера. Если кто-то будет схвачен, то он будет знать о нас лишь номер и ничего кроме этого. Затем мы ещё несколько раз прошлись по плану, вооружились и сели по машинам. Автоматические карабины мы спрятали в багажниках, а разгрузки с боеприпасами скрыли под верхней одеждой. К утру мы были уже на месте, оставалось только ждать. Двигатели мы не глушили, чтобы в самый ответственный момент не случилось так что мы их завести не можем. Я сидел за рулём дальней машины, что первой должна была перекрыть дорогу, карабин лежал у меня на груди, ремень обжимал плечо, левая рука держала рацию, вторая была готова тут же дёрнуть рычаг переключения передач и сорвать машину с места. — Вижу конвой. Едут с сопровождением. Одна машина, внутри четверо вооружённых. — донёсся по рации голос наблюдателя. — До контакта тридцать секунд. Я стал пристально смотреть на дорогу, вскоре показался полицейский транспорт с преступниками. Сопровождение видимо ехало позади, я его не сразу разглядел. — Начинаем! — скомандовал я, как только транспорт заехал на мост. Рука сняла машину с ручного тормоза, педаль газа была нажата, и я быстро перегородил кузовом обе полосы. Скрипя и тарахтя, старый тюремный транспорт остановился в паре метров от меня. Мои с водителем взгляды пересеклись, я увидел испуг на его лице. Мужчиной он был уже практически предпенсионного возраста, и точно не рассчитывал попасть в такую историю. Через секунду из кустов вышли мои коллеги и направили оружие на водителя. Вид нескольких автоматических карабинов тут же вышибли всю волю, которую бы водила мог иметь, нам не пришлось даже требовать поднять руки, он это сделал сам. Тем временем вторая группа под предводительством Гойера так же с помощью машины перекрыла путь к отступлению и взяла под стволы машину охраны, но охрана решила оказать сопротивление. Они сразу открыли двери и выскочили наружу, с оружием в руках. — Бросайте оружие! — крикнул Гойер. — Сам бросай! — крикнул один из полицейских и выстрелил из дробовика. Дробь попала в кузов автомобиля никого не ранив. Раздался сильнейший грохот, одновременно гремели сразу несколько Малькоров. За десять секунд четверо смелых полицейских приняли на себя больше ста пуль. На них не осталось живого места. На секунду после этого ужасного грома, наступила гробовая тишина, лишь шум двигателей достигал наших ушей. — Продолжаем! — крикнул я. Времени нельзя было терять. Оба наших отряда окружили полицейский транспорт, держа всех, кто внутри на прицеле. — Открывай дверь, или мы взорвём замок. — громко скомандовал Гойер, направив ствол на одного из конвоиров. Дрожащими руками он открыл дверь автобуса, мы вытащили его из салона вместе с водителем и уложили на асфальт. — Братки! Вы от кого будете? — радостно сказал один из уголовников, думая, что пришли освобождать его. — Крипса? Или от малыша Билли? Гойер и несколько коллег вместе зашли внутрь и молча прошли мимо этого подонка, нужным нам парень был на месте. Его переодели в тюремную робу, он был напуган до ужаса. Его освободили от оков и вытащили из полицейского автобуса. — Не убивайте! Не убивайте! — молил он, пока его волокли словно мешок картошки. — Заткнись! — скомандовал Гойер и слегка ткнул Марка стволом в бок и заставил замолчать. Затем его запихнули в салон, обе группы сели в свои машины и тут же сорвались с места. — Число трупов приближается к первому десятку. — сказал я, когда мост оказался позади. — Не убивайте…не убивайте… — всё бормотал Марк, опустив голову. — Да успокойся ты. Я обещал, что тебя вытащат. Вот мы тебя и вытащили. — сказал я, Марку. — Куда вы меня везёте? — Подальше от тех, кто хочет чтобы ты навсегда замолчал. Мы для тебя подготовили укромное местечко, там ты встретишься с важными чинами и дашь показания. — Я боюсь за свою родню. Вдруг они их решат убить, или возьмут в заложники? — Поэтому, тебе лучше сразу дать все нужные показания. Чем быстрее это произойдёт, тем быстрее мы повяжем всех заговорщиков. Хотя бы их часть. А дальше уже дело техники. Крыса всегда найдётся. — Жаль, что до пальбы дошло. Не факт, что эти офицеры из охраны были в курсе. — сказал коллега за номером три. — Они нам выбора не оставили. Первый выстрел был с их стороны, повезло, что из наших никто не пострадал. — Те полицейские, меня за них не посадят? — спросил Марк. — Ты в машине сидел, прицепленный наручниками к сидению. Тебе за это ничего не будет. Можешь быть спокоен. Так мы проехали несколько километров, затем съехали на обочину и быстро переодели Марка в гражданскую одежду. Иначе проезжающая рядом патрульная машина, могла бы приметить сидящего в салоне парня в тюремной робе. Затем мы продолжили путь. И нам попалась патрульная машина. Все в машине напряглись, мигалки у патрульного автомобиля были выключены. Я спокойно продолжил движение. Коллега за номером три обернулся и сказал: «Командир, за нами кажись хвост. Полицейская машина едет за нами уже метров сто.» Я достал рацию и вышел на связь со второй машиной. — Второй, за нами хвост, судя по всему. — Вижу. Похоже он подметил наш подстреленный борт. Приказы? — спросил Гойер. — Сверни в сторону, вдруг он решит поехать за вами. Постарайся оторваться и увести погоню от нас подальше. Встретимся в Северном лесу, там нас ждут журавли. — фраза про журавлей имела особый смысл, она означала ложные сведения. Наши рации были без шифровки, так что патрульное авто с рацией вполне имело шанс поймать наши переговоры. На участке где дорога разветвлялась в три направления Гойер свернул в сторону, а мы продолжили путь по намеченному маршруту. Патрульное авто последовало за ними. Мы продолжили путь, за нами не было хвоста. Лодка ждала нас на месте, я вывел Марка из машины и передал его дальше по цепочке. Спустя минуту он уже сидел в лодке, что неслась по поверхности воды, унося его прочь отсюда. Наша часть плана была выполнена, теперь нужно было смываться за границу региона, мы сели в машину и стали двигаться согласно плану. Я попытался выйти на связь с Гойером и второй группой, но, к сожалению, ответа я не получил. Возможно он вступил в бой с полицией, возможно его уже нет в живых или он был захвачен, а возможно то, что моя портативная рация просто не достаёт до него, и мы с ним встретимся позже. Мне хотелось, чтобы он всё же выбрался из этой передряги, он мне как-никак жизнь спас. Такие вещи в среде воевавших не принято забывать.