Дела сердечные

Ворчун сидел на скамейке возле своего дома. Это был привычный ритуал. Ему нравилось сидеть на свежем воздухе в тишине и спокойствии. И, конечно же, он не упускал возможности поворчать на окружающих. Правда, на этот раз поблизости не наблюдалось никаких раздражающих факторов. Ворчун внимательно смотрел на тропинку, надеясь, что кто-нибудь пройдёт мимо или наоборот, что никто в ближайшее время не появится. Через некоторое время он всё-таки заметил приближающегося смурфика, в котором не сразу узнал Занозу. Она целенаправленно куда-то шла, но, заметив его, остановилась. — Привет, Ворчун! — радостно воскликнула девочка, подходя поближе. Ворчун ответил ей неразборчивым мычанием. — Пойдём, там в смурфбол играют! — название игры Заноза, ещё непривыкшая к особенностям языка смурфов, произнесла почти по слогам, но с не меньшим энтузиазмом. Ворчун же сложил руки на груди и в привычной манере буркнул: — Ненавижу смурфбол. Девочка как-то странно улыбнулась и вытаращила глаза, будто Ворчун её чем-то шокировал, и вместо того, чтобы уйти, как обычно делают это все остальные, присела на край скамейки. — Да ла-а-адно, правда что ли?! Ворчун не совсем понимал, что Занозу так заинтересовало, но интерес этот ему абсолютно не нравился. Девочка пододвинулась практически вплотную и закинула согнутую в локте руку на ближайшее к ней плечо смурфа. Физический контакт, кажется, её совершенно не смущал, а вот у Ворчуна краска к лицу подошла. Бесстыдница — Я-то думала вы смурфики все на позитивчике, за любой движ, — протянула она. — Я ненавижу… движ, — непривычное слово осталось на языке горьким привкусом. Ворчун ещё сильнее нахохлился, стараясь хоть как-то разорвать расстояние между ними. Заноза ухмыльнулась. — Прям весь? — слова она растягивала очень уж сильно. — И нет ничего, чтобы тебе нравилось? Ворчун, уже не зная куда деваться от смущения, кивнул. Казалось, если девочка хотя бы ещё одно слово скажет в такой манере, он не выдержит и сбежит. Но Заноза допрос продолжать не собиралась, она резко вскочила и быстро ушла. Ворчун даже не сразу понял, что с ним попрощались. . . . — Спорим, я найду то, что тебе понравится?! Ворчун снова сидел на излюбленном месте, когда Заноза вдруг возникла из неоткуда, без приветствия с этим вот громким заявлением, которое Ворчун за свою жизнь слышал от множества смурфов. Ни у кого так и не получилось. — Если я найду, а я найду, — продолжала тараторить девочка, — ты залезешь на крышу своего дома и будешь кукарекать, пока всех не разбудишь! Говорить, что она будет делать в случае проигрыша, Заноза не стала, спрашивать мнение Ворчуна по поводу её идеи тоже. — Погнали, — не дожидаясь ответа, Заноза схватила смурфика за руку и помчалась куда-то вперёд. Поспевая за девочкой, Ворчун не смотрел ни по сторонам, ни себе под ноги, только на их всё ещё сплетенные пальцы и чувствовал, как горят у него щеки. . . . Заноза, что было вполне ожидаемо, повела его кататься на аистах. Этот метод первым делом выбирал каждый смурфик, решивший во что бы то ни стало развеселить Ворчуна. Только вот Заноза, взобравшись на птицу, позвала его сесть за собой и порекомендовала держаться крепче. Возможно, девочка имела в виду ухватиться именно за неё, по крайней мере, это первое, о чём подумал Ворчун, тут же от этой мысли смутившись, а может, и нет. В любом случае, смурфик с силой вцепился в белые перья и мысленно извинился перед пернатым другом. Заноза взмыла вверх. Стиль её полёта отличался быстрой скоростью, частыми падениями и виражами. На особенно резких финтах Заноза восторженно кричала и иногда поглядывала через плечо на смурфика за собой в надежде увидеть улыбку. Но лицо Ворчуна больше напоминало болезненную гримасу. Он держался в напряжении и не издал ни звука, пока птица не коснулась земли. — Ну как?! — Заноза широко улыбалась, и Ворчун, глядя на неё неосознанно подумал, что столь сумасшедшая затея того стоила, но на его собственном лице естественно не было ни намёка на радость. Заноза так быстро сдаваться не собиралась. Когда Ворчун более-менее отошёл от полёта, девочка вновь потащила его за собой. Довольно быстро стало понятно, что все способы развлечения у Занозы экстремальные. Девочка заставляла Ворчуна прыгать с утёса в озеро, гонять на кроликах и даже покорить самодельную тарзанку (как он со всего маху врезался в дерево, Ворчун не запомнил, но запомнил обеспокоенное выражение лица Занозы, пытающейся привести его в чувства) Ворчун послушно шёл за ней, без возражения участвовал во всех авантюрах. Они также устроили несколько розыгрышей жителям Деревни, но и это занятие не вызвало в смурфике никаких эмоций, только надежду, что Заноза никогда не свяжется с Хохмачом, потому что этого Смурфидол грозился не выдержать. Они провели так пару дней, но ни одна из задумок Занозы не увенчалась успехом. . . . — Всё, я сдаюсь, — всплеснула руками девочка, когда на закате они дошли до дома Ворчуна. — Похоже, действительно ничего не может заставить тебя улыбнуться. Ворчун хотел сказать ей, что эта затея изначально была провальной, но почему-то не стал. — Ладно, до завтра! — девочка помахала ладонью и направилась в сторону своего дома. Глядя ей вслед, Ворчун почувствовал, как внутри уже привычно потеплело и чуть-чуть, совсем незаметно, лишь краешком губ, но улыбнулся. Смурфик со вздохом окинул взглядом своё жилище. Завтра утром ему придётся карабкаться на крышу и позорно кукарекать, ведь спор Заноза выиграла.