Мёртвая Тишина

      -Да, понял. Да. Проверим, - повесив микрофон рации на приборную панель пантового Гелика и подхватив АКМ с соседнего сиденья, Гвоздь вальяжно, соответственно его немалому статусу старшего поисковой партии, вывалился из авто.       - Эй, вы двое, - обратился он к двум довольно колоритным личностям, бандитской наружности, что своим праздным видом и недопустимо громким смехом, привлекли его внимание.       - Здесь, - обращая внимание своих подчинённых на карту, что материализовалась у него в руках, - С дрона, не то Рубера, не то Элиту положили, - продолжил он, поставив палец на место, что ему указал куратор группы.       -Берёте жопы в руки, и двигаете на точку, потрошите клиента и быстро назад, - с двух парней, увешанных оружием, как новогодняя ёлка игрушками, вмиг слетела вся их беспечность.       -Гвоздь, ты серьёзно? – вопрос был более чем закономерен. Передвигаться вдвоём на транспорте по свежеперезагрузившемуся кластеру было сродни изощрённой форме самоубийства. И ладно бы проблемой были заражённые, устремившиеся на вновь прилетевшее свежее мясо. По крайней мере то, что можно ожидать от них, было известной угрозой. Но вот идущие в разнос мозги ещё не обратившихся и прилетевших с кластером жителей, выкидывали такие фортели, которые не мог бы вычислить ни один суперкомпьютер. Да, именно поплывшие мозги, к которым прилагались человеческие руки, способные, по меньшей мере, держать палку, а учитывая, что кластер был сельским с поразительно большим количеством охотников на душу населения, и более серьёзное оружие, представляли наибольшую опасность. А ещё были стронги – иммунные, поставившие целью своего существования уничтожение таких как они и их хозяева.       -Не ссыте раньше времени, там поле голое и дрон весит. Если что, прикроет. Или кому-то спораны лишние? – стимулировать подчинённых горохом, а тем более жемчугом, было бессмысленно. Такое богатство шло напрямую руководству и только оно решало, кого одарить своей милостью в виде порции уксусного раствора гороха, не говоря жемчуге.       Двое мурров, показывая покорность, но в то же время, и всё что они думают об отданном им приказе, буквально источая негатив, запрыгнули в старую Mitsubishi Delica. Через несколько секунд один из них укрытый в массивный бронежилет и с водружённой на голову каской, показался в пулемётном гнезде, оборудованном в крыше микроавтобуса. В руках стрелка КОРД дёрнулся, и довернул ствол строго по курсу. Хорошо отлаженный дизель чуть слышно взрыкнул на старте и автомобиль, тихо шурша колёсами, покинул место расположения отряда. У Гвоздя было ещё слишком много работы.

***

      Мощная, усиленная подвеска с увеличенным дорожным просветом, не замечая проглатывала любые неровности дороги. Внедорожная резина своим агрессивным рисунком протектора уже отмотала половину, намеченного до цели, пути. Пулемётчик в своём гнезде без устали крутил головой, стараясь разглядеть малейшие признаки угрозы, особенно теперь, когда густой подлесок неприлично грубо сжал в своих объятия разъезженную грунтовку, подступая к самому краю колеи.       «Да-дах», и снова с полусекундной задержкой «Да-дах», раздалось в паре десятков метров слева от машины. Звук от выстрелов практически слился в один. Это было слишком удобное место для неожиданного нападения, чтобы ожидать чего-то другого. Густой чёрный дым безошибочно указал на место нахождения неизвестного стрелка.       Густой, гулкий бас пулемётной очереди, перечеркнувшей, предавшее затаившихся в нём людей, место, совпал с угасанием эха от первого выстрела. Пулемётчик, буквально прилипший взглядом к созданной им только что просеке из молодых берёзок, не заметил, как за его спиной зашевелилась одна, размытая камуфлированной одеждой, фигура, припадая щекой к прикладу СКСа. Теперь звуку выстрела предшествовал удар кувалдой в спину пулемётчика. Несмотря ни на что, тело, подстёгнутое всплеском адреналина, как положено отреагировало на новую угрозу. Длинная очередь, буквально в клочья, разорвала стрелка, столь близко подобравшегося к своей жертве и не учётшего наличие бронежилета у своей мишени.       Тем временем внедорожник сбавил скорость и уткнулся, в остановивший его тихий ход, кустарник. Пулемётчик, усиленно высматривая опасность, как не старался, не различал ни малейшей угрозы. Нервировало то, что вместо того, чтобы на скорости уйти из-под обстрела, как предписывал здравый смысл, его напарник, сидевший за рулём Делики, предпочёл остановиться.       -Пика? Ты там как, живой? - крикнул пулемётчик внутрь салона.       -Да, хе..ля мне сделается! – донёсся снизу хриплый голос, - Суки, с гладкоствола по окну дробью пальнули. Если б не щиток …, то пи..да. Стеклом немного посекло.       -Так какого х..ра мы тут стоим? Ты чё там, др..чишь? – пулемётчика сейчас волновала лишь возможность повторного нападения, а не здоровье своего напарника.       -Я ж те говорю, посекло, - ну не объяснять же ему было, что он, испугавшись возможного успеха лесных стрелков, избравших его первоочередной мишенью, и наплевав на всё, юркнул под рулевую колонку машины, укрывшись за, дополнительно обшитой металлом, дверкой.       -Давай, быстро иди проверь кто стрелял, - по здравому размышлению, первоначальный эффект от внезапного нападения уже исчерпал себя. Видимо, нападавшие если такие и остались в живых, столкнувшись с превосходящей огневой мощью, решили отступить.       Скоротечный бой закончился. Пришло время собирать трофеи, и считать израсходованные боеприпасы. И лучше бы им обоим оказаться в прибыли, ведь на второго стрелка он не пожалел патроны. Двенадцать и семь десятых миллиметра калибр не из дешёвых, а отчитаться им придётся за каждый сделанный выстрел.       Это прекрасно понимал и водитель, да только лезть одному в кусты, когда они здесь так сильно пошумели, было, мягко говоря, опасно, -Слушай. Давай вдвоём, а?       -Да ты совсем ох..ел! Я те сказал быстро пошёл и проверил! Не ссы, я тебя отсюда прикрою, - ещё не хватало из-за одного дебила, наложившего в штаны, остаться без пулемёта в нужный момент.       Дверь машины раскрылась со скрипом и хрустом осыпающегося стекла. Гремя металлом и кряхтя, не то от натуги, не от желания показать напарнику тяжесть возложенной на него миссии, с водительского сиденья, наружу, вывалился Пика. Перехватив автомат обеими руками, он посмотрел на стрелка за пулемётной турелью, продолжающего искать невидимого врага по правому борту. Направленный взмахом руки пулемётчика в нужную сторону, он, обойдя Мицубиси и перепрыгивая скошенные пулями стволы молодых деревьев, быстро добрался до неподвижного лежащего тела.       Профессионально обыскав карманы покойника, и подхватив лежавшие возле тела рюкзак и старенький СКС, мурр опрометью рванул к машине: -Один, наглухо, ствол годный, хоть и дешёвка, - прокомментировал он обнаруженные находки, закидывая добычу в салон автомобиля. Теперь ему предстояло проверить другую сторону, ту которую, судя по стрельбе дуплетом и осыпавшей машину дроби, облюбовал владелец охотничьей двустволки.       Когда Пика углубился в заросли кустов, он был уже в приподнятом настроении. Было уже понятно, что это никакие не стронги, при чьём нападении их с Резом шансы на выживание стремились бы к нулю, а местные недотёпы, отогнанные огнём крупнокалиберного пулемёта. На самом деле, им сегодня несказанно повезло. Сначала, в том, что именно им выпало выехать на сельский перезагрузившийся кластер.       Кластер то сельский, но село которое каждый раз прилетало с ним в Улей, являлось райцентром с населением около пяти тысяч человек, а это уже никак не менее пяти десятков иммунных, за потроха которых внешники отвалят немало гороха и жемчуга. Кластер был не из самых быстрых, так что провалившиеся аборигены обращались далеко не сразу, что позволяло хорошо вооружённой группе, относительно безопасно их собрать и провести сортировку «счастливчиков». Несколько кластеров постоянно прилетавших с болотистым лесом, с трёх сторон окружали этот оазис, и служили серьёзной преградой для заражённых, так что, как правило, мурры всегда успевали закончить свои дела и смыться до их прибытия. С другой стороны, посёлок ограждала река, мост через которую постоянно обваливался, срезаемый по границе кластера, делая село идеальными охотничьими угодьями для их отряда. Конечно, некоторые проблемы доставляло местное население, буквально через одного являвшееся любителями пострелять в беззащитных животных и не упускавшее шанс во все стволы выказать своё «фи» непонятным бородатым мужикам с оружием, лапающим их баб за определённые интимные места. Да и какой никакой отдел полиции в райцентре присутствовал. Так, что без стрельбы и раненых ни разу не обходилось. Но это были мелочи, поскольку работали они практически в тепличных условиях, не жалея дымовых гранат для выкуривания особо упёртых.       Во второй раз им повезло, когда именно им вместо штурма засевших по домам селян, выпало прокатиться за потрохами свежезаваленного заражённого, с которых им безусловно причиталась премия. Наличие опасности в пути никто не отменял, но это Улей – здесь везде опасно, и даже в Стабе, уединившись в туалете бывалые иммунные не расстаются со своим оружием.       Нарваться же в пути на местных лохов, из-за отказавших им мозгов, не сумевших воспользоваться знанием местности и эффектом неожиданности, и выйти из организованной засады без потерь, было верхом свалившейся на них удачи. А ведь ещё и честно заработанные трофеи! Мелочь конечно, но споран к спорану, а там и на горох можно наскрести. Для полного счастья не хватало только доступной бабы, и желательно бесплатно.       Нет, определённо, ему сегодня несказанно везло. Возле пробитого тяжёлыми пулями тела мужчины среднего возраста, продолжавшего сжимать в руке переломленное посредине изделие Ижевских оружейников, прислонившись спиной к молодой осинке и размазывая текущие в три ручья слёзы по лицу, сидела девочка подросток лет тринадцати – четырнадцати.       Пика был не большой знаток психологии, но даже он смог понять, что погибший был близким, скорее всего родственником, этой девочки и смерть родного человека, произошедшая на её глазах, видимо отразилась на психике ребёнка.       -Встать и держать руки так, чтобы я их видел, - реакция на приказ вооружённого человека, не сказать, чтобы была адекватной. Подросток лишь сильнее начал завывать на одной ноте и обхватив голову руками, стал раскачивать своё тело словно маятник на часах с кукушкой. При этом именно слова, обращённые к ней, послужили толчком, спустившим с поводка часовой механизм.       -Да, встать, кому говорят, - Пика не собирался церемониться и, резким рывком, за собранные в хвост волосы, поднял невменяемую особу. Впрочем, и так было всё понятно. Сквозь вой отчаянья проскакивали уже чётко слышимые хрипы, говорившие о состоянии «пациента» лучше членораздельной речи. Глаза, как зеркало души, были пусты и безжизненны. Явные признаки скорого обращения в жаждущую мяса тварь.       Окинув взглядом пожитки невезучей пары, Пика не счёл их заслуживающими его внимания. А вот девка. Это да. Это был просто подарок Улья для изголодавшегося «воина». А от подарков нельзя отказываться – удачи не будет. Каждый уважающий себя мурр просто обязан иметь при себе пластиковые стяжки для обездвиживания свежего, но ещё не разделанного мяса. И Пика не был исключением. Работая на загляденье иным бывалым людоловам, он сковал хомутом тощие руки.       -Больше ничего интересного не было, - показывая свою добычу напарнику лицом, он отчитался о произведённом шмоне, - В кустах один труп с двустволкой и вот эта.       -А где ружьё, патроны? – Рез был сама целесообразность, когда дело касалось его личного кармана.       -Не хрен было так метко стрелять. Ты ствол в хлам уработал. А патроны? Да, дались они тебе. Им красная цена полтора десятка за споран. Но, если хочешь, иди сам собирай, дорогу знаешь. Из жмура крови натекло немеряно. Я комок дороже взял, чем те патроны стоят, ещё не хватало на первом же выезде его загадить, - а вот тут он был совершенно прав. Запах крови привлекал заражённых как магнит, а обоняние у них было получше чем у собак. Поэтому доходило до того, что запачканные кровью вещи приходилось выкидывать, подыскивая им замену. Даже хорошая стирка не могла гарантировать выведение кровавых пятен с одежды и рисковать своей жизнью, извозившись в свежей крови, ради практически ничего нестоящих и мало кому нужных боеприпасов, было верхом глупости, по мнению Пики.       -А эту то чего не прибил? – девка девкой, но зачем было подбирать эту, которая в самое ближайшее время потеряет остатки разума и будет жить ведомая исключительно диким и нестерпимым голодом.       -Да ладно. Наши там поди уже свежих баб по кругу пустили, а мне тут что, посуху гонять прикажешь! Съезди туда, принеси то да это, бл..ть! Хоть эту мелкую су..ку пока не заурчала вы..бу! – хотя это и выглядело грязно и отвратительно, но это была суровая правда жизни, а точнее выживания в Улье.       Иммунные, заражаясь спорами неведомого грибка, вместе с фантастическим здоровьем, граничащим с бессмертием и бешенной регенерацией, получали и необычайно бурное либидо. Так что, если заражённые всегда безостановочно хотели жрать, то голод у иммунных был несколько иным, но вполне понятным для здорового омолодившегося организма. А недостаток общения с представительницами противоположного пола в местных реалиях, на свежем кластере решалось большим выбором женщин, в которых заражение, в скором времени, перейдёт в необратимую стадию. Понятное дело, что люди с оружием, а других в Улье просто не водилось, мнением своих избранниц совершенно не интересовались.       -Дело твоё. Только сам с ней возись, - он и сам был не против спустить пар, да лень было возиться, а как сейчас, ещё и больно.       Лишь только связанная по рукам и ногам девчонка оказалась в салоне, автомобиль сорвался с места. У двух незадачливых мурров, которым сегодня выпало на долю небольшое приключение, впереди ещё было не оконченное дело.

***

      -Приехали, - настроение у Пики просто зашкаливало. А вот у Резас настроение было не ахти. Оно и понятно. Словить своей спиною пулю из СКСа, хотя и простую свинцовую болванку от охотничьего патрона с уменьшенной навеской пороха, к тому же застрявшей в бронежилете, всё равно малоприятное удовольствие.       В очередной раз приложившись к фляге с живцом, и скривившись лицом от резкой боли, прострелившей спину при движении, Рез решил для себя, что обратно он за пулемётом точно не поедет: - Приехать то приехали, но извозиться в дерьме всё равно тебе придётся. Я тебе сейчас не помощник, - ему с трудом пришлось выбираться из-за пулемётной турели и, согнув многострадальную спину, пройти сквозь салон Делики.       - Помоги снять броник, - такую кирасу весом за двадцать кило, и здоровому человеку быстро снять достаточно проблематично, а уж в его состоянии эта плёвая процедура, отдавала признаками мазохизма.       Опустившись на землю, Рез, скинув шлем и подняв руки, как мог помогал Пике вытянуть себя из тяжёлой кирасы, дополнительно усиленной титановыми пластинами. Хочешь жить и не такое натянешь. Буквально все иммунные, с достаточно крепкими яйцами, чтобы померяться силой с муррами, просто обожали, в первую очередь, выбивать стрелков, что сидели на технике за пулемётом. С..ки! Хоть на каждом пикапе башню ставь!       -Вот это фингал! – констатировал Пика, смотря на разлившееся по спине его товарища лиловое пятно, как только Рез снял свою одежду.       -Ты еба..ом не щёлкай. Давай живо, тварь потроши. И так, задержались с этими лесными стрелками, - простреливающая боль сопровождала малейшее движение, и на последних словах, недобрый взгляд Реза остановился на скрученной по рукам и ногам девчушке, что без сознания валялась в салоне автомобиля. Пика, проследив за его взглядом, не посмел, оспорить приказ старшего.       Кто-то может подумать, от чего эти двое ведут себя столь беспечно? Старожилы Улья только бы ухмыльнулись, задай мы им этот вопрос, и махнув на тупое мясо рукой, отправились бы по своим, несомненно, более важным делам, не удостоив нас ответом. Ведь именно сейчас два мурра были «как у Христа за пазухой».       В небе, белой птицей над ними, кружил боевой дрон их покровителей, готовый ракетным ударом и пулемётным огнём, перемолоть в фарш любого, будь то иммунный или заражённый. Рядом с машиной покоился свежеубиенный труп молодой элиты, который своим запахом отпугивал более слабых заражённых, а открытая местность позволяла заблаговременно разглядеть опасность и встретить её во всеоружии.       Пика не был бы собой, если бы выполнил приказ чётко и быстро. Поэтому первое, что он сделал, это снял с себя всю одежду, ворча под нос: - Е..ал, я такие приключения. Как в го..не возиться так сразу Пика. А как какой-то шмаре лысого загнать, так Рез первый. Вот сам бы её и ловил. … Он не мог не заметить, как в это самое время Рез, сверкая в его сторону голым задом, воевал с тугими джинсами его законной добычи.       Оставив на себе лишь берцы, и не переставая жаловаться высшим силам на существующую в мире несправедливость по отношению к нему, вооружившись монтировкой и тесаком, брезгливо переступая разбросанную у него на пути требуху, и тем не менее, целеустремлённо шёл к двухметровой горе мяса, костей, шипов и … дерьма, что представляла из себя труп элитника.       -Сейчас! Ещё я свой новый «Камыш» в дерьме не валял! – он как раз добрался до заражённого. Пику нельзя было отнести к старожилам Улья, но даже ему было очевидно, что Элитник, скорее всего отъевшийся из какого-то животного, слишком сильно принял на грудь. А принимать на грудь «Атаку-В», что в основном стояла на вооружении у внешников, было крайне неосмотрительно. Такая штука и любому танку шкуру спустит по самые гусеницы. Вот так оно как-то и произошло. Низ отдельно и, верх отдельно. Оператор чётко навёл. Всегда бы так. Теперь оставалось только пробиться сквозь переплетение пластин и шипов, прикрывающих споровый мешок на затылке монстра. Именно для этого им благоразумно и была прихвачена монтировка. Ну, там отогнуть, здесь приотжать, к чему он, собственно говоря, и приступил.       После недолгой, но крайне утомительной, борьбы ему наконец то удалось освободить проход для тесака, который тут же был вбит в стык между пластинами огрубевшей кожи, что, соединяясь между собой, образовывали споровый мешок заражённого. Хранилище главных богатств Улья, скрытое прочнейшей биологической бронёй, без внешней шелухи выглядело как половина очищенного цитрусового плода, вросшего под основание головы заражённого и выступающего наружу этаким полукругом с чётко видимыми дольками.       В этом деле, как и в любом другом важна была сноровка. Вся тонкость состояла в том, чтобы пройтись лезвием по краю выступающего круга и сделать это чётко по стыку «долек», полностью срезая кожаный нарост. Вроде бы плёвая, но на самом деле кропотливая работа, требующая верного глаза и твёрдой руки, да и крепких нервов. Без них в Улье оставалось только повеситься.       Пика не мог сказать, что он великий профессионал по свежеванию элиты, но и новичком в столь ответственном деле он точно не был. Ему уже не раз приходилось потрошить споровые мешки. Внешники, регулярно отстреливали изменённых Ульем людей и животных на подконтрольной территории. Чистка же споровых мешков в данных случаях была целиком на муррах. Вот и он не избежал возможности научиться тонкостям обращения с заражёнными.       Вспоров мешок и отложив в сторону достойно послуживший инструмент, Пика запустил свою руку в «святая святых». Даже для двоих добыча была достойная. Девятнадцать споранов, четыре горошины, и «бинго» - одна жемчужина, что чёрным перламутром сверкала у него на ладони. Тёплая! Настоящая! Сокровище!       -Жаль, но ты не для меня, - с досадой сглотнув подкативший к горлу комок, он сложил добычу в отдельный пакет. Пика сейчас проклинал свою судьбу, что привела его к муррам. Оставалось собрать янтарь, что заполнял споровые мешки высших заражённых вместо чёрной паутины. Элитник был совсем молодым, едва перешагнувшим через стадию Рубера, так, что качественный спек из такого янтаря не выйдет, но для сжигания мозгов в наркотической нирване, вполне сгодится. Чёрт, ну и извозился же он!       - Ну ты и урод Рез! Обязательно, было в неё кончать?!, - вернувшись к машине, он как раз застал момент, разрядки его напарника в девчонку.       -Если брезгуешь, пробей другую дырку, - вытирая свой член об рубашку жертвы, Рез самодовольно парировал его возмущения.       Следы преступления были налицо, точнее, совершенно с противоположной стороны, но вы меня поняли. Всё что находилось с тыла было безобразно испачкано белёсыми каплями с кровавыми вкраплениями внутри.       -Да ты уже все дырки ей порвал, - нормальному человеку представшее зрелище показалось бы малоприятным. Голые ягодицы со спущенными до колен джинсами, кровь, тихо, но мерно капающая из разорванных под напором Реза, влагалища и ануса, стянутые за спиной руки и безвольно лежащее на животе тело, которое для удобства Рез согнул на пороге салонной двери Делики.       -Можешь в рот её вые..ать, - Рез вновь стал совершенно серьёзен и сосредоточен. А то что он позволил себе малые минуты расслабления, так зов природы, и ничего личного.       -Только зубы ей выбить не забудь. И давай по-быстрому, - он уже натянул штаны и вернул свою боеспособность подхватив с сиденья, отложенный на время автомат, говоря совершенно серьёзно.       -Всё собрал? – добыча лежала на виду, брошенная подошедшим Пикой на переднее пассажирское сиденье микроавтобуса.       -До последнего спорана. Слушай, как думаешь из чего получился такой шипастый урод? – действительно не каждый раз в Улье встретишь Элиту, переродившуюся из животного, и интерес, вызванный видом животного породившего столь необычного монстра, был отнюдь не праздный.       -Ну. Вряд ли это ёж отожрался. Видишь иглы? Это так шерсть изменилась, - тем временем Пика помня, что стоит поторопиться, приподняв симпатичную мордашку с совершенно безразличным, но сосредоточенным выражением лица, молотком, выуженным из запасов машины, следуя совету, выбивал зубы, один за другим.       -Задние ноги как у медведя, косолапые, но для Элиты из медведя – маловат. Думаю, это Росомаха, - закончил рассуждение Рез под болезненное мычание жертвы стоматолога самоучки. Девчонка была уже безумна и совершенно не воспринимала происходящее вокруг неё. Однако, боль, отчасти привела её в чувства.       -О, заурчала, - Пика уже закончил устранение кровавых пеньков, оставшихся на месте белоснежных зубов, и, сполоснув рот девочки от кровавых следов своей работы, засунул в него свой агрегат, - А прикольно, покусывает, - веселился Пика, удерживая голову свежей заражённой за растрёпанные волосы.       -Наслаждайся, - кинул Рез за спину, грибок всё-таки взял своё и теперь не имея зубов заражённая, тем не менее следуя инстинкту, пыталась впиться в свежее мясо, что ритмично загонял ей в рот Пика.       Сейчас внимание Реза привлекли обгоревшие и покорёженные останки автомашины, что лежали в десятке метров от туши Элитника. В ней не было ничего примечательного, обычный УАЗ, но из-под него выглядывала немного изменённая рука заражённого. По своему опыту он мог предположить, что это рука развитого Бегуна.       -А этот то здесь каким боком? – вмиг верный АК уткнулся прикладом в плечо, а взгляд следуя за движениями ствола, выискивал угрозу. Если есть труп неучтённого заражённого, могут быть и другие.       Передвигаясь боком короткими шажками, внимательно вглядываясь в каждую травинку на обочине, Рез медленно обходил по кругу обгорелый остов. Его предположения подтвердились. Здесь присутствовали по крайней мере остатки ещё двоих заражённых, уж две правые руки, или скорее лапы, не с чем не перепутаешь. Придётся покопаться, но можно и разжиться спораном – другим. Заражённые сами никогда не трогали споровые мешки, сжирая всё, в том числе и себе подобных, но только не содержимое грибницы. Почему так происходит, Рез не знал, но ему это было и без разницы, главное, что кроме иммунных на содержимое споровых мешков никто не претендовал. Ну, почти, да только говорить об этом никому не стоило, тем более, не будучи в надёжном стабе.       Он как раз обошёл вокруг металлических обломков, приподнимаясь на высокий край противопожарной борозды в которую шумно осыпалась потревоженная земля из-под подошв его обуви. Он замер на одно мгновение, оторвав свой взгляд от останков заражённых, когда в его тени, земля на дне канавы зашевелилась и приподнялась, а из-за раскуроченной автомобильной двери, отброшенной сюда взрывом, в него вылетела небольшая продолговатая палка.       Он ещё был жив, выпустив автомат из мгновенно ослабевших рук. Его затухающий взгляд приковал к себе арбалетный болт торчавший у него из груди, именно там, где должно было биться его сердце.       -Как же так? НЕТ! НЕ ХОЧУ! НЕТ! …, - мысли исчезли. Он больше не существовал. Его ноги подкосились, а сам он рухнул в злосчастную канаву, из которой к нему и прилетела смерть.       Вопль боли и ужаса сопровождал его падение. Нет, не его вопль, не Реза. Он умер молча. Это орал Пика, муки и несчастья которого только начинались.