Все любят Кузеньку

Поларис уже несколько часов сверлил своих любимцев обиженным взглядом и даже не брезговал есть из рук бедняжки кота в сапогах. Тот нервно икал всякий раз, как Бьякко и Сузаку косились в его сторону. Вот в чем он вообще виноват? В том, что эта парочка олухов забыли про своего любимого монарха? Или в том, что Поларис теперь жаждет мести, пусть и не физической. - Значит так, сегодня я и Алькор идем в Мир людей на свидание, - воодушевленно вещает он. - А Алькор в курсе? – с легкой усмешкой на губах интересуется лис. - Конечно, я его для верности даже к кровати привязал, чтобы он не убежал, пока я тут с вами разговариваю, - Поларис, в общем-то, доволен своей скромной персоной на все сто. Он не интересуется у своих подопечных, откуда те знают о том, что такое свидание и зачем он туда идет, и Богам тоже нужен отдых. А еще любовь, нежность, ласка и сказки на ночь. Лису ржать хочется громко и от души. Почему-то он очень сомневается, что понятие слова «свидание» у Полариса более или менее правильное и чтобы не перепрыгивало за отметку +19. Вообще-то в Хранилище походы на свидания не редкость, по крайней мере, после появления этих странных ящиков, которые притащил Алькор. По ним вечно крутили всякие истории о любви и свиданиях. Другое дело, что их многоуважаемый Бог дуб дубом в человеческой технике, а его магический шар вполне может выдать что-нибудь не очень подходящее к слову «свидание». - В общем, вы двое, как провинившаяся сторона, будете торчать тут весь день, и выполнять мою работу. И чтобы не вздумали подглядывать за остальными игроками. Узнаю – накажу вас, - жестко приказал любимый монарх и свалил отвязывать Алькора. - Не очень-то хотелось, - фыркнул Сузаку и устроил голову на ногах Бьякко, - А если Хибики позовет? - Я пойду, - пожимает плечами лис и тут же кривится от боли в руке. Огненный демон впивается ногтями в кожу на его запястье и недовольно хмурится. - Почему это ты пойдешь? – почти обиженно скулит он, - Это же такой шанс побыть с мальчишкой наедине. - Вот поэтому пойду я, - Бьякко скидывает Сузаку на пол и берет в руки шар. Хоть Бог и сказал не наблюдать за соперниками, но кто будет его слушать? Лис мысленно представляет то, что хочет увидеть и, как только картинка меняется, его моментально бьет током. - А я предупреждал, - слышится в зале хохот Полариса и Бьякко материт их монарха на чем свет стоит. Тогда картинка услужливо меняется, предоставляя взору обоих демонов Полариса в обычной человеческой одежде и убийственно «счастливого» Алькора. Последнему Лис и Сузаку однозначно сочувствуют, но поделать ничего не могут. В жизни септентриона никогда не было таких моментов, чтобы ему очень хотелось прибить хотя бы одно живое существо. Но именно сегодня он мечтал о куче свежеубитых трупов у своих ног и, желательно, чтобы один глупый монарх был там же, как жемчужина коллекции. Для начала, идея Поларис о свидании была безумной. Бог, как оказалось, всего лишь услышал мысли кого-то из людишек, мол «она такая красивая, я просто обязан пригласить ее на свидание» и решил, что Алькор тоже вроде как красивый, а значит, он должен пригласить его на свидание. Другое дело, что глупый монарх даже не поинтересовался о том, что такое свидание, как на него ходят и зачем. Септентрион честно пытался сопротивляться, но его связали и не выслушали и слова, поэтому настроение «херовое», перевалило за отметку «жажду крови». Все бы ничего, но Поларис – Бог, его нужно любить и кормить вовремя, желательно нежностью и лаской, иначе Миру и вообще всему придет тотальный п*здец. Поэтому Алькор считает до десяти, когда его, наконец-то, отвязывают. Поэтому достает для Бога более или менее подходящие для свидания тряпки, для себя собственно тоже. И объясняет почти на пальцах, что за руки держаться только после третьего свидания, обниматься после пятого, целоваться после десятого, а дальше – поживем – увидим. Поларис даже не возражает, только кивает постоянно и, кажется, совсем ничего не понимает, поэтому Алькор не усложняет себе жизнь и просто спрыгивает в портал, настроенный ранее им же. Для начала, септентрион решает, что не стоит вести его несчастье куда-то вроде Парка аттракционов. Слишком много там парочек и все дела. По этой же причине отмел и Фестиваль. Самым оптимальным и безопасным местом ему показалось караоке. Они приземлились в переулке возле здания караоке, о котором девчонки часто писали на Никае. Поларис удивленно осматривался по сторонам, щупал стены и землю и уважительно сам себе кивал, мол «офигеть я крут, создал такой симпатичный мир», поэтому Алькору чуть ли не силой приходилось его отдирать от всех вертикальных и горизонтальных поверхностей. А потом Бог вцепился в его локоть железной хваткой, притягивая к себе, и довольно выпалил: «Ну что, где это свидание? Чего оно опаздывает». - За руки договорились держаться только после третьего свидания, - напоминает он Поларису, пытаясь отцепить от своей нежной конечности, но Бог очень против и смотрит на свое создание таким взглядом, что Алькору плакать хочется от жалости к себе. - Я до третьего не доживу, - фыркает монарх и любовно трется щекой о плечо септентриона. Последнему ничего не остается, кроме как смириться со своей участью. Он мысленно успокаивает себя тем, что все скоро кончится. Они заходят в здание караоке, заказывают комнату и Алькор берет на себя выбор вкусностей. Девушка-менеджер странно на них косится, но ничего не говорит и вежливо улыбается, провожает их к звуконепроницаемой комнате и сваливает от греха подальше. До прихода официантки, Поларис облазил каждый угол в помещении и не очень-то понял, что тут все-таки делают. В принципе, то, что принесли, называют «едой», и он знает, что ее нужно кушать, но остальное в этой комнате остается загадкой. - Это помещение для пыток? – спрашивает он, чем повергает еще не ушедшую официантку в обморок, а Алькора в неконтролируемое желание заржать, но септентрион мужественно терпит, приводит несчастную жертву своего монарха в память и извиняется. - Мой друг иностранец и никогда не бывал в караоке, - вежливо говорит он. Взгляд девушки проясняется, она воодушевленно кивает и уходит, а Алькор обращается к своей головной боли, - Это место для развлечений. Вот эта штука называется микрофон, она усиливает звук. Я понимаю, что вы и сами в состоянии усилить звук своего голоса так, как вам хочется, но раз уж вы на человеческом свидании, то никакой магии. - А еда для чего? – интересуется Бог. Вообще-то, он прекрасно может обходиться и без нее, но ему интересно. - Чтобы есть, - Алькор пожимает плечами и мысленно кусает себя за язык. Поларис довольно улыбается, придвигаясь к несчастному ближе, и просит покормить его. Септентрион бы попросил Богов помочь ему, но его, к сожалению, слушать будет некому, поэтому он кормит Его Божественное Величество печеньками с рук и постоянно вздыхает. Спустя полчаса жизнь, кажется, налаживается. Поларис сияет счастьем, завывая под какую-то медленную музыку. Слов Бог, конечно же, не знает, но его это не останавливает. Он не попадает в ноты, путает слова, но он так доволен, что и настроение Алькора подымается к отметке «жить можно», и он с удовольствием завывает вместе со своим любимым монархом. Пока септентрион выбирает новую песню, Бог ест вкусности и запивает все колой, смешно морщит нос, потому что газировку пьет впервые и она такая странная на вкус, щекочет в горле и в носу, а Алькор только смеется, Поларис выглядит мило. Они поют оставшиеся полчаса без остановки и покидают караоке довольными донельзя. И Алькор уже сам берет Бога за руку. - А как же правило третьего свидания? – довольно лыбясь, спрашивает монарх, а септентрион лишь фыркает, ближе притягивая к себе это невозможное существо, и сворачивает в ближайший переулок. Пора возвращаться в Хранилище.