Цена верности

Шпионы в третий раз доносят, что во дворце за спиной Её Императорского Величества плетется заговор — и она понимает что больше не может бездействовать. В темноте и тишине одного из садов выслушивает своего приближенного и доверенного евнуха, едва заметно качая головой, и едва он замолкает, тихо и сдавленно выдавливает из себя:  — Это все ложь.  — Госпожа… — Гуэй поднимает на неё глаза, смотрит пристально и серьёзно. — Я видел даже сверток с ядом. Они готовы… Они ждали, когда родится и подрастёт Ваша дочь что бы избавиться от Вас, и не позволить Династии прерваться.  — Только не он.  — Госпожа позволит своему покорному слуге… Взять их с поличным? — Евнух пропустил все до единого слова отрицания мимо ушей, не слушая или не слыша, но не позволяя чувствам Сяо Лин взять верх на разумом.- Не волнуйтесь, я прослежу что бы Вам ничего не угрожало. Императрица прикусила губу, опуская взор — внутри ещё теплилась надежда, что заговорщикам не хватит духу осуществить задуманное, и не хотела что бы Гуэй, ставший верным другом, это видел.  — Ты свободен на сегодня. Евнух низко кланяется, на его лице отпечатана скорбь — понимает, как тяжела для неё эта потеря, как разрывает грудь болью, но ничего не может поделать.   — Госпожа.? — Гуэй находит в себе последние уцелевшие под сочувствием крохи смелости. Только это сейчас может помочь. — Не ходите этой ночью… Прощаться, прошу? Если вы спугнете заговорщиков, что они отложат свой план и… Это риск. Мы должны завершить все так скоро, как это возможно… Из-за капюшона накидки синие глаза Императора свернули молниями, и неожиданно твёрдый и жёсткий голос произнёс.   — По-твоему хозяйка Запретного Города настолько глупа? Гуэй упал на колени, поклонившись ещё ниже, защебетал слова извинения, внутри торжествуя- разозлил. Это лучше скорби, это не столь… Больно. В душе клокотала буря, мысли роились в голове свирепыми пчелами, и Сяо Лин шла по Запретному Городу стремительно, толком не разбирая дороги, но ноги сами принесли к одному из изящных дворцов, пусть и не тому, обитатель которого сейчас занимал ее мысли — и она нетерпеливо постучала, не смотря на поздний час. Сяо Лин даже не дала двери открыться полностью, проскальзывая внутрь, тут же пряча лицо в шее удивлённого мужчины, обнимая, пусть и для этого пришлось почти подпрыгнуть. Не давая ему опомниться, тихо зашептала.  — Прошу, прошу помоги мне… Я точно не сомкну сегодня глаза.!  — Что случилось, сердце моё, ты.?   — Нет! Молчи! — У неё просто не было сил что-то объяснять одному из своих фаворитов, да и не нужно… Вместо ответа она безошибочно нашла в полутьме так знакомые и родные губы, целуя жарко и требовательно — а Гунсунь привычно подхватил возлюбленную на руки, относят в сторону постели, не забыв пинком захлопнуть дверь. Одежда Сяо Лин был слегка влажной, хотя дождя на улице и не было, она собрала в саду немало росы — в иной момент мужчина бы обязательно задал вопрос, но не сейчас… Её руки дрожали, голос звучал странно — Гунсуну доводилось видеть её лишенной равновесия и потерявший покой, и он знал что делать. Пусть его самого захватывали странные чувства, но он был рад, что в такой момент Сяо Лин пришла именно к нему… Пусть лишь для того, что бы полностью забыться… Она действительно не может уснуть такой, но долгая пылкая близость, сильный и безжалостный напор её фаворита и ласки, не прерывающиеся на на минуту, измотали её достаточно, что бы провалиться в хрупкий, но все же сон… Утром болело и ломило все тело, этот бывший солдат и выносливый воин совсем её не щадил — но получил наутро настолько нежную улыбку и сладкий поцелуй, что его невольно кольнула совесть.  — Отнесешь меня искупаться? — Немного охрипло, но все же куда более спокойно, именно просит госпожа-Император, давно опустившая для близких наедине все формальности.   — Если дозволишь присоединиться, мне бы тоже не помешало… Пачкались все-таки вместе! — За дерзость Гунсунь получил лёгкий тычок под ребра пока искал нижние одеяния их обоих, а чуть после, шуганув служанок, с Сяо Лин на руках, отправился приводить их обоих в порядок. К сожалению дольше пары минут вместе у них не было — дела не терпели отлагательств, а одной тёплой ванны действующему Императору явно было недостаточно что бы предстать перед двором… С расческой наперевес, свежими одеяниями уже ждал Гуэй, что-то ворча и собирая по полу украшения Сяо Лин — ночью с ними не аккуратничали. Возвращая их на место, и прикалывая корону шпильками к причёски, евнух заметил как бы вскользь:   — В четыре часа Её Величество ждут во дворце Юнхэ на чай. Она коротко кивнула, но рука против воли сжалась в кулак, Гунсунь Лян мудро сделал вид, что ничего не заметил, это было явно не его дело. Но что сегодня в Запретному городе что-то изменится, он понимал точно.