Порочная гордость

- “Время падает крохотными осколками сквозь нити мгновений. Мы верны своим принципам, верны снисхождениям, противоречиям. В чем мы находим забвение? В иллюзии покоя, или жажде власти? А может в желании владеть кем – то, силой, с ее или его громкими криками Вашего имени и…. ”, - Ребекка, твою мать, что ты читаешь? Это что пособие для насильников – чайников? Как по мне, здесь надо добавить еще несколько пунктов, – Клаус вернулся домой несколько минут назад, но застал дома лишь младшую сестру. Водитель, вместе с его подопечной, застряли в пробке. Ник прилично злился. Надо было поставить этому козлу памятник, только он мог в это время найти в Нью – Йорке пробку и благополучно в ней зависнуть. - Ник, положи на место, это, между прочим, личные записи знакомого мне автора, и написанное, явно не для твоей пошлой фантазии и ума, - Бекка подбежала к брату и выхватила небольшую книжку – дневник. Клаус лишь улыбнулся, но перечить сестре не стал. Он вальяжно восседал в кресле, держа в руках хрустальный стакан с мутной жидкостью. Вся его поза выражала расслабленность и безразличность к окружающему миру. Он негласный король этого города, и с этим не осмелился спорить даже мэр, когда несколько недель назад, Никлаус заявил, что на месте снесенного здания, одной из старых улиц Нью – Йорка, его брат Элайджа, будет строить завод по переработке химических отходов. Многоуважаемый мистер Девид Комптон, лишь поджал губы и согласно кивнул. Спорить бессмысленно, братья Майклсоны держат этот город, зачем терять столь выгодных инвесторов? Полный контроль. Вот, что исходило от мужчины. Жестокость, властность – это лишь незамедлительные последствия. Со двора донесся гул мотора, а затем скрежет тормозов. - Не уж то, я дождался? Мне кажется, прошла вечность, - лицо Клауса приобрело крайнее презрительное выражение и он встал, готовясь хм…приветствовать прибывших. - Клаус не кипятись, - Ребекка поняла, что брата сейчас прорвет. Авто медленно свернуло на жилую улицу с довольно богатыми и красивыми особняками. Кэролайн могла видеть в окно насколько все здесь прекрасно. Умопомрачительная архитектура, пышные сады с самыми экзотическими деревьями и высокие заборы, которые и скрывают всю красоту, охраняя покой владельцев от посторонних глаз, в том числе и прессы. Блондинка вздохнула. Куда она попала? Здесь явно нет места для нее. Это не мир для человека, который все свои 17 лет провел в фактическом одиночестве. Сначала родители постоянно были на работе, оставляя дочь на воспитание бабушке, а потом и вовсе, их смерть и эта школа - пансион, как тюрьма, на долгих 6 лет. А тем временем, авто неумолимо приближало своих пассажиров к месту назначения. Наконец, перед ними открылась высокая, кованая ограда и машина въехала в просторный двор, по обе стороны окруженный зеленой лужайкой. Кэролайн ахнула. Улица, по которой они ехали, тянулась несколько километров, и ей на глаза попадались очень и очень красивые дома, но этот особняк, выше всяких похвал и удивлений. Выложенный из белого камня, он походил на Виндзорский дворец, только в более приветливых тоннах. Мраморные колонны покорно держали крышу, а длинная лестница, подводила гостей к двери, во внутрь столь величественного дома. Особняк имел два этажа и полу квадратную форму. Широкие окна горели огнями, приветствуя новых гостей. Как жаль, что скорей всего хозяин, не будет столь любезным, как его хоромы. Кэролайн вышла с машины и просто стала, удивленно раскрыв рот. - Мисс Форбс, нам лучше поторопится, похоже, мистер Майклсон, уже дома, - девушка посмотрела в сторону, и ее взгляд привлек неимоверных размеров, джип, по всей видимости, он и принадлежал Никлаусу, и был свидетелем того, что не стоит тормозить на пороге. - Да, да, я уже иду, - Форбс растеряно посмотрела на мужчину, стараясь не отставать от него. Дом большой, но еще громаднее окрестности, которые к нему прилагают, заблудиться не стоит великих трудов. Джонс приблизился к двери и легко ее толкнул. Проем, который образовался, открыл гостям, залитый белым светом, холл. Кэролайн застыла на пороге. Отчетливый стук сердца отдавался где – то в ушах, а желудок скрутило в волнительных конвульсиях. Они вошли, но хозяев не видно. Может они уже спят? Но догадки девушки не подтвердились, с соседней комнаты показалась довольно высокая, очень красивая и молодая блондинка. Она сначала, немного удивленным и растерянным взглядом посмотрела на Кэролайн, а потом довольно мило улыбнулась. - Ты Кэролайн? – она подошла ближе, - я Ребекка, Ребекка Майклсон, - девушка подала ей руку и улыбнулась еще шире. Кэролайн была немного обескуражена. Когда ее отправляли в интернат, Бекка, сестра Никлауса, была маленькой оторвой, а сейчас превратилась в настоящую красавицу. - Да, Ребекка, я тебя помню. Ты очень изменилась, стала настоящей красавицей. - О, Кэролайн, ты тоже. Я тебя помню маленькой, перепуганной девчушкой, а сейчас…. Нииик, ты не желаешь поприветствовать гостью? Кэр немного перепугалась. В соседней комнате послышались суетливые звуки и звон посуды, наверное, графина, а после и уверенные шаги. Она подняла взгляд на источник шума. С соседней комнаты сначала показалась тень, а после и ее обладатель. Высокий мужчина с немного кудрявыми, русыми волосами. Очень красивый, просто неописуемо. Такой властный и опасный. Кэролайн не могла отвести взгляда от своего опекуна, который также пристально ее разглядывал. Он стоял в нескольких метрах, поэтому, цвет глаз рассмотреть было сложно, но его лицо в целом. Высокий лоб, хорошо выраженные скулы и ямочки. Хоть он и не улыбался. Кэр была уверена, если его губы озарит усмешка, на щеках появятся глубокие ямочки. Вот только он не спешил смеяться. Его крайне сосредоточенный вид очень напрягал. Далеко не приветливо. Непонятная ухмылка терялась в красных, немного полных устах и предавала чувства неуютности, как будто, ты стоишь на выставке кукол, в роли экземпляра, в чем мать родила, а этот мужчина, искушенный коллекционер, выбирает тебя для своей многочисленной коллекции. Вязкую тишину нарушила Ребекка. - Ник, впервые вижу, что тебе нечего сказать при девушке, - сестра решила привести брата в чувство. - Все хорошо, Бекка, я просто немного удивлен. Как можно было так долго добираться с аэропорта? – эти слова были, скорее адресованы, топтавшемуся позади, в надежде, что его не заметят, водителю. - Из – извините, мистер Майклсон, мы просто…мы…правда задержались. - Уже поздно, поговорим завтра. Ребекка покажи нашей госте ее комнату и накорми ужином, еще не хватало, чтобы она с голоду померла, - а дальше, Никлаус просто развернулся и ушел наверх. Кэролайн от шока не могла рушить с места. Вот так просто ушел? Ничего не спросил, даже не поздоровался. Они ведь не виделись шесть лет. А он стал еще хуже, похоже, время не исправило его, а сделало еще большим моральным уродом. *** Клаус довольно быстро поднялся в свою комнату. Он пытался восстановить дыхание, которое, по непонятным причинам было обрывчатым и частым. Мужчина довольно спокойно отреагировал на приезд подопечной…хм…внешне. А вот внутри бушевала куча эмоций и желаний. Она стала такой красивой. От той прежней, подавленной и напуганной девочки, которую он видел, перед тем, как отправить в интернат, не осталось ни следа. На смену пришла взрослая и крайне сексуальная девушка, которая будоражила его, не совсем приличную, фантазию. Высокая грудь, точеная фигура, стройные длинные ножки, которые так и манили, прося закинуть себе на плечи и удобно устроится между них. Милое, такое ангельское личико, обрамлено долгими белыми локонами. Как же хотелось намотать их себе на руку, в момент удовлетворения первобытного инстинкта. Он хотел слышать ее крики, видеть, как она потечет, изгибаясь в самых невероятных позах. Он получит ее. Любым способом. Любой ценой. Такую чистую невинную, гордую, и в тоже время порочную. Она будет стонать под ним, просить еще и еще. Неважно как, силой, по обоюдному согласию, или ему придется приковать девушку к кровати. Просто она будет под ним и точка. Лицо Никлауса озарила хищная улыбка, глаза маниакально заблестели, а член зашевелился, напоминая хозяину, что мысли такого характера, нужно заканчивать некими действиями. Надо, так надо. Клаус ушел через черный ход, захватив кожаную куртку и ключи. Ночь увлекла его в свои объятия, без свидетелей. Ну, разве только одного. За его действиями, с окна второго этажа, наблюдала столь желанная девушка – Кэролайн Форбс…….