Интимные фотографии Кокичи

Из открытого окна дует бодрящий ветерок, наполняя комнату свежим воздухом. Молодой юноша неспеша подметает помещение, тихонько напевая какую-то мелодию. На рабочем столе лежит потрёпанная бумажка, рядом обычная шариковая ручка. На листочке расписан какой-то план, украшенный сердечками. Рядом с кроватью стоит прикроватная тумбочка. На ней лежат разные медикаменты: чистые бинты, разные мази и таблетки, пластыри. На кровати лежит милый мальчишка. Из одежды только боксёры, руки перебинтованы на пару с головой, синяки расползлись по всему телу, но каждый из них бережно намазан мазью от синяков, каждая царапина аккуратно заклеена пластырем. Кожа спокойно дышит, её не накрывает слой косметики. Хрупкое тельце накрыто лёгким пледиком, под головой твёрдая ортопедическая подушка. Как-никак, но юноша заботится о своём друге, он явно не хочет, чтобы ему что-то не нравилось. Обладатель болотно-золотых глаз поставил веник с совком в угол комнаты, перед этим выбросив весь мусор в мусорную корзину. Устало вздохнув, детектив неспеша подошёл к кровати. Шуичи медленно, почти беззвучно сел на краешек кровати, чтобы не потревожить Ому. Саихара начал неспеша осматривать тело Кокичи. Какой раз он это делает? Третий? А может и пятый. Тело шлюхи было схоже с женским, но всё равно было лучше тела любой женщины. Выпирающие рёбра слишком привлекательны, они соблазняюще смотрят прямо в душу Саихаре, заставляя прикоснуться к ним, вырвать хотя бы одно рёбрышко. Но, так как Шуичи Саихара культурный, он не сможет это сделать без согласия Омы. А может и сможет. На его впалом животике большой синяк, можно сказать гематома. Скорее всего его жестоко били в живот. На бледных ножках разбежались множество синячков, на коленках большие ссадины. На лодыжке шрам. Интересно, отчего он? На руках есть неаккуратные порезы, их немного и они свежие. Так же на запястьях есть несколько синяков по бокам. Они были уже бледные, почти сливались с кожей. На плечах пара укусов. На шее синяки, бедного Ому, по видимости, душили. На щеке тоже синяк с небольшой ссадиной, на губах множество маленьких ранок. Под фиолетовыми глазками темные круги, так же одна маленькая царапка. Шуичи взял руку Кокичи в свою. Руки Саихары были холодными и грубыми, казалось, что этими руками было совершено не одно убийство. Обладатель болотно-золотых глаз никогда не ухаживал за своими руками, поэтому было понятно почему они такие сухие. В отличие от рук Омы: его ручонки были жутко бархатные, хотелось вечно их гладить, сами ладони отдавали сильным теплом, хотелось сжать их и не отпускать. Его рука слегка дёрнулась. Он уже очнулся? Почему тогда не открывает глаза? Его пушистые ресницы едва заметно дрожали, тем самым выдавая своего хозяина. Саихара наклонился к Оме. Их лица были очень близко. Они почти касались друг друга носами. Ресницы Кокичи ещё сильнее задрожали. — Ей, — Голос детектива был не громким, но пугающим. Болотно-золотые глаза смотрели прямо в, закрытые веками, глаза Кокичи. Ощущение ещё неприятней. Кажется, что тебя сожрут этим прямым и угрожающим взглядом, — Почему ты притворяешься, что до сих пор спишь? — Вопрос был задан в упор. Губы Кокичи слегка поджались, затряслись. Фиолетовые глазки слегка приоткрылись. Они такие невинные, беззащитные. Его губы немного приоткрылись, язык быстро облизнул верхнюю губу. Он больше не притворялся, но всё равно ничего не говорил. Глаза опять накрыли тяжёлые веки. Саихара усмехнулся, чмокнув Ому в нос. На губы детектива вылезла небольшая улыбочка, пока болотно-золотистые глазки наблюдали за Омой. После «поцелуя» нос, уши, щёки и сам нос начали стремительно заливаться краской, «зеркала души» опять слегка приоткрылись. Они смотрели в глаза детектива, будто прося, чтобы губы шлюшки попробуют вкус губ любимого детектива. Саихара, проигнорировав немую просьбу Омы, встал с кровати. Медленные шажки направлялись к окну, что пряталось за тёмными шторами. Детектив медленно отодвинул их, смотря в окно. За окном было небольшое солнышко, но погоду портил ветер, холодный и сильный ветер. Шуичи повернулся в сторону своего друга, одной рукой он упёрся об низкий подоконник, другой потянул за свой воротник, на недолгое время открывая своё плечо с ключицей. Саихара потряс головой, взъерошивая свои волосы, тем самым придавая им объём. Болотно-золотистые глазки сначала муторно рассматривали свои ноги, потом резко переключились на Ому. Чужой взгляд время от времени бросался в сторону детектива, быстро пробегая по телу любимого. — Как ты себя чувствуешь? — Шуичи облизал верхнюю губу, терпеливо ожидая хотя бы одного словечка от любимой шлюшки. Ома поднял свою руку, рассмотрев её, он бросил испуганный взгляд в сторону детектива. Саихара вопросительно выгнул бровь. Удивился Кокичи новым бинтам. Ома резко поднялся на локотки, быстро откинув одеяло, мальчишка глянул на своё тельце. Тут же к шлюшке подошёл детектив. Сильные руки Шуичи аккуратно уложили Ому обратно на подушку, после быстренько укрыли хлипкое тело пледом. Юноша опять присел рядом с Омой, взяв того снова за руку, — Пока ты был в отключке, я, хоть и неумело, но подлатал. Не беспокойся, я тебя не изнасиловал, — Голос был такой же как тогда, при первой встрече в уборной. Такой же дружелюбный, вселяющий безопасность и спокойствие. В глазах читалось то же спокойствие, с еле заметными искорками любви. Грубая рука сжимала кисть Омы, большим пальцем массируя косточку большого пальчика Кокичи, тем самым успокаивая своего мальчишку, — Тебе нельзя волноваться. Успокойся, а я пока сделаю чаю. — Поцеловав руку Омы, Шуичи неторопясь вышел из комнаты, закрыв её на ключ. Тёмно-лавандовые глазки устремились в потолок. Капельки солёной жидкости стали медленно скатываться с глаз, попадая на подушку. Голова Кокичи жутко раскалывалась, хотелось опять отключиться, лишь бы не чувствовать эту ужасную боль. Ноги так же до смерти болели. Он успел рассмотреть своё тело: каждая ранка была заклеена пластырем или перебинтована, каждый синячок бережно намазан кремом. Ему было страшно. Что подумает его любимый детектив? Он посчитает его чокнутым? Что Ома будет отвечать, на вопросы по типу «откуда твои синяки»? Смахнув слёзы, Кокичи заметил покоцанный лак на его ногтях. Шмыгнув носом, шлюшка поднял вторую руку. На ней тоже был покоцанный лак. Прижав руки к себе, Ома скинул плед с себя. Снова медленно поднявшись на локотки, Кокичи рассматривал своё тело. Несколько новых синячков и ссадин на коленках и икрах. Обладатель тёмно-лавандовых глаз знал своё тело наизусть, мальчишка мог запросто пересказать где у него новая ссадина, синяк, ожог. Измученная ручка мягко коснулась худой ляшки, медленно опускаясь вниз, до коленки. Осмотрев пластырь на новой ранке, шлюшка коснулся своего впалого животика. Опять проведя к вверху, мальчишка довёл руку до шеи. Пальчики медленно «пошагали» вверх по шее. — Ома-кун, я сделал чай. Прости, я не знал какой чай любишь, поэтому заварил зелёный с мятой. А ещё положил пару мармеладок, — На небольшом белом подносике была белая чашка с чёрной ручкой, рядом маленькая такого же цвета тарелочка, на которой лежали три печенюшки, присыпанные шоколадной крошкой. Детектив осторожно подошёл к прикроватной тумбочке, осторожно поставив поднос с краешку, Саихара сел рядом с Кокичи. Ручка Омы скатилась к ключице, лениво проводя по ней пальцами, — Ох, Ома-кун, подожди немного, — Шуичи немного поднял подушку, после помог своему Оме лечь в положение полусидя, — Вот так, кхм… Ома-кун, тебе жарко? — «Почему он задал этот вопрос?» — Кокичи бросил вопросительный взгляд в сторону Саихары, слегка прищурившись. Ома заметил, что нос Шуичи слегка покраснел, а губы застыли в неловкой улыбочке. Взгляд был направлен на пах Омы. Ушки и щёчки шлюшки едва приобрели персиковый оттенок, а ручка быстро накрыла ножки своего обладателя пледом. Саихара сразу же перевёл свой взгляд на смущённое личико Омы. Коснувшись рукой своих губ, детектив нелепо улыбнулся, — П-прости, кстати, не хочешь чаю? Я же не зря его заваривал. — Кокичи игнорировал Шуичи, пытаясь собрать свои мысли в одну кучку. Румянец постепенно спадал. Горло слегка побаливало, но было терпимо. — Саихара-кун, зачем ты меня тогда ударил? — Вопрос для Шуичи был задан в лоб, от него нельзя было отвертеться. Ома посмотрел в «зеркала души» Шуичи стеклянным взглядом. Эмоции на лице детектива резко изменились. С лица пропала та нелепая улыбка, глаза упёрлись в пол. Повисла неловкая тишина. Шуичи встал со стула, шагая к двери. Возле двери, детектив обернулся в сторону Омы. — Чай на столе, что-то нужно — зови. — Сказав это, юный детектив вышёл из комнаты, закрыв ее вместе с Омой. Кокичи недовольно цокнул язычком, накрыв себя с головой пледиком. «Почему он не может банально ответить мне на вопрос? Что он, чёрт возьми, скрывает?» — Голова была забита подобными вопросами, отчего болела ещё сильнее. Провёл под одеялом, наедине со своими мыслями, Ома где-то минут десять. Из-под «укрытия» вынырнул Кокичи. Потупив взглядом на дверь, мальчишка повернул голову направо. На прикроватной тумбочке стоял соблазняющий чай, а рядом с кружкой стоит белая тарелочка с печеньем. Рука мальчишки потянулась к ароматному напитку. Схватив кружечку за ручку, обладатель тёмно-лавандовых глаз потянул ее к своему рту. Глоть. — Ома-кун, давай погуляем через недельку или денёчек-два? — И вот, Саихара опять стал тем добрым, вселяющий надежду мальчишкой. Что с ним не так? Шуичи быстро забежал в комнату, подбежав к Оме, — Как тебе мой чай? Я сам его заваривал~ — Протянув последние буквы, детектив с интересом наблюдал за своей шлюшкой. В его глазках сияла раздражающая радость, и фальшивая безопасность. Ома оторвал чашку от своих губ. — В-вкусно, спасибо за чай, — Опустив кружку себе на животик, мальчишка придерживал её ручками. Облизнув свои губы, Ома опустил свой взгляд в чай, — На счёт прогулки, если мне полегча- — Я рад, что ты согласился, Ома-кун, — Шуичи нагло перебивает Ому, который не успел договорить. Кокичи поднимает взгляд на Саихару, тот в свою очередь копошился в шкафу. Довольно надув губы, шлюшка отвёл взгляд в окно, чтобы не видеть наглую рожу любимого детектива, — Держи, потом наденешь. — В тот же момент на крае кровати оказалась большая футболка. Ома кинул некий благодарный взгляд в сторону Саихары. — А где моя одежда? — Ещё один глоток зелёного чая. Шуичи опять стоя за пределами комнаты. Обернувшись к Оме, тот мёртвым взглядом ответил: — В стирке. — Сухой ответ не очень порадовал Кокичи, на что тот недовольно цокнув, закатив глаза. Сделав ещё один глоток чая, посуда опять вернулась на поднос. Посмотрев на печенье, Кокичи отвернулся от него: видимо, мальчик вообще не хотел есть. Положив подушку себе под голову, Ома нырнул с головой под плед. Закрыв глаза, мальчишка начал засыпать. Голова до сих пор болела, бинты приносили небольшой дискомфорт, из-за многочисленных ранок и синяков тело тоже адски ныло. Тяжёлые веки постепенно накрывали тёмно-лавандовые глазки.

«А что, если он мне что-то подмешал в чай?»