Ты любишь пчел?

Я проснулся с мыслью о том, что никуда не надо, и я могу хорошо отоспаться, но на часах было уже два часа дня, поэтому было уже поздно спать. Я сел на кровати и написал Майки о том, что проснулся и он может ко мне приходить. Чуть позже я встал с кровати, оделся и пошел вновь на кухню. Я сделал себе черный чай с лимоном и медом, и сел за стол. Не успел я его допить, как Майки постучался в дверь. Я тут же пошел открывать. Майки был одет вполне себе солидно. — Воу, привет. — я обнял его, а после пожал ему руку. — привет. — ты сегодня без гитары? — да… Дома забыл. — ладно, я тебе дам свою. Будешь чай? — да, пожалуйста. — Майки разулся и пошел на кухню, а после сел за стол. Я принялся готовить вторую чашку чая для Майки. — тебе с медом? — да, Рэй. — хорошо. — я добавил две ложки меда в кружку чая, размешал его, а после дал Майки. — вот, только смотри, он горячий… — я сел напротив Майки. Я смотрел на него очень пристально, и потом заметил на его руках больше синяков, чем было раньше. — Майки… — я взял кружку чая, встал, и сел рядом с ним. — Скажи, что происходит? — я заглянул ему в глаза. — ты о чем, Рэй? — Майки положил руки на колени, и неуверенно посмотрел мне в глаза. — на твоих руках все больше синяков. Все точно в порядке? — эх… Нет. — Майки опустил взгляд. — помнишь моего брата? — Да. — кхм. Он… Он ненавидит меня. И я не понимаю почему. Я ничего плохого ему не сделал. За любую, даже маленькую повинность он бьет меня, и синяки… Это его рук дело. Я не понимаю, из-за чего он так сильно меня ненавидит… Я просто… Я просто запутавшийся в жизни ребенок… — Майки потер глаза. — Майки… Мне очень жаль… Может я могу чем то помочь? — н-нет… — Майки опустил голову. — прости… — я обнял Майки по — отцовски, и прижал к себе. — я постараюсь укрыть тебя от всего негатива этого мира, обещаю. — я запустил руку в его волосы, и погладил его по голове. Майки что то проскулил и прижался ко мне. — все будет хорошо — прошептал я. *** Сегодня день концерта. Мы с самого утра готовились с Майки. Когда мы решили, что уже достаточно, мы пошли в машину. По дороге в нужное место мы подбадривали друг друга, а точнее я Майки. Он очень сильно стрессовал. Когда мы вышли из машины, Майки одел на себя свою гитару, взял меня за руку, и прижался ко мне. — Да не бойся, все будет нормально. Даже если мы заложаем, то ничего страшного. Главное, что мы хотя бы попытаемся. — я погладил его предплечье, и Майки отстранился. Когда мы зашли во внутрь, сказать, что там было атмосферно — ничего не сказать. Там было так много музыкантов, сколько я ни разу не видел в жизни. — так, мы выступаем вторыми. — ох черт… Я так боюсь… Я сейчас отойду, ты не против? — сказал Майки и взглянул на меня. — да, хорошо. — я пошел на сцену, помогать с оборудованием. Вскоре все было готово, и я ушел к барной стойке, ждать Майки. Я сидел там и пил лимонад. Ну, а что, пить или употреблять что-либо перед концертом — подставлять самого себя и других, поэтому остановимся на газировке. Когда я допил лимонад, я почувствовал, как чьи то руки обвивают меня сзади. Я резко повернулся, и увидел за своей спиной Майки. Он мягко мне улыбался, прижимался к мне, и по сути лежал на моей спине. — Привет… Что ты делаешь? — да так, просто… — Майки отстранился и сел рядом со мной. Майки тоже заказал себе лимонад. — ты готов? — надеюсь. — Майки пожал плечами, а после взял стакан лимонада, который ему только что подали. Он выпил его почти залпом. Вскоре нас объявили. Я взял Майки за руку, и пошел вместе с ним на сцену. Я отрегулировал микрофонную стойку под себя, надел на себя гитару, и посмотрел на Майки. Он мешкался, ремень его гитары был перекручен. Я подошел к нему, поправил ремень и погладил его по голове. — у нас все получится. — я вернулся к микрофону, и прочистив горло я тихо начал петь, параллельно перебирая медленную мелодию на гитаре. Майки подыгрывал, стараясь не смотреть на толпу людей, которая собралась около сцены. Когда я перешёл на припев, Майки стал более уверенным, он даже немного подтанцовывал в такт музыки, которую я играл. Песня шла плавно и легко, но наступал момент соло, которое должен был играть Майки. Майки сел на колени, и начал играть, а я старался вытягивать высокую ноту, на которой держалось все соло. Все шло прекрасно, пока в какой то момент Майки не прекратил играть. Я обернулся на него, и увидел, что он сжавшись сидит на полу. Проанализировав ситуацию, я понял, что он порвал струну, поэтому недолго думая, я продолжил играть его соло. Немного позже ко мне подключился Майки. Мы доиграли всю песню полностью вместе. Толпе это очень понравилось, а я просто смотрел на Майки, надеясь, что струна не попала ему в глаз. Когда все закончилось, мы с Майки ушли за кулисы. — Майки… Ты как? Все хорошо? Тебе было больно? — я обнял его. — Да… Неплохо… Струна попала в лоб. Было больно, но потом отпустило. — Ты слышал, как ты сыграл? Это было просто потрясно! — Ух… Спасибо, Рэй. — Майки уткнулся носом в мою шею. Что то он странно себя ведёт в последнее время, но ладно. На лбу Майки виднелся красный след от струны. Мы посидели там в баре еще минут двадцать, а после сели в мою машину и уехали ко мне домой. По приезду, я отвел Майки в мою комнату, и намазал рану на его лбу бепантеном, ибо шрам на лице — не очень уж и красиво. — Майки, может останешься у меня? — в каком смысле? — ну с ночевкой. — Ам… Ну давай. — хорошо, только нам сначала надо сходить в магазин за едой. Ты со мной? — Да, солн… Рэй. — Майки зажался, и обнял свои ноги, а я просто улыбнулся, подошел к нему, и погладил его по голове. — Все нормально. — я вновь улыбнулся.