Ничего не будет хорошо...

      Обратно парни ехали в полной тишине. Хёнвон, погружённый в свои мысли, смотрел в окно время от времени вытирая с красных щёк невольно катящиеся слёзы. Минхёк пытался продумать план как вытащить своего друга из депрессии. А Чжухон не переставал охуевать от тупости своего лучшего друга, от стойкости и спокойствия блондина и от Хёнвона, чьё состояние сейчас так нестабильно, что он может в любую секунду сорваться в истерику, а потом снова впасть в депрессию и отрешённость.              До дома старшего они добираются очень быстро — ведь на улице уже ночь, а потому на дорогах пусто. Они выгружаются, и Чжухон провожает старших до квартиры. Едва они переступают порог дома, их встречает взволнованный Кихён. Он с удивлением и беспокойством смотрит на чемоданы и подавленных парней.              — Что произошло?.. — начал было шатен, но блондин отрицательно помотал головой, намекая, что сейчас не время.              — Спасибо тебе, Чжухон. — Благодарит младшего хозяин квартиры.              — Не за что меня благодарить, хён, — расстроенно отвечает младший Ли. — Хёнвон, — он тихо зовёт друга, обращая его внимание на себя, — у Хо очень строгий и влиятельный отец, который с самого детства вдалбливал ему, что он наследник и не должен позорить семью. А Хосок, увы, всегда его чуть ли не боготворил…              — Ты к чему это?.. — устало произнёс розововолосый, смотря на парня с огромной болью в глазах.              — Хос всегда его уважал и боялся, и… — Хон запнулся. Он понимал, что договорив эту фразу окончательно уничтожит старшего, но он и скрывать от него истинное положение не мог. Поэтому он, словно заранее прося прощения за свои слова, виновато посмотрел на старших и продолжил, — Мистер Ли заставляет Хосока жениться и боюсь выбора у него нет.              — Что? — эта фраза как последняя капля — всего пара слов, а вес их невыносимо велик.              — Он не хочет причинять тебе боль, ведь его отец всячески будет пытаться от тебя избавиться, — слова даются с трудом, но Чжу продолжает. — Он любит тебя слишком сильно… поэтому и не хочет оставаться с тобой и заставлять проходить через всё это. — Парень вздыхает и тихо добавляет. — Мне жаль, что всё так вышло, хён.              — Спасибо за правду, Чжухон… — голос Чё дрожит так же как и всё его тело. Внутри него смешалось столько всего, что это становится просто невыносимо. Парень медленно садится на пол, не понимая, почему всё сложилось именно так.              — Прости, — снова роняет Чжу. — Я лучше пойду.              — Осторожней по пути домой, — неожиданно проявляет заботу Минхёк, закрывая дверь за Чжухоном.               Теперь у Ли на тысячу проблем больше и все они связаны с этим разбитым ребёнком, что сейчас рыдает сидя на полу в объятиях ошарашенного от таких новостей Ю. Мин молча берёт вещи друга и несёт в гостиную, где Ки уже застелил диван, готовясь к тому, что парни не помирятся (предусмотрительный как всегда). Он достаёт пижаму друга из сумки, кладёт её себе на плечо и идёт обратно в прихожую, где Кихёну уже удалось стащить с младшего кеды и пальто. Ли с каменным лицом подходит к парням, берёт розововолосого за руки и тянет на себя, заставляя встать. А затем, молча закидывает на плечо Вона и несёт того в ванную.              — Минхёк, что ты… — офигевает Ки и идёт за ними.              Хозяин квартиры спокойно сажает друга на край ванной и стягивает с него весь верх. Хёнвон даже не пытается сопротивляться и просто тихо плачет, он кажется вообще ничего не воспринимает из того, что происходит вокруг. Мин пихает пижаму шатену в руки и делает прохладную воду, после чего не сильно берёт Вона за шею сзади одной рукой и заставляет наклонить голову над раковиной. Кихён на секунду испугался, что блондин сейчас его задушит или утопит в этой раковине, но нет. Минхёк, с всё таким же каменным лицом, начинает умывать младшего как маленького ребёнка. Потом отпускает шею и нежно промакивает его лицо мягким полотенцем. Это немного успокаивает Чё и он хотя бы перестаёт плакать. Ли тепло улыбается другу и помогает ему переодеться в пижаму, после чего садится перед ним на пол и пытается заглянуть в опущенные глаза.              — Вон-и, — тихо тянет он, — ты как?              — Ужасно… — честно отвечает младший и смотрит в глаза другу. — Эта боль когда-нибудь пройдёт?.. — Он смотрит на друга жалобно, как брошенный щеночек. Хотя почему как?              — Я не уверен, что она уйдёт вся, но со временем станет гораздо легче, — так же честно говорит блондин. — Главное помни, что мы всегда рядом и поддержим тебя, хорошо? Ты не один с этой болью, ясно?              — Угу… — Чё слабо кивает и снова опускает взгляд. — Спасибо, хён…              — Я всегда буду рядом, Вон-и. — Шепчет Ли, крепко обнимая друга, что наконец обнял в ответ и уткнулся старшему в плечо, тихо шмыгая носом.              Кихён, наблюдавший за этой картиной, не замечает как у самого уже покатились по щекам слёзы. Он так переживал за младшего весь день и особенно последние несколько часов. И сейчас тот такой разбитый, но отчаянно пытается сдерживать слёзы. И Минхёк, который так о нём заботится и поддерживает. Это всё затрагивает внутри Ю чувствительные струны, отчего его собственные переживания и напряжение сегодняшнего дня находят выход в виде слёз. Вот только его слёзы сейчас точно будут лишними, поэтому он быстро выходит из ванной и идёт на кухню — умыться и успокоиться.              Через какое-то время парни тоже выходят. Все понимают, что завтра они точно в универ не пойдут — смысла в этом будет мало. Хёнвон с Минхёком усаживаются на диване и младший немного подвисает, что-то обдумывая.              — Хён, я хочу выпить… — тихо говорит он, после пары минут тишины. — А лучше напиться…              — Вон-и, это не лучшая идея. — беспокоится блондин, кладя руку другу на плечо.              — Я просто хочу выпустить всё это, чтобы хоть чуточку легче стало… — он снова смотрит на старшего своими большими, полными боли глазами. — Я не сделаю глупостей, вы же рядом…              — То есть, если нас рядом не будет, ты начнёшь делать глупости? — изогнув бровь, смотрит на младшего Мин. — Теперь я от тебя точно не отойду. Будешь терпеть меня двадцать пять на восемь.              — Хорошо… — Чё слабо кивает и кладёт голову на крепкое плечо лучшего друга.              — Я принесу соджу, — вздыхает шатен и уходит к минхёковским запасам алкоголя.              — Хён… — не поднимая головы, зовёт младший.              — Да? — сразу откликается блондин, успокаивающе поглаживая того.              — Береги Кихёна… — тихо говорит Чё, удивляя старшего. — Он лучшее, что было в твоей жизни, хён, не потеряй его…              — Я и без тебя это знаю, — чуть усмехается хозяин квартиры. — Я буду его беречь, не сомневайся. — Он снова ярко улыбается и смотрит на друга. — Но это не значит, что я перестану заботиться о тебе! Даже не надейся.              — И не надеюсь, — через силу улыбается Вон. — Спасибо, хён… За всё…              — Сколько лет тебе говорю, ты всегда можешь на меня положиться, — улыбается Мин и треплет младшего по волосам.              — Я и не знал, что у тебя настолько много алкоголя. — Недовольно бормочет вернувшийся с двумя бутылками соджу Кихён.              — Это всё для особых случаев, я не алкоголик, нет, просто запасливый. — С широкой улыбкой утверждает блондин и забирает у Ю алкоголь. — Принесёшь стопки, Кихён-а?              — Начинаю чувствовать себя домохозяйкой, — недовольно фыркает шатен и идёт на кухню.              — Я буду не против, если ты будешь ходить у меня по дому в костюме горничной! — Кидает вдогонку парню Хёк.              — Иди ты! — Уже с кухни кричит младший, а Ли заливается смехом.              Когда Ю приносит стопки и закуски, которые он успел приготовить их за пару минут, парни начинают своё «застолье». Первая бутылка ушла стремительно быстро, а с неё так же стремительно быстро опьянели младшие.              Хёнвон и правда выпускал всё наружу. Всё что думает о Хосоке. Кажется, он вспомнил каждый его даже самый незначительный проступок и каждый недостаток. К удивлению опьяневшего Ки, к недостаткам Хёнвон почему-то приписал и сексуальность Хосока — слишком шикарная внешность и тело. Но потом Чё пояснил, что из-за этого к его парню постоянно все липли и он начинал ревновать.              С началом второй бутылки соджу, розововолосый начал оправдывать все недостатки Хо и говорить о его достоинствах. К концу второй бутылки Хёнвон снова рыдал. Рыдал во весь голос в крепких объятиях старших. Рыдал долго, пока не отключился из-за переутомления и действия алкоголя. Минхёк с Кихёном только переглянулись, решив забить на срач, что они развели и улеглись спать на диване, снова с двух сторон обнимая младшего, у которого даже во сне текли слёзы. Сейчас их главной задачей было помочь этому разбитому ребёнку снова вернуться в нормальное состояние.              Весь следующий день парни мучились от похмелья и пытались собрать себя в кучу. В итоге они просто убрали вчерашний бардак, запаслись вкусняшками и легли обратно, устроив себе марафон просмотра ужастиков, во время которого старшие тщетно пытались растормошить Хёнвона. Сначала он подыгрывал им, но потом сдался, ибо улыбаться, когда внутри пустота было очень тяжело.              Когда они закончили смотреть последний запланированный фильм, за окном было уже совсем темно, а настенные часы показывали одиннадцать вечера. Чё уже давно спал, отключившись ещё на середине фильма. Поэтому старшие просто тихонько прибрались и легли спать, снова с двух сторон стискивая младшего в объятиях.              На утро Вон настоял пойти в универ, оправдывая это тем, что скоро сессия, а пострадать он всегда успеет. Конечно же ему не поверили и долго пытались отговорить, но младший оказался слишком упрямым и проигнорив в итоге хёнов, пошёл в ванную приводить себя в порядок. Естественно парочке тоже пришлось сдаться и идти собираться, поскольку одного они его оставлять точно не хотят.              Собрались они быстро, даже Чё — со своим образом голливудской модели. Правда, сильно парень и не заморачивался. Сегодня он просто одел любимые чёрные джинсы и мягкий белый свитер, а макияж сделал лёгкий только для того, чтобы скрыть следы усталости и слёз. Он отрешённо кинул какие-то тетради в рюкзак и пошёл одеваться в уличное. Старшие лишь тяжело вздохнули и побрели за другом.              Сегодня они решили прогуляться пешком. Погода была солнечная с лёгким морозцем. Парни добрались до универа минут за десять до начала пары. Пока они шли к нужной аудитории, за их спинами все шептались о том происшествии с Хосоком пару дней назад. Но стоило Минхёку угрожающе на них посмотреть и все тут же замолкали, а Вон будто бы и не замечал всего этого шёпота: спокойно идя своей лёгкой походкой по людному коридору. Но Кихён всё равно заметил как младший пару раз быстро сморгнул, чтобы не дать воли слезам, и как закусывал свои бледные губы, сдерживая себя. Поэтому он быстро положил руку другу на плечо и мягко улыбнулся, стараясь хоть немного успокоить и поддержать, на что получил ответную благодарную улыбку.              Когда они дошли до нужной аудитории, старшие быстренько заняли места в четвёртом ряду и начали готовиться к паре. Хёнвон же пошёл выше.              — Вон, ты куда? — сразу подскочил Минхёк.              — Сейчас экономика, а у меня автомат. — Пожал плечами розововолосый и пошёл дальше. — Я посплю на верхнем ряду, если что — скажите, что я присутствую.              — Ух, ладно. — Вздохнул старший, провожая друга обеспокоенным взглядом и сел обратно. — Может с ним сядем? — Он умоляюще посмотрел на Ю. — Сейчас только две группы, так что и на верхнем ряду всё будет слышно.              — Автомат только у него, так что сиди тут и слушай, — строго сказал шатен. — Ты и так не самый умный.              — Как жестоко, Кихён-а. — Ноет старший и стискивает парня в объятиях.              — С утра пораньше милуетесь, фу. — наигранно морщится только что подошедший Чжухон и садится рядом с парнями.              — И тебе доброе утро, — язвит Мин.              — Ага. — Спокойно отвечает он, готовясь к паре. — Вы что, Вона одного оставили?              — Нет. Если бы он не настоял мы бы и не пришли сегодня в универ, — спокойно поясняет Ю. — Всё утро твердил, что надо к сессии готовиться, а пострадать он всегда успеет.              — Только эта хитрая рожа всё продумала, — недовольствует блондин, смотря на розовую макушку на последнем ряду аудитории. — Знал, что у нас первая экономика и он сможет поспать, зараза.              — А, точно — у него же автомат. — вспоминает Хон.              — Ага, — согласно кивает Кихён и тоже смотрит на верхний ряд. — Пусть отдохнёт.              — В любой другой ситуации я бы его задушил за эту выходку, — снова ворчит Хёк, но его прерывает звонок и вошедший преподаватель.              Все студенты сразу приветствуют молодого мужчину и тихо садятся на места. Во время переклички преподаватель даже замечает спящего на верхнем ряду парня, ибо трудно не заметить эту розовую макушку, единственную на всю верхнюю пустую половину аудитории.              Пара проходит вполне спокойно, не смотря на то, что Минхёк каждые минут десять оборачивается назад посмотреть на Хёнвона. Тот явно успел поплакать в начале пары, Ли понял это по тому, что розововолосого трясло в один из таких моментов, когда старший обернулся проверить друга. Это насторожило блондина, и он даже хотел подняться к младшему, но всё же убедил себя (хотя и с большим усилием), что всё хорошо. А зря.              Преподаватель как назло задержал студентов до самого звонка, рассказывая как будет проходить зачёт. Но как только их отпустили, Ли, одним движением скинув всё в рюкзак, поспешил наверх к своему другу.              Картина, что медленно открывалась перед его глазами, заставляла замедлить шаг и широко раскрыть глаза в неверии и страхе. Но он упрямо продолжал поднимался до тех пор, пока не наступил в лужу крови, что скопилась на ступеньке ниже от сидящего Чё. Кихён, который почти сразу направился вслед за старшим, застыл ещё на середине лестницы. А у Хёка в это мгновение не просто уходила из-под ног земля, а уходило, кажется, полжизни.              — Хёнвон… — осознание произошедшего заняло секунды, но казалось что прошла вечность. Ли кинулся к другу. — Хёнвон! — Он осторожно потянул его за широкие плечи и облокотил на спинку безвольное тело, еле сдерживая собственные слёзы. Вон был весь бледный, а на его правом запястье был глубокий порез, из которого уже перестала течь кровь, но Мин всё равно быстро зажал рану. — Сонбэ! Кто-нибудь, пожалуйста, позовите врача! — По щекам блондина всё же хлынули слёзы и он начал отчаянно кричать и просить помощи, крепко сжимая запястье розововолосого.              — Что произош… — преподаватель Сон быстро взбегает на верхние ряды, узнать что случилось с его студентами, и его взору открывается ужасающая картина: бледный Хёнвон с огромной лужей крови под ногами, что стекает по старому деревянному полу и на ряд ниже. — Быстро все покиньте аудиторию, позовите медсестру и заведующего кафедрой! — громко приказывает Сон остальным студентам, что застыли в непонимании. — Минхёк, — он осторожно подходит к блондину и кладёт руку ему на плечо, боковым зрением замечая у ног Чё рассыпанные таблетки, — отпусти его. — Тихо просит преподаватель.              — Нет! — рыдая, выкрикивает Ли и сжимает тонкое запястье сильнее. — Если я отпущу он..он… — Парень не может произнести этих страшных слов, они просто застревают комом в горле, перехватывая дыхание.              — Минхёк, — преподаватель осторожно сдавливает руку студента, — он не дышит.              — Этого не может быть! — блондина накрывает истерика и он отбрасывает руку преподавателя. — Он сейчас очнётся!              — Он больше не очнётся, Минхёк… — с трудом выговаривает Сон и отодвигает Ли от розововолосого, сразу крепко его обнимая, стараясь успокоить.              Сон Хёну — молодой преподаватель экономики и по совместительству куратор их группы. Он ведёт их уже три года и очень близок со своими подопечными. Особенно с этими ребятами; вот Кихён, который стоит чуть поодаль и с трудом сдерживается чтобы не разреветься, очень ответственно выполняет обязанности старосты. Чжухон — что сейчас тщетно пытается успокоить Ю, хотя у самого уже давно рекой текут слёзы — энергичный парень, который, вместе с Хосоком, постоянно участвовал во всевозможных спортивных соревнованиях. Минхёк — всегда был жизнерадостной занозой в одном месте, что всегда организовывал совместные вылазки для всей группы. А Хёнвон был тихой и незаметной, но неотъемлемой их частью. Очень хорошо учился, хоть и частенько прогуливал с Хосоком, был дружелюбен и всегда был готов помочь и поддержать, если это требовалось. А сейчас он вот так вот оборвал свою жизнь. У него же было столько планов на будущее, столько перспектив… Но видимо парень столкнулся с чем-то, что стало для него чересчур непосильным и он сдался: наглотался таблеток и вскрыл вены прямо во время пары. Распланировал всё так, чтобы ни у кого не возникло подозрений и никто не смог ему помешать. Его ум проявился даже здесь…              — Что здесь происходит?! — В аудиторию буквально вбегают зав.кафедрой с медсестрой. — Почему ко мне в ужасе прибегают студенты и зовут на помощь?!              — Потому что у нас суицид… — тихо отвечает молодой мужчина, крепче обнимая своего студента, что после этих слов начал рыдать с новой силой.              Теперь паника отчётливо читалась ещё на двух напуганных лицах. Не мало времени потребовалось чтобы хотя бы немного успокоить троих парней, которые всё равно упорно отказывались покидать аудиторию, пока тело их друга находилось тут. Они считали себя отчасти виноватыми, ведь говорили что будут рядом и не дадут ему сделать глупостей, а в итоге оказались недостаточно рядом и не справились с обещанием.              Кихён чувствовал свою вину за то, что не позволил Минхёку пересесть к младшему, а Мин за то, что подавил своё желание пойти к другу, когда заметил что тот плачет. По словам медсестры, тот плакал скорее всего от боли, так как примерно в это время он и вскрыл вены, а таблетки, которыми он наглотался, были обезболивающее и успокоительное.              Хёнвон всегда ненавидел боль, но всё же выбрал именно вскрытые вены. Он всегда был ранимый, поэтому боль от расставания с Хосоком пережить было невероятно трудно. А Минхёку теперь сложно измерить собственную боль и чувство вины за потерю лучшего друга. Он с самого начала их знакомства говорил этому плаксе, что всегда будет рядом и будет его беречь и защищать. Он говорил ему это постоянно на протяжении многих лет. Он обещал ему это тысячи и миллионы раз. Но в итоге ничего не смог сделать. Не успел…              Вокруг много людей. Преподаватели, администрация и только что приехавшие врачи, которые выясняют что случилось. А ребята же просто сидят на полу кафедры и стараются осознать происходящее. Кихён всё так же плачет, Чжухон его успокаивает. Минхёк сидит и не моргая смотрит на свои руки, что недавно были в крови его лучшего друга. Конечно Хёну сразу отмыл его руки от крови, но из памяти её вымыть было невозможно. Вокруг всё смешивается в сплошной гул голосов, ничего не понятно. Но в какой-то момент в помещение вбегает женщина средних лет — миссис Чё, мама Хёнвона, что воспитывала его одна с пяти лет. Женщина, которой Минхёк клялся, что будет беречь её сына и приглядывать за ним. Женщина, которой он солгал…              — Где мой сын?! — в панике громко спрашивает брюнетка. — Что здесь произошло?! Где мой ребёнок?!              — Миссис Чё, прошу постарайтесь успокоиться, — к ней подходит Хёну и пытается как-то её подготовить, но тут из астрала выходит Минхёк, что услышал знакомый голос. Он медленно поднимается с места и подходит к ним.              — Простите… — из его глаз вновь потекли слёзы и он упал на колени перед напуганной женщиной, склоняя голову. — Пожалуйста, простите меня… Я не смог его уберечь… Не смог… Простите… — он горько плачет, а все кто находился в аудитории в этот момент замолкают и наблюдают эту картину, от которой у каждого болезненно щемит сердце. — Простите…              Немолодая брюнетка испуганно смотрит на блондина, затем медленно переводит взгляд наверх, где белой простынёй накрыто бездыханное тело её единственного ребёнка. Она оседает на колени рядом с парнем и заставляет его поднять голову, после чего крепко обнимает и сама поддаётся слезам.       

~*~

             Через некоторое время, в солнечный как и сам Хёнвон день, состоялись его похороны. Проститься с ним пришли многие студенты с их группы и пара человек с потока, их куратор и ещё несколько преподавателей, с которыми парень хорошо общался. И конечно же Чжухон с Кихёном и семья Минхёка.              Когда прощальные слова были уже сказаны и все разошлись, у могилы остались лишь самые близкие — мама Вона и Минхёк. Даже семья Ли ушла к парковке, оставляя их двоих наедине. Ведь для Вона не было никого дороже его мамы и лучшего друга и все это знали и поэтому не смели им мешать. Чжухон, правда, не смог увести Ю слишком далеко, так как того одолели эмоции и он безудержно разревелся. Пока Ли его успокаивал, он заметил неподалёку знакомую фигуру и, уговорив Ки пойти пока к семье Минхёка, мигом ринулся к ней.              — Хосок, — сквозь зубы процедил имя старшего Хон, быстрым шагом подходя ближе, и достигнув цели резко ударил его по лицу так, что тот даже не смог удержать равновесия и упал на землю. — Я предупреждал, что твоя трусость сделает только хуже! Я говорил тебе, что он не справится! Я говорил тебе, что он не настолько сильный, чёрт возьми! Не смотря на то, что ты мой лучший друг, я всё равно скажу тебе это — он умер по твоей вине! По твоей и только по твоей! Не смей даже близко подходить к Кихёну или Минхёку, они убьют тебя сразу как только увидят, а я сочиню им стопроцентное алиби, будь уверен. — С яростью проговорил младший всё ещё сидящему на земле другу. — Я, конечно, помогу тебе справиться с этой болью — но это будет завтра, а сегодня я буду всей душой тебя ненавидеть.              —Ты был прав… — с болью в голосе соглашается старший и опускает взгляд. — И сейчас прав, только я виноват в этом… Я убил самого дорогого для меня человека… Не знаю сколько я протяну без него, но поверь — каждую минуту я буду сожалеть о своей трусости…