Начало конца

      За окном Ди увидел мать, проезжающую на своём байке. В нем что-то ёкнуло, он не мог понять, скучает ли по дому, но понимал, что если хочет остаться, то ему остается смотреть, как она уезжает куда-то вдаль.       Ди навалился головой на холодное стекло, размышляя о том, правильно ли он сделал, что ушёл. Да и ночь была тяжёлой. Он долго сидел на подоконнике и смотрел на ночной город, мучая себя тем, что он не нужен дома, впрочем, как и другой ребёнок, ведь хоть и не часто, но возраст и брал свое, заставляя ночами в одиночестве терзать себя мыслями о том, какое он ничтожество. Его раздумья, и о уже давно проехавшей матери прервал стук в дверь, после чего последовало её открытие.        — Ди, у Вас все в порядке? Вы не явились на завтрак, — голос был намного суровее обычного, Ди думал, что они в более дружеских отношениях, но было понятно, что Борис не в настроении. — Да, все хорошо. Не мог долго уснуть и поэтому проспал, — блондин встал и подошёл к шкафу, открыв его двумя руками, и в комнате раздался скрип от старых петель. — Я передам мисс Лидии. Она, между прочим, ожидает Вас уже 5 минут, — Ди не ответил и лишь закатил глаза, но дворецкий не увидел этого. Блондин быстро переоделся в очередной костюм, немного закатал рукава и штанины для удобства, делая хвостик и подошёл к Борису. — Я готов. — Вы забыли скрипку. Она на кровати, — Борис будто смотрел свысока. Блондину ещё больше стало не по себе от поведения дворецкого. — Она ожидает Вас не одна. — Хорошо, — Ди кивнул.       Он начал перебирать, кто это мог быть. А что если это отец? И поэтому мать проезжал на байке за окном, так как не хотела присутствовать. Или кто это может быть? Было ощущение, что шли они вечность, коридоры становились длиннее, не кончались, а лестница… лестница будто стала большее и выше. В голове был шум. По коридору эхом раздавались шаги. Ди слышал даже биение своего сердца, которое расходились, как маленькие удары по всему тему. На его лбу появлялись капли пота, которые он быстро вытирал рукой.       Вот Борис открыл перед ним дверь той комнаты, в которой Ди ещё ни разу не был. На миг у блондина потемнело в глазах и, словно крот, он зашёл в комнату. Ничего необычного не было. Панорамные окна, пара диванчиков и также два кресла, посередине небольшой столик с подносом и тремя чашечками чая. Ди выдохнул и подошёл к Лидии, его руки были немного влажные и холодные. Из-за этого он крепко сжимал ручку чехла. — Ди, познакомься это Стэн. Мой старый знакомый. — Здравствуйте, — блондин расслабленно выдохнул и немного улыбнулся. — Приятно познакомиться с вами. — Ди, присядь с нами, выпей чая, — парень сел в кресло, когда Лидия и её друг сидели на диванах напротив друг друга. — Ди… Значит, ты у нас учишься играть на скрипке? Как успехи? — Что? Да… Я не так давно начал, Лидия говорит, у меня есть предрасположенность к этому, — блондин взял чашечку чая и смотрел на Стэна. — Лидия, это твой сын или же просто.? — Племянник, — она ответила кратко и быстро, будто не хотела признавать этого, да и вообще говорить. Стэн же продолжал спрашивать о Ди, а Лидия отвечала.       Блондин поставил чашку на стол и сразу же последовала фраза Стэна — Сыграй что-то из того, что можешь без нот.       Ди открыл чехол и взял скрипку в руки. Он встал и отошёл от стола на пару шагов, в сторону окна. Глубоко вздохнул и поставил скрипку на плечо, закрыл глаза и выдохнул. Он начал играть, то что они с Лидией изучили только вчера.       На лице Лидии можно было увидеть лёгкий страх, что он ошибется, что нужно было взять что-то легче, она задержала дыхания. Но Стэн этого не видел он, был увлечен игрой. Мужчина повернул корпус на спинку дивана, чтобы смотреть, как Ди играет. Блондину было не по себе от непривычного для него волнения и стресса, он зажимал струны, так сильно, как только мог, его руки были влажными, а пальцы холодными, а под конец произведения будто онемели. Лидия выдохнула, она не ожидала, что Ди не совершит ни одной ошибки.       Стэн встал и подошёл к парню, это был высокий мужчина, ростом под два метра, в смокинге и с каменным лицом, встал над парнем. Ди сглотнул, он испытал лёгкий страх и отшагнул назад. — Значит, Ди… Что я могу сказать? Неплохо, да. Но до нужного мне уровня, конечно, не дотягивает. — Я играю всего чуть больше недели. — Но тебе и не семь лет. Для твоего возраста это слабо., — он осмотрел парня вновь и убрал руку за спину, немного улыбнувшись. — Но могу сказать, что для недели это очень даже хороший результат. Не все достигают такого результата и за один год. Ещё один вопрос. Ты хочешь этим заниматься? — Да, — в этот момент его будто переклинило и он вспомнил отца, когда тот говорил, что его сын бездарность и ничтожество. От чего-то Ди стало ещё больше не по себе. — Могу посоветовать тебе поучить ещё все это, ноты, гаммы. Но не по той программе которая в школах, она будет для тебя слабой. Иди выше, тем более, консерватория не стимул на жизнь.       Ди побледнел, он думал о его фразе про консерваторию, это был его шанс попасть туда, но ведь уже август, а Лидия говорила, что экзамены в мае. Или что? И кто это вообще. Но его мысли вновь прервали. — Можешь идти в комнату, — он посмотрел на Лидию, которая это сказала, и направился обратно к себе. На выходе он остановился и, переборов себя, произнес. — Мы сегодня занимаемся? — Вечером, а пока отдохни. — Спасибо, — Ди ушел, закрыв за собой дверь. Он направился в столовую, парень был сильно голоден, и радовался тому, что до этого у него не урчал живот. Блондин на кухне нашёл остаток каши и подогрел её на плите, после чего там же и сел кушать. Зашёл Борис, и окинул глазами Ди, который сидел на стуле и ел кашу. — Могли бы попросить — Мне не сложно. — Как все прошло? — Кто это был? — Вам не сказали? Это директор консерватории. — Тогда меня не взяли, Но сказали, что Для недели неплохо. — Мне жаль, Ди — Все нормально, правда, — Ди погас и, уже не обращая внимания на Бориса, доел и направился в комнату. Дворецкий ему что-то говорил, но блондин уже не слушал. Он шёл в своих мыслях в комнату, чтобы лечь на кровать и уснуть до самого вечера.