Stolen Child

      Самый обыкновенный ноябрьский вечер. Холодный моросящий дождь, неутомимый, непрекращающийся, он отчаянно пробивался в дом. Этот бесконечный серый марш тяжёлых капель по крыше сводил с ума. Тук-тук. Тук. Тук. Тук. Протяжный гул барабана. Писклявые ноты ветра. Мелодия, сводящая с ума.       Клара провела в кресле час с небольшим и всё никак не могла найти удобной позы. У неё болела спина — любое движение чудовищной болью отдавалось в её позвоночнике. Она хотела поспать хотя бы час… Так мало и в то же время так много. Час — время, за которое можно совершить десяток важных вещей или абсолютно ничего. Какие-то жалкие 60 минут или целых 60 новых возможностей? Клара уже давно усвоила цену времени.       От долгого напряжения у неё затекла шея — иначе было неудобно смотреть на экран телефона. Клара никогда не страдала зависимостью от гаджетов: все новые разработки «Эпл» — ничто по сравнению с технологиями, с которыми она практически ежедневно сталкивалась на других планетах. Но в последнее время её было не оторвать от телефона. Клара надевала наушники, открывала галерею и снова нажимала на просмотр видео. Каждый день.       Иногда она плакала. Уже значительно реже, чем пару недель назад, но спокойно смотреть на экран всё ещё было испытанием. Больно и необратимо — она не могла оторвать взгляда от этих маленьких ножек и ручек, этой беззубой улыбки, этих смешных щёк… Одна только мысль о них прожигала её сердце насквозь.       Часы в гостиной глухо пробили восемь. Клара не ждала гостей, но, услышав восьмой удар, отложила телефон. С минуты на минуту должен был вернуться Доктор. С некоторых пор он стал невообразимо пунктуален: то ли Клара его сумела так выдрессировать, то ли чувство вины. Впрочем, ничто из этого уже не имело значения. С некоторых пор… Всё верно, Клару теперь мало что беспокоило.       Когда в коридоре материализовалась ТАРДИС, она не сдвинулась с места. Где-то внутри неё зародились первые импульсы раздражения: ей отчего-то вдруг захотелось, чтобы Доктор не появлялся здесь. Он не был виноват — она знала. В произошедшем не было его вины. Но если не он, то кто? Клара не была готова понести за это ответственность единолично. Отторжение, зародившееся в ней после той безумной ночи, дало свои плоды. Теперь ей претила даже мысль о том, что Доктор останется с ней на целый день. Он хотел быть рядом, чтобы ей было легче, но порой даже случайный взгляд в его сторону мог вызвать у неё истерику.       Только его прикосновение заставило скинуть пелену этих дурных мыслей.       — Ты замёрзла? — спросил он, пробуя тыльной стороной ладони её лоб. — Здесь холоднее, чем обычно.       Доктор всё ещё не знал, с чего начинать их разговоры. Он пробовал разные варианты: даже с его затруднённой коммуникабельностью в этой регенерации, он раз за разом пытался нащупать наиболее безболезненный тон для начала разговора. Клара была непредсказуема. День ото дня она могла обвинять его в излишнем спокойствии, но стоило ему попытаться пошутить или заговорить чуть более жизнерадостно, она вспыхивала, как вулкан. Доктор не винил её в этом, молча принимая её боль. Он достаточно знал об отчаянии. Даже больше, чем нужно, чтобы понять, что испытывает мать, потерявшая ребёнка.

***

      Месяц назад...       Ей не хотелось отвечать на это идиотское предложение. Клара с детства не любила семейные поездки, вернее с тех пор, как умерла её мама. Они вызывали у неё столько брезгливости и предубеждений, что любая подобная идея порождала лишь более изощрённые причины отказа. К сожалению, мистер Освальд этого не понимал или не хотел понимать. Каждый год он настойчиво предлагал Кларе поехать вместе к тем или иным родственникам. Его напористость только увеличилась с появлением внука — о нём он узнал случайно, да и то лишь потому, что поймал Клару с поличным, меняющей детское бельё в кроватке. Карты были раскрыты, к большому сожалению молодой мамы. Клара наскоро сочинила удобоваримую историю о неком Джоне Смите, с которым встретилась на курсах лингвистики, а затем они были слишком заняты друг другом, чтобы рассказать обо всём. Ей не хотелось много врать, и сказать правду она не могла. Её отец был хорошим человеком, но… она уже отвыкла от того, что люди привыкли считать нормальной жизнью.       В этот раз мистер Освальд решил зайти с козырей.       — Твоя тётушка Энни имеет право увидеть тебя раз в 10 лет и познакомиться с твоим сыном и мужем, — заявил он за ужином, «случайно» забежав в гости, когда дома был Доктор. — Вы ведь не собираетесь скрываться целую вечность?       Он, очевидно, подготовился заранее. У них с Доктором с самого начала были напряжённые отношения: мистер Освальд пусть и не питал больших иллюзий о вкусе своей дочери, но уж никак не ожидал, что её выбор будет настолько противоречивым. Разница в возрасте, мутное прошлое и странные привычки избранника Клары всякий раз вызывали у него недоумение. Доктор всё же старался как мог — он заранее выучивал легенды об их знакомстве, общих знакомых, его работе и обычной жизни. Однако полностью соответствовать образу обычного человека у него не получалось.       — Мы бы с радостью, пап, но Дэйв ещё такой маленький, — ответила Клара, поглощая лазанью. Она была уверена, что этот аргумент надёжен на 100%.       — Это не так далеко, милая, — пожал плечами мистер Освальд. — Всего 200 км от Лондона. Каких-то три часа на машине. На выходных можем съездить.       Действительно, не так уж и далеко, — подумала Клара, но тут же отчаянно засопротивлялась своим же мыслям. Никаких семейных поездок. Тем более в такой компании.       — В выходные у нас были планы.       Она подхватила свою тарелку и торопливо встала из-за стола. Ей нужно было чем-то занять руки.       — Не беда, — сказал мистер Освальд ей вслед. — Мы можем поехать через неделю. В университетах как раз начинаются каникулы. Разве не так, Джон? У вас в Биркбеке уже закончились экзамены?       Доктор нервно сглотнул, чуть не подавившись лазаньей. Такой истории в его арсенале не было. Он помнил, что Клара придумала ему алиби научного сотрудника библиотеки колледжа Биркбек. Но откуда он мог знать, что там вообще происходит?       — Должно быть, они в самом разгаре, — Доктор осторожно вступил в игру. — Но в библиотеке, знаете ли, всегда полно работы.       — Неужто и по выходным? — усмехнулся мистер Освальд. — Какой напряжённый график. Теперь понимаю, почему вы с Кларой всё никак не найдёте время для свадьбы.       В этих словах сложно было не уловить провокацию. Дался ему этот Биркбек! Доктор был твёрд в решении подыгрывать Кларе до последнего, но всякий раз, когда разговор доходил до темы брака, его переклинивало. Не то, чтобы он не собирался жениться на Кларе… Предыдущие четыре брака были довольно спонтанными, и он с трудом представлял себе семейную жизнь в классическом понимании. Однако Клара нуждалась в соблюдении этих человеческих традиций, у них был сын, родившийся от большой любви и не меньшей случайности, поэтому Доктор теперь чувствовал необходимость заботы в двойном размере.       Он задумчиво облизал чайную ложку и после небольшой театральной паузы принял решение.       — Вы правы, у нас с Кларой порой решительно не хватает времени на нечто важное, — Доктор понимающе кивнул, сканируя взглядом мистера Освальда. — Но в самом деле, разве мы не можем наконец это исправить? Всего один уикэнд. Не так уж много, если знать толк во времени.       Его ответ пришёлся по вкусу отцу Клары гораздо больше, чем её лазанья.

***

      — Есть новости?       Клара равнодушно пожала плечами. С кресла на пол упал плед, которым она укрывалась. Никакой реакции. Ей не хотелось в сотый раз сообщать Доктору одно и то же: в полиции сказали, что будут продолжать поиски. Они оба не верили, что это поможет, но не стали исключать этот вариант — иногда помощь приходит, откуда совсем не ждёшь. Ежедневно Доктор прочёсывал галактику, а на земле обычные люди справлялись своими методами.       Дождь барабанил по окнам всё тише. Его настойчивость вот-вот грозилась смениться тишиной — самой страшной, что только могла возникнуть. Леденящий холод ноября прокрался через стекло и плотно осел в душе Клары. Она стала совсем другой. Это была уже не та невозможная девчонка и, что самое страшное, уже не та, которую Доктор мог назвать «Моя Клара». Её сила, его ярость, всё это померкло и приняло опустошающую тоску в её некогда прекрасных глазах.       — Ты поговорил с Мисси?       Этот вопрос она задавала ему почти каждый день. Мисси была и оставалась под номером один в списке подозрений Клары даже после того, как Доктор усадил её в специальный тайник вроде исповедального диска. Жестокость никогда не была его чертой. Впрочем, когда речь зашла о его ребёнке, Доктор ничего не хотел слышать о жалости.       — Она не при чём, — он устало покачал головой. — Я сегодня осмотрел туманность Андромеды. Там есть хорошая система отслеживания на основе генного анализа и ДНК-следов…       — Мы что-то упускаем.       Доктор непонимающе взглянул на Клару. Она постоянно была недовольна его действиями. Ей было мало того, что он, сбиваясь с ног, летает из одной Вселенной в другую, нарушает сотню правил путешествий во времени и пространстве, только для того, чтобы найти их сына. И это должно было его злить, вот только… он сам знал, что этого недостаточно, чтобы успокоиться. Ни ей, ни ему самому.       В комнате незаметно потемнело. Они не спешили зажигать свет. В темноте каждому из них было удобнее прятать глаза — Клара уже давно боялась взглянуть в лицо Доктору. Когда они были вместе, когда они были вдвоём, только посмотрев на него, она тут же считывала невербальную уверенность в том, что всё будет в порядке. Она всегда знала, что Доктор что-нибудь придумает, что он спасёт их, что найдёт выход из самой сложной ситуации. Это был вопрос доверия, а теперь всё изменилось. Неделю назад Клара перестала видеть в нём былую уверенность, будто он сам теперь не знал, смогут ли они найти своего ребёнка или нет.

***

      Клара погрузила последние вещи в багажник машины. Могла ли она подумать, что они поедут в Дерби вместе с её отцом, его женой Линдой, Дэйвом и Доктором на обычной машине? Казалось, это какой-то нелепый сон.       — Ты оставишь ТАРДИС у меня дома? — с недоумением переспросила она у Доктора уже во второй раз.       — Боюсь, у нас нет выбора, милая, — ответил он ей, скосившись в сторону мистера Освальда, который возился под капотом и не мог слышать их разговора. — Если он в довесок ко всему узнает, что я пришелец, потерявший свою родную планету где-то в космосе, мне даже регенерация не поможет.       Отчасти это было правдой. Сложно представить, что сказал бы мистер Освальд, оказавшись в ТАРДИС, да ещё и узнав, что Доктор — тот же молодой человек, появившийся голым на их рождественском ужине несколько лет назад. Помнится, его выходку оценила только бабуля.       Поездка обещала быть короткой и почти не мучительной. К большому облегчению Клары, Линда уговорила мистера Освальда поехать на разных машинах: так, с её точки зрения, было комфортнее для малыша. На самом деле её скорее всего беспокоило, что в дороге маленький Дэйв мог часто и громко плакать, как и все дети. В любом случае это было хорошей идеей. Единственное, что вызвало у Клары недоумение: почему отец решил ехать вечером, а не днём. Ей не нравилась перспектива приехать в Дерби на закате, но сопротивляться было уже поздно.       Они выехали в восемь и условились через час встретиться на заправке. Первую половину пути у Клары было замечательное настроение. Доктор вёл машину и делал это весьма аккуратно. Дэйв посапывал в детском кресле на заднем сидении. Осторожно, боясь его разбудить, она включила на минимум один из запылившихся дисков — синглы Боуи 1980-х. В юности она заслушала эти песни до дыр. «Absolute Beginners» всегда была её фаворитом. Именно на неё Клара и переключила.       Дорога была залита красноватыми лучами солнца. Доктор рассказывал ей, что однажды видел похожий закат на Марсе — там они ещё ярче. Красные пески сухой планеты сливались с последними бликами солнца, утопающего в горизонте. Он с воодушевлением говорил о том, как марсиане хотели сделать его своим вождём, но он очень торопился, поэтому обещал заскочить на церемонию в следующий раз. Клара слушала и не переставала улыбаться. Всё это казалось ей какой-то странной идеальной картиной из старой мелодрамы. Полная идиллия. Могла ли она знать, что это только затишье перед бурей?

***

      Доктор поднялся с дивана и подошёл к Кларе сзади. Это не могло больше продолжаться. Он устал, бесконечно устал от этой чужести, от скрытого безразличия и равнодушного притворства. Потеря малыша разбила не только их сердца, но и то хрупкое притяжение, которое было между ними с первой встречи. Доктор не мог позволить горю уничтожить их.       — Клара, посмотри на меня, — умоляюще прошептал он.       Увидеть её бледное измождённое лицо было для него так же болезненно, как и услышать, что между ними всё кончено. Где-то глубоко в душе, он надеялся, что это не так. Никогда не будет так. Ведь Доктор и Клара Освальд, загадочный гибрид, о котором шепчется два десятка развитых рас, не мог расколоться вдребезги.       — Я знаю, что для тебя это невыносимо, — сказал Доктор, когда Клара наконец развернулась к нему, старательно пряча глаза. — Но я прошу тебя, ради всего святого, ради тебя, ради нас, не сдавайся.       Да, ему наконец дались эти ужасные слова. Клара никогда не сдавалась. Даже в порыве иступленного отчаяния, она верила ему и до последнего надеялась, что всё можно исправить. Он нуждался в ней. Именно в такой, Кларе, придававшей ему сил. Нерешительно Доктор взял в руки её ладонь и поднёс к губам.       — Я устала бороться, — вдруг ответила Клара.       Доктор заглянул ей в лицо, удивившись её открытому взгляду. Впервые за долгое время она посмотрела на него так прямо, без попыток увернуться. И её опустошённость теперь казалась какой-то странной, далёкой, будто мысленно Клара была очень далеко.       — Новостей нет, — обречённо произнесла она. — Я боюсь, их уже и не будет.       — Нет, Клара, это неправильно, — перебил её Доктор. — Ты же помнишь, ТАРДИС подтвердила, что Дэвид жив, его линия жизни не прервана. Нам мешают его найти, но он не умер. Наш сын жив.       — Разве?       Она отвернулась. Слов было уже недостаточно, ей нужны были доказательства. Если это действительно так, если их ребёнка похитили и каким-то невероятным образом умудрились скрыть от навигационной системы ТАРДИС, то эти люди (или не люди?) были очень умны. Им удалось перехитрить Доктора, а это под силу совсем немногим в этом мире.       — Ты говорила с Кейт? — мягко спросил Доктор.       ЮНИТ искал ребёнка уже неделю. Когда они поняли, что сами не справляются, пришлось подключить крайние меры. Как Президент Земли Доктор отдал все необходимые распоряжения и поделился некоторыми предположениями для разработки разных версий похищения. У них не требовали выкуп. С ними никто не пытался связаться. Но ребёнок был жив, и это ломало всякую логику.       С тех пор Кейт ежедневно сообщала Кларе о проделанной работе. Как и в полиции, они изучили видео с камер наблюдения, на которых момента похищения просто не было зафиксировано. Кто-то отключил их, а затем каким-то образом смонтировал всё так, будто к машине никто не приближался. Очевидцы тоже не могли сообщить ничего внятного: на заправке почти никого не было. Поэтому дальше расследование не двигалось. Уже седьмой день новости были стабильными: отследить похитителей и Дэвида не удалось. А впрочем, в этом Клара уже перестала сомневаться.

***

      — Тебе захватить чего-нибудь? — спросила Клара, выходя из машины.       Её карта как назло не сработала, поэтому пришлось повторно идти расплачиваться наличными. Им уже залили полный бак, когда оказалось, что банк отклонил платёж. Как назло, господи. Клара ужасно не любила такие истории — хорошо, что они ещё не успели отъехать от заправки. Отец и Линда задерживались, и она беспокоилась не случилось ли с ними чего-то по дороге. А тут ещё и эти пластиковые приключения.       — Я бы сейчас не отказался от мороженого с Глизе 581, — отозвался Доктор. — Хотя в этом закутке оно вряд ли будет. Ладно, сойдёт обычный пломбир.       Клара притворно закатила глаза и хлопнула дверью.       — Скоро буду, никуда не уходи.       Она действительно не планировала задерживаться. Когда Клара заходила в магазин, в очереди был всего один парень, покупавший кофе. Он был странно одет: длинная майка почти до колен, порванная в нескольких местах, непонятного цвета штаны и шапка, идиотская даже по меркам самых отъявленных фриков. Всему этому Клара уделила не больше двух секунд своего внимания, про себя отметив, что не хотела бы, чтобы в будущем её сын так одевался. Вообще с тех пор, как она стала матерью её всё чаще стали преследовать подобные мысли: ей было интересно знать, каким вырастет Дэвид, чем он будет увлекаться, что полюбит, что не примет. У них впереди были такие приключения! Доктор покажет ему такое, что не мог представить даже в самых смелых фантазиях ни один земной ребёнок.       На кассе Клара ещё раз поздоровалась с продавцом и почувствовала себя немного глупо. Хорошо бы, чтобы этот конфуз с картой был самой большой неудачей за сегодняшний день. Едва ли он мог им быть.       Ещё издалека она заметила, что Доктора нет за рулём. Это было странно, ведь он никуда не собирался уходить. Сперва она не придала этому большого значения. Клара подошла к машине, открыла багажник, про себя отметила, что Доктору нужно отвесить подзатыльник за то, что оставил машину открытой, а затем подошла к пассажирскому сидению за водителем, где стояло детское кресло Дэвида. Дверь была прикрыта, но не захлопнута. Кресло оказалось пустым. Клара закричала.

***

      Телефон стоял на беззвучном режиме, но Кейт всё же удалось дозвониться. Вместо Клары ответил Доктор, и его голос был серьёзнее, чем при нападении зайгонов. Сперва он долго молчал, внимательно слушая каждое слово, и по мере обновления информации морщины на его лбу стремительно преобразовывались из напряжённого выражения в изумление. Если бы Клара смотрела на него в этот момент, то уже выхватила бы телефон. Но ей не хватало сил повернуться, а противный зуд в сердце наталкивал на мысль, что хороших новостей снова нет.       Едва Кейт успела закончить, Доктор спешно с ней попрощался и бросил трубку. Ему не терпелось сообщить об этом Кларе. Выронив телефон на диван, он подскочил к ней и резко схватил её за руки.       — Они засекли их! — сбивчиво заговорил Доктор. — Им удалось вычислить похитителей.       Клара непонимающе заморгала.       — Что? — переспросила она. — Похитителей? Но ведь тебе же не удалось определить, кто они.       Разумеется, они уже всё испробовали. Примчавшись в Лондон, Доктор первым делом запрыгнул в ТАРДИС и попытался вернуться в тот момент, чтобы засечь похитителей. Перехватить у них Дэвида он не мог: похищение было фиксированной точкой, породившей целую плеяду последовавших событий, поэтому его предотвращение создало бы временную петлю. Но даже попытка отследить преступников оказалась неудачной.       — Да, я не смог их поймать, — кивнул Доктор, поражённый прежним азартом. — Нейрощит не пустил ТАРДИС в этот временной промежуток, но мне удалось попасть туда позже. Мы собрали кое-какой генетический материал в магазине спустя полчаса после того, как приехала полиция. ЮНИТ просканировал отпечатки на кофемашине и нашли некоторые совпадения в базе. Нам нужно поторопиться.       Он уже потянул было её в ТАРДИС, раззадоренный полученными новостями, но почувствовал сопротивление. Обернувшись, он заметил, что Клара всё ещё смотрит на него и не двигается с места. Её глаза, ещё пару минут назад опустошённые горем, медленно разгорались надеждой. Она оживала, оттаивала, словно ледяная речка весной.       — Подожди, — пробормотала она, с трудом шевеля губами. — Они… они нашли способ вернуть его?       — И да, и нет, но это определённо большой сдвиг, — согласился Доктор. — В базе ЮНИТ не бывает обычных преступников, а значит, наши подозрения были верными: его забрали, чтобы привлечь наше внимание и теперь хорошенько охраняют. Если мы выйдем на похитителей, мы сможем придумать, как найти Дэйва.       У него в голове появилась сотня идей и возможных планов. Он уже мысленно был в кабинете у Кейт, рассматривая полученные сведения, но Клара всё ещё не отпускала его рукав. Запоздало заметив это, Доктор вдруг вернулся в ту реальность, где всё это время была она.       — Что с тобой, Клара? — робко спросил он. — Ты не хочешь идти? Мне слетать самому и вернуться? Я буду через минуту…       Он не успел договорить, как почувствовал тепло её объятий и кольцо холодных рук на своей шее. Вместе с ней его обдало волной свежайшего облегчения. Тысяча тяжёлых валунов свалилось с его души, когда хрупкое женское тело соприкоснулось с его собственным. Клара прижалась к нему, почти душа в объятиях, как в старые добрые времена, будто и не было этих мучительных недель тотального отстранения. Стена между ними пала. У них появился шанс. Она снова верила в него.

***

      — Где ты был?!       Её крик, казалось, был слышен в соседней галактике. Клара была переполнена гневом — она ещё не успела до конца осознать произошедшее, но ярость проснулась в ней быстрее всех других чувств. Опережал её только страх.       Доктор инстинктивно отступил назад. В последний раз он видел Клару в таком состоянии, когда он оставил их с Кортни на Луне принимать решение за всё человечество. Тогда они чуть было не разошлись, пусть для Доктора причина была и не так очевидна. А теперь… он и понять не успел, что такого натворил, кроме того, что отлучился на минуту, проверить свои подозрения.       — Там был слабый сигнал бедствия, — начал было оправдываться Доктор. — Мне показалось странным, что он исходит откуда-то неподалёку. Я пошёл проверить… Всего пару минут.       Клара подлетела к нему, словно фурия.       — Всего пару минут? — закричала она. — Пока ты возился в этих кустах в поисках очередной неизвестной космической штуковины, за пару минут кто-то подошёл к машине, открыл дверь и забрал нашего ребёнка!       Только произнеся это вслух, Клара осознала, что произошло. Дэвид пропал. Его похитили. Её глаза расширились до того состояния, которого Доктор очень боялся. Впрочем, услышанное испугало его ещё больше.       — Забрал нашего ребёнка? — повторил он. — Как? Дэйв? Его нет в машине?       Подскочив к автомобилю, Доктор вытряхнул всё с заднего сидения, полез в багажник, перевернул всё там и наконец отошёл назад. Машина была пуста. Сканирование звуковой отвёрткой подтвердило, что следов взлома не обнаружено. Он был так увлечён, что забыл закрыть замок. Ужас липкими когтями разодрал его грудь. Дэвид пропал.