Начать сначала.

Начало каждой истории - всё равно что начало новой жизни. Вот и наш герой решил начать жизнь с нового листа.

***

      Когда жизнь перестаёт быть стоящей, когда теряешь смысл, интерес к ней пропадает. Нет такой искорки во взгляде, задора в голосе. Ты становишься другим человеком. Стоит всего лишь кого-то потерять - перестаёшь быть собой.       Когда теряешь сына, боль утраты становится невообразимой, притупляя все остальные чувства, оставляя жить, не чувствуя более ни страха, ни радости. Лишь боль.       Особенно, если время над тобой невластно, если ты Тёмный маг, которого боятся даже самые бесстрашные.

***

      Люди боялись нарушать даже границы замка, но за сто с лишним лет затишья появились безумцы, которые освоились недалеко от реки, что протекала вокруг огромной территории, где и находились владения Румпельштильцхена. Огромная река обвивалась вокруг прекрасных лесов, гор и полей, что, как ни странно, процветали.       Природа находилась словно под куполом, что не даёт внешнему миру влиять на неё; будто под защитой в то время, как в других местах разрастались засуха и голод.       Спустя ещё какой-то промежуток времени беженцев стало всё больше: все искали лучшей жизни - кто-то бежал от войны, кто-то от голода, а кто-то просто хотел всё поменять.       Хозяину же было всё равно: что ему людские жизни, они быстротечны. «Поживут и умрут», — думал он, но ошибся. Не успел Румпель и оглянуться, как вокруг его, казалось бы, тёмного замка, который якобы всех отпугивал, появились поселения, что постепенно переросли в город, что, в свою очередь, привело к рождению нового государства.       Очень большие изменения постигли и нашего героя: за столетия боль притупилась, к жизни снова пробивался интерес. Именно поэтому ему стало интересно общение с людьми, которым он уже давно помогает магией. Народ, что невольно стал его, полюбил мага. Из него вышел неплохой правитель. И он оживился, хоть и чувствовал - чего-то не хватает. Люди то и дело приходят к нему за помощью, в чём тот не отказывает.       Сегодня именно такой день.

***

POV Румпельштильцхен

      Мне сегодня не спалось, как и обычно. Последнее время я вновь утратил желание спать. Я бы мог, конечно, засесть в кабинете, навести порядок в бумагах, но что-то надоело мне так проводить остатки времени.       Сегодня первый день весны, люди собрались праздновать, то и дело из окна доносились песни и крики. Мне туда не хотелось.       Немного постояв возле окна, вдыхая свежий ночной воздух, я принял странное решение. Мне захотелось почитать, что несвойственно для меня.       Никогда не любил книги, кроме полезных, разумеется.       В дверь аккуратно постучали.       — Да, — негромко, но что б стоящий за дверью услышал, произнёс я.       Дверь открылась. Вошёл слуга, совсем молодой мальчишка, даже на охоту боится ездить.       — Сэр, я сменил Вам постель и начистил Вашу обувь. Будут ещё какие-то поручения или я могу идти? — с надеждой протараторил мальчишка. Я лишь ухмыльнулся.       — Да, Томас, можешь быть свободен, — мальчишка улыбнулся и стремительно ушёл. Ясно куда он так торопился, на праздник.       Но только слуга вышел, моя дверь снова разнеслась стуком. Это начинало раздражать.       Не дождавшись ответа, дверь с той стороны распахнулась, а в проёме появился мой подвыпивший (и единственный) друг.       — Я не понял, а что-то тебя не празднестве нет. Такой день ведь, — его звали Питер. Человек, который мучает меня уже двадцать лет. С тех пор, как проиграл мне спор, Питер стал мне слугой (ужасным), потом лучшим другом, а потом, понятное дело, и советником. Правда, иногда слишком импульсивным.       — Знаешь, что-то настроения нет, — попытка ускользнуть оказалась явно неудачной, такого бугая она точно не пробьёт. Я понял это по выражению его лица. Немного пройдясь по комнате к стулу, я накинул кожаный камзол и повесил на пояс ножны. Мало ли, я знаю, как заканчиваются эти праздники.       Мы вышли во двор, где уже в разгаре было веселье. Большой накрытый стол расположился кругом по площади, а в центре танцевали молодые пары. Барды играли, кто-то сидел и просто напивался.       Несмотря на то, что сегодня только первый день весны, погода не обидела. Я на миг остановился и посмотрел на небо: ни тучки; всё усыпано звёздами, и лишь изредка одна из них расчерчивала небосклон, скрываясь вдали. В это время мне уже успели подать кубок вина; я прислонился к колонне и осмотрелся.       В центре плясал Томас, то и дело пытаясь поцеловать свою спутницу.       — Что загрустил-то? — Питер всё тёрся рядом, выпивая всё больше вина.       — Я вдруг вспомнил, как в своё время ухаживал за Милой. Не скажу, что скучаю по ней, изменнице... ну, ты понял, — Пит сделал понимающее лицо. — Знаешь, возможно, если б не она, мой сын был бы жив, — закончил я, сделав глоток вина.       — Хм, знаешь, за столько лет ты мне так и не рассказал, что случилось с ним, — Пит посмотрел на меня в упор.       — Не хочу тревожить старые раны, — я не собирался никому это рассказывать, никто б не понял.       — Знаешь, мне кажется, тебе стоит начать всё заново, — пожал плечами Питер.       — Что ты имеешь в виду? — я пытался делать вид, что смотрю на танцующих.       — Жениться, завести ребёнка. Тебе же всё равно нужен наследник, — трепался под ухом полупьяный советник. Я задумался. «А что я, собственно, теряю? РебЁнок мне и вправду нужен, а жена помогла бы скрасить одиночество». Возможно, завтра он и не вспомнит, но впервые за свои сорок с лишним лет тот сказал умную вещь.       — И где же найти такую девушку?       — А тебе девок в округе мало? — ответил друг вопросом на вопрос.       — Ну, мне пока только одна красноносая красавица приходит на ум, — с сарказмом выпалил я.       — Эй, я женат, — недолго думая, посмеялся он. Питер решил не рисковать и пошёл за стол, где его жену уже окружили подружки, явно что-то замышляя.       Допив содержимое кубка, я всё-таки решил пойти почитать. В библиотеке мне попалась книга «Её прекрасный герой».

End POV Румпельштильцхен