Наши три случайных поцелуя

— «Будто я собираюсь насильно прилипнуть к твоим губам в первый же удобный момент», — проговорил блондин, кривя уголком губ, — твои слова? Кажется Оомори разучилась говорить. Дышать тоже. В её немом ошалевшем взгляде читалась лишь мольба о помощи Будды в том, чтобы прямо сейчас она испарилась с этого автобуса, а лучше со всего света… Что за чертовщина вообще произошла сейчас?! — Я… Я н-не… — Заикалась брюнетка, бегая глазами по всему салону; лишь бы только ей не смотреть в глаза Тэхёну напротив… Когда клетки мозга Юко начали снова работать чуть активнее, то она сразу же упала обухом на прежнее место, стыдливо закрывая руками свою голову. Будто это поможет ей спрятаться от окружающих, а от Кима тем более… Тот, кстати, в это время уже сидел рядом и разглядывал вблизи своё запястье, довольно хмыкая и косясь на брюнетку, что, в отличие от него, — в состоянии «ни живая ни мёртвая». — Да ладно тебе, я на твоём месте тоже не удержался бы, — начал блондин в сторону Оомори, игриво положив подбородок на кулак, — но интересно, что нам теперь делать с этим. — Тэхён намекнул на их свежие метки. — Мы теперь, вроде как, почти помолвлены, травоядочка. Захватывающе, правда? — Завались. — Почти простонала Юко сквозь ладони. — Вернёмся и засосёшь свою Икари или кого-нибудь ещё. У тебя много фанаток, любая будет рада помочь.  — Сама на меня накинулась, а теперь ещё и огрызается, — продолжал ёкай, лукаво улыбаясь, — не учили, что нужно отвечать за свои поступки? Ах, бессовестная Юко, как же нам теперь быть? Тэхёну весело. Как никогда весело. Дело наверняка в том, что его фальш-метку заменила настоящая, и ему не было больно, когда та проявилась на коже. Да и факт того, что она проявилась — уже говорил о том, что никто из них двоих на деле не ненавидит другого. От того перепирания брюнетки выглядят ещё забавнее. Теперь-то Киму понятно, что её отношение к нему совсем не то, каким она его показывает. О своих же чувствах он, видимо, ещё не готов задуматься. — Ради бога, не смотри на меня так, это вышло случайно, — не убирая рук с лица, всё ещё мычала брюнетка от своей беспомощности. — Во-первых, откуда ты знаешь как я смотрю,  а во-вторых, — деловито начал тот, — у меня, знаешь ли, шоковое состояние. Ещё никто так нагло не прыгал на меня. Тэхён лишь больше давил на Оомори, игнорируя её просьбы помолчать. Теперь он точно не замолчит… Все самые страшные опасения Юко уже начали сбываться, а они ещё даже не добрались до начала задания! Ничего хорошего это не предвещает… Пока Тэхён продолжал злорадно подхихикивать над поникшей головой Юко, та внезапно встрепенулась, будто она резко кое-что вспомнила; брюнетка свела брови вместе и прищурившись смотрела на ухмыляющегося ёкая: — Ещё раз хочешь что-ли? — Иди в коровью жопу, — одними губами проговорила Юко с пронзительным взглядом в глаза блондина, — просто проверяю стало ли тебе лучше. Судя по твоей издевательской морде — у тебя всё прекрасно. — Оомори оклемалась и теперь очередь давить была за ней. — А теперь скажи ещё вот что… — Брюнетка перевела взгляд на отметку белокурого. — Сколько у нас времени? Теперь Юко смотрела Киму прямиком в глаза: настороженно, но и с какой-то решимостью. — Ты о чём? — Тэхён изменился в лице, но делал вид, что не понимает. — Икари. Как скоро она узнает о том, что ты свёл метку? И что она сделает, когда узнает? — Откуда ты… — Говори! Тэхён недоверчиво нахмурился, цокнул языком, и снова отвернулся к окну. Его раскусили как грецкий орешек… — Они убьют либо меня… Либо тебя. А может сразу двоих. Но второй вариант должен был осуществить я, так что третий вариант звучит правдивее, — всё же заговорил вновь блондин, водя пальцем по стеклу, за которым сменялись летние пейзажи озёр и лесов. — Ты когда-нибудь купалась голышом в озере? — Нет… и вообще не переводи тему! Ты не ответил сколько времени у нас осталось. — Надо исправлять… Голышом купаться гораздо веселее… Настоящая аквадискотека… — Тэхён! — Уже не выдержала девушка и повернула Кима за плечо в свою сторону. Тот лишь так же самодовольно улыбался, а глаза его еле заметно горели жёлтым. Сейчас он снова походил на дикого лиса. — Да откуда я знаю. Могут хоть сейчас, хоть завтра, хоть через неделю. — Устало отвечал он. —  Всё зависит от моего папочки. Не переживай за меня, травоядочка, но грешок тебе всё же как-нибудь придётся замолить… Айщ, чего бы такого придумать для ненаглядной Юко… Может, — он хитро сшурился, — всё же голышом в озеро? — Да что с тобой не так… До этого весь колючий был, а сейчас что? Кровь в одно место прилила? — Оомори скептически оглядывала довольную, как у кота, физиономию её соседа. — Я думаю это всё из-за метки, что ты мне любезно поставила. Сама-то, ничего не чувствуешь? Здесь есть туалет, можем отлучиться, — в издевательской улыбке оскалился белокурый. — Если у тебя диарея, я бумажку тебе подавать не собираюсь, — ответно оскалилась темноволосая, — а о другом тем более не заикайся, лисёнок. Сходи, проветрись, нам ещё ехать и ехать. — Посмотрите-ка, какие мы, — всё же поднимаясь с места, продолжал Ким, — я бы поверил, если бы от кого-то за метр не пахло земляникой, — раздавалось уже где-то среди высоких сидений и множества голов. «Снова он со своими ароматами?! Наверное мне стоит использовать блокаторы снова… Ещё ребусов я не выдержу», — ворчала Оомори у себя в голове, зажевав губу, — «Ничего не чувствую? Да у меня сейчас сердце разорвётся от такой частоты биения… Не могу понять, может это эффект отметины?! И сколько ещё таких побочек?!». На деле тревожности Юко сейчас было не занимать. Тэхён так и не ответил, что может произойти с ним из-за этой метки… Не то чтобы Оомори сильно переживала за этого лиса, но если он пострадает — винить она будет себя. Пусть Ким и не выглядел больно взволнованым — предчувствия у Юко всё же далеко нехорошие.

***

Тэхён вообще-то не любит людей, но сейчас он очень благодарен тем, кто придумал оснащать автобусы отдельными туалетами, где никто не увидит твоих приступов и, искареженного в гримасах боли, лица. Только закрыв за собой дверь на два оборота замка — Ким сразу же принял форму кицунэ и, закрывая руками рот, чтобы никто не услышал его стонаний и скулёжа, — спустился спиной по стенке, почти безжизненно распластавыясь на холодном полу и так маленького помещения. Ему действительно не было больно, когда новая метка заменила прошлую, но видимо чары уже успели поразить большую часть плоти, что вызывает очередное противостояние с ещё большей силой. Остаётся надеяться, что это быстро пройдёт, ведь впереди ждут ещё более устрашающие вещи. Тэхён действительно не хотел говорить Юко ничего о том, что им уготовано. То, чего он так хотел избежать, но судьба распорядилась иначе, всё же сведя их вместе. Пусть Юко пока прибывает в неведении. Пока он может оградить её от противной правды и пока не подаёт виду — он постарается разобраться со всем сам. Только, сможет ли он скрывать такое дольше, чем всё выйдет из-под контроля. — Получить венчальную метку от той, кого должен был убить? — Горько улыбался ёкай сквозь боль. — Дешёвый анекдот.

***

Нет, Юко не пойдёт проверять это хамло в туалет. Нет, она не переживает, что этого хамла нет уже почти двадцать минут. По крайней мере, так уверяла себя сама Оомори. — Неужели нашёл себе кого-то по дороге  и соблазнил своими чарами? Или может свинтил по-тихому, став невидимым? — Бурчала Юко себе под нос, выглядывая в проход, откуда всё ещё не появлялась блондинистая голова её спутника. — Что вообще можно так долго делать в автобусном туалете? — И часто ты вот так сама с собой толкуешь? — Рядом послышался знакомый голос. — Тэхён, вот ты где-… — Перевела девушка взгляд на источник звука. — Не поняла, это ты сейчас сказал? — Я не Тэхён, — поправил Юко парень с каштановыми волосами, что выглядывал меж передних сидений, — я Чонгук. Приятно познакомиться. «Почему тогда я сейчас отчётливо слышала голос Кима?» — Я Юко, — настороженно, но всё же ответила брюнетка. — Я знаю, я слышал ваши разговоры с тем парнем, — внезапно заговорил тот на чистом японском, — не хотел подслушивать, так вышло. Оомори испуганно захлопала ресницами. И как много он слышал?! — И как много ты слышал? — Озвучила она свои мысли вслух, продолжая моргать. — Ну, что-то про озёра, коровью жопу и… — Сделал тот паузу, — Ёкаев? Вы ведь их обсуждали? «Где этот белый гад, когда он так нужен со своим длинным языком?!» — Юко мысленно проклинала Кима за его неосторожность сказануть лишнего. — Ёкаи? Ах, да… Мы… Мы готовим доклад о японской мифологии вместе… — Как можно убедительней произнесла Юко. — Мой одноклассник любит разыгрывать сцены, где он кто-то из мифических существ… — Правда? Я тоже обожаю тему ёкаев, — увлечённо отвечал тот. Значит, прокатило. — Не против, если я подсяду? В таком положении не очень удобно болтать… — А, — Оомори покосилась в сторону в поисках Кима, коего всё ещё не было, — ладно, валяй. Чонгук радостно улыбнулся и ловко пересел на соседнее кресло с встревоженной Юко, которая понятия не имела, что ей говорить. — Я думал я один верю в ёкаев, обычно меня считают чокнутым, — снова начал парнишка, задумчиво прикладывая палец к губам. «Парниша, ты сидишь рядом с одним из них» — так бы ответил Тэхён, если бы сейчас был здесь. — Я думаю они вполне могут существовать, — Оомори старалась быть нейтральнее в своих ответах, — у нас в Японии много тех, кто верят в них. Кстати, ты так хорошо говоришь на японском. Откуда ты? — Я кореец, — парень поправлял свою чёлку, — язык я выучил сам, потому что хочу поступить в японскую академию после окончания школы. Оомори секундно опешила, но виду не подала. — Ах, академия? Да, в Японии много хороших академий, — продолжая искать глазами Кима, вела брюнетка, — а в какую именно? — По наитию спросила та, занятая поисками потерянного с помощью слуха, но и это было тщетно. — Может мне стоит сходить и узнать, где твой друг? — Вдруг сказал Чонгук, проигнорировав вопрос. — Вижу ты сильно переживаешь за него. Вы пара? И так испуганные глаза Оомори стали ещё шире. — Что?! Боже упаси от такой участи, — негодовала та, — мы просто работаем вместе над проектом, такого обалдуя попробуй вытерпеть, вот и сейчас не пойми куда смылся. — Мне не сложно, я схожу, — настаивал тот, вновь поднимаясь с места, но брюнетка остановила его, схватив за локоть, — что не так? — Он идёт, я слышу, — шёпотом сказала Оомори, пристально вглядываясь вперёд. — Быстрее возвращайся на своё место, чтобы он к тебе не прицепился, — торопила Юко нового знакомого. — Рад, что мы познакомились, я думал мне будет совсем скучно в этом лагере, — не заканчивал Чонгук, будто специально оттягивая время, — мы же будем общаться? — Невинно улыбался тот Юко, а после перевёл глаза на только подошедшего, ледяного во взгляде, Тэхёна. — Надеюсь, что мы будем в одном отряде. Очень хочу пообщаться с вами, ребята, — парень уже обращался к Киму, продолжая улыбаться. Тут Чонгук окинул блондина оценивающим взглядом и только после непоколебимо вернулся на место. До этого, Юко очень хотелось отчитать Кима за его пропажу, но когда белокурый молча прошёл мимо неё и абсолютно обессиленно завалился на сиденье, опираясь о стекло поникшей головой, словно он не был в силах держать её — Оомори решила оставить свои поучения на потом, аккуратно наблюдая и не решаясь сказать и слова. Так ему всё-таки не лучше? — Тэхён… — Тихо окликнула того девушка, но реакции не последовало. — Дай-ка я… — Юко своевольно приложила свою ладонь ко лбу блондина. — У тебя же жар… — Оставь, — с сомкнутыми веками, еле слышно отозвался Ким в повелительном тоне. — Что? — Опешила темноволосая. — Рука. Не убирай руку, — Тэхён наощупь нашёл запястье Оомори и без доли стеснения положил её на открытый участок своей шеи. Оомори даже сглотнула слюны от такого, но спешить убирать руку не собиралась. — Ты, это, чего делаешь…? — Запиналась Юко в замешательстве. — Забираю от тебя энергию, — непринуждённо отвечал Тэхён, периодически жмурясь от резкой боли во всём теле, — да, партнёры могут восстанавливать энергию друг друга, — опередил ёкай брюнетку, что очевидно собиралась задать вопрос по этому поводу, — только вот не смущайся, я же не прошу лезть на меня, мне достаточно руки. — Ещё раз опередил он Юко прежде, чем та что-нибудь сказала против. — А, хорошо… — ничего хорошего. — Если тебе полегчает, то всё хорошо… И на пару минут повисла тишина: Тэхён был занят своим оздоровительным процессом, а Юко же… А Юко просто молчала, покорно держа ладонь на шее Кима, которую он позже ещё и охватил своей. Молчала и не понимала, почему ей впервые так спокойно на душе, когда этот вредитель рядом. Наверняка, это потому что он наконец не плюётся колкостями и странными шуточками, а просто тихо сидит. Или это и есть одна из побочек венчальных меток? Если такой эффект только от одной из трёх меток — то, что происходит после получения полной? Это же совсем свихнуться можно. Но полной меткой Юко точно не собирается обзаводиться. В любом случае, с этим хамлом — уж точно. — Ты спишь? — Как уснуть в этом свинарнике? — Фыркнул Ким, разлепляя глаза и недовольно уставившись в одну точку. — Почему нас не могли просто телепортировать в этот чёртов лагерь? — Тебя отпустило посмотрю… Снова возмущаешься как старый дед, — слегка улыбнулась Юко, — ну раз не спишь… Может тогда расскажешь мне что-нибудь? Тут тебе не придумать отговорок, чтобы не разговаривать со мной. — Поболтай с тем мальком рыбки клоуна, который составлял тебе компанию в моё отсутствие, — Тэхён вновь чуть повернулся боком к окну, обнимая себя за живот, — от него тоже странно пахнет, не общайся с ним. — Так общаться мне с ним или нет? — Поболтать можно, но не общаться. — Хорошо, мой повелитель, — саркастично отозвалась девушка и скептически поморщилась, понимая, что всё ещё держит Кима за кадык, — я могу уже убрать? Не очень то комфортно, знаешь. — Убирай, — хмыкнул Тэхён, — если ещё раз назовёшь меня повелителем, то я точно выздоровлю. — Что у тебя за наклонности такие… — Оомори брезгливо скривила рот, наконец отдёргивая руку.— В детстве ты был гораздо спокойнее… Но таким же вредным… У тебя, видимо, всегда все люди странно пахнут. — Я не вредный, я просто не переношу глупых созданий вокруг себя, — криво усмехнулся Ким, снова бросая взор в окно, — не знаю даже как вытерпеть эти недели, пока одно такое создание будет постоянно рядом. Поняв о ком он говорит, Оомори напыщенно фыркнула в сторону. Тут не в бровь, а в глаз. При чём, совершенно необоснованно… — Это мне стоило бы обижаться на тебя, — продолжала Юко, неожиданно задевая давно тревожившую её тему, — ты же просто исчез, ничего не сказав. — Голос девушки уже был тише. Пускай это до сих пор её волновало, но сомнения о том стоит ли вообще это затрагивать — всё ещё были. Кажется, что Тэхён до сих пор  избегает каких либо глубоких разговоров. Тэхён всё ещё отрешённо изучал бегущие за окном ландшафты. Словно он и не слышал ничего. Юко, посчитав, что это всё же гнилая идея спрашивать что-либо, груздно вздохнула, так и не дождавшись реакции. — Это была инициатива отца, — неожиданно начал тот, — ему хотелось как можно быстрее перевести меня в Мезураши. Я никак не мог повлиять на это. В прочем, как и на всё, что он делал и делает, — как-то горестно звучал голос ёкая, — мне на самом деле жаль. Не думай, что мне было в радость уезжать, — Тэхён покосился через плечо на, внимательно слушавшую его, Юко. Он чуть ухмыльнулся её вкрадчивому чуть удивлённому виду и добавил: — Я ведь тоже привязался к тебе. Для Тэхёна никогда не были свойственны разные нежности и простые слова, которыми обычно выражают какие-то тёплые чувства. Из-за того, что попросту вырос под контролем своего тирана отца, что никогда не показывал своей любви к сыновьям, да и вообще к чему-либо. Мальчишка с детства не видал добра, не мудрено, что ему всё ещё трудно пересиливать себя. И сейчас, скорее, Тэхён хотел сказать: «Я тоже скучал», но это, по его мнению, звучит слишком выраженно и явно в чувствах, — совсем не в его стиле. Но даже от такого заявления у, с чего-то расчувствовавшейся Юко, что-то йокнуло внутри. Почему-то только сейчас она действительно осознала, что её былой друг и одноклассник, в котором она души не чаяла, а после его пропажи вспоминала каждый день вплоть до встречи спустя десять лет, — в этот момент сидит в паре сантиметров от неё. Наконец она смогла спросить его лично, а не придумывать свои варианты произошедшего. Тэхёну тоже было трудно и он тоже скучал. Наверное это новые побочки от метки, но странные эмоции охватили верх над Оомори, а язык как-то сам совершенно случайно выдал: — Я могу обнять тебя? — совершенно серьёзно выпалила та, позже сомкнув губы в плотную полосочку, будто её собственный рот не поддавался контролю. Накатило, так накатило. И это ещё она осуждала Кима за длинный язык? — На тебя так поездки в автобусах действуют или отметина? — Тэхён снова переменился в настроении, сменяя тон на привычный саркастичный. — Но раз так хочешь… Тот уже уверенно развернулся полубоком, откинул подвижный подлокотник между ними, чтобы придвинуться ещё ближе, пока испуганная Оомори проклинала свой распутный язык и всячески пыталась держать дистанцию, которую сегодня они уже раз нарушили. — Я… Я пошутила, ха-ха, — попытки Юко перевести всё в шутку, конечно же, не увенчались успехом. — Первое слово дороже второго, травоядочка, — настаивал Ким, уже заключая брюнетку в кольцо из своих рук, — я как раз подлечусь до конца, спасибо за такое чудесное предложение. — На на опять все смотрят. Отлепляйся. — Сквозь зубы скрежетала девушка, рыпаясь в руках блондина, что никак не реагировал на её просьбы, блаженно зажмурившись. Потом и вовсе, не понятно с какого перепугу, положил подбородок на макушку Юко, заставляя ту наконец оцепенеть. — Я так и думал, что так гораздо эффективнее лечиться, — раздавалось где-то сверху Оомори, — интересно, а насколько эффективно было бы, если бы мы… — Всё, хватит, нас не так поймут. Юко всё же вырвалась из этого заключения в странные объятия и скептически прищурилась, всё ещё ищя подвох в действиях Кима: а не балуется ли этот гад своими чарами?! — Ты умеешь заставлять людей говорить что-то против их воли? — Нет, но умею чувствовать сильные эмоциональные порывы и раскрывать скрытые желания во время них. — Но я не хотела обнимать тебя, — неприклонно продолжала Юко. — Это нормально, — ёкай ехидно скривил губы, — хотеть поцеловать или обнять меня — это как само собой разумеющееся. Не переживай. Есть у Тэхёна ещё одна способность, помимо всех тех магических ёкаевских, — способность за пару секунд рушить все минутные прмутнения разума о том, какой он хороший и не надоедливый лис с миллиардом похабных шуток в арсенале. Юко остаётся лишь поглубже вздохнуть  и верить в лучшее. А главное верить в то, что за оставшиеся 6 часов в этом проклятом автобусе не успеет произойти ещё чего-нибудь. Ну, а вообще, шесть часов? Это же пустяки по сравнению с предстоящими 504-рмя часами, за которые уж точно может случиться всё, что только угодно. — Я не переживу эти три недели.

***